Полная версия:
Олег Рандомный Скрипт искренности
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
— Ничего себе! Начинающий автор вдруг становится админом в топовом IT-издательстве. Ты что, по ночам им сервера перезагружаешь или за линукс шаришь?
— Это просто ошибка системы, — попытался отмахнуться Марк, но Лера посмотрела на него пронизывающим взглядом, которым обычно смотрят на человека, случайно влезшего в чужую и очень опасную историю.
— Марк… а ты вообще точно помнишь, на какую именно должность ты туда устраивался? Там не секта часом?
Он открыл рот, чтобы ответить, но с ужасом осознал, что на месте этого воспоминания зияет абсолютная, стерильная пустота. Гладкая, аккуратно вырезанная дыра — словно плохой абзац, безжалостно удалённый всесильным редактором. Марк уже приготовился отшутиться, как вдруг телефон в кармане мелко завибрировал, спасая его от позорной заминки.
Сообщение было от Майи: «У меня завтра интервью в акселераторе. Мне жутко страшно и совсем не хочется туда идти, но там обещают реальные деньги». Прочитав эти строки, Марк внезапно почувствовал, как внутри вскипает глухая злость. Не на Майю, конечно, а на весь этот безумный мир, где понятия «жутко страшно» и «реальные деньги» спокойно соседствуют в одном предложении, и все вокруг принимают это как должное.
— Пойдёмте пройдёмся, — резко сказал он, поднимаясь и задвигая стул. — Куда-нибудь к воде. Мне срочно нужно проветриться.
Они вышли из душного бара в пронзительный холод вечера, срезали путь через гулкие дворы-колодцы и двинулись вдоль Фонтанки. Город казался вымытым и пугающе откровенным, без отступившей на время размывающей его черты водяной взвеси, словно верный друг после тяжелого разговора, когда все лишние слова наконец исчерпаны и осталась одна лишь голая суть.
Они неспешно шли вдоль чугунных узоров набережной, и вдруг в самой глубине сознания Марка, сквозь мягкий плеск воды, мелькнула чёткая, холодная и абсолютно чужая мысль — словно всплывающее уведомление в интерфейсе: «Не сопротивляйся. Так будет лучше».
Марк резко остановился, как вкопанный, чувствуя, как по спине пробежал холодок.
— Что случилось? — обернулся Сева, заметив заминку.
— Ничего, — Марк мотнул головой, отгоняя наваждение. — Просто… показалось.
Они двинулись дальше. Над каналом мягко рассеивался жёлтый свет фонарей, а вода внизу казалась густой и беспросветно чёрной — в точности как пустой экран монитора, замерший в бесконечном ожидании нового, ещё не одобренного текста.
Глава 4. Майя
Репетиционная в центре «Васьки» пахла нагретым железом микрофонов, мокрой одеждой на вешалках и старым деревом — густой, честный запах места, знающего живые голоса и тепло человеческих рук. Здесь не было фальшивого блеска инста-роликов — всё было по-настоящему обжитым и слегка побитым временем: от сколов на паркете до потёртых микрофонных стоек. Майя арендовала этот угол по средам для своего клуба современной поэзии, который, вопреки всему, жил и дышал. Сарафанное радио исправно собирало единомышленников: от совсем «зелёной» молодёжи в безразмерных худи до благородных стариков — тихих, как седая осень.
Майя стояла на маленькой сцене — вернее, просто в углу комнаты, где установили стойку и два прожектора, направленные на выступающих. В рваных джинсах и простой чёрной футболке, с волосами, собранными наспех, она излучала уверенность андеграунда в своей правоте и неудержимый протест против обыденного. Майя держала микрофон так крепко, будто не просто говорила в него, а вела напряженный спор.
— Ещё раз. Давайте порассуждаем вместе. У кого есть что добавить по теме? — обратилась она к слушателям, и её голос прозвучал надтреснуто, но уверенно. — Только чур без «красиво». Мы же не в клинике.
— В какой?
— В литературной, — отрезала Майя. — Там, где тебе отрежут всё живое, чтобы было «удобно слушать». Мы здесь вроде как подполье. Делаем что хотим. Ребята, смелее.
В этот момент она заметила Марка и на секунду улыбнулась — это не было дежурным приветствием, скорее немым признанием: «ты здесь, значит, я не одна». Марк, по своему обыкновению, сел ближе к выходу. Это была не скромность, а выработанный с возрастом аварийный план: если станет совсем некомфортно, всегда можно исчезнуть незамеченным. После утренней встречи в офисе он физически не мог выносить ощущения толпы. В «Аквариуме» люди не напрягали количеством, но там было нечто худшее: живая масса, окончательно автоматизированная и превращённая в безликий трафик.
Майя кивнула залу: — Давайте тогда я. Она начала читать — почти спокойно, но с такой интонацией, что у Марка внутри разу что-то тонко и болезненно зарезонировало:
— Я не хочу быть полезной. Я хочу быть живой. Это разные вещи.
В зале кто-то одобрительно и коротко засмеялся — так смеются люди, когда слова попадают точно в цель. Майя продолжила, и её голос окреп: — Если вы хотите, чтобы было «хорошо», идите туда, где вам сделают «хорошо». Я вам сделаю правду. Дорого. Но не деньгами.
Она резко убрала микрофон, и в помещении повисла тяжелая, плотная пауза — редкая вещь в мире, где тишина почти запрещена. Затем несколько человек зааплодировали: негромко, но как-то очень искренне.
Когда выступления других участников завершились, они вышли на улицу. Дождь был не ливнем, а затяжным состоянием «всё слегка мокро». Висящая в воздухе морось, которая, казалось, заполняла собой всё вокруг проникала в каждую щель сознания.
— Ну? — Майя шла рядом, засунув руки в карманы и высоко подняв плечи. — Как я тебе?
— Как всегда, — Марк грустно улыбнулся. — Сначала мило, потом больно.
— Хорошая структура, — фыркнула она. — В твоей «клинике» бы точно одобрили.
Марк хотел было сказать «не начинай», но промолчал. Перед глазами всё ещё стояли офисные экраны: кривые удержания, тепловые карты и та самая строка «Админ» на пластике, который он не просил.
— У тебя лицо как у человека, — заметила Майя, — который внезапно узнал, что он слишком взрослый для этой жизни.
— Мне сегодня предложили контракт на серию.
— И… ты согласился?
— Да, а куда деваться? Самому не пробиться, нужно несколько сотен тысяч на рекламу, только чтобы о тебе кто-то узнал, а потом корректура, редактура, аудиокнига...
— Это похоже на обычный бизнес, инвестируешь деньги, получаешь прибыль, это не похоже на творчество, ну так глобально. Ты не чувствуешь, что это все не то, чем казалось в молодости?
Марку нечего было возразить. В последнее время он вообще жил с ощущением огромной дыры в биографии — она была аккуратно вырезана, словно неудачный абзац в рукописи. Но Марк старался не думать об этом.
Они дошли до знакомой блинной. Майя улыбнулась продавщице и заказала «как обычно», а Марк взял что-то наугад, просто чтобы занять руки.
— Я должна тебе рассказать, — произнесла Майя, пока они ждали заказ. — Они мне написали.
Марк мгновенно напрягся, он ждал этого разговора после вчерашнего сообщения, но сам не хотел начинать.
— «Литературная клиника»? И что же?
— Предложение. Соавторство с нейролингвистическими алгоритмами. Технология «Level Up». — Она произнесла эти названия так, будто зачитывала судебное постановление.
— Это шутка? — спросил Марк. — Откуда у них твои контакты? И что конкретно они предлагают? Участвовать в обучении нейросети?
— Коммуникация через скрытое пространство модели, прямое подключение, медицинский сертификат нейроинтерфейса. Двадцать страниц технического текста, Марк.
Она протянула ему телефон. На экране светилось приглашение в «авторский акселератор». «Пробная сессия». «Гонорар за подключение». Текст был вежливым и гладким, лишенным каких-либо шероховатостей.
— Они предлагают мне деньги за стихи, — Майя посмотрела на него в упор. — Представляешь, какой абсурд?
— За стихи никто не платит, — автоматически, почти не задумываясь, ответил Марк.
— Вот именно. Поэтому я и боюсь.
Майя подняла глаза, и в них Марк увидел то, что она пыталась скрыть за иронией — усталость.
— Марк, мне реально нужны деньги. Мне нужно помочь матери в Архангельске с ремонтом. И я не богема. Мне надо жить. Я хочу жить. Не «в образе», а в реальности тоже.
Он молчал. Он слишком хорошо её понимал, и именно поэтому внутри всё протестовало.
— Почему ты не сказала, что тебе нужны деньги? Я бы мог помочь.
— Мне нужно… самой начать менять свою жизнь. Я всегда боюсь испытать мерзкое чувство: когда искренне веришь, что тебе пытаются помочь, а потом начинаешь думать, что тебя начинают контролировать.
— Да ладно тебе… И как эта работа может сочетаться с твоей жизнью, это сегодняшнее «не хочу быть полезной»?
— Идея работать на масс-маркет мне противна.
— Это просто пробная сессия, — сказал Марк, уговаривая скорее самого себя. — Они… помогают многим авторам. — И добавил, прежде чем успел подумать: — Говорят, это безопасно.
Майя смотрела на него очень долго и внимательно.
— Ты сейчас заговорил как человек, который это продаёт.
— Я? — Марк нервно усмехнулся. — Эти ребята очень плотно промывают мозги. Меня облизывали сегодня, как будт
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
