современная русская литература

современные любовные романы

научная фантастика

Элиан — лучший картограф Ведомства. Он рисует не земли, а само время: фиксирует аномалии, зашивает разрывы, чтобы прошлое не просачивалось в настоящее. Но однажды на очередной карте он находит свою собственную подпись — там, где никогда не был. Шрам на бумаге ведёт к Пустоши, к чёрному маяку, а оттуда — в день, когда пять лет назад погибла его маленькая дочь Лия.У него есть 24 часа, чтобы войти в прошлое. Или спасти её — или позволить миру рухнуть. Третьего не дано.

триллеры

психоанализ

Картограф разорванного времени

Он прыгнул с моста, чтобы умереть. Но его душа попала в коллайдер — место, где судьбы пересобирают из осколков.Смотритель дал ему выбор: вернуться и жить обычной жизнью до девяноста четырёх лет или стать охотником на души. Но цена за его миссию — вечность.

социальная фантастика

мистика

городское фэнтези

Коллайдер. Собиратель душ

Каждый человек носит в себе тень прошлого — историю своей семьи, её ошибки, её боль. Клаус, родившийся в Нюрнберге, внук солдата, погибшего под Сталинградом, с детства чувствует эту тяжесть. Он ищет ответ в идеях, в истории, в любви — и находит Марту, женщину, которая смотрит на него без оглядки на прошлое. Но один шаг, одна привычка, одно пиво — и хрупкое счастье рушится. Проходят годы, одиночество становится домом, а идеи — лишь призраками, греющими холодными ночами.

эротические романы

эротическая литература

эротические рассказы и истории

Слово в конце пути

Будущее. Зима. Их встреча — последний шанс для обоих. Но когда в бункер врываются мародёры, Кел падает от выстрелов, и Аня понимает: её слёзы сильнее любой улыбки. И чтобы спасти его, ей придётся заплатить частью своей души.«Тепло для чужих миров» — это уютный апокалипсис, где единственное оружие — человеческое сердце, а единственная надежда — любовь, которая согревает даже в вечном снегу.

практическая эзотерика

духовная литература

Тепло для чужих миров

Был кот. Где была сумка. Где был брат. Где была она — хотя её не было уже давно.Щелчок задвижки прозвучал громче, чем любой залп.Он закрыл навсегда тот мир, где были ямочки на щеках. Где были тёплые вечера. Где пахло кофе по утрам. Где она засыпала у меня на плече под турецкие сериалы.Всё.

гадание / толкование снов

эзотерика / оккультизм

Вчера эта история была правдой

Они нашли друг друга, когда оба уже никого не ждали. Старый дедушка, потерявший жену и отдали́вшийся от сына. И маленькая рыжая дворняга с белым пятном на груди — Лиза. Лето пахло травой и кротами. Осень — дождями и кашлем. Зима — снегом и тишиной у печки. У них было только поле, старый ручей, резиновый бегемотик с дырочкой в левом боку и вера в то, что завтра будет ещё один день.

героическая фантастика

Жди меня. История одной собаки

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.В вечерней тишине однушки, где пахнет дешевым одеколоном и одиночеством, старший лейтенант Коваль пил свою водку. Была служба, давящая на позвонки, и тоскливое эхо пустой комнаты.Однажды парень выбрал веревку вместо будущего. Рядом с трупом нашелся журнал, и из ниоткуда пришли три девушки — слишком тихие и красивые, чтобы быть настоящими.Говорят, теперь он — один из самых интересных случаев местного психиатра. Потому что есть вещи страшнее мертвых. Это живые, которые перестали быть собой.

зарубежное фэнтези

боевое фэнтези

героическое фэнтези

Неделя

Она моет полы в нью-йоркском небоскрёбе, но в её памяти — две тысячи лет, Александрия и голос царицы, выбравшей смерть вместо цепей. Двое мужчин — историк, ищущий гробницу Клеопатры, и пианист с музыкой потерь — чувствуют: за усталыми глазами уборщицы скрывается тайна древнее любого музея. Этот роман не о бессмертии, а о том, как отпустить прошлое, даже если оно — единственное, что у тебя есть, и обрести покой в дожде, дешёвом вине и тишине между нотами.

ценные бумаги / инвестиции

управление бизнесом

информатика и вычислительная техника

Уборщица Клеопатры

1990 г. Это была не судьба. Не та величественная и роковая сила, что движет мирами. Скорее, стечение обстоятельств, усталых и безразличных, как дождь над питерскими мостовыми. Рок — это для тех, кто верит в театральные жесты и пафосные речи. Жизнь ломается не под грузом звёзд, а от случайного толчка в переполненном трамвае. Она встала, накидывая потертое пальто. Капли дождя ползли по стеклу, как слезы. «Мне пора», — сказала она. И в её глазах было не ожидание, не вопрос.

саморазвитие / личностный рост

психологическая консультация

Ничья судьба

Он герой в первой Межгалактической войне, но он подбит и ранен. Планета Фрейя для кого то точка на карте для него могила его жизни. Но тут приходит она его женщина с уставшим от войны глазами и он побеждает; побеждает ради неё Предательство приходит из за спины: Она не та кого он ждал на этой войне. Какой у него выбор? Постарайтесь найти здесь не только грусть.

книги по философии

философия и логика

Сага о пилоте «Делириум»

Он курил в подворотне, втягивая дым так, будто это был единственный способ согреться. Он останавливался. Возле помойки, где маленькая, жалкая тень отчаянно рылась в ржавых консервных банках.
Они смотрели друг на друга — два осколка разбитого мира. У него была разбита жизнь, у нее — лапа.
Он протянул ей кусок колбасы, купленный на последние деньги. Доброта — это не сентиментальность. Это последний окоп, где еще обороняется человеческое.

фэнтези

эротика и секс

любовное фэнтези

эротическое фэнтези

Время жить и время выбирать

Если бы в тот вечер я не зашел в то прокуренное кафе у канала. Если бы она не сидела одна за столиком у окна. Эти «если» — как сигаретные окурки в пепельнице после долгой ночи.
Я подошел. Мы разговорились. Говорили ни о чём — о сырости, о том, что музыка слишком громкая. Но за словами стояло одиночество, которое стало нашей второй кожей. Усталость от бесконечной погони. И понимание, что мы оба — из одного поколения, тех, кому было восемнадцать, когда мир решил сойти с ума со словом перестройка.

детективы

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.За окном осень. Она всегда здесь, за окнами поездов дальнего следования, вплавилась в пейзаж, смешала золото листвы с серостью неба и разлила эту тоску по перронам. Еще один пассажир. Еще один человек с билетом в один конец и остывшим сердцем под старой курткой.

общая психология

просто о бизнесе

Одна история на двоих

Он существовал, как дым от сигареты в непроветренной комнате серый привычный безвкусный. Но пришла она.Она ворвалась не столько в дверь, сколько в сам воздух его существования, как вспышка магния в сумерках.А потом он ее потерял. Словно кто-то выключил солнце в самый ясный день, и наступила не ночь.Он искал ее смех в чужих улыбках, отсвет ее взгляда в посторонних глазах. Не находил. И тогда отчаяние накрывало с головой — тягучее, беспощадное.Остался лишь один вопрос А что, если бы?

Женщина, которую звали королева

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
Он пришел в эту клинику с дипломом по клинической психологии и наивной верой в то, что словами можно вылечить душу. Питер встретил его мокрым асфальтом и туманом, плывущим с Невы, — пейзаж, идеально подходящий для разговоров о безумии.
Его миром стали белые стены, пахнущие антисептиком и тоской. Шизофрения, раздвоение личности, наркомания — всего лишь диагнозы в историях болезней. Сначала он видел в них врага, с которым нужно сражаться. Потом людей.
Еще была Алена, и она дарила надежду.

историческая фантастика

боевая фантастика

Парадокс гениальности

Вчера эта история была правдой.
Сегодня она стала просто историей. Одной из тех, которые рассказывают вечерами в дешевых кафе, когда коньяк кончается, а дождь все идет.
Женщина которую звали королева
Он существовал, как дым от сигареты в непроветренной комнате серый привычный безвкусный.
Одна история на двоих
За окном — осень Она всегда здесь, за окнами поездов дальнего следования, вплавилась в пейзаж, смешала золото листвы с серостью неба и разлила эту тоску по перронам.


Олег Пет