Узник души. Предназначение

Оксана Абрамкина
Узник души. Предназначение

Посвящается всем моим близким, которые уже не смогут никогда разделить со мной мои радости и печали.

Вы отправились дальше. А я живу, чтобы все было не напрасно.

Пролог

За всеми событиями, которые мне пришлось пережить за последние два месяца, я не успела заметить, как закончился учебный год. Удивительно, но я даже справилась со всеми экзаменами, хоть голова была забита совсем не учебой. Я прилежно отходила последние учебные дни, внимательно слушала учителей. Исправляла плохие оценки по геометрии и алгебре. Но все равно мысленно постоянно возвращалась к другому.

Ну а кто бы мог думать о чем-нибудь обыденном на моем месте? Я познакомилась с самым настоящим призраком Владимиром Федосеевым, который уже более 28 лет обитал в своем разрушенном доме за лесом и застыл навеки в возрасте 25 лет. Причем не просто познакомилась. Узнала его печальную историю и даже, казалось бы, подружилась с ним. Теперь мои походы в дом Кошмариков можно было даже назвать приятным времяпрепровождением. Пока девчонки моего возраста бегали в торговые центры за покупками и на свидания с парнями, я бегала через лес к своему призраку. Мы много с ним общались, я пыталась вникнуть в суть его существования вне тела.

Со мной произошло и много трагичного. Я не смогла спасти одноклассницу от чокнутого призрака-самоубийцы Елены, зато спасла свою подругу Таньку от нее же. Правда сама и не поняла, как мне это удалось. Ведь по словам Владимира невозможно было вернуть душу назад в законное тело, чтобы они соединились и выжили при этом. Но у меня это получилось с помощью Владимира – я вытолкала душу Елены из тела Таньки, а он, в свою очередь, помог моей подруге найти путь назад. правда на какой-то страшный миг я думала, что Таня умерла и у меня ничего не получилось. Так мы практическим путем узнали, что это все-таки возможно. Какое же облегчение я почувствовала, когда она очнулась у меня на руках!

Зато теперь я делила свою тайну не только с призраком, но и с двумя своими лучшими подружками – Танькой и Нелли. Им это далось нелегко, особенно Таньке – слишком ужасными были ее воспоминания о блуждании вне этого мира. Мы мало говорили с ними на призрачную тему, но теперь мне не приходилось им врать. Это облегчало задачу, я могла на них положиться, они обе меня могли прикрыть в случае необходимости.

Евгения – бывшая невеста Владимира хотела меня убить. Но у нее ничего не получилось. Ее подсобницу Елену я заточила в зеркало. Вот только сама Евгения с телом Владимира и душой Артура – ее возлюбленного, который устроил взрыв в доме Федосеевых, успела сбежать в неизвестном направлении. Видимо они покинули город. Евгения реально испугалась, увидев, на что я способна. Зато зеркало-сосуд осталось у меня, а вместе с ним и гнилая душонка Лены. Она теперь не могла вернуться на землю и похищать тела живых людей.

Ну а главное – оказалось, что во мне есть какая-то сила, способная «ловить» и затачивать в сосуды души-самоубийц, которые невозможно было победить никаким другим способом. Они не могли отправиться дальше – в небеса или еще куда. Они сами лишили себя жизни и дальше их не «пускали». Теперь у Владимира появился шанс вернуться в свое тело и не погибнуть при этом. Его надеждой стала я. Вот только счет шел на недели, а может дни или даже часы? Ведь Евгения и Артур могли в любой момент избавиться от своих тел, сменив их на новые, заставив чьи-то души мучиться в виде пустоты с воспоминаниями. Для Владимира это стало бы концом – его больше ничего бы не связывало с землей, и он отправился бы дальше. Дом Кошмариков с его исчезновением окончательно бы опустел.

Я этого очень сильно боялась – ведь тогда бы душа Владимира пропала навсегда. А с ним та ниточка, что связывала меня с миром по ту сторону. Какое же глупое название в городе несла обитель Владимира – дом Кошмариков. На деле это был дом печали, скорби и безнадеги. И этот самый дом мог опустеть в любую минуту. Я бы потеряла смысл посещать его по ночам в тайне от матери. Никто бы больше не был бы прав, распуская глупые слухи о живущем в доме призраке.

Я безумно хотела помочь Владимиру, и я задалась этой целью, хоть пока и не представляла, как смогу дойти до конца. Я не ощущала в себе никакой силы. Я часто вглядывалась в зеркальце, но видела только свое отражение. Может душа Елены и была заточена там, но я и не видела ее, и не чувствовала. Что она там делает? И можно ли что-то делать в такой странной тюрьме?

А ведь мне предстояло вытолкать душу Артура из тела Владимира, заточить его в какой-либо сосуд и вернуть в тело законного владельца. На словах вроде бы и не так все сложно, я уже такое успешно проделала один раз. Вот только где теперь искать тело, когда наш физрук, представляющийся сыном Владимира, пропал с Евгенией без следа? Как заставить его оказаться рядом с душой Федосеева? Даже если бы это у меня и получилось, Евгения бы не стояла в сторонке – она точно бы захотела расстроить наши планы.

В общем, голова у меня точно была забита не учебой, но с началом летних каникул я хотела посвятить всю себя этой невыполнимой задаче. Я надеялась, что за три месяца что-то сдвинется с пути и я стану хотя бы немного ближе к осуществлению задуманного.

Глава первая

За окном была великолепная погода. Было 9 утра, солнце светило вовсю, перед своим окном я видела зеленые ветви высокого дерева, которые покачивались от легкого ветерка. Где-то чирикали птички. Дети с нашего двора наверняка уже успели развесить для них кормушки. На улице уже вовсю кипела жизнь: слышался лай собаки, веселые крики детей. Люди спешили по своим делам, радуясь пришедшему в город полноценному лету. Конечно, далеко не все радовались жизни. Кто-то шел на нелюбимую работу, кого-то тяготил кредит на квартиру или машину. Но тем не менее они продолжали жить, не догадываясь о призраках, которые вели такое тесное с нами существование.

Я потянулась на своем диване, расправляя сбившееся под ногами одеяло, тяжело вздохнула – такая погода была моей любимой, но как я могла ею наслаждаться, зная, что мой знакомый призрак сейчас бродит один по своему дому? Или все-таки у него часто бывает компания? Он рассказывал мне про какого-то древнего призрака, который лично столкнулся со случаем, когда простая смертная победила душу-самоубийцу. Вот только лично Владимир с ним был не знаком и не мог так легко с ним связаться. А ведь это бы упростило нашу задачу в разы! С такой зацепкой и помощью мы вмиг бы вернули тело Владимиру.

Сегодня у мамы был выходной, и я услышала, что она уже что-то творит на кухне. Я выполнила свой привычный ритуал – сходила умыться, поспешно почистила зубы и надела контактные линзы. Скинула растянутую футболку, в которой обычно спала, и натянула джинсы с футболкой. Вышла из комнаты на кухню. Мама готовила мои любимые оладьи с яблоками. Я их обожала, видимо мать все еще переживала о моем душевном равновесии. Она ничего не знала про истории с призраками, но знала про «самоубийство» моей одноклассницы Олеси и о том, что Макс порвал со мной. Смерть Принцессы коснулась всей нашей школы. Многие не любили эту девчонку, но никто не желал ей такой участи.

Видимо мать думала, что я только об этих событиях и думаю, прокручивая их в голове. Уже этого ей было достаточно, чтобы переживать о том, справится ли с таким неокрепшая психика подростка. Хорошо хоть не догадалась водить меня на сеансы к психотерапевту. Было бы все так просто на самом деле! Уж с расставанием с парнем я бы смогла смириться, хоть, конечно, Макс и был завидным женихом – красавец, спортсмен, из богатой семьи. А вот с призрачным миром даже профессиональный психолог не смог мне помочь разобраться.

– Как хорошо, что ты уже встала, первая партия как раз на подходе! – сказала мама, выкладывая на тарелку дымящиеся оладушки. Передо мной быстро материализовалась кружка с горячим чаем. Рядом почти мгновенно образовались плошки с домашним вареньем, которая мама стабильно осенью закрывала в таком объеме, что наша кладовка не успевала пустеть. И это с учетом того, что мама часто раздаривала банки с вареньем и компотом друзьям. Мне приходилось участвовать в закатке, хоть я и не любила это занятие. Я тщательно отделяла ягодки от листиков, промывала их и ссыпала в кастрюлю.

Я молча принялась за завтрак. Домашние оладьи я любила, но сейчас почему-то не чувствовала их вкуса. Они были пышными и ароматными, но жевала их все равно с огромным трудом.

Мама украдкой взглянула на меня и осторожно спросила:

– Ты хорошо себя чувствуешь?

– Великолепно, – солгала я, что не укрылось от материного слуха. Я поспешно проглотила огромный кусок оладушки и натянуто улыбнулась. После этого сразу принялась за новую оладушку. Мало ли мать все-таки удумает отправить меня к психологу! На такую «роскошь» у нас не было лишних средств.

– А у меня для тебя хорошая новость – начала мать, и я почему-то напряглась. Лучше уж жить без новостей – будь они хорошими или плохими. Мама выдержала небольшую паузу и продолжила: – я вкратце рассказала твоему отцу про твои успехи в школе…

Успехи? Какие такие успехи? – удивилась я. Тройки и четверки – вот все мои успехи. Удивительно, что по точным наукам я смогла выплыть на тройки. И то только из-за того, что под конец года собралась и все-таки хоть что-то слушала на уроках. Да и чего бы мать созванивалась с отцом? Они уже давно не общались, он жил в Красноярске и только высылал алименты – 5 тысяч, которых, само собой, мало на что хватало. Но мама всегда вздыхала, что лучше уж так, чем ничего не получать. По телефону мы с ним почти не созванивались, обычно обходились сухими предложениями в сообщениях.

– Ну так вот, – продолжила она. – Мы решили скинуться и купили тебе путевку в Турцию на две недели.

Смысл сказанного не сразу до меня дошел. Путевка? Турция? Две недели??? Я опешила. Мне давно хотелось оказаться на море – я никогда не летала никуда летом, но денег у нас никогда лишних не было. До всего этого призрачного сумасшествия, я с завистью листала в сетях фотки знакомых и звезд с теплого моря. Песчаные пляжи так и манили меня к себе. Но денег матери максимум хватало летом отправлять меня в лагерь. И то это уже было очень давно.

 

Мне бы радоваться, но в голове сразу промелькнуло – а как же Владимир, не смогу же я его взять с собой! А он не сможет перемещаться от дома так далеко. Или сможет? С другой стороны – почему я должна об этом думать? Последние недели были вполне себе спокойными, гадкие души не объявлялись, а Владимир никуда не пропадал из этого мира. Я вроде даже заслужила небольшой отдых. Чем еще я могу заниматься все лето? Постоянно ломать голову, как осуществить неосуществимое?

Мать же продолжала щебетать, вновь повернувшись к плите и раскаленной сковородке:

– Аланья, трехзвездочный отель, шведский стол по системе «все включено». Пляж, конечно, галечный, но, думаю, тебе понравится.

– И когда вылет? – спросила я, видя, что мать сделала паузу, ожидая от меня хоть какой-то реакции. Уж ей было известно, как я грезила морем. Если я покажу, что расстроилась, то встречи с психологом мне не избежать!

– Через три дня. Я взяла себе выходной, можем сходить купить тебе все необходимое для отпуска. Как ты смотришь на совместный поход по магазинам?

– Круто, спасибо! – я попыталась добавить в голос побольше воодушевления. Чтобы сгладить неловкость, я встала и обняла маму покрепче. Она сжала меня в объятиях в ответ и похлопала по спине. – Отличная идея!

– Ну вот и отлично, – с облегчением выдохнула мама, выпуская меня из своих объятий и снова возвращаясь к последней партии оладушек.

Я же приступила к мытью посуды, которую мама уже сложила горой в раковине.

Пускай будет Турция, почему бы и нет? Может мне удастся отвлечься, развеяться и я лучше смогу познать какую-то свою таинственную силу. Медитация же дает что-то монахам.

Танька на лето уже уехала на дачу с родителями, Нелли оставалась в городе. Конечно, жалко было оставлять ее тут одну, зато она сможет мне сообщать новости. Например, если Артур с Евгенией решат объявиться, что мало вероятно. Она знала про особенности их цвета глаз – они у призраков в человеческих телах были нереально голубыми.

После завтрака я пошла собираться за покупками. Мама предложила взять с собой и Нелли, подруга охотно согласилась. Ей тоже не мешало развеяться, ведь теперь она тоже была знакома с настоящим призраком и посвящена в историю с переселением душ. А что может быть для двух девчонок более обыденным, чем поход за тряпками по магазинам!

Я надеялась, что мне удастся отвлечься от своих проблем.

***

В перерывах между разными магазинами с летней одеждой, купальниками и чемоданами, мне удалось переговорить с Нелли наедине. Мама оставила нас в кафе, а сама пошла в магазин выбирать мне надежный и вместительный чемодан. Хотя я изначально планировала полететь с ручной кладью. Зачем с собой брать много вещей и потом ожидать выдачу чемодана? Но мама настояла на своем: пускай я лечу с полупустым чемоданом, я обязана ей привезти оттуда как можно больше сувениров и фруктиков. Легче было согласиться, чем с ней спорить.

Удивительно, но Нелли первая начала ту самую тему:

– Ты больше не видела этих?.. ну, голубоглазых? – спросила она.

Призрака в чужом теле можно было опознать только по нереальному голубому блеску глаз – это было все что осталось от них. Даже если изначально у человека глаза были карие или зеленые, стоило призраку завладеть его телом и все – глаза меняли цвет. Не знаю, почему они не прятали эту свою особенность за цветными линзами (а может кто-то и прятал), но мне было так спокойнее. А может даже линзы не могли перебить это нереальное сияние. Я якобы могла чувствовать души и так, но не знала, как и почему это устроено. А так хоть я могла сразу вычислить того, кто решил завладеть чужим телом.

– Нет, только Владимира. Он считает, что Евгения и Артур уехали из города после того, как эта его бывшая увидела, что я делаю с Еленой, – ответила я, попивая из трубочки холодную колу. Было так странно обсуждать это днем в кафе. – Они меня теперь будут сторониться.

– Похоже на то, – согласилась подруга, которая после всех этих событий решилась на изменения в своем внешнем виде – она начала отращивать свою постоянно длинную рыжую челку. Она закалывала волосы заколками или пользовалась ободками, но непослушные волосы все равно время от времени умудрялись выбиваться из общей массы. Вот и сейчас волосы упали на глаза и Нелли недовольна заложила их за ухо.

С одной стороны, я была рада пропаже этой парочки, а вот с другой – как теперь возвращать Владимира в тело, которого нет поблизости?

– С Танькой общалась? – спросила я. Эта тема меня волновала не менее. Я переживала за подругу, которая намного ближе меня была к призрачному миру. Это могло как угодно сказаться на ее психике. Именно Таня из нас троих всегда была самой веселой и безбашенной.

– Только в соц.сети, – ответила Нелли и молча начала разворачивать свой чизбургер.

Я с Танькой тоже последний раз общалась только через сообщения – она замкнулась в себе. Хоть Елена и находилась в ее теле недолго, но успела натворить дел: бросила Костика, парня Таньки, с которым у них только начали выходить отношения на новый уровень, хамила родителям. Теперь Таньке приходилось все за ней разгребать. С Костиком ей не удалось наладить отношения, не знаю, как Елена осуществила разрыв, но самолюбие его при этом точно пострадало. Это еще хорошо, что Лена не успела наломать дров посерьезнее.

– А Макс сейчас тоже в Турции отдыхает, – нарушила молчание Нелли, так как она уже успела съесть свой чизбургер. Картошка фри передо мной была практически нетронутой. Видимо тема призраков ей давалась тяжело, и она не могла обсуждать ее подолгу.

– И что? – меня теперь мало волновало местонахождение моего бывшего парня. Он сам решил со мной расстаться, и я его в этом не винила. Слишком много секретов пролегло между нами и все они были с моей стороны. Ну какому парню понравится встречаться с вечно на нервах девушкой, которая по ночам бегает в лесной дом, что-то умалчивает и частенько забывает даже расчесаться перед выходом в школу. Он спокойно мог подумать, что я сошла с ума. Он был достоин лучшего. Вряд ли он останется без девушки надолго – в школе многие хотели завладеть его вниманием.

– Может вы с ним там пересечетесь, он тоже в Аланье сейчас, куда и ты летишь. Я у него в аккаунте фотки видела. Там очень красиво…

Я неопределенно пожала плечами и приступила-таки за свою картошку. Успела даже умять половину пакетика. Когда подняла взгляд, увидела, что Нелли внимательно смотрит на меня, постукивая стаканчиком по столу.

– Ну что? – спросила я.

– Ты совсем не переживаешь из-за вашего разрыва? Это из-за Федосеева? Ты к нему чего-то испытываешь?

Я поперхнулась картошкой. Нелли в своем репертуаре. Она не так тесно столкнулась со всей этой призрачной ситуацией, поэтому практически не изменилась. Ей надо было лишь время отойти от всего этого. К счастью, от ответа подруге меня спасла мама, которая уже за меня выбрала и купила чемодан, и теперь довольная катила его к нашему столику. Да уж, в такой чемодан поместится весь мой гардероб (весьма скудный), да еще и место останется. Помимо этого, в руке она держала широкополую соломенную шляпку с бантиком из атласной ленты. Поход по магазинам маме доставлял больше удовольствия, чем мне. Меня такой расклад устраивал. Она нечасто выбиралась в свет, пускай радуется. Возможно и я когда-нибудь смогу отплатить ей путевкой на море. Она у меня заслужила отдых.

Если бы мама не прервала наш разговор, что бы я ответила Нелли? Ну да, из-за разрыва я не переживала. Даже наоборот – мне стало легче, когда не нужно притворяться перед кем-то. Было сложно врать парню, маме и подругам, теперь только мама и оставалась в неведении. И я не хотела, чтобы она узнала про эту сторону жизни.

Испытываю ли что-либо к призраку? Ну это уже был полный бред, тут уж проснулась романтическая натура Нельки, которая взахлеб просматривала слезливые мелодрамы и обожала любовные треугольники. Да, мне его жалко, мне с ним интересно, а кому бы было с ним неинтересно? Это ведь призрак, который может рассказать столько всего о той стороне – не о рае или аде, если таковые существуют. Туда он не мог попасть из-за своего ходящего по земле телу. А о призрачной стороне, где обитают души самоубийц и тех, кого насильно первые выжили из своих тел.

И сегодня в ночь я снова собиралась встретиться с Владимиром. Хотела предупредить его, что улетаю на две недели, но помню про свою «силу» и желание ему помочь. Да и хотелось узнать, как у него дела. Возможно ему наконец удалось выйти на связь с тем призраком, который должен знать, как 600 лет назад смертная изгнала душу самоубийцы из тела без его дальнейшей смерти. Очень уж хотелось узнать что-то положительное, а то последние недели мы стояли на месте. Моя жизнь плавно двигалась вперед, а у Владимира – стояла на месте.

Глава вторая

За день мы с мамой обе очень устали, поэтому улизнуть ночью не составило особого труда. Мама сразу после шопинга пошла прилечь отдохнуть, да так и заснула. Я тоже успела пару часов поспать. Только я предусмотрительно завела будильник на смартфоне.

Сейчас темнело поздно, поэтому не имело смысла сразу бежать в дом Кошмариков. Конечно, я могла пообщаться и с пустотой (только бы огоньки голубых глаз витали в воздухе, а может и на них ему не хватило бы сил), но мне было приятно видеть Владимира. Я понимала, что он создает видимость своего отсутствующего тела, что его нет рядом, только его душа. А точнее пустота с воспоминаниями – как сам он характеризовал свое нынешнее состояние. Представить это живому человеку было сложно. И мне это было приятно, даже льстило – спустя столько лет после своей смерти он доверил свою тайну смертному и этим смертным оказалась я.

Мой путь в дом Кошмариков лежал через лес. Я так и не спросила, жил ли Владимир со своими родителями в этом доме постоянно или это был этакий летний домик на природе. В любом случае, я не сомневалась, что раньше дом был величественным и красивым. Я раньше мечтала жить в отдельном доме, насмотревшись американских фильмов. Особенно в детстве меня в этом плане впечатлил семейный фильм «Бетховен». Я очень люблю животных, но мы не можем с мамой потянуть живность в нашей небольшой квартирке. А так я представляла, как заведу в большом доме много собак и кошек, буду подбирать бездомных и выхаживать их… Только с посещением дома Кошмариков мои мечты изменились. Теперь я постоянно думала, что во всех больших домах живут призраки. Я бы не смогла идти по большому пустому коридору или подниматься по витой лестнице, не представляя себе, что кто-то наблюдает за мной.

Я уже наизусть выучила путь до дома Федосеева. Ходила я туда в полной темноте, чтобы не привлекать лишнее внимание. Летом даже в ночь можно было застать в лесу засидевшихся шашлычников или собачников. Благо все они обходили конкретный дом стороной. Я думала сначала, что это из-за баек, которые быстро в городе распространялись, но сейчас понимала, что у дома благодаря находившемуся в нем Владимиру особая отталкивающаяся аура. Людям характерно сторониться то, что не подвластно их уму.

Я быстро перешагивала все кочки и выпирающие корни деревьев, обошла такие уже знакомые два оврага. Теперь каждый раз я боялась не застать Владимира дома – от Артура с Евгенией можно ожидать что угодно. Евгения сама мне призналась, что любила только деньги Владимира и хотела его тело для тяжело болеющего Артура.

Прогулочным шагом путь до дома Кошмариков занимал 30-40 минут, но я научилась преодолевать это расстояние за 15-20. Поэтому темные пустые проемы окон дома показались достаточно быстро. Ноги уже не гудели из-за этого похода, как в первый раз. Только пульс участился от быстрой ходьбы.

Сегодня светила луна, в ее свете дом смотрелся пугающе пустым и опасным. Но я уже его не боялась. Я быстрым шагом пересекла поляну у дома и зашла в темный проем. Конечно, окон и дверей не было. Потолок частично обвалился. Под ногами привычно заскрипели битые стекла и куски кирпича. Каждый раз я боялась прийти на поляну и застать только развалины. Или еще хуже – чтобы дом обвалился в момент, когда я находилась в нем.

Обстановка нисколько не поменялась с моего первого посещения этого дома: темнота и разруха, да та самая тумбочка в углу, в ящике которого я нашла злополучное зеркальце. Ящик же валялся рядом, полностью разбитый. Кстати, зеркало было при мне – лежало в заднем отделе сумки. Не знаю почему, но я с ним не расставалась. Может боялась, что Елена как-то сможет улизнуть из этой ловушки, если меня не будет рядом.

Я уже собиралась позвать Владимира, как он сам появился передо мной. Просто появился в двух шагах от меня. С ним дела обстояли точно также, как и с самим домом – он не менялся. Никогда. Идеальный пробор, идеально отглаженные брюки, белоснежная рубашка и блестящие ботинки. Возможно он себя таковым и запомнил, и теперь представал передо мной всегда в одном и том же виде.

 

С моей души упал огромный камень – он здесь и никуда не делся! Если бы я не знала про его особенность (отсутствие тела), то я бы не удержалась и обняла его. Но озвучить мое облегчение мне ничто не помешало:

– Ты тут, я переживала, что не застану тебя.

– Мы это уже обсуждали, мое тело слишком нравится Евгении и Артуру, им проще уехать из города, чем избавиться от него.

Губы Владимира не двигались, ни одна складочка на его рубашке не шевельнулась. Я уже к этому привыкла. Я отпихнула со своего пути кирпичи и облокотилась на стену у дверного проема. Я никогда не была спортивной девчонкой, поэтому мне все еще тяжело давались быстрое преодоление темного леса. Но я заметила, что дыхание стало восстанавливаться куда как быстрее – есть что-то и полезное в ночных прогулках по свежему воздуху. Хоть мама бы и не одобрила мои ночные прогулки к призраку, но пользу свежего воздуха для организма она не стала бы недооценивать.

При виде полуразвалившейся лестницы на второй этаж меня слегка передернуло. Слишком живо в голове были воспоминания плана Евгении и Ленки – они планировали скинуть меня со второго этажа, да еще и «камешками» сверху приложить для надежности. Все выглядело бы так, что я просто исследовала старый дом, наступила на особо хрупкую балку и навернулась вниз, переломав себе все кости.

Лунный свет проникал через многочисленные прорехи дома, мне уже одного его было достаточно. Настолько дом Кошмариков казался мне знакомым… и даже родным. Но я все равно на всякий случай с собой прихватила фонарик, пару свечек + у меня был фонарик и в мобильном, который я предварительно полностью зарядила. Без подготовки я теперь в лес не ходила.

– Ты не пытался настроиться на них, увидеть где они находятся? – задала я один из интересующих меня вопросов. Владимир по-прежнему не двигался, будто бы это была просто проекция. На самом деле его изображение так и можно было охарактеризовать, во всяком случае я понимала это так. Созданный облик Владимира была проекцией его воспоминаний о себе самом.

– Они достаточно сильны в этом плане, либо им удается от меня скрываться, либо они уже слишком далеко от города, – ответил Владимир, его изображение слегка дернулось, но быстро восстановилось.

В первый вариант мне слабо верилось – с чего бы им быть сильнее Федосеева? Ведь они стали душами примерно в одно и то же время с Владимиром, Евгения даже несколько позже. Поэтому я с облегчением выдохнула – пускай они лучше будут пока далеко от меня, я все равно не знаю, как мне удалось загнать Елену в зеркало. И, если честно, до конца не верила, что это сделала я. Может это Владимиру удалось, но он сам тоже не понял, что произошло? Мы оба еще слишком плохо разбирались во всем этом хаосе.

– Ну а что на счет связи с тем призраком? – уточнила я, имея в виду душу призрака, живущего около 600 лет назад. Мне даже показалось, что Владимир в этот момент расстроено вздохнул и его грудная клетка пару раз поднялась и опустилась.

– Все сложно, мне пока не удавалось пробиться дальше своего города, возможно эта такая наша особенность или я еще слишком слаб. Мало кто из встреченных мною душ смогли хоть что-то рассказать про его местонахождение. Они вообще не многословны, многие боятся своего состояния и только учатся им управлять. Но ты не расстраивайся, ты и без этого можешь начать испытывать свою силу.

– Да какую силу? Я не знаю, как это получилось с Еленой, – я устала стоять и сползла по стене на пыльный пол. Все равно я теперь одевалось в лес в «походную» одежду, которую было не жалко испачкать или порвать.

– Надо тренироваться, я первое время просто плыл вне этого времени и пространстве, вокруг меня ничего не было Ничто не дается сразу, – мудро произнес Владимир, и создал иллюзию, будто сидит на покосившемся стуле у тумбочки. Видимо, чтоб мне было комфортнее. Так и не скажешь, что ему при жизни было всего 25 лет, кажется, будто он уже прожил несколько веков и знает побольше обычных смертных. – Ты можешь приходить сюда по ночам и тренироваться на мне. Я же призрак как-никак.

Мне слабо это представлялось – как я смогу тренироваться с Владимиром? Ведь мне надо научиться возвращать души в тела, а как это осуществить без тела? Но я не могла отказать тому, кто верил в какие-то недоступные мне самой силы. Я стала его лучиком надежды и не собиралась обламывать доброго парня.

– Идея хорошая, – сказала я, лишь бы не расстраивать призрака. – Только я через два дня на две недели улетаю в Турцию, – при этом я начала поспешно оправдываться перед призраком: Я не хотела, думала все лето проведу в городе. Но мама с отцом скинулись и купили путевку, ничего мне не сказав…

– Ничего страшного, Ангелина, – перебил меня Владимир. – Ты же знаешь, сколько я уже здесь нахожусь, мне некуда спешить. Можем начать тренировки, когда ты вернешься, если ты, конечно, все еще планируешь изучить этот феномен.

– Я же обещала, – воскликнула я, немного передвинувшись, так как в мой зад упирался какой-то мелкий камешек. – Я реально хочу тебе помочь, даже не сомневайся! Тем более это и в моих интересах – теперь уже никогда не знаешь, когда наткнешься на таких психопаток, как Евгения. Уж думаю, она точно с Еленой не одни такие.

– Ты права, их очень много: и душ-самоубийц, и тех, кто устал бродить вне этого мира и решил стать похитителем тел. Главное, будь осторожна. И да, тогда заранее поздравляю тебя с Днем Рождения.

Я удивилась, откуда он узнал, что мне семнадцать лет исполнится как раз тогда, когда я буду на море. Но уточнять у него не стала. Он наверняка за мной наблюдал первое время, мог услышать об этом от мамы. Конечно, немного было неуютно от того, что призрак мог увидеть меня в любой момент, а вот я его – нет. Но я именно этому призраку доверяла. Хуже было осознавать, что и помимо него кто-то мог наблюдать за мной и моими родными.

Сегодняшний поход к Владимиру мало что мне дал. Я лишь расстроилась, что оставляю на полмесяца его абсолютно одного. Ох уж этот неуловимый 600-летний призрак! Я действительно ли он был? А может он уже пошел дальше: туда, куда отправляются все души, которых ничего больше не держит на этой земле? И тогда вся наша затея не имеет никакого смысла. Я могла никогда не совладать со своей силой или же просто не успеть спасти Владимира, как и случилось с Принцессой.

Надо бы было попросить Нелли присмотреть за ним, но с моей стороны это было очень некрасиво. Оба ее родителя были настоящими совами, мимо них в ночь улизнуть не представлялось возможным. Но при этом Нельке было бы сложно отказать своей подруге. Для нее это стало бы отягощающим обязательством перед подругой. Да и с Владимиром она виделась только один раз. Думаю, она все-таки опасалась даже его после истории с захватом тела Таньки. Поэтому я решила ее не обременять такими просьбами. Пускай хоть мои подруги будут отгорожены от происходящего сумасшествия в призрачном мире.

Будь что будет. Владимир существовал без моего общества много лет, даже десятилетий. Действительно, что может случиться за каких-то две недели? Но, как оказалось, случиться за эти две недели могло многое. Причем не с Владимиром, о котором я переживала больше всего, а с моей скромной персоной. То, что я прикоснулась к призрачному миру, не могло пройти бесследно для меня.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13 
Рейтинг@Mail.ru