Оксана Смирнова Привет с того света

Пролог

Пролог

Подвал пах сыростью и псиной. По коже пробегал мороз. Могильный холод, который пробирал до костей, липкими щупальцами заползал под кожу, растекаясь там чем-то вязким. Так дует кладбищенский ветер, принося с собой тот самый первобытный страх, что парализует прежде, чем глаза увидят опасность. От него дрожь в руках и подкашиваются ноги. Наверное, так и было бы, если бы Ангелина стояла на ногах. Но она сидела, привязанная к небольшому старому деревянному стулу. Еще совсем недавно она охотилась с братом, который исправно прикрывал ее спину и уж точно не дал бы существу напасть сзади и оглушить сестру. Но брата нет уже несколько месяцев, и охотница, как ни храбрилась, так и не привыкла к зияющей бреши в своей защите. Вот потому и сидела она здесь, в этом сыром подвале.

— Блэкстоун… — прошипело существо над самым ухом, окончательно приводя девушку в чувства. – Ваша семейка… Ненавижу вас!

Было так тихо, что Лина услышала, как плевок ударился о холодный пол. Последнюю фразу говорить было не обязательно – это читалось в интонации, в каждом слове. И не мудрено – охотников на нечисть мало кто любит, а уж из категории не-людей и подавно. Даже обычные люди старались держаться от странной семейки подальше: то ли чувствовали что-то на интуитивном уровне, то ли просто неуютно было в компании тех, кто с оружием общается лучше, чем с людьми.

Семья Блэкстоунов была известна среди охотников и не только, что, конечно же, добавляло определенных неудобств. Но это никогда не пугало, ведь семья держалась вместе.

Им было за что бороться. Им было что терять.

Каждый их бой был как последний. Родители снова и снова уходили на охоту так, будто уже никогда не вернутся домой. Говорят, в бою они были, как львы. О, Лина любила слушать рассказы про своих героических родителей и их подвиги с самого детства, когда они еще преподносились, как сказки.

Как героически мама спасла отца от чудища - ужасного огнедышащего дракона (хоть сейчас они редко дышат огнем, стараются прятаться среди людей и походить на них, но так было не всегда). Как отец бойко и ловко спас группу детей от жуткой Гелло, испепелив ее, и вернул бедняжек родителям.

Лина слушала эти истории с замиранием сердца. Она выросла на этих рассказах. Кто-то хотел стать похожей на звездой кино, кто-то - на одну из тех моделей, что сводит мужчин с ума, дефилируя по подиуму. Лина же хотела быть такой же, как ее родители. Стать охотницей, от одного имени которой любой монстр будет трепетать в благоговейном страхе.

Но потом…. Потом все рассыпалось, как песочный замок от лопатки мальца, которому надоело его строить. Мать погибла, когда Лина была еще подростком. Отец тяжело переживал и долго искал убийцу матери, а потом и вовсе исчез. Как говорил старший брат, отец напал на след и ушел на охоту. Но не вернулся. Тогда на поиски отца отправился брат, оставив двух сестер. Последней сбежала младшая — Бель. И Ангелина осталась одна. Без тыла и семьи, которой дорожила больше всего на свете. Земля будто ушла из-под ног. Весь ее мир рухнул и осталось только то, что она умела лучше всего. Охотиться. По крайней мере Лине так казалось. У нее появилась цель — стать именной той, кем она мечтала быть в детстве. Она представляла себе, как при ее появлении чудовища будут разбегаться прочь. Уж тогда она покажет себя во всей красе. Показала. Сидит теперь в темном подвале и кривится от запаха гнили, выслушивая чье-то шипение над ухом.

Сверху громыхала музыка и гудела молодежь. Там, наверху, кипела жизнь: алкоголь тек рекой, кто-то громко смеялся, кто-то танцевал, а кто-то даже уединился на втором этаже небольшого дома. Никто даже и не догадывался, что здесь, внизу, сидит молодая охотница, привязанная к стулу, а возле нее в полнейшей тишине ходит тот, кто не собирается отпускать отсюда живой. Будто разные миры соприкоснулись в этом небольшом жилище, сплелись воедино под звуки недавно выпущенных хитов.

Неподалеку послышались шаги. Очень тихие.. Тот, кто передвигался очень близко, но оставался невидимым, старался ступать аккуратно, не издавая лишних звуков. Послышался противный скрежет когтей по стене. Лина непроизвольно скривилась и повернула голову на звук.

— Как не вежливо с твоей стороны, – начала девушка и тут же замолчала. Голову пронзила ноющая боль.– Еще бы — существо явно постаралось ударить посильнее, чтобы вырубить охотницу с одного раза. — Ты бы хоть представился. – Ангелина крутила головой и часто моргала, стараясь разглядеть хоть что-то в темноте. – А то вдруг знакомы, а я без положенных почестей.

В нескольких метрах послышалось шипение, которое походило на смех. Стало жутко. Воображение Лины рисовало огромного змея, который приготовился к броску и подло хихикал, рассматривая в темноте свою жертву. Конечно, ему весело. Он-то видит охотницу, а она его – нет. Потому радости противника Ангелина не разделяла.

— Ну конечно знакомы, - шумно выдохнула девушка и дернула руками, проверяя на прочность связывающие запястья узлы.. Завязали на славу, ничего не скажешь. – Иначе бы я сидела не здесь, а наверху. И потягивала бы очередной коктейль. – Брюнетка выдохнула, будто и правда сожалеет, что не сидит в удобном кресле с бокалом сангрии, пялясь на присутствующих.

Ангелина вновь посмотрела вверх. Она ведь и правда могла быть где-то там, среди этих беззаботных ребят. Так же смеяться, целоваться, обсуждать с подругами очередного красавчика, вошедшего в дверь. Но она выбрала другую жизнь. Поэтому сидит в подвале со связанными руками, разговаривает с кем-то незримым и очень злым, не понимая даже, где здесь выход. Слепая, как котенок. Беззащитная. Жутко. Нелепая смерть. Хотела стать великой охотницей, а станет очередным неопознанным трупом, если эта тварь не плотоядная.

— Ты там сдох, что ли? – не выдержала охотница и снова закрутила головой. Терпение – не ее конек.

Но вместо ответа послышался тихий плач. Охотница тут же повернулась на звук.

— Эй, кто здесь? – тихо позвала Лина. Ответа также не последовало. Кто-то, кого девушка не видела, всхлипнул и снова заплакал. – Мисс Эйберинг? – догадалась Лина и готова была поклясться, как увидела, что тот, кто сидел в углу, кивнул.

Ну конечно! Кто же додумается в собственном доме устраивать камеру пыток да еще и так плохо оснащенную! Будь это какой-то маньяк, помещение было бы полностью готово под разделывание трупов и привязана Лина была бы, скорее всего, к какому-то столу, на котором ее было бы проще расчленить. А тут все просто – стул да веревка.

Перевертыш… Они любители поменять свой облик и ходить в чужой шкуре, а потом все деяния свалить на бедолагу, в чьем обличье творили то, что пожелает их темная душонка. Если она у них, конечно, есть.

— Мисс Эйберинг, все будет хорошо, – тихо сказала охотница.

Хозяйка дома вновь тихо всхлипнула. Да, тяжело ей будет все это объяснить. Надо было бы приготовить какую-то стандартную версию, которая бы включала в себя галлюцинации или что-то вроде того, но голова охотницы была занята сейчас совершенно другими мыслями.

— С каким же удовольствием я оторву тебе голову, Блэкстоун, – послышалось из темноты. Судя по звуку, существо подошло ближе.

— Ох уж эта армия фанатов, – скучающим тоном ответила Ангелина, будто и правда каждый день вокруг себя видела толпы поклонников, спешащих взять у нее автограф за нелегкий труд на невидимом поприще.

Из темноты донесся смешок. Видимо, перевертыш тоже обладал чувством юмора. Жаль, эту шутку оценил только он. Или правильнее сказать, — она. Черт их разберет в каком роде о них правильно говорить!

— Мисс Эйдеринг, - Лина заерзала на месте, стараясь освободить крепко связанные руки, - а у вас сигаретки не найдется?

Хозяйка дома только тихо плакала в ответ, понимая, что ничем хорошим этот вечер не закончится.

— Вот и у меня тоже, – громко сказала охотница, с силой дернув руку и почувствовав, как хрустнул сустав.

Руки были почти свободны.

— Знаешь, Блэкстоун, - шепот раздался над самым ухом так близко, что Лина боялась пошевелиться. Смрадное дыхание обдало щеку и ударило в нос. — На самом деле все это очень даже символично. Твои родители убили моих стариков, а я убью тебя.

Ангелина готова была поклясться, что даже в этой кромешной тьме она увидела, как блеснули вмиг выросшие когти существа. Медлить было некогда! Ангелина с силой качнулась на стуле, крепко вцепившись руками в ножки и рухнула на пол. Послышался хруст дерева и скрежет когтей по стене. То, к чему была привязана охотница, к ее счастью, было слишком древним предметом обихода, и развалилось от падения на части прямо под девушкой. Перевертыш взревел. Лина инстинктивно выставила руку со своим импровизированным оружием – колом – вперед. Наступила тишина.

— Попала? – тихо спросила Ангелина больше от нервов. Вряд ли испуганная хозяйка обладает способностью видеть в темноте, а обмякшее тело, давящее к полу, говорило само за себя

Нечто липкое, вязкое и теплое потекло по руке, стекая с того, что осталось от ножки стула.

— Видимо да, — только и успела сказать Блэкстоун перед тем как рука дрогнула, не в силах держать труп, и тело перевертыша рухнуло на охотницу.

Лина резко выдохнула, не ожидая такой тяжести, и закашлялась.

— Я вам тут это... Стул сломала. Ничего? – Девушка завозилась под перевертышем, стараясь выбраться, но резкая боль в руке пронзила тело так, что потемнело в глазах. Девушка тяжело дышала, стараясь перевести дух. – Осина, я полагаю? Хорошее дерево. Полезное в хозяйстве, как оказалось.

Хозяйка дома осмелилась пошевелиться и, поняв, что больше ничего ей не угрожает, бросилась к выходу. Она-то точно знала, где он. Спотыкаясь и падая, почти на четвереньках мисс Эйдеринг бежала прочь по лестнице. Лина недолго лежала под тяжелым трупом существа, в которого принято не верить. Собрав остатки сил в кулак, она сбросила с себя перевертыша и повернулась на живот. Хозяйка дома широко распахнула дверь, впуская хоть тусклый, но все-таки свет в подвальное помещение и убегая куда-то в толпу.

— Я надеюсь, вы за сигареткой.

Глава 1

Ангелина металась по номеру, как загнанный зверь, не зная, куда себя деть. Она не помнила… Не помнила, что происходило с ней последние пару часов, а может, и больше. Последнее воспоминание — как она сидела у разрытой могилы и потирала шею, закашлявшись.

Девушка присела на кровать, стараясь успокоиться, но это никак не получалось. Когда она разрывала могилу той, кто, по её мнению, был виноват в бедах некой Кэт, на землю опускались сумерки. Сейчас же городом правила ночь. Где она была всё это время и как, чёрт побери, она добралась до города?! Охотница нервно потерла колени и вновь подскочила, как ужаленная. В теории она много чего знала, а вот с практикой были проблемы. Все признаки указывали на стороннее вмешательство в разум охотницы, и что делать с одержимостью, Ангелина знала. А вот что делать, если этот дух вселился в неё саму, она понятия не имела. И вселился ли? Может, проклятие какое было на той могиле? Был бы здесь Дэн, её старший брат, он бы помог. Он знает, что делать. Всегда. Сама же Лина еле справлялась с собственным страхом.

Решение пришло само собой. Охотница бросилась к своему рюкзаку и среди груды ненужного хлама нашла мобильник. И почему он здесь? Всегда же в кармане носила! Всё так же шагая по комнате взад-вперёд, она набрала номер. Руки предательски подрагивали.

— Алло, — раздался в трубке сухой знакомый голос.

— Роман? — зачем-то переспросила Ангелина, будто могла ошибиться номером, как в старые добрые времена.

— Да. С души как камень упал.

— Мне нужна твоя помощь. Беда. — Девушка присела под подоконником, рассматривая вымазанную в грязь руку. — Приезжай в отель «Приют странника». — Ангелина поднялась и посмотрела в окно, за которым властвовала ночь. Окна её номера выходили на лес, сквозь лапы деревьев виднелась трасса неподалёку. — Вроде как это недалеко от тебя.

— Еду, — коротко ответил мужчина и положил трубку. А Ангелина вновь присела у окна на корточки, запустив руки в волосы и стараясь вспомнить, что же произошло.

Всё началось со звонка знакомого, Макса, который пару раз помогал охотнице подделать документы. Он рассказал, что его знакомая Кэтрин обратилась к нему из-за того, что не может спокойно жить в своём новом доме, доставшемся по наследству. В один прекрасный день бабушка Кэтрин решила, что жизнь в шумном городе её порядком утомила, и захотела купить небольшой особняк вдали от цивилизации по очень выгодной цене. Всех родственников насторожила низкая стоимость, но женщину было не переубедить. И, несмотря на уговоры, она приобрела недвижимость. И всё было прекрасно: никакого шума от машин или соседей, рядом находился небольшой лесок. Тишь да гладь. Покой. Что ещё нужно пожилой женщине? Она буквально расцвела. Целыми днями возилась в небольшом саду, а вечера проводила с чашкой чая на террасе. Все успокоились и смирились с выбором бабушки, и лишь одна Кэтрин удивлялась: как же не страшно и не скучно бабулечке в этом огромном доме в одиночку? На что ответ был прост — она не одна. Женщина рассказала внучке, что по ночам к ней приходит кто-то невидимый и разговаривает с ней, а порой даже поёт песни, под которые так сладко засыпается. Кэтрин стала не на шутку переживать за состояние бабушки и предложила пожить у неё, на что старушка наотрез отказалась. Прошло несколько недель, и в квартире Кэтрин раздался странный звонок. Звонила бабушка и просила забрать её, но стоило девушке приехать, как старушка снова отказалась уезжать. Она только руками взмахнула. Да что ж это такое: то «забери», то «не поеду никуда». В сердцах Кэтрин выскочила из дома и уже собиралась уехать, как бабушка нагнала её у самой машины и тихо сказала, что дом теперь её никуда не отпустит. Внучка всё это списала на старческую деменцию и расшатанные нервы, села в машину и уехала. А через пару дней старушки не стало. Всё своё добро она разделила между родственниками, а странный дом завещала Кэтрин с обязательным условием: та не имеет права продавать этот дом.

Переезжать из города девушка не собирала, но трудные времена на работе заставили Кэт уволиться. В личной жизни тоже не сложилось, и, поддавшись эмоциям, Кэтрин собрала вещи и переехала в этот особняк с полной уверенностью, что отдаление от мирской суеты поможет привести в порядок мысли. В первое время так и было. Единение с природой наполняло её неописуемым чувством покоя. Не было этой привычной суеты. Никуда не нужно было спешить и кому-то что-то доказывать. Только тишина… Даже дышалось здесь иначе. Свободнее. Казалось, что переезд сюда был единственным правильным решением за последние годы. Вот только со временем Кэтрин стала ощущать чужое присутствие. По ночам кто-то смотрел на неё, а порой даже садился на кровать. Первое время она списывала всё на свой страх одиночества, а потом услышала шёпот. Тихий голос, который звал её в ночи. Она куталась в плед, закрывая уши и отказываясь верить в происходящее. Она даже пригласила священника освятить дом. На пару дней воцарилась тишина, но позже всё возобновилось. Но теперь это был не шёпот, а негромкое пение. Странные, спокойные и старые мотивы на незнакомом языке зачаровывали девушку, заставляли заслушиваться и впадать в транс. Она то засыпала, то просыпалась от чужого голоса. Внутри Кэтрин всё кричало о том, что нужно бежать. Она даже пару раз собирала вещи, но стоило ей дойти до порога, как она замирала, опуская чемоданы на пол, и снова вслушивалась в эти дивные, незнакомые ей мотивы. Теперь она понимала, что говорила бабушка — дом не отпустит её.

Однажды в гости к Кэтрин заехал Макс, её одноклассник. Он очень удивился, как же его знакомая умудрилась забраться в такую глушь, но, увидев её состояние, всё понял. Он дал ей номер Ангелины и сказал обязательно позвонить. Кэтрин взяла визитку и долго не решалась набрать номер. Ну что ей сказать? Кого позвать? Охотников за привидениями? Она же уже взрослая и в такие сказки не должна верить. А как не верить, когда каждую ночь она просыпается под это пение, под мотивы песен, которых никогда не слышала, и вся кровь холодеет в жилах? Поначалу это всё очень пугало девушку, а потом… Потом стало затягивать. Как алкоголь. Как наркотик. Она уже не могла уснуть, если не слышала это тихое, едва уловимое пение. Она бродила по дому, заглядывая в самые тёмные углы, желая услышать эти уже такие знакомые мотивы, и с каждым днём выглядела всё хуже, увядая на глазах. Только после визита старой подруги, которая настояла на звонке «кому угодно, только бы помогли», Кэт набрала Лину. Первый звонок длился всего пару гудков. Девушка тут же положила трубку, услышав то ли свой внутренний голос, то ли тот, что шептал ей постоянно на ухо: этот звонок — чистейшая глупость, а эта девица всего лишь шарлатанка, которая выудит у неё остатки денег. Кэт закуталась в тёплый плед и посмотрела в окно. На улице темнело. Тучи нависали над лесом. А в голове снова зазвучала таинственная мелодия. Кэтрин моргнула и… очнулась в саду, стоя под дождём, босая, поднявшая руки к небу с какой-то непонятной вещицей в руках. Она опустила руки, и видение растаяло. Лишь холодный дождь бил по телу, пронзая его сотнями мелких жал. Кэтрин бросилась в дом и, несмотря на позднее время, набрала номер, указанный на визитке.

Ангелина приехала через сутки, ближе к утру. Замученная Кэтрин, которая уже ничуть не походила на прежнюю себя, впустила гостью без лишних расспросов, но сил на разговоры не оставалось, потому она предоставила охотнице небольшую комнату на втором этаже. Лина уснуть не могла. Ей казалось, что стены давят на неё, а лес за окном казался тёмной рутиной болота, которая вот-вот затянет любого, кто подойдёт ближе. Ужасное место. И как только его могли описать как «милый домик на окраине»? Уснуть так и не получилось — Блэкстоун ворочалась с одного бока на другой. Ей казалось, будто кто-то внимательно наблюдает за ней, и, чтобы не терять драгоценного времени, она решила покопаться в архивах и узнать хоть что-то об этом особняке. Как оказалось, у места и правда была дурная слава. По легендам, когда-то давно прямо на этом месте, где был построен дом, сожгли женщину по подозрению в колдовстве. Легенды расходятся: одна из версий гласила, что однажды утром город проснулся от жуткого крика хозяйки дома, которая горела заживо внутри своего поместья; другие источники утверждали, что здесь жила женщина невероятной красоты и могущества, которой завидовало всё поселение, и однажды жители собрались и, заперев хозяйку внутри, просто подожгли здание. Дальнейшие показания сводились к одному — чтобы не хоронить прах в черте города из-за страха, что ведьма может вернуться и отомстить, жители вынесли останки и закопали где-то неподалёку. Какая бы из версий ни была правдой, ничем хорошим для жителей этого поместья это не сулило. Но хотя бы задача была ясна. Со спокойной душой Ангелина легла на небольшую кровать и, несмотря на странные ощущения, не оставлявшие девушку, погрузилась в сон.

Сон был тяжёлый и вязкий. Казалось, будто девушка застряла в смоле или мазуте — в чём-то чёрном, вязком… Она тянула руки к свету, но что-то держало её крепко и не отпускало. Вокруг слышались голоса: кто-то плакал, кто-то смеялся, кто-то молил о пощаде. Но не было видно никого. Лишь тьма и ощущение того, что её затягивает в тёмную трясину.

— Доброго утра, — послышалось над самой головой. Ангелина открыла один глаз. Над ней стояла Кэтрин с подносом, на котором красовалась небольшая старинная чашка с чаем и блюдце с мёдом. Охотница тяжело вздохнула и потерла глаза. Вставать не хотелось. За окном было пасмурно, оттого спать хотелось ещё больше. Хозяйка выглядела куда живее, чем встретила гостью под утро. Скорее всего, ей тоже был нужен сон. Но нехорошее предчувствие не покидало Лину. Она снова покосилась на лес, который в такую погоду казался ещё мрачнее, и невольно скривилась. А вот Кэтрин живо села за стол рядом с ноутбуком, поставив поднос с завтраком и без капли стеснения посмотрела на монитор.

— Нашли что-то? — спросила хозяйка, с интересом рассматривая статью.

Ангелина кивнула, поднимаясь на локтях и перебарывая в себе желание поваляться в кровати ещё пару часиков. И вот почему в таких местах люди привыкают раньше вставать? Сам чёрт их будит, не иначе. Спали бы себе и спали, набирались сил. Но нет, ни свет ни заря уже на ногах. Лина так не умела и бодрости хозяйки не разделяла.

— Угу, — ответила Лина, почесав затылок и поднимаясь с кровати. — Неудачное место вы выбрали для спокойной жизни. — Охотница медленно встала и, закутавшись в плед, села рядом с хозяйкой. — По легендам, на этом месте был дом ведьмы, которую тут сожгли. — Лина взяла чашку с чаем и сделала большой глоток. Напиток был слишком крепким и насыщен терпкими нотками каких-то трав, ещё и без сахара. Девушка непроизвольно скривилась и перевела взгляд на хозяйку: — А кофе нет?

Та только сдержанно улыбнулась:

— Я не знала, что вам принести. Здесь по утрам все пьют тонизирующий травяной чай, вот я и… — Кэтрин виновато пожала плечами. — Кофе?

— Нет, спасибо. — Ангелина не хотела напрягать и без того взволнованную хозяйку. — Странное дело, вот как можно было отличить ведьму от обычной женщины? — рассуждала вслух охотница. — Зависть? Месть? Ну вряд ли она творила что-то эдакое на виду у горожан. Но то, что они сотворили, всегда оставляет отпечаток.

Ещё вчера Кэтрин выглядела, мягко говоря, нехорошо, сегодня же в ней что-то изменилось. Казалось, будто она не сводит глаз с охотницы, словно взяв её на невидимый прицел.

— Я тут нашла старые чертежи, — Ангелина открыла ещё одно окно на ноутбуке. — Думаю, ту, что сожгли здесь, похоронили вон там. — Охотница ткнула пальцем в сторону леса и повернулась к Кэтрин.

На шее хозяйки дома красовался амулет, от которого становилось не по себе. Старая вещица. Цепочка, хоть и потемневшая, но видно, что не из дешёвого металла. А вот камень внутри, наоборот, ярко поблескивал, будто он был только что куплен. Но вещица рябила, подрагивала на свету. Казалось, тронь её — и растает. Да и взгляд у хозяйки был уж больно неприятный. Она хищно облизывалась и щурилась от света, будто он резал ей глаза. На шее около цепочки образовались едва заметные кровоподтёки, которые обычно появляются, если сильно теребить украшение или силой пытаться его снять.

— Думаю, стоит пойти туда, — Ангелина отвела взгляд от неприятной вещицы и вновь посмотрела на лес.

— Я не пойду, — тихо сказала Кэт, потупив взгляд. — Мне страшно.

— А я пойду, — хихикнула Ангелина, резво поднявшись со стула.

Она одним глотком допила невкусный чай, скривилась и стала собираться. Кэтрин тихо вышла, притворив за собой дверь.

Глава 2

Ангелина шла в сторону леса, негромко напевая песню о драконах и воинах. Слова она частично забывала и вместо них вставляла первое, что приходило на ум. Получалось весьма комично, но в такие моменты это было даже к лучшему – напевать грустные песни идя раскапывать моги было бы слишком жутко. Хотя для охотницы это было уже привычным делом. Она задорно шагала по темной земле с сумкой инструментов наперевес.

Вокруг царила тишина. Это было довольно странно, ведь в подобных местах для птиц – раздолье. Летай не хочу. Вряд ли люди сюда часто захаживали потому никто не мог спугнуть их. Но нет. Полнейшая тишина. Казалось, место погибло давным-давно, и Лина идет не вдоль леса, а по кладбищу. Еще больше жути нагоняли вороны. Они-то как раз орали во всю глотку. Девушка подняла голову и шикнула на птиц, но те так и продолжали кружить неподалеку.

Найти могилу оказалось задачей непростой. Охотница пару раз заходила не туда, но все же вскоре была у цели. Место захоронения той, кого окрестили ведьмой, поросло кустарниками и травой. Креста на могиле не было – не гоже ведьму хоронить с такими почестями. Возле насыпи была железная палка и табличка, на которой должна была быть надпись с именем умершей, но букв было не разобрать. Возможно, здесь даже было написано предостережение не лезть сюда. Лина читала, что порой ведьм хоронили именно так. Но время стерло все следы.

- Ну, здравствуй. – Сказала охотница, сбросив с плеча сумку со всеми нужными инструментами, и осмотрелась. Высокая трава высохла и даже кустарники рядом были слабыми и на вид не здоровыми. – Ох, не к добру это, - отметила девушка, но тут же продолжило, - хотя что в этой работенке может быть к добру?

Блэкстоун достала из сумки небольшую раскладную лопату и принялась раскапывать могилу. Уже через минут пять такой работы Ангелина ругала себя за то, что не додумалась попросить у хозяйки дома обычную лопату – с ней было бы куда проще и быстрее. Но нет. Девушка вытерла пот со лба и негромко ругаясь на себя, продолжила. Вандализм чистой воды, но для проведения обряда Лине нужны кости той, кто беспокоит Кэт по ночам. И никак иначе эти самые кости не достать. Вот и приходилось хрупкой девчонке махать лопатой как заправскому гробовщику.