NVIsion 89 Гличмастер. Перерождение спидраннера

После ожесточённых споров мне также достались коричневые штаны с кучей швов и даже одной заплаткой. В моём мире штаны бывают джинсами, брюками и так далее, но эти я не мог назвать никак иначе кроме как... штаны. Выторговала сей шедевр местной моды Милт за шесть медяков. Кроме того за три медяка в моё имущество перешёл плащ грязно-тёмного цвета, который скорее представлял собой кусок ткани наподобие покрывала с пуговицей, и обувь. Вот обувь к моему счастью была сегодняшней покупкой наилучшей сохранности. Она представляла собой нечто среднее между сапогами и ботинками-тимберлэндами. Коричневые, с кожаными носами, хоть и с потёртостями, выдающими, что она не новая, обувка обошлась аж в пятнадцать монет.

Пока я в уме посчитал, что после уплаты за одежду у меня останется тринадцать монет, Милт, по всей видимости, сделав ровно то же самое, окинула взглядом прилавок с лежащим там помимо прочего снаряжением.

— Нам нужны рюкзак и поясная сумка, — сказала девушка старьёвщику.

Старик понял намёк и, лишь пожав плечами, убрал с прилавка кирасу, ножны, наплечник и прочие приблуды полноценных авантюристов, а затем зыркнул на Милт и, видимо, устав от словесной перепалки, сразу обозначил границы:

— Меньше чем за пять монет дорожный рюкзак не отдам!

— Пять так пять, — согласилась девушка, окинув взглядом то, что он называл дорожным рюкзаком.

Осмотрел данное изделие и я. То, что в их понимании было рюкзаком, для меня представляло собой скорее просто мешок, хоть и из достаточно добротной плотной ткани, к разным краям дна которого была намертво пришита полоса ткани. Как я понял, лямка ткани выступала в роли завязки мешка, формируя при этом две шлейки. «Рюкзак, рюкзак... Да это скорее армейский вещмешок!»

— А поясная сумка? — спросила Милт.

— Два медяка, — угрюмо ответил старьёвщик.

Милт взяла в руку сумочку, повертела в руках, а затем посмотрела одним глазом на старика через сквозную дыру в одной из ниш для флаконов. Старик уже встал в стойку и более настойчиво повторил:

— Два медяка!

— Поняла я, поняла, — сдалась Милт, понимая, что спорить бессмысленно.

Я уставился на прилавок, где лежал мой «сет экипировки», не особо представляя, как в этом буду выглядеть.

— Чего смотришь? — прервала мои визуализации Милт. — Иди меряй.

Я вздохнул и начал осматриваться, а не найдя искомое, обратился к старьёвщику:

— Где тут у вас раздевалка?

— Ширму ему подавай, — хихикнул старик. — Местом не ошибся?

Я мог бы чего съязвить, но молча схватил в охапку свои «обновки» и поплёлся в ближайший тёмный угол.

— Погодь, малец, — окликнул меня старьёвщик. — Совсем забыл. Ремни закончились, вот, дарю как первому покупателю сегодня.

Он протянул мне бечёвку. Я уставился на неё как баран на новые ворота, не сразу поняв, что он от меня хочет, но быстро допёр, что он предлагает бечёвку в качестве замены ремню. «Очешуенная акция: купи мусор по цене сорока обедов и получи верёвку в качестве ремня в подарок». Всё также соблюдая молчание, хоть и полный мыслей, я двинулся куда и намечался.

Я уединился, если можно так сказать, в углу лавки, куда почти не попадал свет из окон. Не примерочная в бутике, конечно, но имеем то, что имеем. Я вздохнул, сгрузил охапку шмотья на деревянный бочонок и принялся сбрасывать свои обгоревшие обноски, измазанные грязью чуть ли не всех цветов радуги. Сняв верх и оголив торс, я заметил, что и старьёвщик, и Милт пялятся в мою сторону, из-за чего мне захотелось прикрыться руками, как застигнутая врасплох в душе вайфу, так как в моём случае слово «мускулатура» не зря рифмуется со словом «макулатура».

Однако я был бы не я, если б не отчебучил чего, будучи смущённым. Вот и на сей раз я встал в позу, будто бодибилдер, демонстративно напрягая несуществующие мышцы. Милт захихикала, но намёк поняла и отвернулась, а старик сплюнул на пол, пробормотав в бороду нечто явно нелицеприятное. Я же продолжил раздеваться, дабы экипировать свой «легендарный сет». Правда, процесс облачения скорее напоминал ребус.

Сначала — штаны. Без привычной ширинки и пуговиц, даже шлёвок для ремня не было. Я подпоясался подаренной стариком бечёвкой, затянул узел на талии и попрыгал на месте.

«Ну... держатся. Если не делать резких выпадов, штаны вроде как не слетят. Надеюсь...»

Дальше шли камзол с зашитыми дырами от когтей и плащ-покрывало. Камзол сел неожиданно плотно, защищая от сквозняков, а плащ, застёгнутый на единственную пуговицу, свисал чуть ли не до колен. Вот обувь не подвела! Кожа плотно облегала стопу, а жёсткий носок и набойка на пятке давали отличное чувство опоры. Чудо, что ботинки были мне в пору, будто на меня и шились. Вопрос остался только с поясной сумкой. Вешать дополнительный груз на бечёвку, которая в одиночку не слишком надёжно защищала мою задницу от лицезрения зевак, мне не хотелось. По итогу я взял свой узкий ремень и, продев через лямки сумки, плотно затянул его поверх камзола, придав дополнительную поддержку штанам.

Кое-как осмотревшись — жаль, зеркала я не нашёл, да и сомневаюсь, что оно тут имелось, — я вышел к своей напарнице.

— Ну вот, теперь выглядишь как человек, а не как бродяга, — похвалила меня Милт.

— Разве? — я ответил скептически, не поняв, то ли она всерьёз хвалит, то ли рофлит надо мной. — По-моему, мало что изменилось.

— Тьфу, — снова сплюнул старьёвщик. — В кармане гроши, а ещё носом вертит.

— Нет, серьёзно, — продолжила моя напарница. — Раньше ты выглядел как нищий бродяга, а сейчас... — она задумалась, видимо не придумав заранее, на кого я ныне похож, — ... а сейчас как обычный бедный путник.

Отличия в её сравнении для меня оказались тождеством, но я решил не продолжать тему, тем более что касалась она моего внешнего вида.

— Слух, малец, — вдруг подал голос старьёвщик. — А что на тебе за чудн́ое исподнее? Продашь?

— Чёрта с два, — выпалил я, думая про себя: «Вот старпёр, не постеснялся пялиться на мои боксеры. - Это моя семейная реликвия!. — «Стоп, а почему нет», — подумал я и продолжил вполголоса: — А сколько дашь?

— Пять медяков.

— Тьфу ты, не продам, — разочаровался я в оценке своей «реликвии» из современности и начал пихать в сумку своё старое шмотьё, которое с любопытством рассматривал старьёвщик, особенно пристально разглядывая мои грязные конверсы.

— А эт... — начал было торгаш, всё также пялясь на современную обувь. Однако я сразу же пресёк его притязания.

— И это нет, — я спешно запихал кеды в вещмешок.

Старик ничего не ответил, а только пожал плечами, мол: «ну и чёрт с тобой». Я же в свою очередь с глубоким сожалением выложил на прилавок горсть монет из сорока медяков.

***

Остаток дня прошёл в неторопливой суете. Мы прогулялись по Торговому Кварталу дальше: Милт заглянула в пару лавок, докупив шклянки с зельями, мазями и прочие волшебные расходники. В процессе разговора по оживлённой улице я начал сокрушаться, что утром радовался крупной сумме, а к середине дня остался с 5 медяками, которых при экономном расходовании хватит на три завтрака и две ночёвки.

- Погоди, медяк за ночёвку — Милт аж остановилась, уставившись на меня как на умалишённого - а где ты комнату снимаешь?

- В трактире около Гильдии, где ж ещё.

— Скип, ты сумасшедший! - сокрушалась Милт, но затем вспомнив мой бэкграунд смягчилась - ах, да, ты ж не знаешь ни черта. У Гильдии есть свой постоялый двор для авантюристов. Комната на сутки там стоит один медяк. Не ночь, сутки!

- Реально? - одновременно обрадовался я перспективе и расстроился предыдущим тратам.

- Более того, если снимать сразу на неделю — выходить по шесть медяков, а за месяц — всего двадцать! - продолжила просвещать меня напарница - Я сама там живу. Да и Гвен с Надей и добрая половина авантюристов, которые родились не в Столте, а приехали с пригорода.

Услышав слово «скидка», я мгновенно проникся. В итоге волшебница дотащила меня до гильдейского постоялого двора, помогла оформить комнату, после чего, попрощавшись до завтрашнего утра, ушла по своим делам.

Сама «гостиница» представляла собой трёхэтажный квадрат из четырёх соединённых корпусов. Внутри прятался уютный внутренний двор, в который можно было попасть либо через двери из корпусов, либо через одинокую арку со стороны улицы, которая была закрыта решёткой ворот. По моим ощущениям, сама гостиница скорее походила на студенческое общежитие. В каждом корпусе была даже кухня для постояльцев.

Моя комната на третьем этаже оказалась спартанским раем: узкая кровать, шкаф, тумбочка, стул и окно с видом на внутренний двор.

Заперев дверь, я сгрузил вещмешок в угол, разулся, снял поясную сумку, что б не давила в бок, и упал на кровать, вызвав интерфейс, который так и не удалось досконально исследовать.

Ожидаемо в разделах "профиль" и "навыки" всё осталось без изменений. Я с надеждой перешел в меню "задания", но оранжевые буквы глобального квеста всё также не давали новой информации. Тогда я заглянул в раздел "инвентарь". Несколько пустых ячеек. "Стоп... а это что?" В одной из ячеек что-то было, я перевёл взгляд и сосредоточился и увидел подпись "мусор". "Мусор? Какой ещё мусор?". Я вскочил, вывернул пустые мешковины карманов наружу и обнаружил крупные катышки из ткани и пыли и коротко выругался.

- Тьфу ты...

Я решил исследовать возможности дальше. Взяв с тумбочки ремень с поясной сумкой, я водрузил его поверх камзола. Сетка инвентаря мгновенно расширилась — ячеек прибавилось, а в одной из них прорисовались иконки с моими тремя монетами. Да, я снял комнату сразу на два дня. Тогда я подхватил из угла и накинул на спину вещмешок. Сетка слотов разрослась в разы, и в новых ячейках я обнаружил визуализированные иконки своих Конверсов и старой одежды. Удивительно, но драная и обгоревшая футболка не была подписана как "мусор".

Однако на этом мои исследования не закончились. Я попытался представить, как мысленной командой достаю монету из ячейки прямо себе в ладонь. Ничего не произошло. Монета не материализовалась из воздуха.

Попробовал наоборот — положил монету на тумбочку и начал играть в экстрасенса, пристально уставившись на кругляш меди. Нифига.

Похоже, мой инвентарь был не магической сумкой, а всего лишь хитрым визуальным органайзером. Он не телепортировал вещи, а просто считывал всё, что засунуто в мои реальные карманы и вещмешок, показывая удобный список. Единственной выявленной манипуляцией внутри «инвентаря» оказалась возможность перекладывать вещи. Я мог мысленно менять их местами, перемешивать, но исключительно внутри этой замкнутой системы.

И на том спасибо. Я уже видел пару очевидных преимуществ. Как минимум, чтобы достать что-либо со дна рюкзака, теперь не нужно рыться в мешке, вываливая всё наружу — достаточно просто сместить нужную вещь в инвентаре на верхние ячейки.

Наконец покончив с инвентарём, я вернул на места сумки и перешёл в раздел «Карта». Данная функция сразу же ёкнула в моих мыслях своей полезностью. В интерфейсе на рисованный манер отображалась с видом сверху моя комната с линиями стен и мебели. Я мысленно попытался отдалить карту. «Бинго!» Теперь помимо моей комнаты отображалась вся гостиница с одним важным нюансом. Я видел исключительно свою комнату и путь по гостинице, которым до неё дошёл, вся остальная область была просто чёрным маревом. «Туман войны», — заключил я очевиднейшую геймплейную механику карт из видеоигр.

— Жаль, миникарты нет, — пробубнил я себе под нос, но осёкся, ловко ухватив пролетающую в сознании мысль.

Я уставился на интерфейс и мысленно попытался изменить его размер. После непродолжительных попыток меня окатил заряд радости и гордости за свою догадливость. Я мог мысленно менять размер окна интерфейса и, более того, мог свободно двигать его в поле своего зрения.

— А вот и миникарта, — довольный, констатировал я сам себе свои исследования.

Ещё какое-то время я копался со своим новым навыком, но ничего нового не обнаружил. Смахнув интерфейс, я просто развалился на