Alex North Из черни в графы

Пролог. Ты — чернь

Ты открываешь эту книгу не для того, чтобы узнать, к какому сословию тебя отнесли бы триста лет назад. Скорее всего, тебе вообще неинтересно средневековое распределение титулов, гербов и привилегий. Ты живёшь в мире, где можно менять работу, переезжать между городами, открывать компании, брать кредиты, покупать акции, работать через интернет и самостоятельно решать, что считать хорошей жизнью. На бумаге это выглядит как почти полная свобода, и спорить с этим было бы странно. Только у этой свободы есть одна неприятная особенность: иногда человек обладает правом выбора, но не обладает возможностью воспользоваться им.

Можно уволиться, но нельзя остаться без дохода. Можно отказаться от клиента, но нельзя потерять единственный контракт. Можно закрыть бизнес, но нельзя перестать обслуживать долги. Можно переехать, но нельзя легко перенести работу, школу, обязательства и привычный круг людей. Можно даже сказать себе, что ты никому ничего не должен, хотя следующая выплата по кредиту очень быстро напомнит о противоположном. Именно здесь начинается разговор этой книги.

Я буду использовать слово «чернь» намеренно провокационно, но не как исторический термин и не как оскорбление профессии, дохода или происхождения. В этой книге чернь — это не бедный человек, не рабочий, не офисный сотрудник и не тот, кто получает мало. Это человек, чьё благополучие слишком сильно зависит от решения другой стороны. Чем меньше у человека пространства для отказа, тем выше его зависимость, каким бы красивым ни выглядел его автомобиль и каким бы высоким ни был его должностной уровень.

Поэтому рядом с человеком, который получает скромную зарплату, вполне может находиться человек с огромным доходом, находящийся в ещё более жёсткой зависимости. Один привык жить на относительно небольшую сумму и имеет большой запас времени. Другой привык к дорогой квартире, нескольким кредитам, высоким обязательствам и определённому статусу, который необходимо постоянно поддерживать. Если завтра исчезнет его главный источник денег, вся конструкция может посыпаться значительно быстрее, чем кажется со стороны.

Противоположный образ в этой книге я называю графом. Это тоже не исторический титул и не предложение всем срочно покупать фамильный герб. Граф — человек, который может выбирать, кому, чему и зачем он отдаёт своё время. Он может много работать, строить компанию, руководить людьми, брать сложные проекты и даже сознательно выбирать ограничения. Главное состоит в том, что его жизнь не рушится от одного чужого «нет».

Отсюда появляется главный вопрос книги. Что нужно изменить в собственной жизни, чтобы право выбора перестало быть только юридическим и стало экономическим, профессиональным и психологическим? Сколько денег действительно покупают свободу? Когда высокая зарплата превращается в золотые наручники? Почему собственный бизнес иногда делает человека более зависимым, чем работа по найму? И почему самые интересные возможности возникают не тогда, когда всё спокойно, а тогда, когда привычные правила начинают меняться?

Я не собираюсь обещать тебе гарантированное богатство. Такие обещания слишком хорошо продаются, чтобы быть правдой в долгосрочной перспективе. Если кто-то предлагает универсальную формулу, после которой деньги якобы обязаны появиться, стоит проверить либо дату окончания этой формулы, либо степень громкости человека, который её продаёт. Жизнь устроена сложнее, а рынок вообще не подписывал с нами договор о справедливом результате.

Задача этой книги другая; она не должна дать тебе профессию на следующие сорок лет и тем более не должна решить за тебя, сколько денег тебе достаточно. Она должна научить смотреть на собственную жизнь через зависимость, выбор, капитал, время и изменения. Если после прочтения ты начнёшь чаще спрашивать, что произойдёт после исчезновения главного дохода, кто действительно контролирует твой доступ к клиенту или работе и что останется у тебя после очередной сделки, значит, книга уже сделала полезную работу.

Потому что свобода редко начинается с большого состояния. Чаще она начинается с маленького запаса, переносимого навыка, второго клиента, возможности отказаться от плохого предложения или нескольких месяцев, в течение которых тебе не нужно соглашаться на первое попавшееся решение. Первый капитал покупает не роскошь. Он покупает время между событием и реакцией, а иногда именно это время позволяет увидеть следующий шаг.

Дальше мы разберёмся, почему отменённое рабство не отменило зависимость, почему высокий доход не делает человека свободным, почему начальник тоже может быть чернью, что на самом деле означает титул графа и как свободу научились продавать вместе с автомобилями, квартирами, статусом и красивыми картинками. Потом разговор станет практичнее: мы посмотрим на разные пути к независимости, предпринимательство, покровительство, переломы рынков, маленькие проблемы, чужие системы и поиск возможностей.

Но начинать придётся с неприятного признания. Возможно, проблема твоей жизни находится не там, где ты привык её искать. Возможно, тебе не столько не хватает денег, сколько не хватает пространства между чужим решением и последствиями этого решения для тебя. И если это так, то задача становится значительно интереснее. Потому что зависимость можно измерять, а конструкцию зависимости можно постепенно менять.

Именно поэтому название книги звучит немного нагло. «Из черни в графы» — это не обещание социального возвышения и не инструкция по превращению в человека с дорогими часами. Это метафора движения от состояния, в котором чужое решение определяет слишком большую часть твоей жизни, к состоянию, в котором у тебя появляется настоящий выбор. А теперь давай посмотрим, насколько свободным ты являешься на самом деле.

Глава 1. Рабство отменили. Зависимость осталась

Рабство отменили; с этим человечеству действительно можно себя поздравить. Крепостное право тоже осталось в учебниках истории, а возможность официально владеть человеком сегодня вызывает вполне заслуженное негодование. Теперь никто не может продать тебя вместе с домом, передать по наследству соседу или наказать за попытку перейти к другому хозяину. По крайней мере, в большинстве цивилизованных обществ; ты свободный человек; по крайней мере, юридически.

Ты сам выбираешь, где жить, кем работать, какую машину покупать и в каком банке брать кредит. Ты можешь уволиться, переехать, открыть компанию, сменить профессию и даже провести несколько месяцев, ничего не делая, если сумеешь убедить в этом собственный семейный бюджет. Современный человек получил свободу, о которой его предки могли только мечтать. Есть только одна небольшая неприятность. Очень часто человек оказывается свободен ровно до того момента, пока не попробует воспользоваться своей свободой.

Он может уволиться, но не может позволить себе остаться без зарплаты. Он может переехать, но не может бросить ипотеку. Он может отказаться от неприятного клиента, но тогда ему нечем будет платить сотрудникам. Он может сказать начальнику всё, что о нём думает, но уже через месяц ему понадобится новый начальник, потому что старый перестанет платить; формально дверь открыта. Просто выйти через неё почему-то нельзя. И вот здесь начинается наша история.

Свободный человек, который не может уйти

Представим обычного человека; он каждое утро просыпается по будильнику, собирается на работу, едет через город, проводит восемь или десять часов в офисе, возвращается домой и обещает себе, что когда-нибудь начнёт жить по-настоящему. Иногда он даже выполняет это обещание, но исключительно во время отпуска. При этом никто не стоит рядом с ним с плёткой. Начальник не сопровождает его до метро. Охрана не запирает офис после окончания рабочего дня. Никто не запрещает ему завтра не приходить. Более того, если человек захочет уволиться, он вполне может это сделать. Именно поэтому современная зависимость так хорошо маскируется под свободу; человека не заставляют оставаться. Ему просто очень дорого уйти.

Разница кажется небольшой, но на самом деле она огромна. Представь, что завтра работодатель сообщает тебе о прекращении трудовых отношений. Не о сокращении премии, не о временных трудностях и даже не о необходимости потерпеть несколько месяцев. Допустим, он просто говорит, что с первого числа зарплаты больше не будет. Что ты ответишь на это предложение? Если ты спокойно пожмёшь плечами, потому что у тебя достаточно накоплений, несколько источников дохода, востребованная профессия и время для поиска следующего варианта, тогда у тебя действительно есть определённая степень свободы.

Если же первая мысль будет связана с ипотекой, арендой квартиры, детским садом, кредитной картой, продуктами и платежами, которые необходимо сделать через две недели, ситуация становится гораздо интереснее; ты по-прежнему свободен. Просто твоя свобода заканчивается примерно там, где заканчивается следующая зарплата. И это вовсе не обвинение. Так живёт огромное количество людей. Более того, так устроена сама современная экономика. Большинство людей продают своё время, знания, навыки, внимание или способность принимать решения в обмен на деньги. Это нормальная экономическая конструкция, без которой невозможно представить современное общество. Проблема начинается не там, где человек работает.

Проблема начинается там, где человек не может перестать работать, не разрушив собственную жизнь. И это уже совсем другой разговор.

Чернь XXI века

Теперь необходимо договориться о термине, который будет использоваться в этой книге. Слово «чернь» здесь не является историческим определением и тем более не является попыткой унизить человека за его профессию, доход или социальное происхождение. Мне совершенно неважно, работаешь ли ты официантом, инженером, водителем, учителем, программистом или директором компании. Можно получать относительно небольшую зарплату и обладать значительной свободой. Можно получать огромные деньги и быть совершенно зависимым человеком. Поэтому в этой книге чернь определяется не размером дохода. Чернь — это человек, чьё благополучие слишком сильно зависит от решений другой стороны.

Это может быть работодатель, единственный клиент, банк, инвестор, государственная структура, крупный партнёр, владелец площадки или даже собственный бизнес, который превратился в тюрьму с красивой вывеской. Именно здесь начинается неприятная часть разговора. Потому что внезапно выясняется, что в категорию зависимых людей попадает гораздо больше граждан, чем хотелось бы признать. Причём многие из них прекрасно зарабатывают; некоторые носят дорогие часы. Некоторые ездят на автомобилях, которые стоят дороже чужой квартиры. Некоторые работают в современных офисах с видом на небоскрёбы. Некоторые вообще работают из дома и появляются в офисе только тогда, когда хочется показать коллегам новую стрижку.

Но если исчезновение одного источника денег заставляет человека немедленно подчиняться чужому решению, его положение всё равно остаётся зависимым; можно изменить интерьер клетки; можно поставить туда кофемашину. Можно выдать человеку корпоративный ноутбук. Но если он не может открыть дверь, клетка от этого не исчезает. Хотя, конечно, с хорошим Wi-Fi сидеть внутри значительно приятнее.

«Но я сам выбрал эту работу»

Это одно из самых сильных возражений. Человек говорит: «Меня никто не заставлял. Я сам выбрал профессию, сам нашёл компанию и сам подписал договор»; и он совершенно прав. В этом состоит принципиальное отличие современной жизни от многих исторических форм несвободы. У человека действительно есть возможность выбора, которой раньше не существовало. Но наличие выбора ещё не означает наличие независимости.

Можно выбирать между десятью работодателями и всё равно зависеть от необходимости получать зарплату. Можно выбирать между несколькими банками и всё равно зависеть от кредитной системы. Можно выбирать между десятками квартир и всё равно зависеть от необходимости платить за жильё каждый месяц. Свобода выбора и свобода действия являются разными вещами. Можно выбирать, где именно работать, но не иметь возможности вообще не работать. Можно выбирать, какой автомобиль купить, но не иметь возможности отказаться от постоянных расходов. Можно выбирать, какой отпуск провести, но не иметь возможности уехать на полгода. Можно выбирать между несколькими вариантами зависимости.

И это уже не такая романтичная картина. Современный человек редко говорит себе: «Я не свободен». Он говорит гораздо удобнее: «Сейчас неподходящее время»; сначала он ждёт повышения; потом закрытия кредита; потом окончания ремонта; потом поступления ребёнка; потом ещё одного повышения. Потом становится слишком поздно начинать сначала. И в какой-то момент человек обнаруживает, что двадцать лет очень разумно откладывал свободу на потом.

Богатство, которое увеличивает зависимость

Особенно интересна ситуация с ростом дохода. Казалось бы, чем больше человек получает, тем свободнее он должен становиться. В определённой степени это действительно так. Деньги создают запас времени, позволяют формировать капитал, дают возможность выбирать между вариантами и снижают зависимость от одного источника дохода; но есть обратная сторона. Иногда человек увеличивает не свободу, а стоимость собственной жизни.

Он получает повышение, переезжает в более дорогую квартиру, покупает автомобиль лучше, выбирает более дорогой район, начинает чаще путешествовать и постепенно привыкает к новому уровню расходов. Через несколько лет его доход становится значительно выше прежнего. Вместе с ним становится выше и обязательный ежемесячный бюджет. Человек уже не может позволить себе потерять работу, потому что теперь ему необходимо гораздо больше денег, чтобы сохранить привычный уровень жизни; получается забавная ситуация. Человек всю жизнь стремился к повышению зарплаты, чтобы стать свободнее, а потом обнаружил, что теперь слишком хорошо зарабатывает, чтобы спокойно отказаться от этой зарплаты.

Его доход вырос; его свобода могла не вырасти вообще; иногда она даже уменьшилась. Это один из самых неприятных парадоксов современного благополучия: высокий доход может одновременно повышать качество жизни и увеличивать цену отказа от неё. Поэтому зарплата сама по себе ничего не говорит о свободе человека. Она говорит только о размере вознаграждения за его труд.

«Но я люблю свою работу»

Есть ещё одно вполне разумное возражение; «мне нравится моя работа. Я занимаюсь тем, что люблю, хорошо зарабатываю и вообще не чувствую себя несвободным»; прекрасно. Если человеку нравится его работа, это скорее повод его поздравить, чем критиковать. Однако любовь к работе не отменяет экономической зависимости. Можно любить программирование и зависеть от одного работодателя. Можно обожать медицину и зависеть от одной клиники. Можно получать удовольствие от управления компанией и зависеть от одного инвестора. Вопрос никогда не состоял в том, нравится ли человеку его занятие. Вопрос состоит в том, что произойдёт, если он захочет остановиться. Если завтра ты решишь не работать месяц, что произойдёт с твоей жизнью?

Если ответ звучит как «ничего особенного», у тебя есть определённый запас свободы. Если ответ звучит как «через месяц я не смогу платить за квартиру», значит, работа является для тебя не только источником дохода, но и необходимостью. Это не делает тебя плохим человеком; это делает тебя зависимым. И зависимость не становится свободой только потому, что она приятная. Некоторые зависимости вообще очень комфортны. Именно поэтому от них особенно трудно отказаться.

Цена слова «нет»

Есть одна вещь, которую большинство людей почти никогда не включают в собственный расчёт богатства; это возможность сказать «нет». Не теоретическая возможность, которой человек обладает по закону, а практическая возможность отказаться без катастрофических последствий; нет этому работодателю; нет этому клиенту; нет этому проекту; нет этому кредиту; нет переезду; нет начальнику. Нет партнёру, который ведёт себя непорядочно. Нет сделке, которая тебе не нравится. Нет жизни, которую тебе предлагают исключительно потому, что она удобна окружающим. Вот здесь можно довольно точно измерить степень личной свободы. Если одно слово «нет» способно уничтожить твой доход, твоё жильё и привычный образ жизни, значит, это слово слишком дорого тебе обходится.

Если ты способен отказаться и продолжить жить нормально, у тебя уже есть определённая финансовая независимость. Поэтому настоящий капитал начинается не с покупки дорогой машины. Он начинается с возможности отказаться от того, что тебе не подходит. Человек может не иметь яхты, но обладать этой возможностью. Другой может иметь яхту и не иметь права сказать собственному инвестору, что больше не хочет продолжать проект. Кто из них действительно окажется богаче? Ответ не так очевиден, как кажется.

Работа не является врагом

Теперь важно не сделать из этой мысли дешёвый лозунг; работа не является врагом. Наёмная работа не является рабством. Бизнес не является автоматически свободой. Деньги не являются автоматически независимостью. А отсутствие работы не является автоматически счастьем. Если бы всё было настолько просто, достаточно было бы уволиться в понедельник и к вечеру понедельника стать свободным человеком. К сожалению, свобода устроена значительно сложнее. Человеку всё равно нужно есть, где-то жить, лечиться, учить детей и решать десятки других вопросов. Поэтому проблема заключается не в самой работе. Проблема заключается в единственном источнике зависимости.

Если твоя единственная возможность получать деньги заключается в том, чтобы каждый день продавать определённое количество часов одному работодателю, твоя свобода ограничена. Если у тебя появляются другие источники дохода, капитал, востребованные навыки, собственные активы, сильная профессиональная репутация или работающая система, твоя зависимость постепенно уменьшается. Именно поэтому путь к свободе не начинается с вопроса: «Как перестать работать?» Он начинается с совершенно другого вопроса:

«Как сделать так, чтобы моя жизнь не зависела от одного решения?»

Это гораздо сложнее; зато это уже похоже на настоящий разговор о свободе.

Обслуживание бывает очень хорошо оплачиваемым

Есть ещё одна ловушка; мы привыкли считать обслуживающей работой только те профессии, в которых зависимость заметна физически; официант обслуживает гостя; водитель обслуживает пассажира; продавец обслуживает покупателя. Но современная экономика сделала зависимость значительно красивее. Можно сидеть в дорогом офисе и обслуживать интересы акционеров. Можно носить дорогой костюм и обслуживать одного крупного клиента. Можно управлять отделом из пятидесяти человек и зависеть от решения владельца бизнеса. Можно быть консультантом с огромным гонораром и зависеть от двух заказчиков. Можно быть популярным блогером и зависеть от алгоритма платформы. Можно владеть собственной компанией и зависеть от банка.

Можно быть владельцем бизнеса и каждый вечер проверять телефон, потому что один человек может решить, продлевать ли с тобой контракт; форма зависимости изменилась; её экономическая природа осталась. И чем выше положение человека, тем труднее ему иногда признать собственную зависимость. Потому что официант понимает, что обслуживает клиента. А руководитель крупного отдела может искренне считать, что он наконец-то выбрался из этой системы. Пока однажды утром собственник не вызывает его в кабинет. После этого выясняется, что свобода была временной.

Самая удобная клетка

Самая эффективная клетка не та, в которой стоит охранник. Самая эффективная клетка та, из которой человеку не хочется выходить. Современная экономика умеет создавать именно такие клетки. Внутри них есть зарплата, медицинская страховка, отпуск, корпоративная машина, хороший кофе, бонусы, статус и фотография с конференции в социальных сетях; человеку хорошо. И это действительно важно признать. Не всякая система, от которой человек зависит, является плохой. Не всякая зависимость причиняет страдания. Некоторые зависимости обеспечивают безопасность, комфорт и достойную жизнь. Поэтому задача книги не заключается в том, чтобы убедить тебя бросить работу, продать квартиру и отправиться жить в палатке.

Это было бы довольно глупым способом бороться с несвободой; задача гораздо неприятнее. Она заключается в том, чтобы заставить тебя честно посмотреть на собственную жизнь и определить, где заканчивается твой выбор. Потому что пока человек не видит зависимости, он не способен её уменьшить. Он просто считает её нормальной жизнью.

Нормальная жизнь

И здесь я готов согласиться с большинством. Да, всё описанное выше является нормальной жизнью. Люди учатся, работают, получают зарплату, покупают жильё, создают семьи, ездят в отпуск и выходят на пенсию. В этом нет ничего постыдного. Более того, именно благодаря этой системе современное общество вообще существует. Но есть разница между нормальной жизнью и жизнью, которую человек выбрал сознательно. Если человек говорит: «Мне нравится такая жизнь, я понимаю её ограничения и добровольно принимаю их», спорить с ним бессмысленно. Но если он говорит: «Я хочу свободы», а одновременно строит систему, в которой не способен отказаться ни от одного существенного обязательства, тогда возникает противоречие.

Свобода требует пространства для манёвра. А пространство для манёвра требует ресурсов; время; деньги; навыки; связи; капитал; репутация; возможность начинать сначала. Чем больше таких ресурсов у человека, тем меньше решений он вынужден принимать из страха. И тем чаще он способен выбирать из желания. Вот здесь проходит важная граница.

Свобода — это не возможность купить всё, что тебе хочется. Свобода — это возможность отказаться от того, чего ты не хочешь.

И чем меньше отказ способен разрушить твою жизнь, тем свободнее ты становишься.

Но тогда кто такой граф?

Теперь мы можем приблизиться к главному понятию этой книги. Граф — это не человек, который ничего не делает. Граф не обязан лежать на диване и считать доходы от аренды. Он может работать гораздо больше обычного человека. Он может строить компанию, управлять заводом, писать книги, создавать технологии или заниматься чем угодно ещё. Разница находится не в количестве работы. Разница находится в причине, по которой человек работает. Чернь работает потому, что не может перестать. Граф работает потому, что выбирает продолжать. Это не абсолютное состояние и не волшебная кнопка, которую можно однажды нажать. У человека могут быть обязательства, долги, партнёры, сотрудники, семья и ответственность перед другими людьми.

Свобода не означает отсутствие обязанностей. Она означает наличие возможности выбирать, какие обязанности принимать. Именно поэтому граф в этой книге является не титулом и не размером банковского счёта; это степень независимости. Степень контроля над собственным временем; степень способности отказаться. Степень способности пережить чужое решение. И чем больше решений ты можешь принимать самостоятельно, тем ближе находишься к этому состоянию. Но здесь возникает новая проблема.

Если всё сказанное верно, то особенно интересно посмотреть на людей, которые зарабатывают много денег, обладают востребованными навыками и работают там, где зарплаты выглядят почти неприлично высокими; например, в IT. Вот там-то, казалось бы, зависимость должна исчезнуть окончательно. Человек работает удалённо, получает большую зарплату, может жить где угодно и иногда вообще не знает, как выглядит его начальник: разве это не свобода? Следующая глава будет неприятной именно поэтому. Потому что мы попробуем разобраться, действительно ли высокая зарплата способна превратить зависимого человека в свободного. Или она всего лишь позволяет ему купить более дорогую и значительно более удобную клетку.

Глава 2. А как же IT?

После первой главы у тебя, вероятно, появилось несколько возражений. Одно из них особенно удобно. Оно звучит примерно так: «Всё это относится к обычным работникам. Но я-то работаю в IT»; действительно. У программиста хорошая зарплата, удалённая работа, гибкий график и возможность выбирать работодателя. Некоторые специалисты получают столько, сколько несколько семей вместе взятых тратят за год. Кто-то работает на американскую компанию, живёт в тёплой стране, начинает рабочий день ближе к обеду и фотографирует в социальных сетях чашку кофе с видом на море; выглядит впечатляюще. Особенно если фотографировать с правильного ракурса. Но давай попробуем убрать фотографию и оставить экономику.