Элеа Нор Песнь Междумирья. Книга 1: Сон Песни

Рядом со стеллажами стояла высокая передвижная лестница. Виена подкатила её к оконной раме.

— Только бы опять не рухнуть… — пробормотала она себе под нос. Неуклюжесть оставалась её верным спутником.

Девушка медленно поднялась наверх. Осталась всего одна ступенька. Рука потянулась к скрытому латунному рычагу, который она врезала вместо казённого замка… и в этот миг всё изменилось.

Сначала едва заметно, где-то в недосягаемой вышине дрогнул сам воздух. Затем завибрировало стекло. Лёгкий гул прошёл волной по раме и дальше, заставив жалобно зазвенеть колбы на стеллажах. Тихо запели натянутые медные струны измерительных приборов. На верстаке внизу начали подпрыгивать отвёртки, шестерёнки и гаечные ключи. Даже принесённые Тенями тяжёлые чёрные маски Надзирателей… и те едва слышно застучали о дерево.

Виена замерла, вцепившись в перила.

Что... это...такое.

Она никогда в жизни не чувствовала ничего подобного. Происходящее не походило на привычную тряску в поезде, или на то, когда под Кварталом запускали резервные генераторы, — настил под ногами почти не двигался. Вибрировало нечто иное. Сам воздух обитаемого яруса. Словно весь её Мир Шестерёнок... впервые за все эти бесконечные годы вспомнил, как именно нужно звучать.

Гул становился сильнее. Не громче — глубже. Он проникал сквозь дерево, прошивал стены, пронзал её ладони и грудную клетку. Она чувствовала эту первобытную вибрацию собственным сердцем.

Лестница ощутимо качнулась. — Ай!

Она едва удержала равновесие, балансируя на узкой ступени. И именно в этот миг окно распахнулось само. Не настежь — ровно настолько, чтобы между створками смогла проскользнуть колоссальная чёрная тень.

Что-то стремительно ворвалось внутрь. Ночной ветер безжалостно ударил ей в лицо, и огромные тёмные лопасти с глухим свистом рассекли душное пространство мастерской.

Неведомый гость сделал широкий круг под самым потолком. Настолько стремительно, что Виена успела выхватить взглядом лишь антрацитовые вспышки. Пришелец оказался на удивление ловким: несколько раз пронёсся в волоске от стен, но ни разу не задел деревянные балки. Затем он резко вскинул и сложил свои огромные складчатые конечности, совершенно бесшумно опустившись на верхнюю полку старого шкафа.

В мастерской снова воцарился покой. Виена резко подняла голову.

На её шкафу сидело явно живое и дышащее создание.

Оно было размером с её дорожную сумку — гораздо крупнее тех редких набросков, что ей доводилось встречать на пожелтевших страницах архивных книг. Вместо кожи тело гостя покрывали тысячи гладких, пригнанных встык пластинок. Каждая чешуйка плотно ложилась поверх другой, образуя гибкую, отполированную блестящую броню. Они отливали графитовыми искрами, будто их выковали из самой ночной тьмы. По бокам покоились две огромные складчатые мембраны под той же тёмной обшивкой.

Она никогда… никогда в жизни не видела ничего подобного.

Маленькая голова существа на гибкой шее постоянно двигалась. Вытянутый крепкий вырост из тёмного рога напоминал выкрашенные латунные наконечники измерительных приборов. Но сильнее всего пугал взгляд. Умный. Абсолютно осознанный.

Виена таращилась на него, не в силах даже вздохнуть. Первое, что бросилось в глаза, — зрачки визитёра были разного цвета. Один отливал матовым серебром, словно в нём застыл холодный отблеск стали. Другой — глубоким, невозможным сапфиром, точно таким же, какой только что затопил её полуночный сон.

Она судорожно зажмурилась, изо всей силы потерла веки кулаками и до боли ущипнула себя за запястье. Сон? Точно сон, это просто галлюцинация от бессонницы. Девушка зажмурилась ещё крепче, обхватила голову руками и принялась мысленно, медленно считать до десяти. Раз. Два. Три... На десяти она глубоко вздохнула и разом открыла глаза.

Тёмный комок никуда не делся. Он всё так же сидел на верхней полке и изучал её.

— Ну всё, Солвейн, — хрипло пробормотала она, медленно