Нина Лелет Измена. Нас больше нет!

Глава 1

- Одевайтесь, пожалуйста, — говорит доктор Викулова Татьяна. Я уже много лет наблюдаюсь у неё.

Смотрю на женщину и надеюсь, что подтвердит мои подозрения.

Уголки её губ чуть приподнимаются в еле заметную улыбку.

- Настя, — выдыхает она, — наконец, я могу тебя поздравить.

Едва не подпрыгиваю на месте.

- Сколько?

- Почти семь недель.

Мне хочется плакать и смеяться одновременно. Выслушиваю её рекомендации, а в мыслях уже представляю, как сообщаю это мужу.

Он будет так же счастлив, как и я.

Выйдя из поликлиники, спешу домой с радостной новостью. - После шести лет брака я, наконец-то, забеременела.

Это чудо. Ведь было потрачено столько сил, средств и нервов.

Разные клиники и врачи... И все твердили одно и то же: «Всё у вас нормально, просто время ещё не пришло, подождите».

И вот свершилось! У нас будет малыш или малышка!

- Чёрт! — лифт, как всегда, застрял где-то на последнем этаже. Хочется быстрее поделиться частичкой счастья. Знаю, что любимый дома, он собирался по делам лишь ближе к обеду. А я из поликлиники хотела прямиком на работу, ведь моя Оля тоже сегодня отпросилась, хотела навестить бабушку.

Ждать не могу и бегу по ступенькам на четвёртый этаж, воодушевлëнная новостью.

Каблуки моих туфелек цокают в такт сердцу.

- Илья, я вернулась! — говорю с порога достаточно громко...- Я была у доктора сейчас... Ну ты знаешь... У Власовой.

Здесь же в глаза бросаются знакомые туфли на высокой шпильке с бантом на запятнике.

Оля пришла в гости, пока меня нет? Не поехала к бабушке?

Ещё три дня назад подруга хвасталась этими самыми туфлями, купленными на распродаже. Она урвала их за полцены. «Дорогие брендовые туфли и за такую смешную цену, пф-ф-ф»— хвасталась она.

Она может теперь это себе позволить. Плачу ей довольно хорошо, за небольшой объём работы.

Замираю на секунду. На душе словно кошки скребут, дрянное состояние.

Делаю два шага вперёд и вижу её сумочку и кофточку, алеющую на светлом ламинате.

Делаю глубокий вдох. Сердце стучит как бешеное.

Тук-тук-тук. Это биение гулом отдаёт в виски.

Обдумываю, что делать дальше, и всё же решаюсь. Делаю несмелые шаги в сторону нашей спальни.

Ноги словно одеревенели и не хотят слушаться.

- Илья, милый, — отчётливо слышу слащавый до ужаса голос подруги. Удивительно, как раньше не замечала её гнусные нотки. - Я люблю тебя... Прошу оставь ты эту ненормальную. Она рехнулась совсем со своими больницами. Она сумасшедшая.

Я в шоке от услышанного.

- Малышка, — шепчет мой муж с хриплыми нотками в голосе, — поговорим об этом позже. - Я так соскучился... Хочу тебя... Еле дождался, когда уйдёт Настя.

Толкаю дверь и вижу, что Илья лежит в центре супружеской постели, а сверху на нём, чуть склонясь вперёд, сидит моя лучшая подруга. Бывшая лучшая подруга.

Ольга сидит в одних красных стрингах, и лишь длинные чёрные волосы прикрывают её пышную грудь третьего размера.

Это она тоже сделала её полгода назад, как и губы.

Вижу возле кровати остатки одежды. Её джинсовая мини-юбка, брюки моего мужа, его белая рубашка.

Они так заняты друг другом, что не замечают моего присутствия, не слышат ничего вокруг.

- Илюша, я жду от тебя ребёнка! — говорит она прямо ему в губы. - У нас будет малыш, понимаешь? А она... Она ведь не может тебе родить. У нас будет сын!

Парочка сливается в нежном поцелуе. А я стою и смотрю и не в силах пошевелиться или что-то сделать.

Наконец-то, сделав усилие, шагаю вперёд и оказываюсь в спальне, распахнув с силой дверь до конца. Она с грохотом стукается об стену и отскакивает.

Они слышат, что оказались не одни.

Ольга оборачивается, на её кукольном лице нет и капли смущения или стыда. Совершенно другая Оля — стерва, расчётливая и холодная.

Илья приподнимается на локтях, метает удивлённый взгляд в мою сторону.

- Настя?

-И как давно ты мне изменяешь , Илья? — спрашиваю не своим голосом. - Сколько вы оба уже врёте мне, а?

Слёзы так и рвутся наружу, но я сдерживаю их.

- Настя..., — мямлит Илья, — понимаешь... Всё не так...

- Нет, не понимаю. Убирайтесь! Убирайтесь прочь! — уже кричу я. - Ты мне больше не муж! — смотрю на Горелова и чувствую ненависть, проникающую в мою душу.

Он что-то пытается сказать. Ольга нехотя сползает с мужчины.

- А ты змея ещё та, подлая гадина, — говорю ей с презрением. - Ненавижу обоих. Ненавижу!!!

Ольга натягивает одежду, поправляет волосы и смотрит на моего мужа, словно что-то ожидая от него.

- Настя, давай поговорим, обсудим...

- Нет! — кричу я, — не хочу ничего знать! Не хочу подробностей!

Собравшись, они уходят.

А я стою как истукан, не зная, что делать.

Смотрю на белоснежную мятую постель.

Ещё сегодня утром лежали здесь в обнимку с мужем.

Ещё пятнадцать минут назад он целовался здесь с Ольгой.

Мне плохо.

Теперь можно и поплакать — никто не увидит, но слёз почему-то нет.

Звонит мобильник.

Ксюша — моя десятилетняя племянница.

На автомате отвечаю.

Она что-то бормочет про школу, но я не улавливаю суть и прошу перезвонить позже.

Я иду в ванную комнату, кладу телефон на стиральную машинку и

включаю холодную воду, умываю лицо.

Размазываю тушь по глазам и щекам. Она тёмными подтёками скатывается по коже.

Внутри пустота и растерянность.

Внезапная острая боль пронзает сначала поясницу, потом разливается и собирается в эпицентре — в самом низу живота.

Падаю на колени, успеваю схватиться за край ванны.

Больно... Больно...

Мне так плохо, что рвёт изнутри на части, ломает на осколки.

Я , кажется , забываю, как дышать.

Тянусь за телефоном из последних сил.

Новая болевая волна и я едва не теряю сознание, корчась на холодном кафельном полу.

Заледеневшими пальцами набираю скорую, что-то мямлю, называю адрес и сознание уплывает от меня. Темнота.

***

-Настя, Настя, — словно издалека слышу чей-то мужской голос, но никак не могу проснуться.

Мне снится речка , куда в детстве часто ездили с родителями. Я сижу на берегу и рассматриваю синюю переливающуюся на ярком солнце гладь реки.

Вдруг что-то мокрое тычется мне в ладонь.

Маленький беленький щенок виляет хвостиком и смотрит грустными глазами бусинками прямо мне в лицо.

Я глажу его по голове, трепаю за ухом. Но вдруг он юркает в высокую траву и исчезает.

Я маню его, но безуспешно. Вскакиваю, ищу. Безрезультатно.

- Настя, — Кто-то снова зовёт меня.

- Отстаньте, — говорю я, — мне нужно найти Бельчика,— так называю щенка.

- Просыпайся, Настя!

Чувствую чьё-то прикосновение к волосам.

Да что же такое.

Я резко открываю глаза и вижу добродушное лицо пожилого мужчины, склонившегося надо мной.

Он выпрямляется , поправляет очки, и я понимаю, что это врач.

Часто-часто моргаю и пытаюсь осознать, что произошло.

О Боже...

Опускаю руку и трогаю живот, словно это что-то даст мне. Срок ведь всего семь недель.

Доктор понимает мой жест и вздыхает.

- Беременность, к сожалению сохранить не удалось, у вас кровотечение открылось.

Чувствую, как непроизвольно опускается челюсть.

Не могу дышать.

Грудь спирает спазмом. Открываю рот, но ничего не могу произнести. Меня трясёт. У меня истерика.

-Так, спокойно, — пытается уговорить молоденькая медсестра , появившаяся рядом.

- Может, успокоительное? — смотрит на врача. Тот кивает.

Мне что-то вкалывают.

Сердечный ритм потихоньку восстанавливается. Мне ставят капельницу, и я засыпаю прямо с ней.

Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем вновь прихожу в себя

В палате уже никого нет.

Я смотрю на белый потолок и унылые стены. В палате нахожусь одна.

Хочется рыдать, но слёз почему-то снова нет.

Не могу! Не могу плакать!

Вскоре приходит даже самая медсестра и спрашивает как самочувствие.

-Не очень, — произношу еле слышно. - А можно доктора?

Голос отчего-то хриплый, как будто не мой. Во рту пересохло.

- Валентин Игоревич на операции, — качает она головой. - Позже подойдёт.

- Я потеряла ребёнка? — спрашиваю её, хотя уже и так знаю это.

-Да, — кивает она, — но вы не волнуйтесь, обязательно родите ещё. Вы молодая ещё.

Вот ваш телефон, наверное, надо кому-нибудь позвонить.

Она указывает на мой мобильник на тумбе.

Потом удаляется.

Я беру его и просто смотрю на потухший экран. Мне совершенно некому звонить.

Глава 2

Лежу уже третий день.

Я так никому и не позвонила, и про меня никто не вспомнил.

Вся моя жизнь была лишь сплошным обманом. Все мои близкие люди оказались предателями.

Жестоко.

Как давно муж изменял с подругой я не знаю. Они ведь давно знакомы. Столько же сколько и я с ним.

Мы тогда с Ольгой гуляли в ночном клубе, отмечали её день рождения и познакомились с двумя симпатичными парнями Ильёй и Егором.

У нас с Ильёй сразу завязались отношения, а спустя год мы поженились.

А вот у Ольги с Егором ничего не вышло.

Оля всегда была рядом со мной.

«Лучше подруги не найти»: говорила я. Поддержит, подскажет.

Поэтому, когда муж купил мне помещение и я открыла салон дорогой брендовой косметики «Анастасия», предложил назвать муж. И как только дела пошли в гору сразу же взяла подругу к себе заместителем.

-Спасибо, Настюша,— благодарила она, — я буду очень стараться, я не подведу.

Постаралась она на славу.

Я очень много работала, занималась рекламой и презентациями. Ольга была на подхвате.

У нас росла база постоянных клиентов, мой маленький бизнес стал процветать.

Илья смеялся, не думал он о том, что я смогу раскрутиться на этом.

И доход был весьма приличный.

У меня было всё: шикарная квартира в новостройке, в которую въехали после свадьбы, любимая работа и красавчик муж. Можно только позавидовать.

Илья и правда очень симпатичный. Высокий шатен с темно-карими глазами. У него отличная спортивная фигура и хорошие чувство юмора.

Было всё, кроме одного. Я никак не могла забеременеть. И вроде бы по словам докторов нет никаких проблем, но ничего не получалось.

Моя жизнь теперь разделилась на ДО и ПОСЛЕ. И если «до» было прекрасно, то что меня ждёт дальше я не знала.

И всё же есть у меня один родной человек. Это двоюродная сестра Лиза, и сейчас она упорно пытается дозвониться.

Я не хочу отвечать. Не хочу объяснять, что случилось. Но она звонит уже пятый раз.

С Лизой у нас натянутые отношения.

Сестра всегда говорит в лоб, что думает. Довольно груба по натуре. Хотя её дочку я очень люблю.

- Настя, привет, куда пропала, Ксюша до тебя не могла дозвониться? — недовольно спрашивает Лиза. - Ты обещала ей оплатить танцы, а деньги на счёт так и не поступили.

- Да, я помню, — тихо говорю я, — обязательно сейчас переведу.

- Как сама?

- Нормально, — лгу , не желая посвящать её в свои проблемы.

Мы прощаемся.

Я открываю приложение банка и перевожу приличную сумму за полгода вперёд.

Могла бы и за год оплатить, но деньги на рабочем счету салона.

Я всегда так делала. Ксюша занимается танцами с шести лет , а я плачу за её обучение, часто покупаю подарки и даже в школу помогала собираться. Что же поделать , они живут довольно скромно и не могут позволить себе дорогую школу танцев, а я могу. Поэтому помогаю.

***

Уже целую неделю валяюсь в больнице, хочется домой. Только куда домой?

Нужно решить столько вопросов. Развод. Раздел имущества. Неприятный разговор с мужем.

Наконец-то, наступил день выписки.

- Возможно, вы никогда не сможете больше забеременеть, — сообщает как бы между прочим врач. - Но тем не менее нужно потом обследоваться.

Он протягивает визитку какой-то частной клиники.

Я молча беру и ухожу.

Еду на такси домой.

Но с ужасом понимаю, что ключей от квартиры нет. Ильи, скорее всего, нет дома и попасть никак не получится.

Ольга тоже снимала просторную квартиру неподалёку. Наверное, он у неё или на работе.

Прошу водителя изменить маршрут. В магазине у меня есть запасные ключи от квартиры. Я этот комплект храню там на всякий случай. Вот он и наступил.

К своему удивлению застаю как раз тот момент, когда рабочие снимают вывеску.

Зачем?

Ведь эту вывеску всего полгода назад повесили. Новую. Я сама дизайн выбирала.

Ничего не понимаю. Кто дал распоряжение?

Врываюсь в помещение и вижу Ольгу, которая отдаёт какие-то указания мужчине в рабочей форме.

Девушка сияет счастьем. Невольно опускает руку на свой живот, легонько поглаживая.

И действительно, он немного округлился, и в светлом обтягивающем платье это хорошо заметно. Возможно, четвёртый месяц, подумала я. Именно столько они с Ильёй вместе, а может, даже больше.

Мне больно. Злость, негодование, пустота внутри.

- Что здесь происходит? — я подхожу ближе и смотрю на бывшую подругу, я презираю её и не хочу больше видеть.

- А я всего лишь меняю название магазина , — как ни в чем не бывало отвечает она, откидывая локоны лёгким движением назад.

- Я не давала своего согласия, — произношу возмущённо. - Верните всё назад!

-А твоё согласие и не требуется! — гордо заявляет она, вскинув подбородок. - Этот магазин теперь принадлежит мне!

Мужчина уходит на улицу выполнять её указания, даже не взглянув на меня.

Ольга смеётся мне в лицо, некрасиво скривив накачанные утиные губы.

Боже, какая она мерзкая.

- Как?! Не может быть! Магазин мой! — едва не задыхаясь возмущаюсь я.

- Илюша подарил мне его... Ну, понимаешь, в знак нашей бескрайней любви... И то, что я рожу ему сына.

Она снова гладит живот, как бы хвастаясь.

- Магазин мой! — повторяю ещё раз тише. - Я столько труда в него вложила , это я его раскрутила... Всё сделала я! Начиная от оформления и заканчивая клиентской базой. Ты пришла на всё готовое уже.

- И спасибо тебе за это! Но только одно ты не учла, — хихикает Ольга, — он всё это время был записан на подставное лицо. Впрочем, как и квартира, в которой вы жили. Ты понимаешь, Настя, о чём я говорю?

Я смотрю на неё и поражаюсь наглости. Я вижу ненависть в её глазах. Она не скрывает её.

За что? Что я ей сделала?

- После развода с Марковым ты ничего не получишь, поняла?! Так что я теперь здесь за главную. А ты вали... Ой, знаешь... Хотя нет! - Она снова смеётся надо мной. - Я могу принять тебя на работу уборщицей, к примеру. Ты ведь теперь нищебродка! У тебя ничего нет! Ни-че-го! Или вернёшься в ту дыру, откуда приехала?

Её смех раздражает. Её наглость зашкаливает. Она и сама из той же самой дыры, что и я.

- Ну как? Ты согласна, Настя? Будешь мыть пол?

И я не выдерживаю. Это была последняя капля.

Не знаю, что на меня находит. Делаю несколько быстрых шагов в её сторону и вцепляюсь ей в волосы.

Нарощенный чёрный локон тут же оказывается в моих руках.

Но мне этого мало... Я не могу остановиться. Я трепаю её что есть силы.

Ольга визжит и прикрывает лицо.

-Полицию, вызовите полицию! — кричит она рабочему, вошедшему в здание. - Эта сумасшедшая хочет меня убить!

Глава 3

Настя

Вдруг чьи-то сильные руки хватают меня сзади и отрывают от этой стервы.

Я не могу пошелохнуться , а так хочется ещё раз тряхануть хорошенько Ольгу.

За всё, за то что отняла у меня.

-Я вызываю полицию, —кричит женщина и несётся к своей сумке.

Я пытаюсь вырваться, но меня держат крепко.

С трудом оборачиваюсь и вижу того самого рабочего, который пять минут назад обсуждал что-то с этой мерзавкой.

- А -ну-ка быстро отпустил меня, — огрызаюсь мужчине, хватаю его огромную лапу, пытаюсь скинуть со своей талии.

Но та словно железная.

Вот чёрт! Какой он большой! Целый медведь... Не справиться.

- Гадина ты Ольга, — бросаю ей в спину, а она уже достаёт мобильник и набирает номер.

А этот мужлан, не говоря ни слова, ведёт меня в сторону двери. Я упираюсь пятками в пол. Не хочу уходить. И здесь он хватает и в прямом смысле этого слова зашвыривает меня к себе на плечо.

- Поставь меня на место, сейчас же! — пытаюсь молотить его по широкой спине кулаками.

Он куда-то несёт меня.

Слышу сигналку и за долю секунды оказываюсь в каком-то джипе на переднем сиденье.

Вжик. Щёлк.

Меня пристёгивают ремнём безопасности.

Руки трясутся, пытаюсь снять с себя ремень и освободиться. Я вообще ничего не понимаю. Пальцы не слушаются.

Не успеваю опомниться, как качëк огибает авто и садится за руль, блокируя мою дверь.

- Ты вообще кто такой? Что тебе надо? — метаю гром и молнии. - Куда ты меня везёшь? В полицию? Что я тебе сделала? Это вообще не твоё дело! Отпусти сейчас же! Урод! Я хочу вернуться! Ты не имеешь никакого права так поступать!

Он всё также молчит. А я ору.

Меня трясёт от захлёстывающих эмоций.

У меня настоящая истерика.

- Ты ещё пожалеешь! — кричу я, — вы все пожалеете...

Мы приехали буквально триста метров, а он сворачивает к краю дороги и тормозит.

Секунда и его лапища хватает меня за затылок и резко привлекает к себе.

Его губы впиваются в мои, чем я шокирована ещё больше. Его язык проникает в мой рот. Пытаюсь вытолкнуть его. Но он настойчив.

Я чувствую вкус кофе и сигарет. Я задыхаюсь от злости и негодования.

Что он творит?!

Упираюсь в его грудь руками, пытаясь безуспешно оторваться. Это неслыханная наглость.

А он целует меня... Целует...

Нахал!

А потом отпускает.

Я в полной растерянности. Краска заливает моё лицо, прямо чувствую, как оно пылает. Губы горят. Язык онемел.

Поднимаю руку и влепляю ему пощёчину.

Но ему хоть бы хны. Мой удар ему как укус мошки.

Незнакомец давит на газ и куда-то едет.

Я уже не могу произнести ни слова. Весь мой бранный словесный поток куда-то исчез.

- Ну что? Успокоилась? — басом говорит он.

- Куда ты меня везёшь? — спрашиваю уже тихо.

- Подальше от твоих проблем, — говорит он.

- Но мне всё равно нужно вернуться и забрать ключи. Без них я не попаду домой.

- Тебе точно туда не надо сейчас возвращаться, — хозяйка заведения вызвала полицию.

- Мне некуда идти,— вдруг взвываю я, — у меня большие проблемы. И вообще, хозяйка — это я... Это мой магазинчик.

Я начинаю всхлипывать.

И меня прорывает. Я не плакала, когда узнала о подлой измене мужа, слёз не было и в больнице после выкидыша.

А сейчас?

Они текут в три ручья. Размазываю их по щекам, громко швыркаю носом.

- Так... Успокойся... Сегодня я устрою тебя на ночь, а завтра вернёшься за ключами, — его голос звучит ровно, я и правда немного успокаиваюсь.

- Там в бордочке салфетки.

- Спасибо, — бубню в ответ.

- Не знаю, что там у вас произошло, но знаю одно- криками и истерикой ничего не добьёшься.

- Я и сама не знаю, что на меня нашло, я обычно не такая. Я спокойная. Уравновешенная.

Незнакомец усмехается.

- Я вижу...

Он тянется к магнитоле и включает негромкую музыку.

Украдкой рассматриваю своего похитителя.

На вид лет сорок, возможно, меньше. Его довольно густая борода не хило прибавляет лет. Мужчина высокий и здоровенный. Гора мышц. На лицо довольно симпатичный. Не такой красавчик, как Илья. Но есть в нём что-то такое... Мужественный. Суровый.

Интересно? Откуда у простых рабочих такие дорогие машины?

- Голодная?

Я мотаю отрицательно головой, хотя и правда с утра ничего не ела, да и утром кроме сухой галетной печеньки и пары глотков чая ничего во рту не было.

Не знаю почему, но от него не шло угрозы.

Хотя и суров на вид, но энергетика хорошая. Я его не боюсь.

Хотя с другой стороны — опрометчиво села в машину к совершенно незнакомому человеку. Вернее была, впихнута в неё против воли.

Едем довольно долго, за окном проносятся вереницы домов, машины, скопления людей, спешащих по своим делам.

Я же просто смотрела в никуда. Мысли не давали покоя.

За что? За что они так со мной? А любил ли Илья меня вообще? А Оля? Что я ей сделала?

- Мы на месте, — произнёс мужчина.

Он, не торопясь, вышел из машины и распахнул для меня дверцу.

Довольно любезно с его стороны.

Я вышла из машины.

Никогда прежде я не была столь безрассудной. Глупый поступок.

Осмотрелась круго́м и поняла, что мы находимся в каком-то коттеджном посёлке.

А передо мной возвышается огромный под стать хозяину дом.

Да кто же он такой? Я была уверена теперь, что никакой не рабочий. Тогда что он забыл в магазине?

Глава 4

Когда я увидел её впервые, то подумал: какая милая девушка.

Она светилась счастьем, прямо излучала его и дарила окружающим.

Шла очень быстро, едва ли не срываясь на бег. Золотистые длинные волосы развевались на ветру и переливались на осеннем солнце.

Незнакомка прошмыгнула мимо, оставив благоухающий шлейф головокружительных духов.

- М-м-м, вкусные, подумал я.

Долго смотрел ей вслед. Стройная, длинноногая, одета в коротенькую чёрную курточку и юбку чуть выше колен.

А потом я сел в машину и задумался о жизни.

Вот я — довольно успешный человек, есть своё дело, друзья и любая женщина моя, если захочу. А вот счастья нет.

И кто я в этой жизни? Что оставлю после себя?

Порой хочется променять всё, что имею, на простую жизнь заядлого семьянина. Так же как эта девушка спешить домой к семье.

Её муж, должно быть, счастливчик.

Но...

Когда я увидел её во второй раз, то с трудом узнал.

И ладно бы прошло полгода или год, но с той первой встречи пролетела всего-навсего неделя.

Серёга Поляков один из моих товарищей попросил заглянуть в одно местечко и передать документы. Он спешил на самолёт, а я ехал как раз в эту сторону.

- Ольга, — молодая улыбчивая женщина, чуть переборщившая с пластикой лица протягивает мне руку. - Вы от Сергея?

- Да,— киваю я и отдаю ей бумаги, пожимаю руку.

Это важные документы, — говорил товарищ и доверить могу только тебе.

- Не могли бы вы помочь мне? — вдруг говорит Ольга.

Она опускает ладонь и гладит живот. Замечаю, что она находится в положении.

- Мне несложно, — бросаю я, зная поговорку, что нельзя отказывать беременным.

- Посмотрите ровно ли рабочие сделали вывеску. А то я уже на два раза прошу переделать. Криворукие какие-то. Олухи.

В этот момент как раз вошла та самая незнакомка.

Её потускневший взгляд и бледная сухая кожа, её опущенные плечи заставили сердце дрогнуть. Кажется, даже цвет волос изменил цвет, перестав сиять.

Делаю один короткий взгляд в её сторону и иду глянуть рабочих.

Краем уха слышу разговор двух мужиков о сумасбродной хозяйке магазинчика, которой всё не то и всё не так.

- Вполне нормально, — кажу им класс рукой и шарю в кармане куртки сигареты и зажигалку.

Один из рабочих спускается и даёт подкурить.

Хреновая привычка, от которой невозможно избавиться. Лучше бы не начинал никогда.

Зажигалку, видно где-то выронил. Жаль... Она именная.

Стоим пару минут и дымим.

Возвращаюсь как раз в тот момент, когда девушка кидается на хозяйку в драку.

Не люблю женские разборки.

- Вызовите полицию, — кричит хозяйка, — меня хотят убить!

Я понимаю, что у незнакомки большие проблемы и если она сейчас же не уберётся отсюда, то несдобровать. Замечаю камеры в помещении. Причём работающие.

Я понимаю, что девушка на грани. Вид бешеный и... потерянный. Она ничего не видит перед собой, гнев застилает глаза.

Я знаю это чувство не понаслышке...

Когда толком не понимаешь, что делаешь. Когда в пылу злости и правда готов совершить непоправимое.

Я знаю... Я сам был в её шкуре.

И кто, как не я, должен уберечь её?

Пара шагов и хватаю её за пояс, пытаясь оттащить от беременной.

В её руках остаются клочья волос, и меня передёргивает.

Похоже, всё более чем серьёзно.

Девушка брыкается и колотит меня по спине, когда пытаюсь её унести подальше. Ногами она не идёт, упираясь в пол.

«Да чтоб тебя»— матерюсь про себя, когда её кулачок прилетает по больному месту.

Усаживаю её в машину, пристёгиваю.

Она ругается и кричит. От её словесного потока гудит голова. Она никак не умолкает.

Обзывает.

Угрожает.

Истерит.

Не знаю, как её заткнуть. На ум приходит лишь один безотказный способ, которым можно прекратить её брань.