Нина Кобякова Тропа у каждого своя

Пролог

Как правило, окраины шахтёрских городов - мерзкое зрелище: покосившиеся старые домики, часто заброшенные, с провалившимися крышами и мёртвыми глазницами окон; разломанные серые доски заборов, торчащие в разные стороны и кое - где поваленные столбы, развалившиеся сарайчики. Заросли бурьяна, жёсткой сухой травы и перемешавшиеся друг с другом и ставшие дикими, ягодные кустарники.

Свалки чего попало, мерзко пахнущие помойки. Тоскливая, безнадёжная, неприглядная нищета.

В стародавние времена, век поселений вокруг шахт, был недолог. Отработали богатые залежи угля или руды, свернулись и ушли, оставшееся и ненужное бросили, в том числе и людей, которые не смогли переселиться.

Как бродячий цирк с вонючим зоопарком.

Собрали деньги. Нагадили. Исчезли.

Напоминают наших "Псевдо - горе - либералов", одна волна банкиров обогатившись спешно эмигрировала её сменила другая группа назначенцев соревнуясь в наглости с чиновниками, в части поборов с населения и воровства ресурсов страны. Какая - то часть этой живности - передохла или слилась в Израиль, другая блаженствует и пропагандирует "национальные проекты" , говоря словами покойного Виктора Степановича Черномырдина:

- "Мы продолжаем то, что мы уже много наделали".

Вопрос!

- "Все успеют удрать в Израиль, Великобританию, США, Германию и Францию? Или всё - таки кто - то ответит за то, что успели натворить?".

В Красноярске, на фоне холодного Енисея, стоит одинокий гранитный памятник революционерам в кандалах, которые шли на каторгу, в рудники и шахты, в наказание за борьбу, за нашу свободу и счастье:

- "Великий Сибирский каторжный путь".

За что боролись, на то и напоролись. Маятник истории пошёл в другую сторону и без борьбы, одураченные, околпаченные и оболваненные трудящиеся, без боя сдали свою свободу и уверенность в завтрашнем дне. Доверились КПСС, которая выродилась в армию подонков и негодяев. Страна растеряла лидеров, способных проложить вектор развития страны.

Было бы здорово дождаться следующего мемориала, с памятником в виде гранитной виселицы для тех, кто мошенническим образом обманул и обхитрил, обокрал и обжулил, свой народ.

"Предателям народа и родины".

К сожалению "если бы да кабы, да во рту росли бобы", был бы не рот, а огород".

Ладно вернёмся к "нашим баранам", мы остановились на

-"Собрали деньги. Нагадили. Исчезли".

Описание окраин города не относилось к району "Вшивого бугра". Этот район - южный пригород, начало и перекрёсток пяти улиц.

Вшивый бугор нависает над городом, здесь наиболее чистый воздух. За ним пустырь и пригородный лес, ограниченный федеральной трассой. После автомобильной дороги, лесной массив непрерывен, вплоть до предгорий Восточного Саяна.

В очередной раз нужно удивиться точности и разнообразию русского языка. Этимология слова "Бугор".

- В отношении местности - отдельно стоящий холм, возвышение.

- В отношении географии - за бугром, за границей, кончается город начинается другая местность.

- В отношении человека - Бригадир. Знающий авторитетный человек.

Со словом "Вшивый" сложнее. Район освоен в послевоенное время, переселенцами из местных деревень. Частью ближними, частью дальними родственниками с небольшим вкраплением пришлых, благополучно прижившихся семей татар, башкир, поляков и оседлых цыган.

В двух километрах от крайней улицы, строилась очередная угольная шахта, а также административный корпус управления разреза.

Новые дома, на адресно выделенной бесплатной земле и приобретёнными по невысокой цене стройматериалами, построены своими руками.

Палисадники, скамеечки, небольшие огородики обустроены руками новосёлов. Свежие фасады домов, украшенные весёленькими наличниками окна, чистенькие улицы. Тихо, благополучно, удобно.

Главы семейств - работники шахты, разреза, грузовой автобазы, железной дороги. Хозяйки, в основном трудоспособного возраста, немного бабушек, все - работницы швейной фабрики, столовых и мясокомбината. Крепкие семьи при деньгах. Отсюда и название от насельников, носящее завистливо - уничижительный характер.

"Бугор, вшивый".

Здесь, без всякой власти, соседи подметали участки не только перед своими домами, но и сами улицы, без всякого распорядка, по желанию. Конечно - это были дети и подростки. Уборка снега и мусора во дворах, их обязанность. А уборка улицы - это подросшие девчонки, девушки, стремящиеся к прекрасному, надеющиеся на чудесное будущее и подгоняющие пацанят помладше, чтобы улица была чистой и красивой. В здоровом обществе, пацанята помладше - всегда слушаются девчонок постарше - аксиома. Если этого нет - то вокруг нездоровая атмосфера, что - то случилось?

Конечно, тем кто пережил период диких и грязных девяностых и переживает фальшивые, лицемерные двухтысячные, с дебиловатыми рожами в телевизоре, это не покажется убедительным.

Существовала "Помочь". (Существительное, ударение на первом слоге). Это совершенно исчезнувшее понятие коллективной помощи соседу, любому человеку из сообщества. Собираются по высказанной просьбе: или сруб дома ставят, или сарай строят, или крышу перекрывают, или что -то ещё, существенное. От хозяина требуется обед. Доводят дело до конца и быстро. Конечно, хозяин готовится. И если всё тщательно подготовил - поставят сруб дома в три дня, топорами. Каждый приходит со своим инструментом. Желание показать своё умение, сноровку никто не отменял. Количество работников зависит от объёма работы и всегда найдётся знающий человек - распорядитель. Приходят без персональных просьб. Работают в праздники, том числе и в религиозные и это не считается грехом, наоборот. "Помочь" - память общины - ответственности людей друг за друга.

Поскольку усадьбы вокруг были новыми, до конца не завершёнными то у того соседа, то у этого и далее у другого постоянно, что - то коллективно обустраивали.

Наши герои - выходцы из этого района - его достойные представители и, подробно, о каждом.

Почему именно эти пацаны удостоились повествования? Потому что рассказ о: и об:

- Известном физике, выдающемся конструкторе и директоре солидного НИИ;

- Бизнесмене, миллиардере;

- Оппозиционном политике, знающем в каком направлении и как развивать страну.

Глава 1 Побег в Нахимовское училище

В доброжелательной атмосфере уюта, заботы и взаимной помощи росли наши герои: Сергей, Анатолий и Петька.

Петька - младший, Серёжка - старший , а Анатолий - посередине. Учились в разных школах: Петька в престижной, куда было трудно попасть из-за переполненных классов, а Серёжка с Анатолием, в восьмилетке. Но летом, всё время проводили вместе. Из этой троицы, только Петьке жилось вольготно, родные в нём души не чаяли. Ему позволялось то, за что ни Серёжке, ни Анатолию, несдобровать. Он мог вместо контрольной, на уроке, заняться рисованием, а если ему не хотелось идти в школу, шёл гулять в парк. Вместе с тем учился хорошо, но не каждый день. По оценкам - хорошист, с тройкой по поведению. Это воспитание отца: "Ребёнок, в первую голову должен делать то, что хочет, а затем выполнять на 100% то, что необходимо".

(В те времена, поведение школьников оценивали по пятибальной системе, так же как и другие предметы. Вообще все новации, которые очень медленно возвращаются в повседневную жизнь, это то, что было вчера и прекрасно работало).

И сказал Екклесиаст: "Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем".

И попробуй, переубеди отца Петьки, заслуженного полярника.

У Серёжки сложнее. Родители развелись. Серёжка оказался - ошибкой маминой молодости. Отец, после развода, уехал на родину, в Севастополь, а мать , гордая белокурая полячка, вышла замуж за прежнего ухажёра, здоровенного рыжего мужика. Они составили красивую пару и отлично ладили. Младшая сестра, родившаяся в новом браке, забирала у матери всё время. Серёжка чувствовал себя лишним, почти чужим. Вдобавок сегодня, "Рыжий" пообещал ремня за не вскопанные грядки, а мать, пригрозила добавить.

В отместку, Серёжка решил из дома, удрать, надеясь добраться к отцу, в Севастополь. Он давно обдумывал эту мысль и потихоньку от матери копил деньги. Собирал и сдавал бутылки и банки в пункт приёма стеклотары.

Заковыка получилась с напарником.

Ближайший приятель, Толька, тоже живший с отчимом, отказался, наотрез. Что ему делать, в Севастополе? А на осторожные предположения Сергея, что его отец поможет, усмехнулся: "Тебе - то помог?"

Он знал, что ему будет! Все ученики видели иллюстрацию жуткой картины, Ильи Ефимовича Репина "Иван Грозный и сын его, Иван", висит в школе, на стене, а здесь:

- "Отчим возьмёт его за голову, наступит на грудь, оторвёт и выбросит головёнку в ведро с помоями, он обещал сделать именно так, если узнает что - то нехорошее.

- Обещал, значит сделает".

У Анатолия, тоже была младшая сестрёнка, рождённая в новом браке и поскольку мать работала, ему приходилось присматривать и заботиться о ней.

Отчим! Высокий поджарый мужик, отсидевший не один срок. Работал проходчиком. Проходчик - это труд в лаве, самое опасное и денежное место в шахте. Нужна выносливость и физическая сила, которая дружит с головой.

Зимой и летом ходил с оголённой грудью, показывая бицепсы и наколки.

Побаивались все, даже соседский цепной пёс.

Выпивал редко, но когда выпивал, домашние старались исчезнуть. Останавливал разбушевавшегося соседа, только отец Петьки. Останавливал авторитетом полярника. Выходил навстречу и они мирно беседовали.

Серёжка, опустив голову, сидел на уличной скамейке, вспоминал отца и как будто слышал его запах. Отец работал на БЕЛАЗе и когда приходил с работы, от него пахло машинным маслом и соляркой.

- Вот бы к отцу!

Поднял голову, напротив стоял Петька, с футбольным мячом. Он всегда с ним, то и дело чеканит или бьёт по забору, когда нет никого. Мечта Петьки - стать капитаном дальнего плавания. Серёжка знал об этой мечте. Они не раз разговаривали о Нахимовском училище и были уверены, что кроме Ленинграда, училище есть и в Севастополе, ведь там погиб адмирал Нахимов, защищая город.

У Петьки глаза загорались от разговоров о море. Дома его звали боцман. Он знал и мог перечислить все крупные портовые города страны, с привязкой к омывающим морям и уже прочитал "Морские рассказы", Станюковича.

Отец рассказывал об арктических экспедициях, о работе моряков и лётчиков, подарил ему два больших альбома с фотографиями из Арктики.

Снимки на дрейфующей полярной станции, самолёты ЛИ-2, ИЛ-12, маленький вертолёт МИ-1.

- Ледокол возле кромки торосов и Белый медведь в свете прожекторов.

- Лежбища моржей на острове среди каменных чёрных валунов и громоздящихся льдин.

- Тюлени и их детёныши - бельки - неуклюжие с виду, но по рассказам отца, юркие и неуловимые в воде.

- Полярники в меховых комбинезонах по одному и группами.

Альбомы регулярно просматривались.

Серёжка тоскливо посмотрел на приятеля.

- "Мал совсем"- и, как то через силу предложил: "Поехали в Нахимовское училище, но родителям не говори, не отпустят".

- Уедем без спроса.

- Уедем сейчас.

- Потом расскажешь, когда поступишь в училище.

Глазёнки мальчугана широко раскрылись и он радостно.

- Да!

- Поехали. Прямо сейчас.

Что такое отказ, затрещина, грубость или что - то подобное, Петька не знал. Солдатский сын, любимчик и маменькин сынок, "весь в деда" и в комплекте четыре бабушки. Ребёнок купался во внимании близких, не зная отказов. Получалось весь мир для него, о чём думать?

- Надо денег взять, запасную одежду, сумку или рюкзачок.

- Хорошо.

- Через полчаса встретимся.

Петька собрал рюкзачок, они с отцом часто ездили на рыбалку, он знал, что надо брать и где брать. Деньги на повседневные расходы лежали в стеклянной прозрачной шкатулке, на комоде, в общей комнате. Сколько - то, не считая, взял. Через час приятели были на железнодорожном вокзале. Сережка посмотрел расписание, поезд Владивосток - Москва, прибывал через несколько минут, стоянка две минуты.

На перроне полно народу, начало лета. Контроля за посадкой, проверки билетов не было. Все проверки происходили в поезде. В пассажирских поездах, общие вагоны, занимали до трети состава. Общий вагон - это подобие электрички.

В нём едут на расстояние и 30, и 100, и 500, и 5000 километров. Постоянное столпотворение людей и в дневное и в ночное время, частые остановки, выход прибывших и вход новых пассажиров. Иногда бывают заполненными тамбуры, людьми, которым надо ехать, а билетов в кассе нет. Обычно проводники в общих вагонах, товарищи разбитные, хорошо зарабатывали на зайцах, беря небольшую плату за проезд, меньше официальных цен.

Солдаты и парни - студенты, билеты не брали, не принято. Знали бы студенты, что ждёт их детей через пятьдесят лет, когда ребёнка, забывшего билет, выбрасывают на мороз в "Правовом государстве". Не поверили бы и повертели пальцем у виска.

Беглецы забрались на третью пыльную полку и от пережитого быстро заснули. Проснулись уже ночью и стали обследовать вагон. В тамбуре стояли хмурые мужики и курили. Освоили туалет. Слопали домашние пирожки.

Днём уже смело расхаживали по вагону и рассказывали историю, всякому, кто интересовался, что едут в Москву, к тётке, которая их встретит. Пирожки им больше не понадобились, их постоянно и вкусно подкармливали, то одни соседи, то другие.

Первые ревизоры, прошли через день, молодые! Оживлённо беседуя между собой, они не обратили на мелюзгу никакого внимания. Ревизоры: парень и красивая девушка, им было хорошо вместе, компостеры резво и звонко щёлкали, пробивая билеты.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.