Никита Сивачев Судьбы. Судьи. Палачи

— Я готов убить отца, — сказал он, — если ты мне поможешь.

Громко каркая, все вороны спикировали вниз, разрывая полотно из листьев. Они закружились среди деревьев, в черном смерче.

Эдельгар почувствовал, как его одолевает слабость.

— Опять! — вымолвил он, падая на колено. Его утягивало в сон. Сквозь муть в глазах он видел, как среди ворон появляется тонкий силуэт девушки. Эдельгар оперся на посох в четной попытке встать. Сверкнула молния, поток энергии пробежал по телу. Без сил сдержать энергию, он упал на спину. Слабость прошла.

— Вижу твоя одержимость, тебя губит. Ничего удивительного. — Ее голос был мягок и ласков. Этот голос пел ему и сестре красивые колыбельные. Тогда даже ему казалось, что фея их любит.

Ясвендяэль стояла перед ним. Стройная, хрупкая и жестоко красивая в своем великолепии, как ядовитый цветок. Она расправила черные крылья, демонстрируя свою грандиозность и силу. Платье ее, казалось не весомым, словно сплетенное из черных паутинок, украшенное серебряным узором. Жестокий взгляд желтых глаз приковывал к земле, превращал в камень. В черных волосах сверкала серебряная диадема, выполненная в виде веточек с листочками.

— Где твоя сестра?

— Хочешь отблагодарить за спасение? — Поднимаясь, ответил Эдельгар.

— Может быть. — На ее тонких кубах, появилась хитрая улыбка. — А ты с чем пожаловал? Не руку и сердца же пришел просить.

— Боги упасите, не люблю женщин, которые умнее меня.

— Льстец.

— Скорее факт. Ясвендэль пожалуйста…

Он полез в сумку.

— А ты точно сын своего отца? Он бы даже не спрашивал, без церемоний просто надел цепь и швырнул бы в клетку.

Кажется, впервые Эдельгар увидел удивленную фею. Он держал старую книгу в обложке из кожи.

— Это же Аландерс! Откуда? — спросила Ясвендэль.

— Нашел в руинах старого Нолидэна. — Эдельгар не вольно заулыбался. Ему понравилась реакция феи и он очень гордился собой. — Вижу, ты знаешь, что это за книга. Хорошо. Ты ведь переводила для моего отца. Ты застала первых и знаешь их язык.

— Человек, ты слишком далеко зашел.

— Я знаю. — Отрезал Эдельгар. — Я слишком увлекся, и стой стороны постучались.

— Госпожа Велент?

— Нет. — Он перешел на шёпот. — Велендир.

Фея рассмеялась.

— Люди! Ваша жажда вас губит. Вы не знаете меры и не достойны милости Энтенов!

— Ясвендэль, он хочет освободиться, и дверь уже открыта. Он у порога.

— И вот теперь ты боишься. А я ведь говорила тебе. Я бы посмотрела, как ты станешь палачом Велендира. Мне от гибели пары людей хуже не станет.

Эдельгар упал перед ней на колени. Уговаривая себя, что это не обходимо. Более жалким он себя никогда не чувствовал.

— Ясвендэль, молю! Я устал от кошмаров и видений. Он сводит меня с ума, еще не много и…

— Продолжай, продолжай. Можешь еще заплакать, и тогда я подумаю.

Она засмеялась.

— Еще немного и я сломаюсь. Но в этой книге есть заклинание, которым в младенчестве усыпляла его мать.

— Хочешь усыпить Покорившего смерть?

— Убить. Я изменю формулу. Но мне нужен перевод.

— Какие сложности. Давно бы покорился и приносил жертвы своему богу. Не ты первый, не ты последний. Разве твой отец, не говорил про колдовскую ответственность?

— Говорил…

— Но сынишка у него не очень умный. Яблоко, от яблони.

— Ясвендэль случиться ужасное.

— Мог бы не говорить. Какой ты самоуверенны, считаешь, что у тебя хватит сил? — с насмешкой говорила фея. — У мира найдется управа, не переживай.

— Не я так он подчинит себе другого раба.

— Глупцов среди людей полно, это верно.

— Помоги, прощу. — Он протянул ей книгу.

Она приняла книгу с лукавой улыбкой и насмешкой в глазах.

— Ну, хорошо. Я переведу лишь нужное тебе заклинание. Пора тебе понять, что такое колдовская ответственность, в благодарность за мою работу ты убьешь не отца. Я хочу, что бы ты поднял мертвецов и повел их на Дортэн. Пусть там не останется живых.

— Нет. — Эдельгар встал. — Нельзя же так! Причем тут деревенские? Ты себя богиней возомнила! Какое право ты имеешь…

На ее ладони вспыхнуло пламя, она поднесла к огню книгу. Эдельгар затих и замер.

— Кажется, я сейчас решаю, какое право я имею. Я может и не богиня, но не перед, мной ли ты падал на колени, не меня ли моли? — Насмехалась она. — Теперь ты пес на привязи, Эдельгар.

Эдельгар до боли сжал посох в руках. Он понимал что проиграл.

— А я прощу не многого, — продолжала Ясвендэль. — Ну вот скажи, если бы тебя предали, ты бы не хотел отомстить?

— У тебя извращенные понятия о справедливости, Хозяйка леса.

— Я очень обижена. — Улыбнулась она. Красивая и жестокая, как олеандр — Исполни мой приказ. К твоему возвращению я обещаю закончить перевод.

Эдельгар вспомнил свои же слова: «Подчинив магию мы взяли на себя ответственность. Распоряжаться нашей силой нужно с умом и осторожностью. Иначе за наши ошибки будут расплачиваться другие».

Под тяжестью чувств, он не мог гордо поднять голову, как прежде. Посох в руке стал ему противен. Он надел капюшон.

— Хорошо. — Тихо ответил Эдельгар и ушел.

— Передай сестре мою благодарность.

— Она выпустила демона.

Фея только усмехнулась.

В лесу Эдельгар кричал и выпустил несколько молний. Когда сил уже не осталось он сел у дерева, и посмотрел на небо. Бесцветное, мутное. Не самое лучшее небо, для последнего дня в жизни. Не под таким небо мечтали умереть Альфина и он.

***

Альфина читала, когда Эдельгар вошел в шатер. Он поднялась, приветствуя брата с утешающей радостью в глазах. Приятно осознавать, что тебе рады. Его долго не было и Альфина волновалось, это заметно по тому, как она отложила книгу, даже не оставив закладки подошла к нему торопливыми, но легкими шагами. Сестра всегда умела распознать тревогу в его душе, даже не заглядывая в глаза. Словно он излучал какую-то ауру. Ее Улыбка растаяла, радость сменилась беспокойством.

— Что такое?

— Все хорошо. Просто тебе нужно уехать. — Он старался говорить спокойно. Перед входом в шатер он пытался убедить себя, что все нормально, все так и должно быть. — Я потом объясню. Хорошо? Просто сделай, как я говорю.

— Нет, уж объясни. Что случилось? Ты встретил Ясвендэль?

— Еще не случилось, но случиться.

— Что? К чему эти недомолвки, Эд?

— Присядь, я объясню тебе. Постарайся меня понять, пожалуйста. — Он не смог унять дрожь в голосе.

Эдельгар рассказал ей все. Начиная с первой встречи с Велендиром, до сделки с Ясвендэль.

— Понимаешь его нужно остановить. Даже если я умру, он найдет другого. У меня есть шанс.

— Неужели, нет кого-то другого, кто может перевести?

— Язык первых знают только феи. Времени искать другую нет. Власть Велендира надо мной слишком велика. Сегодня я шел в лес, и вдруг оказался в обнимку с пугалом. Ты не представляешь, насколько правдивы его иллюзии! Что если завтра, он заставит меня поверить что ты мой враг? Я не хочу смертей, но это не обходимо.

Ответ сестры легко было предугадать. Добрейшая девушка, сочувствовала всем. В детстве ее укусила оса, Альфина потом долго переживала из-за смерти насекомого. Для нее не существовало понятия враг, она верила, что у всего есть свои причины. И оса укусила ее на вирника из-за того, что Альфина показалась ей опасной.

— Не может быть, — замотала головой волшебница. — Позволь мне помочь вместе мы что-нибудь придумаем.

— Да? что ты сделаешь? Ты ведь даже малейшего понятия не имеешь что это за сила.

— Не говори так. — У нее потекли слезы. — Я хочу тебе помочь, Эд. Давай вместе…

— Если хочешь помочь уезжай. — Резко сказал он. — Не надо за них заступаться, ты не обязана их оберегать.

— Не ты ли говорил мне про ответственность! Я освободила Ясвендэль. Из-за меня эти люди могут пострадать. Если так я обязана их уберечь.

— Они умрут.

— Из-за твоей ошибки? Брат, неужели ты готов заплатить такую цену? Прошу тебя одумайся! Молю! Какое право мы имеем обрывать чужие жизни?

— Никакого.

— Тогда почему ты не хочешь отказаться? — Она говорила сквозь слезы и смотрела ему прямо в глаза. Ее добрым глазам не свойственная злость, невозможно припомнить случая, когда она хмурилась. Но теперь, Эдельгар увел взгляд, не выносимо страшно было смотреть, в глаза сестры, на разыгравшийся пожар злобы в ее душе. Это столь неестественно, что даже чудовищно.

— Я просто не могу. — Какой же жалкий ответ. Сердце сжалось в груди. Совесть вцепилась коготками в душу. — Ты слишком сочувственна. Всегда нужно чем то жертвовать.

— Да будь ты проклят! — Она заколотила кулаками ему в грудь. — Мог бы не спасть меня! Уж лучше бы меня изнасиловали и убили!

Эдельгар терпел удары сестры, думая, что сказать. А потом просто обнял ее. Альфина в бессилии опустила руки и зарыдала ему в плече.

— Альфина, сестренка, я люблю тебя.

— И я…и я тебя, Эдельгар. Если ты решишься, я буду биться с тобой. — Голос ее наполнился жестокостью. — Наверно, потому что так будет правильно.

— Ты молодец. Но прошу последний раз: лучше уезжай.

Она крепче прижалась к нему.

— Значит, будет битва. Спасибо что предупредил.

— Постарайся убить меня.

Альфина промолчала. Оба понимали, что победа не принесет радости. И оба они хотели проиграть.

Когда он уходил. Он обернулся и посмотрел на Альфину. Ему хотелось запомнить ее, слишком добрую для этого мира и красивую. Не созданную для битв, способную прощать даже самых грешных подльцев и мразей. Голубые глаза молили его остановиться, на ресничках застыли хрусталики слез. Даже теперь она жалела его, одним только взглядом молила прислушаться к совести.

— Эд, спасибо, что спас меня тогда, — Сказала она ему на прощание. — Прости, что была такой слабой.

Цветшая вишня теплым весенним утром. Она стояла передним. Хрупкая, но смелая. Красивая, но опасная.

— Только не вини себя. Ладно? — ответил Эдельгар. Альфина кивнула.

Он чувствовал себя беззащитным, словно ребенок, не умеющий ходить. И подобно ребенку он боялся, словно мир за шатром ему неизвестен и чужд. Он заставил себя отвернуться и сделать шаг. Ступив за порог шатра, он навсегда провел границу между своей жизнью и жизнью сестры. Когда-то их соперничество было детской забавой, ведь все дети соперничают. Но теперь детство позади и почти забыто. Жизнь, жестоко коверкает детство, взрослые забывают игры и забавы, отучиваются радовать и учатся грустить и уставать, но продолжают соперничать, только борются уже за выживание подобно животным. И вот брат и сестра вновь соперники, только победа не принесет радости, кто-бы не победил. В конце не будет смеха и теплых объятий. Никто не скажет наивное: «Победила дружба».

Макабр

Эдельгар мог вспомнить, как читал заклинание мгновение назад и вот он перед троном из костей. Велендир сидел не подвижно, словно статуя. Их окружали тени деревьев, и с неба сыпал пепел. Пахло гарью и смертью.

— Ты ведь знаешь, что будет дальше, Эдельгар? Ты можешь сколько угодно сопротивляться моей воли, но все равно останешься моим цепным псом. Ты моя пешка и я двигаю тобой.

Велендир поднялся с трона. Шаг за шагом он приближался к Эдельгару, продолжая речь:

— Знаешь, сколько подобных тебе было? Мудрецы, хитрецы и лжецы, все обращались ко мне. Что Люди, что Первые, что эльфы мнят себя богами, но стоит им задуматься о смерти, как вся спесь улетучивается. Узри!

Велендир сорвал маску. Другой половиной его лица оказался череп, на кости блестели кровавые руны, скалились острые зубы, во тьме глазницы сиял огонек.

— Смерть не постижима для смертных, но она ровняет всех. Я умер, и восстал, что бы познать ее! Я принес себя в жертву ради всех живых! Я предлагал тебе и многим до тебя это знание, власть над смертью. Разве это не уподобила тебя, мне? — Он указал пальцем в Эдельгара, а потом на себя. — Мне, богу способному создавать жизнь и властвующему над смертью!

Велендир был уже близко. Эдельгар с покрепче сжал посох.

— Я мог подарить бессмертие миру! Меня раздражает ваш страх. Он мешает вам. Потомки Махалоса и смертные, вы так ничтожны! Предпочитаете бояться. Вы вершите дурные дела, грешите от страха. Отчаянно цепляетесь за жизнь, потому что она конечна. Эдельгар ты хочешь мир лучше прежнего? Хочешь перестать бояться владыки в черном одеянии?

— Смерть свела тебя с ума.

На живой половине лица бога появилась ухмылка.

— Она помогла мне понять. Опустоши мир, напитай землю кровь, урони небеса, выжги леса. Ввергни мир в бездну отчаянья, что бы он переродился. Отступи и прислушайся ко мне, и твоя сестра останется жива. Вы вместе с ней увидите рождение нового мира, в котором не будет смерти.

— Нет. Называй меня, как хочешь, творцом нового мира, обещай сделать богом — Но я не стану твоим палачом, безумец!

— Ты же сам умолял меня об этом. Я покажу тебе кое-что.

Велендир махнул рукой. Из земли поднялись скелеты, одетые в самые разные одежды. На одном была корона, возможно при жизни он был королем, остальные одет кто богаче, кто в лохмотья. Скелетов было, наверное, с пять десятком. Среди прочих выделялись музыканты, они держали музыкальные инструменты. Зазвучала музыка, тяжелая, нудная тянувшаяся словно вечность. Она вызывала страх перед необратимым прошлым, неизбежным, жутким будущим. Погребальная мелодия. Скелет в черной рясе и косой в руке завел хоровод, неестественно веселый и совсем не в ритм музыке.

— Вот в чем суть всего живого, в чем смысл твоей жизни и множества других.

Эдельгар не мог оторвать взгляда от карикатуры на жизнь. Скелет смеялись и веселились. Некоторые махали ему, приглашая присоединиться.

— Это Пляска смерти! — восхищённо сказал Велендир. — Жизнь это хоровод, который ведет смерть. В нем танцуют все без исключения!

Велендир положил тяжелую руку на плече Эдельгара.

— Многим я предлагал выйти из него, у всех был шанс стать тем, кто выбирает, кто будет танцевать, а кто нет. — Его рука до боли сжала плечо. Эдельгар пискнул как щенок. — Но все выбрали быть ведомыми в этом хороводе. Иди и станцуй!

Велендил толкнул Эдельгара в хоровод. Скеледы хохоча, закружились вокруг него. Кости скрипели. Смех звенел. Эдельгар кричал. Закружилась голова. Земля ушла из-под ног. Он упал в пепел и потерял сознание. Сквозь тьму он все еще слышал смех веселящихся скелетов и их жуткую музыку.

***

Альфина пыталась предупредить жителей Дэртона. Но никому не было дело до бредней безумной незнакомки. Ее суету прервал крик.

— Чудища идут! — Русоволосая девушка неслась по деревне. — Чудища!

Началось! Альфина покрепче сжала свой посох. Она не могла твердо устоять на ногах. Ей пришлось уговорить себя идти, игнорируя дрожь в коленях.

— Я должна, потому что это правильно, — сказала она себе, а потом крикнула: — Живо убегайте из деревни!

На окраине деревни она увидела войско брата. Множество уродливых монстров двигалось врассыпную, как крупа из опрокинутой банки. Сосчитать их не представлялось возможным. Альфина искала среди них брата, но его не было.

Альфина выдохнула. Собрала весь свой гнев. Занесла посох над головой. Прочитала заклинание. Опустила посох на землю. Яркое белое пламя сверкнуло, как луч утреннего солнца. Языки огня окружили деревню. Пока Альфина поддерживает заклинание, порожденные темной магией монстры не смогут пройти через белое пламя Махалоса.

— Это твари Феи! — солгала она. — Бегите или умрете!

Женщины хватали детей, мужчины носились с вещами. Кричали и бранились. Торопили друг друга. А чудовища уже приблизились к кольцу огня. Они рычали, скаля острые зубы. Вытянутые морды покрывала темно-серая потрескавшаяся кожа. Рога венчали головы монстров. Глаза заполняла темнота. Они остановились у огня, словно приворожённые светом. Умные уродцы.

У Альфины закружилась голова, как от хорошего вина. Она впервые ощутила искреннюю ненависть тяжелую и жгучую до ломоты. Стерлись границы справедливости, человеческого и животного, осталось только жажда действовать.

Самые смелые мужчины и юноши, подбежали к Альфине с вилами и топорами в руках.

— Уходите, — сказала Альфина своим помощникам. Смотреть на смерть чьих-то отцов и мужей ей не хотелось.

Черное крыло закрыло солнце, тень упала на Альфину. Птица приземлилась где-то между домов. Чудища пошли вдоль кольца пламени, туда где села птица.

Альфина сразу поняла, план брата.

Альфина наблюдала из-за угла. Эдельгар читал заклинание, разделяя стену пламени посохом. В деревню хлынули монстры. И началась бойня. Острые клыки рвали плоть. Когти рвали тела на части. Монстры не утоляли голод — просто убивали по приказу своего хозяина. Она уже видела это однажды. Оторванные головы, истерзанные тела, внутренностями наружу. Страх и паника. Она прижимала к себе посох. Ее вырвало. Тело дрожало и не слушалось. Она заплакала.

Чудище зарычало. Альфина подняла голову. Оно спрыгнула с крыши, и придавило ее. Тяжелая лапа поднялась для последнего удара. Воздух затрещал. Чудище насквозь пронзила черная молния. Рана задымилась, и чудище упало замертво. Альфина замерла. Эдельгар в своей маске боевого мага стоял передней. Он опустил руку и закачал головой. Не довольно посмотрел не сестру. Прошел мимо. Альфина поднялась.

— Эдельгар, остановись!

Он будто не услышал. Метнул молнию в дом. Что-то взорвалось, из окна вывалилась женщина в горящей одежде. Она крутилась по земле, истошно кричала кричала от боли, пока монстр не оторвал ей голову.

— Эдельгар!

Гнев рвался из ее груди. Она швырнула в брата огненный шар.

Колдун увернулся и ответил выбросом энергии. Альфина устояла, удержавшись за посох.

— Это битва не по тебе. Уходи!

— Я не верю что это ты.

Эдельгар опустил голову.

— Иди, защищай людей!

Он обернулся вороном и вспарил. Альфина проводила его взглядом. В груди жгло, к горлу подступила горечь и колкое чувство. Ее потянуло разрушать. Она зарычала. И метнула молнию в чудище, которое бежало за маленькой девочкой. Ей понравилось.

Словно освободившись от оков, наслаждаясь своей силой, она ступала по деревни, без раздумий умерщвляя монстров. Творилась неразбериха. Крики. Хрипы. Смерть. Альфина была едина с ужасом вокруг. Сейчас страх был чужд ей. Она думала лишь как убить следующую тварь.

***

Деревня заметно опустела. Между домов лежали трупы, почему-то только местных. Едкий дым щипал глаза. Воняло горелым мясом и жженой древесиной. Столбы черного дыма поднимались над домами. Гремели взрывы — Это Эдельгар метал свои заклинания. За мужчиной бежал безголовый монстр. Работа некроманта. Черная магия во всем своем уродстве. Брату удалось обесценить все ее усилия. Начали появляться изуродованные люди с перекошенными лицами, волочащие кишки по земле. Пол человека ползло в ее сторону. У одного вскрыта грудь и вырвано сердце. У другого голова свисала на одном сухожилии. За мертвецами тянулся кровавый след. Людские крики поутихли. Среди домов раздавались стоны мертвецов и рычание чудовищ.

И вдруг визг! Альфина обернулась. Прямо передней чудище разорвало Нинэ. Хрус костей. Кровь обожгла лицо. Последний писк растворился в воздухе, и на мгновение воцарилась тишина. К горлу подступила тошнота. Альфин успела швырнуть в монстра молнию, прежде чем ее вырвало. К ней подступали монстры и мертвецы. Он отбивалась от них заклинаниями. Только что упавшие поднимались в новь. Стук. Монстры замерли, словно статуи. Она воспользовалась моментом, стала метать заклинания.

— Альфина! — окликнул ее Эдельгар. Она обернулась. Брат стоял почти перед ней.

Их окружали мертвецы и чудища. Долгое мгновение они смотрели друг другу в глаза. Только древесина трещала в огне. Только ветер дул, неся запах смерти.

— Сразись со мной честно! — сказала Альфина. — Прикажи своим тварям отступить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.