Никита Киров Помолодевший мастер войны

Глава 27 – Суровый князь

– Вам назначено-ос? – спросил усатый слуга высоким голосом. Мы стояли в просторном холле министерства природных ресурсов и торговли.

– Нет, но я приёмная дочь Андрея Орлова, Екатерина, – представилась девушка. – Мне надо встретиться с отцом по очень важному делу.

– Ос, – слуга выдавил странный звук и кивнул. – Вы пойдёте к князю одна?

– Вместе с бароном Шишковым. Он лидер моей команды на турнире Битвы Орла и Сокола.

– Ос, – слуга кивнул ещё раз и удалился.

Катя напряжённо выдохнула и посмотрела на четвёрку охранников в военной форме. Время уже достаточно позднее. Рабочий день министерства закончен, но сам министр, как и сказала Катя, всё ещё на месте. Это было для нас большой удачей. Скорее всего, Максим Орлов собирался поговорить с отцом дома, но мы его опередили.

– Не волнуйся, Катя. Всё будет хорошо.

– Я никогда не приходила таким вот образом к отцу… Не разозлится ли он?

– Не узнаешь, пока не начнёшь разговор.

– А как к тебе вообще относится отец? – спросил Денис.

– Довольно тепло, но мы общаемся мы редко. Ему гораздо интереснее братья, а не я… Да и я живу в общежитие академии. На этом настояла матушка.

– На мой взгляд, князь воспримет твою просьбу положительно, – сказал я, подбадривая девушку. – Турнир битвы Орла и Сокола должен быть очень важен для князя. Думаю, он будет только рад твоему желанию участвовать в таком важном событии для вашего рода.

На индивидуальной тренировке Волконская сказала, что победу на турнире ожидают именно от детей Великого князя Орлова. Тут дело как в самой значимости турнира для рода Орловых, так и в очень сильных сыновьях князя. Кроме Максима, ещё был Дмитрий Орлов. Он учится на последнем курсе и считается самым одарённым студентом за последние десять лет.

– Надеюсь, отец действительно будет этому рад…

Мне было очень интересно узнать, по какой причине Андрей Орлов удочерил Катю. Однако этот вопрос лучше было задать наедине. В этом холле с охранной в принципе не хотелось что-либо обсуждать.

Слуга министерства вернулся быстро. Он сказал, что князь Орлов готов принять нас с Катей, но просил подождать несколько минут, пока князь закончит свои дела.

Между тем за спиной слуги я увидел девушку в чёрном облегающем платье. Она спешно спустилась по лестнице и направилась ко второму выходу.

Любовница князя? Теперь понятно, почему Андрей Орлов задерживается на работе. Наш визит в министерство, вероятно, испортил князю приятный вечер. Хотя, с другой стороны, девушка ушла сразу, как только слуга сообщил Орлову о нас с Катей. Самая приятная часть вечера могла быть уже и закончена.

Когда мы с Катей поднялись на второй этаж, то будто оказались в другом здании. Отделка выглядела, будто мы были внутри русской избы. Всё из дерева. Над каждым из кабинетов висели головы различных животных и магических тварей – чем ближе к концу коридора, тем более большие и устрашающие морды висели над кабинетами.

А ещё тут проходил лёгкий поток Ци. Видим,о всё из-за головы многоглазого волка у самого последнего кабинета. Это поистине страшная и опасная тварь. Всё тело такого волка покрыто глазами разного цвета и размера. В том числе у этой твари десяток глаз на морде.

– Катя, глаза этого волка начнут двигаться, когда мы подойдём.

– Да, я знаю, – сказала девушка, но уже через пару секунду охнула. Глаза волка лениво посмотрели на нас и вновь закрылись. – Ну и жуть…

– Мало кому это нравится-ос, – сказал слуга. – но это позволяет князю Орлову с большой точностью знать объём чудины своих гостей.

– Я в курсе зачем это… Но всё равно этот волк очень страшный…

Слуга постучал в дверь кабинета. Голова волка издала негромкий рык.

– Проходити-ос, – сказал мужчина, открывая перед нами дверь.

Весь кабинет был выполнен в тёмных тонах. Андрей Орлов сидел во главе огромного стола с очень толстой и замысловатой столешницей. Это был разрез огромного дерева, покрытый специальной смолой. Выглядит основательно. Под стать суровому лицу владельца кабинета.

Взгляд князя был железным. Он изучал меня, а я изучал его. Андрей Орлов сразу произвёл на меня впечатление хитрого и опасного человека. Кроме того, в князе чувствовалась большая сила и ум.

Но самое удивительное, что увидев Катю, настороженность и суровость Орлова заменилась доброжелательной улыбкой. Даже было несколько странно видеть такую огромную перемену.

– Катенька, как давно я тебя не видел! Как ты? – лицо мужчины вдруг вновь стало суровым. – Тебя никто не обижает?

– Добрый вечер, отец. Нет, никто меня не обижает.

– Это отлично, – князь перевёл внимание на меня. – А кто это с тобой? Представь мне своего спутника.

– Барон Шишков, первокурсник и лидер команды на турнире, в которой я решила участвовать. Собственно с грядущим турниром и связан мой вопрос. Я уже зарегистрировалась в составе команды Руслана Шишкова, но теперь понимаю, что должна получить ваше разрешение, отец.

– Я слышу про барона Шишкова в первый раз, – князь провёл ладонью по короткой седой бороде. – Катя, чем же тебя так привлекла команда барона Шишкова?

– Руслан Шишков большой мастер во владение чудиной. Я хочу обучаться у него. И хочу победить на турнире.

– Отличное желание! – Орлов вновь просветлел. – Я буду очень рад посмотреть, как ты себя проявишь! Но всё же… – на лице князя стало меньше добродушия. Появилась прежняя суровость. – у меня есть два условия – через две недели, к самому начала турнира, ты должна иметь ранг «ястреба первого класса», а барон Шишков «ястреба второго класса». Если эти два условия не будут выполнены, то ты снимешь свою кандидатуру с турнира.

– Хорошо… отец…

Катя склонила голову. Ей действующий официальный ранг – «филин первого класса». Скорее всего, девушка считает невозможным достичь ранга «ястреба первого класса» за такой короткий срок.

– Катя, у тебя есть ещё какие-то вопросы ко мне?

– Нет, отец.

– Завтра в шесть вечера будет бал в моём поместье. Я приглашаю туда тебя и барона Шишкова. Покажешь своему учителю по чудине высшему свету, – князь перевёл внимание на меня. – Барон, вам же интересно такое предложение?

– Я обязательно приду, Ваше Высочество.

Орлов – один из самых знатных князей в империи, к нему принято обращаться, как к родственнику императора. Благо, Катя мне объясняла по дороге, как правильно с ним говорить.

– Рад слышать, – Андрей Орлов слегка улыбнулся. – Если моя дочь выбрала вас учителем, то значит вы чего-то стоите. Однако лично мне вы ещё ничего не доказали. Барон, а под чьим спонсорством ваша команда?

– Под спонсорством графа Волконского.

– Не самый сильный покровитель, но вполне достойный. Некоторые считают графа Волконского чудаковатым из-за его помешанности на востоке, но он довольно умный человек. Насколько знаю, у него есть дочь. Она тоже участвует на турнире?

– Да, Ваше Величество. Елизавета Волконская является второй девушкой в моей команде.

– Приходите на бал вместе с госпожой Волконской. Вам же в любом случае нужна была спутница, а это хороший вариант. Верно, барон Шишков?

– Всё верно.

Князь переключил внимание на дочку.

– Катя, у тебя ещё есть какие-то вопросы ко мне?

– Нет, отец.

– Тогда можешь идти.

Напоследок Андрей Орлов одарил меня пронзительным взглядом. От князя не чувствовалось какого-то негатива к моей персоне, но я видел, что Орлов не воспринимает меня всерьёз. Думаю, князь практически уверен в том, что мы с Катей не сможем выполнить его условия.

Об же сказала и сама Орлова, когда мы вышли.

– И всё же я подвела тебя, Руслан… – печально произнесла Катя. – Условия отца нам никак не выполнить…

– Мы выполним условия. Даже не сомневаюсь в этом.

Девушка удивлено на меня посмотрела.

– Но как? Мне надо получить ранг «ястреба», а это фактически уровень выпускников академии. Если бы отец сказал о «филине второго класса», то всё звучало бы реально, но «ястреб»… Похоже, отец специально поставил невыполнимые условия. Он хочет, чтобы я добровольно снялась с турнира.

Мы прошли коридор и начали спускаться по лестнице.

– Ничего не выполнимого в этих условиях нет. Но тренировки будут тяжёлыми. И первая будет уже сегодня со всей командой.

* * *

– Руслан зарегистрировал команду?! – удивлённо ахнула Диана, когда узнала новость.

Мы сидели с Лизой за одной партой. Я читал оглавление учебника по математике, а Лиза вела борьбу со сном, поддерживая голову своими ручками.

– Да, – зевнула Лиза. – Вчера был очень насыщенный день. Мы с Русланом практически не спали.

– Что?! – Диана заглушено вскрикнула, прикрывая губы ладонью. – По какой причине вы не спали?…

– Практиковались в чудине, – совершенно честно ответил я. – Не только Лиза, но и вся наша команда. Паша, если ты не заметила, тоже сонный. А куда он делся, кстати?

– Его ещё не было в классе. Руслан, а по тебе и не скажешь, что ты хочешь спать, – хмыкнула Оля. – У тебя есть какой-то секрет, чтобы быстро высыпаться?

– С помощью восстанавливающей медитации я быстро могу вернуть себе бодрость. Но этот навык не самый простой. Ему надо долго обучаться. Но я могу…

Дверь распахнула, и в кабинет вбежал взбудораженный Паша. Лицо покраснело, руки тряслись. Парень быстро нашёл меня взглядом и подбежал ко мне. Говорить он смог не сразу.

– Вспоминай, что я рассказывал о важности дыхания, – напомнил я.

– Дениса куда-то утащили старшие из другой команды! – наконец ответил парень, отдышавшись. – А мне под дых дали и… Я даже не понял, куда его забрали! Решил, что лучше будет сразу сходить за тобой!

Я захлопнул учебник математики и встал из-за парты.

– Показывай, куда идти.

Глава 28 – Тишина в библиотеке

Далеко бежать не пришлось. Едва я оказался у лестницы, как услышал внизу звуки потасовки и сдавленные ругательства.

– За мной! – сказал я Паше и уселся на перила.

Идущие по лестнице студенты прижимались к стене, глядя, как я проношусь мимо. Я скользил вниз пролёт за пролётом, пока не оказался на самом нижнем этаже академии, уже почти в подвале. На роскошные залы приёмной комиссии эти катакомбы мало походили – здесь были помещения для персонала и разные склады.

Звуки смачных ударов стали сильнее. Судя по шуму, дралось несколько человек. Кто-то громко дышал, кто-то ругался, скрипела обувь по крашеному деревянному полу.

Денис Жданов стоял у стены в боевой стойке, а на него наседали несколько других студентов. Бой длится уже несколько минут, если судить по тому, как вспотели участники. Но они менялись. Отходили трое, подходили новые. Противник привёл много бойцов. А Денис был один, но не сдавался.

– Но разве не нужно было для этого начать дуэль? – спросил я у Паши, который только что неловко и со скрипом съехал вниз. – Он так просто начал драться?

– Это же племянник князя Одоевского, Георгий, – Паша показал на стоящего в отдалении высокого парня с очень круглыми, почти как у совы, глазами и мощным крючковатым носом. – Его банда разбирается со всеми и без дуэлей. Вот же мы попали! С Одоевским бояться связываться даже Орлов и Троекуров. Он буйный! И драться умеет!

Денис держался успешно, прикрывая спину стеной. Но соперников у него было много.

– Стой здесь и следи за обстановкой, – сказал я Паше и пошёл в сторону дерущихся.

Они совмещали драку и переговоры.

– Ты всё ещё мне должен, – сказал тот высокий и пучеглазый парень, Георгий Одоевский, крутя в руках трость.

– Я с тобой рассчитался, – Денис продолжал сдерживать натиск, довольно умело отбивая удары. – Ещё год назад!

Его соперники чуть подустали, Денис тоже. Но уставшие опять поменялись. Теперь против Жданова новая тройка свежих ребят.

– И что здесь происходит? – громко спросил я, расталкивая толпу и проходя ближе к драке. – С чего это вы нападаете на одного из моей команды?

– Так это ты Шишков? – грубо произнёс Георгий Одоевский и чуть скривился. – Ты не мог взять этого человека к себе в команду, – он показал на Дениса, – без моего согласия!

– Да что вы все так требуете согласия? – возмутился я. – Он же не крепостной.

– Он, – Георгий скривился ещё сильнее. – Он должен был участвовать в прошлом году на одном соревновании! Но проиграл там Белобородову и на следующий бой не вышел! Хотя должен был!

– Мне тогда сломали челюсть, – отозвался Денис, тяжело дыша.

– Стоять, – я поднял руку. – Если хоть ещё кто-то нападёт, я вмешаюсь. А вы, – я посмотрел на Георгия Одоевского. – Вы начали драться с моим человеком. Это недопустимо.

– Знаешь, что? – он подошёл ко мне в упор. – Это мой человек, пока не отработает свой долг. Вот пусть и участвует на турнире. Тогда и сочтёмся. А если он будет отказываться, я его отделаю так, что он драться больше не сможет.

Этот Георгий не умеет мыслить обширно. Он хочет заставить Дениса с помощью побоев участвовать в турнире на своей стороне. Это полностью провальный метод. Дениса я знал мало, но уже понимал, что его не запугать.

– Без угроз, – сказал я, даже не пытаясь выдержать вежливый тон. – Ты напал на участника моей команды. Я не согласен с тем, что он тебе должен. И мне придётся тебя проучить за это нападение, иначе ты не поймёшь серьёзности моих намерений. Он в моей команде.

Георгий неодобрительно поцокал языком.

– Я не из этих ваших дворняжек! – с вызовом произнёс он. – Мы ведём свой род от Рюрика, и знатнее всех этих выскочек и липовых князей! Разберёмся без этих ваших дуэлей.

Последнее слово он выделил особой интонацией.

– Я тебя даже касаться тебя не буду, – сказал Георгий и посмотрел на остальных. – Отделайте их. Всех!

Какой грубый молодой человек. Но он торопливо ушёл за спины товарищей, оставив старшекурсников разбираться со мной.

– Знаешь, что он сказал? – Денис усмехнулся и вытер пот со лба. – Что раз ты взял меня в команду, значит, я чего-то стою, и должен вернуться. А так он про меня забыл. И даже бы не вспомнил, что я есть…

– С этим мы разберёмся, – сказал я. – А потом займёмся этим Одоевским. На мою команду не смеет нападать никто. Кем бы он ни был.

Их прям целая куча. В основном старшекурсники. Сильно бить не буду, просто распугаю. Но с племянником князя стоит разобраться, чтобы он не смел больше лезть к Денису.

– Ещё один урок? – спросил Денис.

– Не, – я помотал головой. – Нам ещё на математику, так что будет быстро. Просто наблюдайте за моими движениями.

Группа Одоевского потеряли немного уверенности, когда их главный ушёл. В стратегию он тоже не может. Как гласит одна из стратагем старика Ван Цзинцзэ, чтобы развязать твёрдый узел, отдели сначала главаря, а потом всё само распустится.

Но командир ушёл сам. Так что много времени у меня это не займёт.

На меня бросились первые трое.

Я отскочил к стене, где стояли деревянные стулья, и сел на средний. Ногами я зацепился за ножки двух соседних и катнул их в сторону напавших.

Стулья повалили старшекурсников на пол. Я взял свой за спинку и пошёл навстречу остальным.

На меня напали следующие. Я сел на стул, и чей-то кулак просвистел у меня над головой.

Затем я слез со стула и быстро поднял. Кто-то ударил кулаком о спинку и ойкнул от боли.

Другого я этим стулом отпихнул в сторону, и он полетел в сторону Паши, который не растерялся, и прописал бежавшему кулаком.

А третьего я поймал между ножек так, что он застрял, опустил на пол и снова сел. Застрявший между ножками студент отчаянно вопил.

– Скоро занятия, – напомнил я студентам. – Так что лучше бы вам вернуться на лекции.

Они не послушались. Парочка кинулась на Дениса, но он, ободрённый прибытием союзников, начал держаться ещё лучше. А вот Паше было сложнее, он так драться не умел, хотя и не убегал.

Я вскочил на сидение стула, а потом на спинку, без труда удерживая равновесие. Те, кто уже замахнулись для удара, опешили на мгновение. А я побежал на помощь Паше по головам парней, что стояли между нами.

– Много энтузиазма! – сказал я, отталкивая напавших на Пашу. – Но технику надо отточить.

– Понял! – радостно ответил Паша, схватившись с кем-то в борьбе.

Всё больше и больше людей понимали, что ввязались в схватку не по своим силам. Но были и упрямцы.

Двое, братья-близнецы, переглянулись и напали на меня разом. Один ударил ногой слева, другой справа. Опять тайский бокс, что же он так популярен в этих краях?

Я поймал обоих за ноги и крутанул. Оба сделали сальто в воздухе и приземлились на пол, сильно ударившись и сбив ещё несколько человек. Доски затрещали, левый брат застонал.

Денис отвесил кому-то кулаком, отправляя в нокаут, и даже Паша справился со своим, заборов его и перебросив через себя.

Больше желающих не было. Старшекурсники, побитые, но не покалеченные, лежали на полу. Кто-то из них только делал вид, что получил, хотя я их точно не трогал.

– Где племянник князя Одоевского? – спросил я.

Они все показали на дверь, над которой была вывеска «Библиотека».

– Паша, Денис, на лекцию. Предупредите преподавателя, что я в библиотеке и немного задержусь.

Я взялся за гладкую деревянную ручку двери и потянул на себя. Дверь со скрипом открылась. Я прошёл внутрь. Доски подо мной трещали. Пахло пылью, старой бумагой и лакированной деревянной мебелью.

Вокруг были стеллажи с книгами и гладкие, блестящие столы. За ними никто не сидел, все студенты были на учёбе. Но я видел, что кто-то находился за последними стеллажами. Я прошёл чуть дальше. Пол скрипнул.

– Кхм-кхм, – кто-то откашлялся.

Как я его не заметил в первый раз? В углу на стуле сидел очень высокий и здоровенный мужчина. Метра два с лишним в высоту, очень широкий. На нём была майка-тельняшка, а на мускулистых плечах была выбиты татуировки. На одном якорь, на другом Полярная Звезда.

Он читал книжку. И, не поднимая головы, он подобрал указку и постучал в табличку, на которой было написано:

«В зале библиотеки запрещено шуметь и применять чудину».

Я на цыпочках пошёл дальше за стеллажи, разыскивая Одоевского. Долго идти не пришлось, он сидел за столом, что-то записывая в маленькую книжечку.

– Ты? – воскликнул он. – Да как ты…

– Кхм-кхм, – откашлялся библиотекарь.

– Да как ты победил? – прошептал Одоевский.

– Это было несложно, – шепнул в ответ я и очень тихо прошёл ближе. – Твои люди проиграли. Но я с тобой не закончил. На мою команду нападать нельзя.

– Да я тебя…

– Кхм-кхм!

– Я тебя порву и без всяких дуэлей, – выдавил он ещё тише.

Одоевский поднялся и очень осторожно отодвинул стул, чтобы не шуметь. А потом поднял трость и взмахнул. Трость тихо щёлкнула и раздвинулась сильнее. Теперь понятно, что её можно сделать гибким оружием. Деревянные сегменты соединялись с помощью звеньев цепи.

Одоевский несколько раз ей взмахнул. А он умеет пользоваться этим.

У меня трости не было, но я и так мог за себя постоять. Однако мы в библиотеке и это всё усложняло…

Одоевский напал первым, очень легко пробежал по деревянному полу и ударил меня. Я отбил удар гибкой трости и стукнул в ответ, но Одоевский очень легко отскочил, будто ничего не весил.

А ведь Ци в этом зале пользоваться запрещено, но Одоевскому было плевать

Библиотекарь перелистнул страницу.

Сошлись ещё раз. Одоевский готовил свою трость, размахивая ею над головой. Я подскочил на стол, оттуда прыгнул в сторону стеллажа и оттолкнулся от него. Одоевский такого не ожидал, но его реакция выше всяких похвал. Он уклонился от удара и взмахнул тростью в ответ.

Мне пришлось отскочить назад. Плечом я задел стеллаж. Одна из книг, стоящая на самом краю, начала падать. Толстый том летел вниз. Я бросился вперёд и поймал его у самого пола. Одоевский усмехнулся. И всего раз толкнул стеллаж. С верхних полок выпало ещё несколько книг.

Я схватил одну левой рукой, другую правой, вытянул левую ногу, и последний упал прямо на неё.

Так я и балансировал.

А подлейший Одоевский направился тем временем к другому шкафу. Я подбросил книги и подскочил сам, чтобы вернуть их на место. Шкаф, где стоял Одоевский, пошатнулся. Я прыгнул туда.

Я успех схватить собрание сочинений Чернышевского и третий том Войны и Мира. Потом ещё стопочку классиков Золотого и Серебряного Века поэзии. А ещё всё надо вернуть по местам.

Одоевский напал. Я ткнул его ногой под дых, он отошёл и размахнулся тростью. Я успел уклониться…

Наконечник громко ударился в пол!

Мы замерли.

Библиотекарь перелистнул страницу и ничего не сказал.

Я наступил на трость и толкнул противника ладонью. Он отлетел и скользнул по полу, я за ним. И я успел наступить ему на одежду, чтобы он не врезался в шкаф, а то бы книги опять начали падать. Он же в ответ ударил мне по ноге, но я успел подскочить.

Одоевский перекатился и поднялся. Кажется, он понял, что в этом бою ему не победить. Но единственный выход был за моей спиной. Племянник князя бросился к окну. Я за ним.

Он бросал в меня книги, которые хватал по пути. Мне приходилось их ловить и быстро ставить на место. Следом полетел стул, который я поставил без стука на пол. И графин с водой, который я поймал так, что не расплескалось ни капли.

Одоевский добежал до окна. Но без шума его не открыть. На подоконнике стояли кактусы.

– Разберусь с тобой в следующий раз, – шепнул он.

– Кхм-кхм!

– Нет, – я помотал головой. – Решим всё здесь и сейчас.

– Кхм!

Одоевский сжал кулаки и напал. Я уклонился и толкнул его в ответ. Его чуть подбросило, и он отлетел к подоконнику задом вперёд.

И сел сверху… на кактус.

– Кхм-кхм! – раздалось покашливание и шелест страницы.

Покрасневший Одоевский закрыл глаза, набрал воздуха в грудь… и заорал так, что зазвенели стёкла в зале. Крик эхом отражался от стен.

Библиотекарь поднял голову и захлопнул книжку. Его взгляд не предвещал ничего хорошего…

Глава 29 – Новая машина

После продолжительного крика боли Одоевский перешёл на крепкий русский мат:

– Б***!!! Кто поставил сюда эти е*** кактусы?!

Над княжеским племянником навис двухметровый библиотекарь. Такого он уже простить не мог. Мужчина взял Одоевского за голову и поднял одной рукой.

– Ай-ай! – парень размахивал руками и ногами, но дотянуться до библиотекаря у него не выходило. По напряжённого лицу Одоевского было видно, что его голову держат очень крепко. – Что вы делаете?! Я княжеский племянник!

– А я тот, кто поставил те кактусы на подоконник, – ответил очень низким голосом мужчина и показал в сторону окна.

– Мне насрать, кто ты!

Одоевский стал концентрировать в руке чудину. Энергии очень-очень много. Её видно даже без усиления зрения.

Но библиотекаря магия не испугала. Он с силой дунул на кулак парня потоком чудины. Рука Одоевского покрылась коркой льда, а вся его накопленная энергия развеялась.

И тут княжеский племянник наконец понял, что очень сильно встрял. Свою риторику он поменял очень быстро.

– Извините! Извините! Я не хотел!

Библиотекарь показал свободной рукой на табличку «В зале библиотеки запрещено шуметь и применять чудину».

– Извините, что нарушил правила, – шёпотом залепетал Одоевский. – Я очень сожалею.

Мужчина отпустил княжеского племянника.

– Подметёшь пол. Весь инструмент за дальним стеллажом. И с подоконника тоже смахни землю, – библиотекарь прошёл на своё место и продолжил читать свою книгу.

Одоевский шокировано хлопал глазами. Такое поручение его явно оскорбило. Он посмотрел на меня, и его лицо побагровело от злости.

– Шишков, ты…

Я показал на табличку. Одоевский разозлился ещё сильнее. Но у меня ещё был добивающий удар. Я указал рукой на угол, где виднелась ручка веника.