Ник Крамов Подписка

«Это да», – Мариус закрыл глаза. И тут же открыл их снова. В дверь стучали. Какой-то несознательный член общества снова выкинул мусор из окна и весь хоумшеринг рискует остаться на сутки без воды. Если своими силами не найдут и не выдадут виновного.

Мариус не открыл. Знаю я эти дела, кого первого найдут, на того и скажут, что это он. Да у меня и окна нет! Им плевать, им вода нужна, а я как с этим буду? Всем же известно, что кидают с пятого этажа. Но с ними никто связываться не будет, страшно. Туда даже не пойдут. Ходят как идиоты с первого по четвертый и ищут крайнего. Стоп! «Идиоты» – плохое слово. Извините все, кого я мысленно обидел. И «несознательный член общества» – тоже грубое определение. «Не до конца понявший правила» – так будет точнее.

«За морями, за горами,

За дремучими лесами

На пригорке — теремок,

На дверях висит замок.

Кто к замочку ключ найдёт,

Тот из круга вон пойдёт, – бормотал Мариус, пытаясь заснуть, свою колыбельную».

«Сегодня будет хорошая погода! – бодро сообщила Сеть утром, – полезный для здоровья холод и солнце, так же, как и вчера».

«Да? – подумал Мариус, – а вчера разве не было дождя?» Он посмотрел на вывернутые язычки ботинок и сохнущие стельки. «Впрочем, я, скорее всего, ошибся. Забыл».

«Жители спрашивают о причинах шума в Северной части города. Многие проснулись от сильного звука этой ночью и видели много желтого света. Правительство сообщает, что таким образом мы подтвердили высочайшую надежность нашего образа жизни. Наши ценности под надежной защитой. Граждане могут спать спокойно, мы в этом абсолютно уверены».

Мариус дергал ручку двери, со страхом глядя на красный огонек блокировки. Неужели?! Это все-таки произошло?! Сегодня?! Почему сегодня? Сеть беспристрастно подтвердила: в связи в совершеннолетием Мариуса закончился пакет подписок на хоумшеринг, на базовую еду, на игры. И еще список по мелочи. А вместе с подписками, как решил Мариус, закончилась и жизнь. Что делать дальше он не знал. Из родительского дома его выселили, как и положено, в шестнадцать лет, и за отмеренное время, а именно за год, во взрослой жизни Мариус себя не нашел. Что и требовалось доказать. Не один из его многочисленных родителей говорил, что толку от Мариуса не будет, что он бесполезен, и что жить ему недолго. Вот это «недолго» и закончилось. Годовая подписка на совершеннолетие истекла, и возможности продления, даже не всей, а какой-нибудь ее части, у Мариуса не было. Никаких вариантов не было. Проснувшись, он успел сходить в туалет, вернулся, но дверь в комнату уже не открылась.

Мариус попробовал срочно устроиться на работу, хоть какую, но без подписки на поиск работы это оказалось невозможным. В консультации Сеть отказала – по той же причине. На все запросы она отвечала: «все ваши подписки закончилась, необходимо их продлить» и давала картинку 404.

Вещей при себе у Мариуса оказалось немного – только одежда и то, что в карманах. Темно-серый металлический крестик на сером шнурке. Мариус вытащил крестик и стал разглядывать надпись. Это занятие его всегда успокаивало, сколько он себя помнил. В странных полустертых буквах не угадавались слова, и зачем он его носит с собой Мариус не знал, но, повинуясь какому-то внутреннему чувству, всегда держал в кармане. Когда дверь в комнату не открылась, Мариус остался без всего, что забрал из последнего родительского дома и что нажил за год совершеннолетия. Остались, если подумать: безразмерные серые штаны, черная застиранная футболка, черное же худи с заплатками на локтях и ботинки на толстой резиновой подошве. Остальные вещи – сезонная одежда, одеяло, нижнее белье и тарелка с ложкой принадлежали не Мариусу, а были собственностью шеринговых компаний, и выдавались по подпискам на комнату, на еду и на внешний вид. Еще была свинка-компаньон, но ее можно будет найти на бесплатной раздаче для подписчиков магазина, причем точно такую же. Так что ладно.

Мариус несколько раз отходил и возвращался к двери, надеясь, что красный огонек сменится зеленым, и она волшебным образом откроется. Но дверь не открывалась. Можно было бы написать оператору компании, но вряд ли это поможет. Дежурный бот будет рекламировать услуги и предлагать неприемлемые варианты продления подписки, а комнату, вероятно, уже забронировал новый жилец, и с минуты на минуту приедет дроид-уборщик, просить которого отдать вещи ну совершенно бесполезно.

Мариус пошарил в карманах, но понижатель стресса тоже остался внутри. «Плохо, – подумал Мариус, – вот это очень плохо». Он еще раз окинул взглядом длинный сумрачный коридор с бесконечными рядами одинаковых пластиковых дверей и подумал, не обратиться ли к кому за помощью. Он не знал никого из соседей, может, нескольких видел, но не знал – ни как зовут, ни чем занимаются.

«Фонд защиты редких птиц перечислил ресурсы на создание двух ракетных батарей, – сообщил коммуникатор. – Теперь птицы в безопасности, враги до них не доберутся». От умиления Мариус даже пустил слезу: на видео почти утонувшую в мазуте птицу извлекли и стали отмывать. Птица слабо трепыхалась и жалобно улыбалась спасителям. Из последующих кадров стало понятно, что все для нее сложилось успешно: в гнезде кроме самой птицы находилось уже три птенца.

«Слава богу, – подумал Мариус, – что есть такие организации. А то бы и сама погибла, и ее дети. Надеюсь, тех, кто это сделал, накажут?»

Будто в ответ на его мысли картинка со счастливым семейством сменилась на пуск ракет из береговой ракетной установки и горящий корабль. Вражеский танкер, как сообщил комментатор, из которого и сливали нефть для убийства птичьей колонии.

«Так вам, гады, – вслух сказал Мариус. – Сдохните!»

Было время завтрака, и голод уже давал о себе знать: в животе отчетливо урчало. Как решить этот вопрос Мариус пока не знал. Равно как и то, где получить необходимые для жизни подписки. Двенадцать месяцев, щедро подаренные ему правительством, незаметно пролетели, и время, которое можно было потратить на обучение, социализацию, поиск работы, был слит на игры в коммуникаторе. Не самое плохое время, надо признать. «Джорджев день» – момент, когда месячные подписки заканчивается, и когда можно продлить их или поменять на другие, наступил. Очень хотелось есть.

Мариус постоял около двери соседа, который больше месяца уговаривал его хоть на какое-нибудь изменение, но постучать так и не решился. Обновись – и все твои проблемы останутся в прошлом. Повысь рейтинг и начни с чистого листа! Новый ты – новая реальность. Соседа было жалко, он не раз потом говорил, что Мариус эгоист, а его, соседа, скоро выселят. Но Мариус, хотя и мог представить себя во многих идентичностях, панически боялся врачей и всегда соседу отказывал. Наверное, нужно куда-то идти, подумал Мариус. Не стоять же здесь вечно. Тем более, что и права такого у меня теперь нет…