Ниг Сфера Вселенной

— Мастер Кенсин научил меня главному правилу: иногда лучше ранить или жестко обезвредить противника, если его действия грозят смертью мирным и невинным людям. Как это было на том недавнем задании по охоте на того свихнувшегося парня... А что касается страха перед кровью и битвой... — улыбка Алёны стала чуть более мрачной. — Благодаря тому, что Марк постоянно заставлял меня тренироваться в условиях абсолютного, первобытного ужаса, стравливая со своими чудовищными «любимчиками», у меня этот страх просто выгорел дотла. Я больше не боюсь причинить боль тем, кто идет убивать. Теперь в бою мне достаточно просто закрыть глаза.

Глаза Андрея, истинного гения пространства и времени, удивленно расширились. Его острый ум мгновенно понял, что кроется за этими простыми, на первый взгляд, словами.

— Закрыть глаза? — переспросил он, подавшись вперед. — Погоди-ка... Ты что, научилась «видеть» само пространство и его искажения вслепую?

Алёна радостно кивнула, и на мгновение в ней снова проснулся обычный ребенок, искренне довольный своими невероятными успехами.

— Да! Я уже могу это делать. Чувствую каждую микроскопическую вибрацию маны, каждое движение воздуха и сдвиг реальности вокруг себя в радиусе поражения. Хотя, признаться честно, я думала, что на освоение такого уровня восприятия у меня уйдут годы упорных медитаций. Мне вот что интересно... почему мы все вдруг стали так ненормально быстро развиваться?

Андрей вернул себе привычное невозмутимое выражение лица. Он засунул руки в карманы и начал объяснять тоном умудренного опытом профессора:

— Всё дело в пространственно-временных аномалиях. Они массово появились в нашей вселенной после всех тех глобальных изменений и никуда не исчезли. Эти скрытые бреши работают как гигантские катализаторы.

Андрей сделал небольшую паузу, позволяя информации усвоиться, и продолжил:

— Они незаметно искажают плотность маны и само течение времени вокруг нас. Из-за этого любые физические тренировки, адаптация мышечных волокон и эволюция магических навыков проходят в десятки, а то и в сотни раз быстрее, чем в нормальных условиях. Сейчас просто идеальное, золотое время для тренировок и прорывов за пределы своих возможностей. Знаешь, даже Марк, несмотря на всю свою чудовищную, богоподобную силу, до сих пор непрерывно тренируется и становится еще сильнее, выжимая из этого фона максимум.

Андрей легко пожал плечами, заканчивая свою лекцию:

— По крайней мере, именно так физику этих аномалий объяснил мне сам Марк. Так что твоя сила — это результат не только твоего упорства, но и самой искаженной природы нашего мира. И на этой войне она тебе ой как понадобится.

— Понятно, — Алёна слегка опустила взгляд, обдумывая масштаб того, что ей предстоит совершить. Затем она снова посмотрела на мальчика-мага. — А ты... ты будешь смотреть, как я буду сражаться в той войне?

Андрей, чьё лицо оставалось по-взрослому серьёзным и сосредоточенным, утвердительно кивнул:

— Конечно буду. Куда я денусь? Моя пространственная магия позволяет мне наблюдать за любой точкой вселенной. Так что не переживай. В случае чего... если ситуация выйдет из-под контроля и тебе будет грозить реальная смерть, я немедленно вмешаюсь. Я тебе это лично гарантирую. Но тебе нужно как следует подготовиться, ментально и физически. По моим расчетам и перехваченным данным, эта война начнется примерно через неделю. У тебя есть семь дней.

Алёна с облегчением выдохнула, и на её лице появилась искренняя, теплая улыбка.

— Вот и хорошо. Я так рада, что ты всё равно поможешь мне и присмотришь за мной, несмотря на то, что тебя даже не будет в этом мире...

Андрей тихо хмыкнул, отводя взгляд к окну, за которым сгущалась ночь.

— Мда... Необходимые обстоятельства. У меня свое, отдельное задание от Марка в другом измерении. Но для меня границы миров — не помеха.

Веселье на первом этаже продолжалось почти до самого рассвета, пока уставшие и в хлам пьяные Юрий, Артём, Кенсин, а также присоединившийся к ним Герман не вырубились прямо на диванах и коврах роскошного холла.

Спустя несколько часов, когда первые лучи утреннего солнца только начали пробиваться сквозь панорамные окна особняка, входная дверь бесшумно открылась. Я вошел внутрь, устало потирая шею и разминая затекшую от бесконечного сидения за отчетами спину. Позвонки хрустнули с приятным звуком.

Перешагнув через храпящего на полу Юрия, я поднял взгляд и увидел стоящего на лестнице Андрея. Он не спал — ждал меня.

Я остановился, скрестил руки на груди и с легким укором прищурился:

— Ты что ли ей всё рассказал? Предупредил про войну?

Андрей, облокотившись на перила, посмотрел на меня абсолютно спокойным, невозмутимым взглядом:

— Конечно, сказал. А что, по-твоему, не надо было?

Я огорченно выдохнул, театрально закатив глаза, и плюхнулся в ближайшее свободное кресло.

— Ну блин, Андрей... Так ведь совершенно неинтересно! Какой смысл проверять того, кто уже заранее готов к испытанию? Вся суть была в элементе неожиданности, чтобы посмотреть на её чистую реакцию в стрессовой ситуации.

Андрей медленно спустился на пару ступенек вниз, недопонимающе и даже немного осуждающе глядя на меня.

— Проверять? — переспросил он, и в его голосе проскользнули холодные нотки. — Брось, Марк. Ты же не для "проверки" эту бойню устраиваешь. Ты делаешь это исключительно для выдачи ей особого SSS+ Special ранга. Твоя цель — чтобы весь мир, все государства и политики воочию увидели, на что способна эта семилетняя девочка. Чтобы они уяснили её статус в твоей иерархии. Именно поэтому ты и дал ей роскошную возможность никого не убивать, а лишь "уничтожить военную мощь".

Андрей спустился в холл, подошел ко мне вплотную и посмотрел прямо в глаза. Его взгляд был тяжелым, пронзительным, сканирующим саму мою суть.

— Я же прекрасно понимаю, как работает твой мозг, — серьезно произнес он. — Если бы ты действительно хотел устроить ей суровую проверку на выживание и преданность, ты бы дал задание на полное, тотальное истребление всей их армии. До последнего солдата. Без права на пощаду.

Несколько секунд в холле стояла звенящая тишина, прерываемая лишь богатырским храпом Германа. А затем мои губы медленно растянулись в широкой, искренне довольной улыбке.

Я откинулся на спинку кресла и с гордостью посмотрел на Андрея.

— Ну как же я не удивлен, что ты так легко раскусил мой замысел? — с легким смешком произнес я. — Весь в меня. У тебя пугающе острый ум для семилетки. Да, ты всё понял абсолютно правильно. Это не просто экзамен для Алёны. Это масштабная демонстрация силы для всего земного шара. Потому что пора, наконец, включать ещё одну глобальную систему контроля.

Я сделал паузу, и мой голос стал холодным и властным:

— Систему «Боги Хранители». Алёна станет первой из них, кто открыто заявит о себе миру.

Андрей тяжело вздохнул, потирая переносицу. Понимание глобальных планов не умаляло его беспокойства за девочку.

— Ага, конечно... Грандиозные планы, как всегда, — проворчал он. — Только вот из-за твоих жестоких методов она теперь совершенно не боится ранить других людей. Ты выжег в ней этот барьер. У семилетнего ребенка.

Андрей перевел взгляд на лестницу, ведущую туда, где сейчас спала Алёна, и его голос стал тише, наполнившись мрачным прагматизмом:

— Хотя... учитывая, в каком мире мы теперь живем... конечно, сейчас это единственный способ взять жесткий контроль над всеми этими обезумевшими от вседозволенности пробужденными. Если она не будет безжалостной, они её просто сожрут.

Андрей в последний раз окинул взглядом спящих вповалку Unknown ранговых и Фирию с Германом, тяжело вздохнул и перевел свои серьезные, совсем не детские глаза на меня.

— Ладно, мне пора уже. Дел по горло, — произнес он, поправляя воротник. — Сам же, надеюсь, прекрасно понимаешь: если в этих твоих играх с политиками и армиями хоть что-то пойдет не по плану и сорвется, то тогда у тебя будут большие проблемы.

Я снисходительно посмотрел на него, засунув руки в карманы, и абсолютно искренне, без тени сомнения, ответил:

— Не переживай, Андрей. Всё будет идеально. Сам же знаешь мой план и то, как работает мой мозг. Он изначально предусматривает все возможные переменные, отклонения и вероятности любых проблем. У США нет ни единого шанса выйти за рамки моего сценария.

Андрей лишь скептически хмыкнул.

— Ага. Ну, тогда до встречи.

И в ту же секунду, даже не дожидаясь моего ответа, он просто растворился в воздухе.

Я возмущенно цокнул языком и покачал головой, глядя на пустое место.

— Вот же торопыга... Даже в ответ прощание не дал сказать. Ну и ладно.

Выбросив из головы выходку Андрея, я выпрямился, разминая плечи, и с предвкушающей ухмылкой посмотрел на этот импровизированный лазарет из храпящих тел. Холл моего роскошного особняка пропах дорогим алкоголем и перегаром. Пора было заканчивать этот праздник жизни.

Я поднял руку и звонко, с отчетливым эхом, щёлкнул пальцами.

Тут же массивная дверь моей личной комнаты бесшумно отворилась. Из непроглядной темноты коридора, цокая когтями по мраморному полу, медленно и грациозно вышли трое моих «любимчиков». Огромные гончие. А из приоткрытых зубастых пастей на пол капала вязкая слюна.

Чудовища бесшумно подошли к спящим.

Юрий, которому в этот момент снилось что-то явно приятное, вдруг поморщился. Он почувствовал, как ему прямо на лицо с глухим шлепком капнуло что-то мокрое и липкое. Парень медленно, с неохотой разлепил заплывшие глаза... и его взгляд уперся прямо в кошмарную, усеянную бритвенно-острыми клыками пасть гончей, которая с интересом обнюхивала его голову.

Юрий мгновенно побледнел, став белее мела. Его похмелье испарилось со скоростью света.

— ЭТО ЧТО ЗА, МАТЬ ВАШУ?! — истошно, на весь особняк, заорал он, в панике отползая назад и врезаясь спиной в диван.

Его крик сработал как сигнализация. Артём и Кенсин резко подскочили на ноги, судорожно хватаясь за оружие, которого при них не было. Увидев трех монстров, от которых разило аурой смерти, они в ужасе замерли, боясь сделать даже лишний вдох.

Единственным, кто остался абсолютно спокоен, был Герман. Он лениво приоткрыл один глаз, посмотрел на рычащих тварей и, сладко зевнув, перевел взгляд на меня.

— А... так это ты их выпустил, Марк. Я уж думал, к нам кто-то вломился, — невозмутимо констатировал он, потягиваясь на кресле.

Я весело усмехнулся, наслаждаясь произведенным эффектом.

— Ага. Согласись, это наилучший и самый эффективный способ вас всех разбудить. Никакой кофе не сравнится с дозой чистого адреналина.

В этот момент Фирия, которая от ужаса даже не могла кричать, на четвереньках подползла ко мне и мертвой хваткой вцепилась в мои штаны, прижимаясь к ногам. Её «Всезнание» кричало ей о том, на что способны эти гончие, и от этого ей было страшнее всех остальных вместе взятых.

— За что... — жалобно и обреченно пропищала эльфийка, пряча лицо.

Я посмотрел на неё сверху вниз, натянул на лицо самую милую и безобидную улыбку, закрыл глаза, набирая побольше воздуха в легкие, рявкнул так, что задрожали бронированные стекла в окнах:

— ПОДЪЁМ!!!

Этот приказ ударил по их ушам, словно взрывная волна. Юрий, Артём и Кенсин с Фирией моментально вытянулись по струнке, забыв про страх перед гончими.

Спустя секунду со второго этажа раздался грохот падающей мебели — это Алёна, которая мирно спала у себя в комнате, от испуга свалилась с кровати и явно снесла тумбочку.

Услышав этот приглушенный удар, я удовлетворенно рассмеялся.

— Ну вот и славно. Даже Алёна проснулась. Это очень хорошо, тайминг идеальный.

Мой взгляд мгновенно посуровел. Улыбка исчезла, уступив место холодной расчетливости Верховного Судьи. Я обвел глазами ошарашенных Unknown ранговых и Германа.

— А теперь слушайте меня внимательно. Живо собирайтесь. Мы сейчас же отправляемся в штаб. И отказы не принимаются. У вас есть ровно полчаса на то, чтобы привести себя в порядок, смыть перегар и переодеться. Будем проводить экстренное собрание.

Я выдержал тяжелую паузу, давая им понять серьезность ситуации.

— Речь пойдет о войне, которую Соединенные Штаты Америки официально объявляют моей Системе и соседней Канаде, решив использовать несогласных пробужденных. Игры закончились.

Затем я медленно повернул голову к лестнице, ведущей на второй этаж, зная, что Алёна уже стоит там и внимательно слушает каждое мое слово.

— Алёна, — громко и властно произнес я, обращаясь к ней напрямую. — Это касается тебя в первую очередь. Раз уж Андрей тебе всё рассказал, то скрывать больше нечего. Именно ты отправишься на эту войну как официальный представитель и карательный клинок Верховного Суда против США.

Я снова перевел взгляд на замершую внизу команду.

— Всё уяснили? А теперь — всем быстро готовиться! Время пошло!

— Поняли! — хором рявкнули Юрий, Артём и Кенсин, мгновенно приходя в чувство.

Они, словно ошпаренные, разбежались в разные стороны, судорожно собирая свои вещи, пока теневые гончие, фыркая, медленно растворялись в тенях по моему безмолвному приказу. Маховик войны был запущен.

Спустя ровно полчаса, минута в минуту, вся наша разношерстная компания уже находилась в главном штабе Верховного Суда. Просторный, подавляющий своим величием Зал Совета встретил нас холодной тишиной. Мраморные полы отражали приглушенный свет, а в центре располагался массивный стол из темного дерева, за которым вершились судьбы этого нового мира.

Герман, взяв на себя роль распорядителя, молча указал всем на их места. Рассадка получилась весьма символичной. По правую руку и чуть спереди от меня разместились Unknown ранговые — Юрий и Артём, а рядом с ними, скрестив руки на груди, застыл их наставник Кенсин. На левом фланге расположилась моя личная гвардия: Фирия, чьи глаза слегка светились от непрерывно работающего «Всезнания», абсолютно расслабленный Герман и маленькая Алёна, чье лицо выражало недетскую сосредоточенность. Я же занял свое законное место во главе стола.

Окинув взглядом собравшихся, я откинулся на спинку тяжелого кресла.

— Ну давай же начнем с самого начала, — спокойно произнес я, нарушая тишину. — Для начала посмотрим новости. Нужно понимать, какими именно лозунгами они сейчас кормят массы.

Я небрежно взмахнул указательным пальцем правой руки. Воздух над центром стола мгновенно пошел рябью, и прямо перед лицами присутствующих развернулись несколько полупрозрачных голографических окон. Транслировался прямой эфир одного из крупнейших западных телеканалов.

Камера показывала оживленную улицу где-то в Штатах. В центре кадра стоял высокий, привлекательный парень с неправдоподобно яркими желтыми волосами. Его фигуру окружала слабая, но ощутимая аура золотистого свечения. Напротив него топталась взволнованная репортерша, буквально тыча микрофоном ему в лицо.

— Вы же тот самый авантюрист, которого все называют «Героем Света»? — с придыханием спросила журналистка.

Парень ослепительно улыбнулся, сверкнув идеальными зубами, и самодовольно поправил куртку.

— Да, конечно, это я! А что, вам так сильно нравятся герои, милочка?

Но репортерша, проигнорировав его флирт, жестко перебила:

— Мы бы хотели узнать официальную позицию! Правда ли, что вы, как авантюрист ранга SS+, примете сторону США в грядущей войне с Канадой? Нация рассчитывает на вас!

Услышав это, Герой Света мгновенно растерял всю свою игривость. Он посмотрел на репортершу долгим, оценивающим взглядом, а затем искренне, почти издевательски рассмеялся.

— Дамочка... а вам что, так сильно хочется умереть?

Журналистка испуганно отшатнулась, её глаза расширились.

— Н-нет, конечно нет!

— Так вот, представьте себе, и я не хочу! — Парень раздраженно всплеснул руками, и его золотистая аура нервно мигнула. — Я вам не бессмертный бог, чтобы по своей воле выходить против Верховного Небесно-Магического Суда!

Репортерша, быстро взяв себя в руки, с напором возразила:

— Но вы же выходите не против Суда, а за интересы Канады и...

— Извините, — Герой Света снова рассмеялся, но теперь в его голосе сквозил откровенный страх, прикрытый бравадой. — Я, конечно, обязательно защищу вас, дамы, если на вас нападет гоблин в подворотне. Но по текущему мировому закону... если я выйду на официальную войну, Суд расценит это как прямое нарушение пакта о невмешательстве. И знаете, что будет дальше? Они просто отправят по мою душу какого-нибудь монстра Судьи, чтобы тот закончил и мою жалкую жизнь, и существование государства США заодно! Я пас.

Поняв, что теряет контроль над интервью, репортерша перешла к последнему, самому отчаянному козырю. Она выпрямилась и уверенно, почти фанатично заявила прямо в камеру:

— Так вы не переживайте за Суд! За США уже согласились выйти другие, незарегистрированные пробужденные! Некоторые из них по своей силе ничуть не уступят даже S-ранговым авантюристам! А с вашей помощью, Герой Света, даже этот хваленый Суд не станет для нас проблемой! Так отрабатывайте же свой титул, защитите свою страну!

Парень посмотрел на неё, как на умалишенную. Он громко, истерично захохотал, пятясь назад от камеры.

— Эй, я Герой Света, а не раб Света! И уж тем более не смертник! Так чт...

Я резко сжал кулак.

В ту же секунду прямая трансляция оборвалась. Голографические окна вспыхнули синим и рассыпались на мириады угасающих искр, оставив Зал Совета в звенящей тишине. Присутствующие переваривали увиденное.

Я обвел взглядом свою команду, положив руки на стол, и холодно резюмировал:

— Теперь вы лично убедились в том, что происходит? США пошли ва-банк. Они целенаправленно заманивают тех самых незарегистрированных радикалов, тех ублюдков, которые всё это время находились у нас в мировом розыске. И теперь, получив официальную поддержку, деньги и военные ресурсы от целого государства, эти беглецы готовы закончить прятаться по щелям. Они готовы открыто выйти против нас.

Я перевел взгляд на Алёну. Её лицо оставалось спокойным, но маленькие кулаки были крепко сжаты.

— Они думают, что собрали армию, способную свергнуть монополию Верховного Суда. И именно поэтому мы должны преподать им урок, который навсегда впечатается в историю.