Наталья Олеск Сказки Приморья

На спине птицы мог уместиться только один человек, небольшой и лёгкий. Да и кроме девушки Белый Лебедь никого не признавал. На том и порешали. Старцы печально качали длинными седыми бородами: мол, на верную гибель девица отправляется, да делать нечего. Даже если бы люди ушли из тех мест, огонь вулкана, раскалённая лава и густой чёрный пепел достали бы их на очень далёком расстоянии.

Взмыла Багульник на своём верном Белом Лебеде вверх. Пока летели, уворачивались от летящих из всех щелей вулкана искр и камней. А как прибыли на самую оконечность, увидели необычную картину: на вершине горы находилось огромное синее озеро, посередине которого стоял Дракон-великан и время от времени пытался поднять скалу, закрывавшую вход к жерлу вулкана. Сил у него не хватало, и огромный камень падал на прежнее место вновь и вновь. Из-за этого раздавался громкий шипящий звук, а вода шла по озеру крутыми волнами. Дракон злился, что у него ничего не получается, и снова начинал сбрасывать вниз более мелкие валуны. При этом злобно фыркал и кашлял, пытаясь извлечь из своего горла хотя бы маленькую искорку. Но у него ничего не получалось. Несколько раз взывала Багульник к Дракону, но тот, занятый своим нелёгким делом, не слышал и не видел ни её, ни Белого Лебедя.

И взмолилась Багульник, обращаясь к свистящему на вершине Ветру: «О, вездесущий Ветер, помоги! Мы всегда с тобой были друзьями! Унеси Дракона за тридевять земель!» Услышал девушку Ветер, попросил её спрятаться вместе с Белым Лебедем в пещере, а сам стал дуть изо всех сил. Но Дракон оказался смекалистым: схватил зубами камень, закрывавший вход в сердце вулкана, и крепко-накрепко держался за него. Ветер, увидав такую изворотливость Дракона, перестал дуть. Ведь если бы он этого не сделал, вход в гору открылся, и пламя с раскалённой лавой вырвались наружу.

Багульник поняла, что мощь Ветра бессильна перед коварством Дракона, и стала молить о помощи разбушевавшийся на тот момент Дождь: «О, великий Дождь! Ты всегда к нам был благосклонен! Помоги справиться с Драконом! Налей в озеро воды до самых краёв, чтобы Дракон не смог сдвинуть скалу!» Откликнулся Дождь, стал лить как из ведра, да с такой силой, что все травинки и кустики, росшие на самом верху, вырвало с корнем и унесло вниз к подножию горы. Но Дракон и тут быстро сообразил: убрал несколько больших камней с одного края озера, и вода сильным потоком устремилась вниз по крутому склону. Так родилась новая река, защищённая со всех сторон тёмно-серыми туманами. Перестало озеро доверху наполняться. Дракон по-прежнему стоял по пояс в воде и продолжал сдвигать камень в попытках добыть желанный огонь из недр вулкана.

***

Увидев, что силы Ветра и Дождя не могут справиться с хитростью Дракона, Багульник послала верного помощника Белого Лебедя с низким поклоном к великому Северному Океану, чтобы тот поделился своими ледниками. Сама осталась в пещере и бесстрашно терпела холод, голод и неизвестность, ожидая друга. Так прошло три дня. За это время она успела пересчитать все камешки белой пемзы, лежавшие в пещере. От мамы помнила, что с помощью этого вулканического стекла находят женское счастье. «Где же моё счастье? И кто я на самом деле? К какому принадлежу народу?» – думала Багульник, складывая самые красивые камешки в тканевый, вышитый мелким цветным бисером мешочек.

В пещере текла вода, попадавшая туда из вулканического озера. Сначала ручеёк лился не густой, но с каждым часом бежал всё быстрее и быстрее, а сам становился всё шире и шире. Каждая минута для девушки могла стать последней: неумолимый Дракон трудился без отдыха, пытаясь сдвинуть заветный камень. Гора всякий раз содрогалась, ручей в пещере делался полноводнее и из-за этого свободного места становилось меньше и меньше.

Багульник уже приготовилась к самому худшему, как раздались громкие крики птиц, и в её убежище залетел Белый Лебедь. Он был сильно уставшим, но чрезвычайно довольным. Выскочила девушка из укрытия и увидела, как всё вулканическое озеро покрыто толстыми прозрачными льдинами, а заледеневший Дракон стоит на задних лапах. Так и остался скован со всех сторон в полный рост посреди озера, обездвиженный и беспомощный. И через некоторое время отличить от скалы его уже было невозможно. Говорят, со временем Дракон всё-таки смог лечь на дно озера, поэтому стал не виден. Так он отдыхает, набирается сил и ждёт удобного момента, чтобы вновь продолжить когда-то начатое им дело.

***

«О, Белый Лебедь! У тебя всё получилось! Великий Северный Океан помог!» – радовалась девушка. «Да, и помощников дал – чаек. Без них я бы один не справился!» – отвечал Белый Лебедь, пряча свои прекрасные крылья и укладывая шею на плечо сидевшей перед ним хозяйки. «А просил ли чего Северный Океан взамен?» – спрашивала девушка. «Да, в случае удачного завершения Северный Океан просил принести ему семян багульника, которые ты всегда носишь с собой!»

Девушка с грустью поникла головой. Эти семена с рождения всегда были при ней. Мама говорила, что это её волшебный оберег, потому и звали девушку Багульник. «Хорошо, – решительно встряхнула она огненными волосами. – Летим к Северному Океану и отдадим ему семена!» «Нет, он просил дать каждой чайке по семечку, а те уже знают, что с ними делать». Отдала девушка семена багульника птицам. Каждая из них взяла в клюв по семечку и улетели прочь. Уже после узнала, что чайки, следуя наказу Северного Океана, разбросали семена багульника по дороге к себе домой. Вот почему этот кустарник растёт извилистыми дорожками: как летели птицы сквозь сизые туманы, огибая сопки вдоль образовавшейся глубокой и быстрой реки, так и раскидывали семена. Будто путь указали, куда в следующий раз возвращаться на помощь. Только одно семечко Багульник себе оставила. Зато вернулась с полным мешочком редкой белой пемзы, приносящей счастье. Досталось ли счастье девушке Багульник – не могу сказать, но то, что она спасла людей, живших у подножия вулкана, и принесла им обычное человеческое счастье – это точно.

***

Каждые двести-триста лет вулкан просыпается: то ли лёд тает, и оживший Дракон вновь принимается за свои разрушительные действия, то ли ещё какой помощник у него появляется, никто не знает. Седая гора порой издаёт громкие бурлящие звуки, чувствуются толчки, дует сильный ветер и льёт проливной дождь. На её предгорьях всегда бьют горячие ключи, в которых, говорят, в любое время года можно еду сварить. Ну, а мы, пока тихо и нет извержений, каждую весну радуемся нежным и самым прекрасным на свете цветам – цветам багульника…

***

Дедушка Михаил глядел на своих любимых внучат: те уже спали глубоким сном; их замёрзшие морозным днём носики слегка посапывали, а от трепещущего огня свечи казалось, что солнечные веснушки ребятишек перескакивали с места на место. За окном тихо падали редкие снежинки, окна стали полностью белыми от снега. Метель улеглась, и даже сугробы расправились, став меньше ростом. В печи потрескивал огонь. Дед в очередной раз подкинул в неё дров и, достав толстый альбом с фотографиями, стал их пересматривать… Все старые карточки были чёрно-белыми. Но в фотоателье по просьбе могли и раскрасить вручную. В одну из таких фотографий дедушка Михаил вглядывался долго-долго, с любовью поглаживая старую хрупкую бумагу. На ней был он – молодой и весёлый, в парадной военной форме зелёного цвета, а рядом его жена – редкая красавица с огненно-рыжей гривой длинных волос и в тёмно-вишнёвом платье…