Natali Cast Игра на выживание

Глава 4.

2010 – 2021 г.

Отсидев пятнадцать суток за хулиганство, первым что я сделал когда вышел подался в суд, который в скором времени проиграл. Моя импульсивность смело шагала впереди меня, что и стало главной причиной проигрыша. Судье меня представили как неблагополучного, неуравновешенного, агрессивного, злоупотребляющего человека, которому ни в коем случае нельзя одобрять опеку над несовершеннолетней. Я был в ярости от несправедливости. Пытаясь объяснить, что все не так как выглядит, делал только хуже. Меня буквально провоцировали вопросами, нервничая и злясь я не церемонился в выражениях. Запись нашего короткого разговора с Маргарет, которая была представлена в качестве доказательства, сыграла решающую роль в этом процессе. И в итоге на кону оказалась моя свобода. Полный проигрыш. Я получил условный срок длиною в год за угрозу жизни и здоровью должностному лицу.

Я отгородился от всего, создав вокруг себя толстую стену, за которой не было ни сил, ни желания, ни малейшего интереса к жизни. Увольнение с работы, которое последовало за этим, меня совершенно не волновало. Не подал документы в институт. Я обходил родной дом за километр. Казалось если подойду ближе чем на метр, все рухнет. Всё от чего я пытаюсь убежать, поймает в ловушку и сломает в прямом смысле.

Моя жизнь превратилась в настоящий кошмар, и я, словно слепой, блуждал в этом мраке, не понимая, как выбраться. Каждый, кто встречался на моем пути, становился жертвой моего гнева. Не так посмотрел, не то сказал — и у меня сносило крышу. Я не осознавал, что причиняю боль не только окружающим, но и себе. Весь этот хаос и разруха в душе приводили к тому, что я наказывал самого себя. Я вырывал из своей жизни самых близких и дорогих людей, ломая собственные кости. Эта боль заглушала чувство вины, которое росло во мне, как черная тень, особенно по отношению к Ри. Она оказалась среди людей, которых не знала, и только Богу известно, как они к ней относились. Я чувствовал себя беспомощным, не в силах помочь ей, и это чувство ненависти к самому себе росло с каждым днем.

Я ненавидел себя, ненавидел мир вокруг. Опустив руки и погрузившись на самое дно социальной лестницы, я был готов сдаться. Я чувствовал, что моя жизнь больше не имеет смысла, и даже мысли о том, чтобы продолжать бороться, казались абсурдными. В один из таких одинаковых и монотонных дней, когда я бессознательно уснул на лавочке в городском парке, ко мне подошел пожилой мужчина. Его прикосновение к моему плечу заставило меня открыть отекшие глаза.

- Сынок! – произнёс он тогда. – Иди домой, приведи себя в порядок и начни новый день с чистого листа.

- Отвали дед. – оскалился я, отмахиваясь от него. - Нет у меня дома, никого у меня нет.

- Ты не выглядишь слабаком, мальчик. Вставай и найди его.

Я заржал в голос. Как все бл*ть просто.

- Сдаётся только тот, кому не за что сражаться. – произнёс он глядя мне в глаза, словно понимая, что попал фразой в самую язву.

Всего на секунду я закрыл глаза, а когда открыл никого рядом не было. Осмотревшись по сторонам, не увидел по близости ни одного человека. Сдаётся только тот, кому не за что сражаться. А мне было за что!

Я собирал себя по кусочкам, словно разбитое стекло. Каждый день я искал выход из той бездны, в которую сам себя загнал. На этом пути я обрёл деньги, статус и власть. У меня появился личный водитель и телохранитель, но вместе с этим я потерял то, что когда-то делало меня человеком — сердце, сочувствие и милосердие.

Всё началось с продажи лёгких наркотиков. Это были лёгкие деньги, быстрота и простота, которые мне были так нужны в тот момент. Я думал, что смогу контролировать ситуацию, но, как известно, чем глубже погружаешься в тёмные дела, тем больше они поглощают тебя. Я стал известным в криминальных кругах, и вскоре за мной закрепилась дурная репутация. Первое заказное убийство, которое я совершил, стало поворотным моментом в моей жизни. Я не испытывал жалости, не думал о последствиях. Я просто двигался к своей цели, спасая себя ценой жизни других. Год за годом я менялся, и вот в двадцать четыре года я уехал из родного города, оставив позади всё, что когда-то знал.

Заочно получил образование в Сент-Луисе, и вложился в дело которое редко подаётся огласке. Собственная ферма по выращиванию марихуаны была сначала основным источником дохода, пока я не познакомился с Райаном Морганом. Мир в который я погрузился сильно отличался от моих представлений в семнадцать лет. Но я знал ради чего иду по головам.

Спустя одиннадцать лет я обрёл все возможности, чтобы найти свою сестру. И не просто найти, а дать все самое лучшее. Долгожданная поездка в родной город запланирована на завтра, а сегодня у меня есть пара дел которые нужно закончить.

Вопреки моим желаниям, я вновь оказываюсь в грязном и вонючем подъезде, который, кажется, не видел уборки со времен постройки. Ненавижу бардак и грязь — это чувство не покидало меня ни тогда, ни сейчас. Я всегда был приверженцем порядка и чистоты, и этот противный запах, смешивающийся с затхлым воздухом, вызывает у меня тошноту. Не задерживая внимание на громкую музыку доносящуюся из каждой квартиры, я подхожу к нужной двери и стучу костяшкой указательного пальца. Меньше чем за пару секунд дверь открывается и мне приходиться встретиться глазами с накуренным щенком, лет шестнадцати может больше.

- Добрый день. – вежливо произношу я, чуть ли не кривясь от тошнотворного запаха.

- Не туда попал. – отвечает гавнюк, стремясь закрыть передо мной дверь. С огнём играет.

- Минутку, - ставлю ногу в щель, не позволяя закрыть. – Меня зовут Николас Картер, разрешите мне зайти не на долго.

- Чем могу вам помочь? – испуганно спрашивает парень.

- Я по поводу Лоры Прескот. - отвечаю я.

- Я не знаю кто это.

- Всем участникам беседы будет гораздо проще если вы позволите мне войти. – благоразумно настаиваю я.

- Пошёл ты.

В этот момент я решаю, что достаточно. Резким движением швыряю пацана в сторону и прохожу внутрь без проблем. Мои ребята следуют за мной. Внутри квартиры царит хаос: разбросанные вещи, пустые бутылки и следы недавней вечеринки. Я вижу, что парень пытается собраться с мыслями, но его состояние явно не позволяет ему это сделать.

- Давайте тут проветрим. – брезгливо осматриваясь по сторонам, открываю балконную дверь, пуская в прокуренную халупу свежий воздух.

- Вали нахрен отсюда. – с яростью крикнул парень с длинной, сальной челкой, который, похоже, был главным в этой компании. Его одежда выглядела так, будто он жил в ней несколько месяцев: грязная и изношенная, она моталась на нем, как тряпка на веревке.

- Сидеть. – тихо, но уверенно произнес я, наблюдая, как самодовольство и спесь сползают с лиц этих малолетних наркоманов. – А теперь я объясню. Один мой очень хороший друг попросил меня забрать тебя домой Лора.

Обращаюсь к девушке сидящей на диване с сигаретой в руках. Она выглядела изможденной: большие темные круги под глазами, бледная кожа, а волосы, растрепанные и грязные, свисали по плечам. На вид ей можно было дать лет тридцать, хотя на самом деле ей едва исполнилось восемнадцать.

- Она не куда не пойдёт. – тявкнул тот, что с белой чёлкой.

- В Америке странная мода забивать косяки, - игнорирую говорящие недоразумение, беру в руки одну из закруток. – Слабые, тугие, кокс туда подсыпают. Много разных вариантов. Но ещё страннее как вы молодёжь все подсели на героин, вот уж от чего нужно бежать как от чумы.

Не смотря на все мои прегрешения, я не разу не пробовал ничего крепче сигареты.

- Ты его пробовал Бани? – обращаюсь к одному из своих людей, имея ввиду героин.

- Нет, конечно, Николас. Я и курить бросил. - ответил Бани с легкой усмешкой.

- Конечно нет. Бани занимается спортом. Думаю это заметно. Сколько ты сейчас выжимаешь? – бросаю на пол закрутку и затаптываю носом ботинка.

- Два по шестьдесят. – отвечает Бани.

- А ты сколько? – смотрю на главного выскочку этого гнилого сборища, который явно не понимает, о чем идет речь.

- Че сколько? – тупит он. – Сколько выжимаю?

- Да ты и тряпку не выжмешь гавнюк. – выразительно смотрю на него, заставляя его нервно сглотнуть. – Если хочется пошалить, возьми безобидную травку, вино, телочку и устрой просексовочку в ванной при свечах.

- Я че-то не въезжаю - он смотрит на меня с недоумением.

- Если вам так плохо, поделитесь этим со своими друзьями, с близкими. Посоветуйтесь, найдите решение, но нет проще устроить свинство. Утопить ваше общее чувство вины в...

- Я не понял в чем я виноват? – снова перебивает меня « чёлка.»

- В том, что ты кретин. В том, что кретин. - отвечаю я, устало вздыхая. - В общем я вам не психолог, просто хочу дать вам лучик надежды. Это дерьмо сожрёт вас, превратив в тощих собак, ваше утро будет начинаться с ломки и заканчиваться также... короче вернёмся к Лоре.

Встречаюсь глазами с девушкой и вспоминаю свою Аврору, которой тоже недавно исполнилось восемнадцать.

- Ты королева этого дерьмового царства, скажи готова перевернуть страницу? – я присаживаюсь рядом с ней. – Распахнуть настежь окна, совершить ради своих родителей невозможное, стать счастливой?

Лора поднимает взгляд, и я вижу в ее глазах смесь надежды и страха. Она, как и многие молодые люди, находится на перепутье, пытаясь понять, как выбраться из этого болота. Я понимаю, что ей нужно больше, чем просто слова поддержки. Ей нужно увидеть, что есть альтернативы этому мрачному образу жизни, который так популярен среди молодежи. В нашем обществе существует множество стереотипов и предрассудков. Многие считают, что наркотики — это способ уйти от реальности, забыть о проблемах. Но на самом деле это лишь временное решение, которое приводит к еще большим проблемам. Я знаю, что Лора, как и многие другие, может стать жертвой этого порочного круга. Я хочу, чтобы она поняла, что есть и другие пути, которые могут привести к счастью и удовлетворению.

- Ты можешь изменить свою жизнь, Лора. — говорю я, стараясь донести до нее важность этого выбора.

- Хорошо. – вдруг отвечает она.

- Ахринеть. Легко оказалось! – улыбаюсь я, не веря своим ушам. Часто ли мне приходилось встречать людей с такой силой воли? Нет. – В таком случае Бани, помоги пожалуйста Лоре собраться.

Девушка встаёт и накидывает пальто. То-ли обкуренный, то-ли влюблённый блондин подрывается и хватает Лору за руку.

- Не уходи. Стой. – умоляет он, отталкивая меня от неё.

Я сбиваю его с ног одним ударом от которого тот глухо падает к ногам своих друзей.

- Ещё раз меня тронешь, вырву твои поганые руки. – произношу, чувствуя себя испачканным в дерьме. – Бани уводи Лору, с ними я сам разберусь.

***

Вернувшись домой за полночь, единственным желанием было хорошо поесть и выспаться. Мысль о том, что завтра я узнаю где находится Аврора, красной строкой проносилась в моей голове. Уже завтра. А точнее сегодня, судя по времени. Я мог бы сделать это раньше, на много раньше. Просто послать своего человека в Сант-Луис и уже через несколько часов у меня была бы вся информация. Но моё стремление контролировать ситуацию и быть в центре событий оказалось сильнее. Я слишком долго шёл к этой цели, чтобы теперь доверить её кому-то другому.

Перешагнув порог своего пентхауса , я одним быстрым и ловким движением расслабляю удушливый галстук и снимаю пиджак. Быстрыми шагами направляюсь к лестнице ведущую на второй этаж, но резко останавливаюсь, замечая боковым зрением чье-то движение.

- Здравствуй любимый. – произнёс женский голос за спиной. Откинув голову и посмотрев на потолок, я поклялся сделать выговор Бани за то, что пустил Меланию в мой дом, без моего ведома. - Смотрю ты не сильно скучал.

Развернувшись на пятках я не довольно посмотрел на неё. Её длинные черные волосы, как дёготь, красиво струились вдоль стройного тела, а короткое синее платье, едва держащееся на груди, не оставляло шансов для воображения. Яркая косметика на её лице, сверкающая, словно драгоценности, придавала ей вульгарности. Каждый раз после наших милых встреч мне приходилось отмываться от этого блеска. Мелания — это женщина с которой я не знал, как справиться. Она могла быть как источником вдохновения, так и причиной головной боли.

- Не помню чтобы просил тебя приехать. -произношу я, оставаясь на месте, засунув руки в карманы брюк . Её взгляд настороженно изучает мое лицо .

- Мы не виделись две недели, Ник! – с укором отвечает она. Не осмеливаясь подойти.

- И? -холодно спрашиваю , прищурив взгляд.

- Я скучаю. Очень скучаю. – искренне произносит Мел. На долю секунды я смягчаюсь , медленно подхожу к ней, не разрывая напряжённого зрительного контакта. – А ты?

Убираю волосы обременяющие красивое лицо назад , провожу большим пальцем по пухлым и накрашенным губам и заглядываю в блестящие глаза.

- Нет. – тихо отвечаю я, растерев помаду между пальцами. – Где выход ты знаешь.

Разворачиваюсь и снова иду к лестнице, надеясь на её благоразумие.

- Почему? Ник, почему ты не любишь меня? Я же все делаю так как ты хочешь. Тебе доставляет удовольствие издеваться надо мной? – кричит взбешенная девушка, и её голос разносится по гостиной, как гром среди ясного неба. Я игнорирую её истерику, безэмоционально поднимаясь наверх, стараясь не поддаваться на провокации.

- Ты бросаешь меня из-за Авроры? – резко выпаливает она.

Немедленно разворачиваюсь, быстро преодолевая расстояние между нами.

- Повтори? – хрипло приказываю, чувствуя как по телу разливается гнев и ярость. Откуда она знает?

Мелания испуганно оседает на диван, глядя на меня расширенными в панике глазами. В них появляются слезы и я вижу как сильно начинает дрожать её губы.

- Ты её любишь? - сквозь страх, произносит она.

Я не отвечаю. Моя голова полна вопросов: откуда эта расфуфыренная дрянь знает об Авроре? И как много она успела выяснить? Но Мелания не говорит то, что мне нужно услышать, а просить дважды я не собираюсь.

- Иди сюда. – миролюбиво прошу я, подавая ей руку. Она хватается за неё и прижимается ко мне всём телом, наивно предполагая , что инцидент исчерпан.

Резко развернув её к себе спиной, я сильно сжимаю пальцы на тонкой шее. Чувствую кожей бешенный пульс , от которого дыхание девушки становится тяжёлым и не естественным.

- Ник! – она хватается за мою кисть, чтобы ослабить давление . – Мне трудно дышать.

- Что ты знаешь об Авроре? – тяжело произношу, не имея понятия откуда просочилась информация. Никто не в курсе. Кроме Моргана.

- Ничего, Ник. Правда. Ты повторял это имя во сне.

Хмурюсь, немедленно ослабляя хватку. Девушка закашливается и отходит от меня на безопасное расстояние.

- Картер, ты псих! Тебе лечится нужно! – в сердцах бросает Мелания.

- Возможно, - просто произношу, обессиленно приземляя пятую точку на кремовый диван. – Только тебя это вовсе не смущает, раз ты ещё топчешься в моей квартире.

- Топчусь я здесь только потому что, люблю тебя.

- Уверена? – спрашиваю , скользнув взглядом по заплаканному лицу. Она кивает, осторожно передвигая ногами в мою сторону.

- Тогда уважай мои границы и просьбы, Мелания. – строго произношу, потянув её за руку так, чтобы она села на колени. – Их не так много, чтобы постоянно забывать.

- Но я выполняю всё, о чем ты просишь. – руки девушки скользят по ткани брюк, к ремню, к ширинке, к боксерам.

- Я повторял, чтобы больше никакого сокращённого имени. Только Николас, Мел. Так ты все выполняешь?

Откидываю голову на спинку дивана и закрываю глаза. Я ужасно устал. Вымотан. Я позволяю Мел отсосать мне, но вместо того чтобы расслабиться в мою голову врываются воспоминания из прошлой жизни. Не самый удачный момент, но выкинуть из головы образы людей которые были моей семьей не удаётся.

Пахнет свежими круассанами и вишней, создавая уютную атмосферу. За окном снежные хлопья медленно кружатся в танце, создавая волшебный зимний пейзаж. Я выхожу из своей комнаты, чтобы помочь отцу расчистить дорожку к дому и гаражу. В этот момент замечаю, как Аврора, играющая с куклами, вдруг поднимает голову и встает передо мной, преграждая путь.

- Ты куда? – спрашивает она, с любопытством глядя на меня своими большими глазами.

- Не скажу. – показываю ей язык, дразня рыбку прилипалку.

- Можно мне с тобой? – грустно произносит она, ловя мою руку своими маленькими пальчиками.

- Конечно нет. – шучу я, но Ри в силу возврата воспринимает мои слова серьёзно.

Её губы поджимаются, щеки краснеют, а из глаз моментально вырываются огромные слезы. Быстро опускаюсь на уровень её глаз, чтобы объяснить, что это всего лишь шутка. Я не помню откуда взялась у сестры такая привязанность ко мне, обычно братья и сестры часто ссорятся и дерутся. Но это не тот случай. Аврора кажется с пелёнок, вьет из меня веревки. Лишь на моих руках она переставала кричать от младенческих колик, только я мог дать ей лекарство когда она болела, именно со мной она сделала свои первые шаги, и первое слово её было не мама, а Ник. Помню как расцеловал пухлые щёчки от радости и гордости . Мама всегда говорила, что Аврора очень любит меня и боится представить , что будет когда я уеду учиться.

Но иногда эта привязанность становилась настоящим испытанием. Я жутко злился когда собирался на улицу к друзьям, чтобы погонять мяч или искупаться на речке, Ри с истериками молила взять её с собой. Цеплялась руками за ноги и не отпускала, пока папа не отдирал её от меня силой. Когда возвращался , она приходила в мою комнату и угрожала, что если я ещё раз не возьму её с собой она съест все конфеты и мне не оставит.

- Давай договоримся, - произношу я, вытирая пальцами слезы. – Ты соберешь свои игрушки и положишь на свои места , а я подожду тебя на улице.

- Обещаешь, что подождешь? – шмыгая носом, спрашивает Аврора.

- Обещаю.

Свои обещания я выполнял всегда, не подрывая детского доверия. Уже на улице мы всей семьёй слепили огромного снеговика и поиграли в снежки, после чего Аврора простудилась и заболела ангиной. Им с мамой пришлось даже лечь в больницу. Только потом мама шутила, что было бы на много проще если бы я лёг вместе с ними.

Если бы вернуть время, я бы лёг. Я бы взял её куда угодно, куда бы не попросила. Я бы не ушёл в тот вечер, заставив родителей волноваться за меня. Весь груз ответственности и вины, лежит на моих плечах.

Отталкиваю от себя Меланию, которая старалась изо всех сил, но не добилась результата.

- Не тот настрой детка. – произношу не глядя на неё. – И сотри с лица эту вульгарщину , тебе не идёт.

- А что мне идёт ? -обиженно , спрашивает девушка.

- Держать рот на замке.

- И почему я ещё не послала тебя?!

- Потому что любишь, сама сказала.

- Но ты делаешь всё, чтобы я перестала чувствовать к тебе что-то.

- Это не так, Мелания. Ты совершаешь ошибки и я лишь указываю на них.

Глава 5.

В десять утра я уже еду по улицам Сант-Луиса, и в этот момент меня охватывают противоречивые чувства. Этот город, как старый знакомый, вызывает у меня целую гамму эмоций. Здесь я пережил самые счастливые моменты своей жизни, здесь был мой дом, моя семья, и в то же время именно здесь я потерял всё, что имел. Воспоминания о прошлом обжигают, словно горячий металл.

- Куда дальше босс? – спрашивает Бани, отвлекая от гнетущих душу мыслей.

- За поворотом, направо. – произношу, удивляясь на сколько это место отложено в моей памяти. Хотя по другому и не могло быть, ведь я ходил сюда почти каждый грёбаный день.

Воспоминания обрушиваются с новой силой. Я вижу тот самый порог, на котором часами стоял, вспыльчивый и не способный сформулировать свои мысли, раздражительный, уставший и одинокий Николас Картер. В те дни всё казалось безнадежным, и каждый день был борьбой за выживание. Но сейчас всё по-другому. Через несколько минут я получу информацию о местонахождении Авроры, и в этом нет никаких сомнений.

- Я сам, Бани. – останавливаю телохранителя, прежде чем он выйдет из машины.

Открываю дверь и выхожу, прихватив с собой чёрную папку с документами. Уверенной походкой, стараясь не выдать своих эмоций, захожу внутрь здания. Меня, как и много лет назад, встречает охрана. Это ощущение дежавю не покидает меня. В этот раз они не останавливают меня, не выпрыгивают из штанов, чтобы указать мне моё место. Возможно, за годы произошла текучка кадров, но я сомневаюсь в этом, так как вижу знакомые лица. Я останавливаюсь прямо перед охранником, встаю напротив его конуры и стучу указательным пальцем по окну.

- Чем могу помочь? – спрашивает он, поднимая голову от кроссвордов, которые, похоже, занимали всё его время.

Черт. Почему в семнадцать, всё это выглядело более угрожающе?! Вспоминаю, как тогда я смотрел на людей в форме, которые, казалось, были не просто старше, а обладали каким-то особым превосходством, как будто сами по себе были воплощением закона, справедливости и власти. Они смотрели на меня, как на щенка, который, вот-вот взорвётся от нервного напряжения и страха перед неизвестностью. Смело. Не правда ли?!

- У меня запланирована встреча с Маргарет Тетчер, она у себя? – произношу ровным голосом. Оглядев меня с головы до ног и убедившись, что я не террорист в брендовом костюме, объясняет как попасть в её кабинет.

Не дослушав до конца ленивую речь, иду вперёд. Каждый шаг отдаётся эхом от стен коридора и уже через несколько секунд, я без стука дёргаю железную ручку двери, проходя внутрь.

О, я предвкушаю!

Взгляд Маргарет из под очков устремляется прямо на меня. Она хмурится , не узнавая и не понимая причину такого хамского вторжения. Оглядев обстановку, которая изменилась спустя эти годы, я прошёл в центр кабинета и медленно не разрывая зрительного контакта опустился в кресло, закинув ногу на ногу. Перед глазами всплывает воспоминание , как парень стоящий почти на этом самом месте словно оголённый нерв добивается правды и справедливости. Но вместо ответов его как психованного щенка выволокли за руки и погрузили в полицейский бобик. Тогда от бессилья я мог лишь сыпать ругательствами и угрозами, а сейчас... СЕЙЧАС мне даже лень начинать разговор первым. Я испытываю жуткое и одновременно приятное чувство власти, силы и уверенности.

Какое-то время в кабинете царит полная тишина. Должен признать, что Тетчер тоже весьма уверена в себе и в своём непоколебимом статусе. Пока. Я делаю глубокий вдох, откидываясь назад. Кресло я оценил, достаточно дорогое для кабинета элементарного социального работника. Ах, да. И по совместительству директора детского дома. Ну это тоже пока.

- Чем могу Вам помочь? – нарушает тишину Маргарет, её голос звучит холодно и надменно. Я чувствую, как её взгляд скользит по мне, словно она пытается оценить, кто я такой и какую угрозу представляю.

- Можете. - отвечаю я, чуть наклонившись вперёд и аккуратно положив на её стол чёрную папку. Этот жест, казалось бы, прост, но он несёт в себе весомую угрозу. Я даю ей понять, что в этой папке содержатся документы, которые могут изменить всё.

Подняв очки на лоб, Маргарет с раздражением достаёт бумаги и поджав губы бегло просматривает каждый документ. С каждой прошедшей секундой, линия её скул напрягается, а у меня появляется удовлетворительная улыбка. Больше нет смысла строить из себя самоуверенную бабу, которой море по колено. Я только что буквально увидел как она уронила корону своей неприкосновенности.

- Кто вы? – ожесточенно спрашивает она.

- Не нужно так сильно нервничать, - размеренным тоном, произношу я. – Что мне нужно? Вот правильный вопрос.

- И что же? – непонимающе смотрит на меня Маргарет.

Я отворачиваюсь и смотрю в окно, позволяя ей немного понервничать. Время тянется, и я наслаждаюсь этой паузой, а затем, обернувшись, бросаю ей ядовитый взгляд.