Натали Хард Эйваз

– Да, я понимаю, – я поспешила встать в красивую стойку и сделала обманный выпад вперед, решив спровоцировать учителя этим игривым движением.

Но этот маневр не стал для него неожиданностью – он в момент завладел моим оружием, а я, как беспомощный щенок, оказалась прижата к его мощному телу, и вдобавок мое горло сдавливала палка.

– Силат – не для показа на публику, а чтобы одержать победу в реальном бою, где цена – жизнь, – Сей-Ман медленно отпустил меня и добавил. – Так что постарайся относиться серьезнее к занятиям, – я растерла шею и покорно кивнула, а учитель пояснил. – И еще. Главная формула выживания: предвидеть; по возможности – избежать; и только при необходимости – действовать.

– Попахивает трусостью, – усомнилась я.

– Веет взрослостью, – отозвался учитель.

На открытый намек учителя о моем возрасте и неопытности я глубоко вздохнула. Конечно, Сей-Ман был сто, тысячу, миллион раз прав. Рядом с ним я чувствовала себя уродливым паразитарным эмбрионом с грешными мыслями в то время, когда он был красивой, взрослой особью правильного мира, о котором мне предстояло еще столько всего узнать…

Отработав множество раз приемы с палками, мы приступили к контрастам.

Пожалуй, мне это нравилось больше всего. Хотя у меня порой и не хватало скорости, чтобы успевать перестраиваться от одного образа к другому.

– Тая, давай удар в живот.

Я тут же нанесла удар, который учитель блокировал.

– Танец!

В момент, словно пьяная, я отшатнулась назад, изогнув спину и повернув голову в сторону.

– Отлично! Техника кобры! – скомандовал Сей-Ман. – Быстрее!

Молниеносно двигаясь вокруг учителя, я попыталась нанести два удара и тут же уйти с линии атаки, сделав отскок в сторону.

– Теперь – в лицо!

Я сделала резкий выпад вперед и нацелила кулак в нос учителя.

– Танец! – уклонился он от удара.

Отшатнувшись назад, я снова плавно взмахнула руками.

– Техника тигра! – приказал учитель, не давая мне отдышаться.

В момент я оказалась на четвереньках с атакой Сей-Мана по ногам и в пах.

– Снова – лицо! – делаю резкий выпад, но учитель, поймав мой кулак прямо в полете, произнес. – Хороший удар, хорошее движение, неплохой контроль… – я заулыбалась. – Скоро, Тая, все изменится. Ты станешь быстрее, но и будешь испытывать настоящую боль.

– Я не боюсь. Знаю: силат – искусство причинения боли.

– Для тебя – да.

– А для тебя? – удивилась я.

Но Сей-Ман лишь усмехнулся.

– Добуса, Тая, – это черная магия пенчак-силата. Корень этого искусства – способность блокировать боль.

– Ничего не понимаю…

– Пока и не надо, – подмигнул Сей-Ман, резко кинул мне палку, которую я все-таки сумела поймать, и сказал. – На сегодня – достаточно!

* * *

– Сей-Ман, что ты там делаешь? – с интересом спросила я, увидев, как учитель нырнул под свои деревянные нары…

Однажды, прибираясь в хижине и сражаясь с паутиной, я обнаружила под ложем учителя пару продолговатых свертков из грубой ткани. Я не решилась залезть в вещи учителя без спросу, но попыталась на ощупь определить, что там такое. Сами свертки были плотными и мягкими, но внутри прощупывались какие-то твердые предметы, и даже на ощупь – металлические.

Мне было крайне интересно узнать, что хранит учитель под своей кроватью, и как раз в тот момент, когда я ощупывала странные свертки, в хижину неожиданно вошел Сей-Ман.

– Тая! – окликнул он меня так резко, что я от неожиданности ударилась головой о нары и несколько деревянных заноз вонзились в мой лысый череп.

– Ай! Вот же зараза! – я растирала шишку на голове и хмурила брови.

– Что ты там делаешь? – с подозрением прищурился он.

– Убираюсь. Что я еще могу делать? – продемонстрировала я мокрую тряпку в своих руках. – Там, между прочим, полно паутины.

Сей-Ман пристально смотрел мне в глаза, по всей видимости, пытаясь понять – говорю я правду или пытаюсь его обмануть.

Хотя, надо сказать, до этого он никогда не ловил меня на лжи не потому, что мне везло, а потому, что я всегда была честна с ним.

– Хорошо, продолжай. Только не вздумай прикасаться к тому, что лежит у меня под кроватью.

– И не думала, – недоуменно буркнула я. – Знаешь, меня с детства приучили не трогать чужие игрушки.

Поднявшись с колен, я направилась на улицу, чтобы очистить тряпку.

Но Сей-Ман придержал меня за руку и бесцеремонно развернул к себе.

Такая реакция учителя показалась мне странной…

А он присел передо мной на корточки и, обхватив руками мои ладони, спокойно произнес:

– Послушай, Тая. Однажды эти «игрушки» станут твоими, но пока не вздумай даже прикасаться к ним.

– Я уже сказала, – в моем голосе слышалась обида. – Или ты ждешь клятвы на крови?

– Не говори глупостей.

– Сей-Ман, я умею держать слово.

– Не сомневаюсь, – смягчился он. – Давай осмотрю голову.

Мне претило быть от кого-либо зависимой, даже в таких мелочах. Я привыкла со всем справляться сама, поэтому отмахнулась от предложения учителя, но он настоял.

– Тая, занозы воспалятся, и будет только хуже.

– Хорошо, тогда идем на улицу, там светлее, – сдалась я, прикинув, что самой и впрямь вытащить занозы из затылка будет не так уж и просто.

С тех пор, как Сей-Ман запретил мне прикасаться к странному свертку, хранящемуся под его кроватью, я держала слово и старалась даже лишний раз не лазить туда с уборкой, утопая в догадках насчет содержимого, пока не настал момент…

– Тебе помочь? – отгоняя прочь воспоминания, спросила я.

Он молча вытащил из-под кровати один из загадочных свертков, а когда размотал ткань, – я ахнула от восторга.

Да!!!

Это было оружие!

Настоящая снайперская винтовка Драгунова!

Попросту – «СВД»…

– Только не говори, что…

– Да, Тая, – улыбнулся он. – Пришло наконец время познакомиться с «игрушками» поближе, – с этими словами Сей-Ман развернул еще один сверток, и я увидела настоящий «АК-74»!

– О, да у тебя здесь целый арсенал! – в порыве эмоций я обняла его за шею, но тут же отстранилась. – Прости…

– М-да… – вздохнул Сей-Ман. – Что нужно девушке для счастья…

Я поджала губы, признавая, что он абсолютно прав в своей иронии – меня давно не посещали такие чувства…

Но – к черту рефлексии!

Наконец-то Сей-Ман научит меня стрелять!

Я уже, как мне казалось, прекрасно владела ножом и могла отражать многие виды нападения, но к огнестрельному оружию у меня был особый интерес, правда, пока он не выходил за рамки прочитанных книжных страниц…

Однажды я, когда еще жила при монастыре, попросила Лео привезти мне литературу по оружию. Он, конечно, поначалу был против, но я нашла некие точки давления, и в следующий свой приезд он приволок пару книг и толстый каталог с описанием и историей…

– Можно? – осторожно спросила я, указав на автомат.

– Конечно, – добродушно кивнул учитель.

Я с благоговением взяла в руки оружие. От него шла особая энергетика, точнее даже – энергия. Как будто мне только что вручили недостающую часть моего тела, и вот теперь был полный комплект. Меня била мелкая дрожь от радостного предвкушения, что мы отправимся стрелять.

Повертев автомат в руках, я ненароком направила его на Сей-Мана, сама того не заметив.

Он осторожно положил руку на ствол и медленно опустил его вниз.

– Никогда не направляй оружие на своих! Даже с отстегнутым магазином! Понятно?

– Прости, – потупила я взор.

– Тая, не нужно извиняться. Запоминай. Иногда тебе приходится что-то повторять дважды, но это не тот случай – здесь я не буду повторять.

– Хорошо, учитель, хорошо!

– Смотри: это переводчик, он же – предохранитель. Имеет три положения – блокировка, автоматический и одиночный огонь. Одиночный – вот здесь, в самом низу, видишь?

– Да, вижу. И знаю, для чего одиночный в самом низу, – мое радостное восклицание насторожило учителя.

– М-да? И почему же?

– Потому что им редко пользуются, предпочитая в основном кромсать всех в мелкий винегрет в автоматическом режиме!

– Нет, не для этого, – сдерживая смех сквозь кашель, пояснил учитель. – Хотя такое понятие, как «подавление огнем» – существует. Если активно и без разбора поливать всё вокруг свинцом, можно на время сковать действия врага. Особенно в этом деле ох, как помогают «трассеры».

– Что это?

– Это патроны со специальной пулей. Позже я расскажу тебе, для чего они используются, но у них есть пара минусов: могут выдать твою позицию и коптят ствол. Так что этим особо не злоупотребляй. А вот последние патроны в магазине забить трассерами будет правильным решением, чтобы понимать когда стоит подкормить свинцом своего зверя.

– Ясно, – кивнула я.

– Запоминай, Тая, запоминай… Информация – вещь ценная… И возвращаясь к вопросу об одиночном… Внизу он расположен по той простой причине, что если новобранец в критической ситуации резко снимет с предохранителя, то конечно же опустит его до упора в режим одиночного огня. Это предусмотрено по той причине, чтобы испугавшийся до ужаса боец не просадил весь магазин за секунды и не остался без патронов. Теперь тебе понятно? – усмехнулся Сей-Ман.

– А что это за боец такой, который в ужасе пугается? – опешила я.

– Дело не в бойце, Тая… Это – война. И поверь: там особенно остро хочется жить.

– На войне не была, поэтому ничего сказать не могу, – поджала я губы.

– Вот и хорошо. Просто поверь, – Сей-Ман глубоко и прерывисто вздохнул.

– А тебе откуда известно? Ведь ты же не был на войне, – утвердительно предположила я.

Разве Сей-Ман мог быть на войне, это же…

– Был. На двух.

Своим ответом Сей-Ман расстрелял мою интуицию в упор.

– О! Но… Как? – выпустила я автомат из рук, но учитель успел вовремя его подхватить.

– Та-ак… Полагаю, что поспешил познакомить тебя с оружием, – хмуро пророкотал он.

– Нет! Нет! Я готова! Просто меня обескуражил твой ответ. Ничто меня не могло навести на мысль, что ты был на войне! Непосвященному человеку трудно понять, – я попыталась оправдаться.

– Непосвященному – во что? – не понял Сей-Ман.

– В твою жизнь! – пожав плечами, задумчиво произнесла я, чем опять вызвала хохот учителя.

– Тая, ну какая же ты смешная, ей Богу! Вот посмотри, какую реакцию в тебе вызвали обычные слова. Что тогда говорить про новобранцев, оказавшихся на войне в самом пекле? Никогда не суди поступки людей, пока не побываешь в их шкуре.

– Конечно, – прикрыв глаза, согласилась я. – Ты абсолютно прав. Просто… Как представила тебя на войне…

– И что?

– Как что? Ведь тебя могли убить… – серьезно сказала я.

– Тая, – Сей-Ман дотронулся до моей щеки. – Но я – здесь. Остальное – в прошлом.

– Согласна, – мне удалось кивнуть, но я пребывала в какой-то заторможенности. – А на каких войнах ты был?

– Послушай, давай уже оставим эту тему…

– Ну, пожалуйста, – попросила я. – Просто скажи, и обещаю, что отстану.

– Афган и Югославия, – отрезал он. – Мы продолжим урок?

Учитель явно не был настроен говорить со мной о войне, после его слов в моей голове крутился жужжащий рой вопросов, они распаляли мой интерес, но…

В конечном итоге я взяла себя в руки.

– Как-нибудь расскажешь об этом? – поспешила я закрыть тему войны, но оставляя этим вопросом лазейку в надежде вернуться к разговору.

– Безусловно, – кивнул Сей-Ман и лязгнул предохранителем. – Слышала этот звук когда-нибудь до этого?

– Нет, но он – достаточно неприятный, – сморщилась я.

– Точно подмечено… Поэтому если это нужно сделать тихо, оттяни его вот так и плавно переведи в режим нужного огня. Почти всегда это будет одиночный. Без «мелких винегретов». Это понятно?

– Да. Позволь попробовать?

– Держи. И больше, пожалуйста, не роняй оружие.

– Хорошо, тогда и ты не упоминай, пожалуйста, больше о себе и войне, когда оно у меня в руках.

– Я буду говорить с тобой о еще более страшных вещах в момент, когда ты будешь смотреть в линзу ПСО… И только попробуй промахнуться!

На мгновение я задумалась: «А есть ли что-то более страшное для меня на данный момент? Своей смерти – я не боялась, за других – не переживала… Но вот Сей-Ман…»

– А где, кстати, ПСО? – встрепенулась я.

– Хочешь сказать, что знаешь об этом устройстве? – лениво протянул он, но от меня не ускользнуло удивление, промелькнувшее в его глазах.

– Конечно знаю. ПСО – это снайперский прицел. И знаю даже, что на «АК-74» при некоторых условиях можно поставить ПСО от «СВД». До определенной дистанции у «АК-74» и «СВД» близко сопряжены траектории, прицел встанет отлично, и значительно повысит результативность, – поведала я со столь гордым видом, будто у меня за спиной был опыт в пристрелке оружия.

Сей-Ман опешил, словно увидел привидение.

– Откуда у тебя эта информация? – я видела, что сильно удивила его, но он не хотел, чтобы я это заметила.

– Из журналов… Лео привозил, – кратко пояснила я.

– Лео привозил… – растерянно повторил он, стараясь скрыть свою растерянность.

Пора было показывать и свою неосведомленность в некоторых вопросах.

– А это что такое, почему перебинтовано? – ткнула я наугад пальцем.

– Это – антабки, их лучше заранее перемотать изолентой или бинтом, как здесь. Видишь? – к учителю вернулся дар речи, и он пояснил, указав на металлические петли для крепления ремня.

– Да, вижу, но для чего это делать? – мне было интересно все, что касалось оружия – любая мелочь, любой нюанс.

– Чтобы ничего не звенело, передвигаться нужно бесшумно. Также всегда прыгай перед выходом и проверяй, чтобы ничего не бряцало на одежде, карманы тоже должны быть застегнуты.

– Ясно, – кивнула я с нетерпением. – Давай дальше.

– Смотрю, входишь во вкус, – усмехнулся он и протянул мне разгрузочный жилет, который достал из пыльного мешка. – Надень.

Я послушно накинула на себя жилет, он был явно мне велик, но приятно было другое – Сей-Ман дал мне свою одежду.

– Патрон – в патронник, оружие – на предохранитель. Вот так, затвор отпускаешь резко – иначе зажует. Пальца на спусковом крючке быть не должно, даже если оружие на предохранителе. Автоматный ремень всегда на шее, запомни.

– Ясно. А для чего?

Сей-Ман улыбнулся, его явно забавляли мои «а почему?» и «а для чего?»

– Если будет подрыв мины и ремня не будет на шее, то ты полетишь в одну сторону, а оружие – в другую. Теперь, ясно?

Сколько же всего Сей-Ман знал!

– Ясно, что еще? – продолжила я свои расспросы.

– Никогда ничего не трогай, особенно – в городе, не открывай незнакомых дверей, не пытайся спасти жалобно пищащих животных, закрытых в шкафах – все может быть заминировано.

– Ты как будто меня завтра отправляешь на войну, – скосила я глаза.

– Просто делюсь с тобой тем, что знаю, через что пришлось пройти самому.

На мгновенье я представила, через что пришлось за свою жизнь пройти Сей-Ману…

И я все еще ничего толком о нем не знала, а те факты, что всплывали в случайных разговорах, говорили о том, что его жизнь скучной уж точно не назовешь.

– О чем задумалась? – глядя в глаза, спросил учитель, и показалось, что ответ отпечатан на моем лице.

– Скажи, вот… А тебе снятся кошмары с войны?

– Иногда, – отрывисто бросил он.

– Ладно, прости, давай дальше, я вся – внимание.

– Хорошо, – медленно поднявшись на ноги, произнес он. – Итак… Долго на одной позиции не торчи, вычислят в момент. Всегда пригибайся, – Сей-Ман сцепил руки в замок за спиной и начал расхаживать взад-вперед. – Крайне важно знать характеристики своего оружия, это снизит риск, что в тебя попадут первой. И понять это надо не в бою, а заранее! Я поясню – пуля летит не прямо, а по своей баллистической траектории. Поверь, если знаешь как поведет себя оружие – хорошая возможность попадать быстро в цель. Запомни это, Тая!

– Я запомню учитель, запомню.

Он машинально растер лоб, устремив взгляд в окно.

– Что там? – насторожилась я.

– Ничего. Покер… Итак – ветер влияет на траекторию полета пули. Изучить влияние ветра на свое оружие, как я уже сказал нужно заранее.

– А расскажи про патроны, что знаешь, – осторожно вставила вопрос я.

– Ну-у… А что про патроны?.. По опыту скажу, что кончаются они быстро, особенно – в городе. Поэтому не нужно брезговать пополнять запас от убитых товарищей или врагов. Но вот брать патроны с незнакомых мест – нельзя ни при каких обстоятельствах. Бывали случаи, что вместо пороха моджахеды заряжали в патроны тротил. В этом случае результат очевиден – разорвет автомат, выбьет глаза. И вот еще что… Если перемещаешься с группой, то…

– Сей-Ман, – прервала я его. – Я – одиночка. Расскажи лучше про тонкости для этого случая.

– Нет вопросов, – пожал он плечами. – Когда отправляешься в автономку, запасайся патронами конкретно: двенадцать магазинов в разгрузку и столько же в рюкзак. Запоминай: магазины, расположенные на груди и животе в какой-то степени могут защитить. И не забывай поднимать всегда ворот – вот так.

– А бронежилет? – решила уточнить я.

– Бронежилет – не панацея. Зачастую он спасает от дырки на теле, но энергия от пули оставляет следы и похуже. Ребра ломаются почти всегда, но это – полбеды, а вот разрыв органов, это – уже серьезно. Так что, как ты понимаешь, получается, что иногда лучше дырка.

– В тебе было их две, верно? – спросила я учителя, вспомнив о двух характерных шрамах на его теле.

Я не решалась спросить раньше, когда видела его по пояс обнаженным, но теперь выдался прекрасный случай.

– Да, Тая. У меня было два ранения, – отрывисто бросил он, смена темы ему явно не нравилась.

– Расскажешь, как это произошло?

– Не сейчас.

– Ладно, – согласилась я. – Какие еще хитрости имеются?

– Всегда внимательно прислушивайся к звукам и если останавливаешься, опускайся на колено или ложись. В дальнейшем тебе потребуется гибкость. Наблюдай за происходящим внутри себя. Не бойся отступать, уходить в тень. Без лобовых атак. И еще… – он сделал паузу, и мы встретились взглядом. – Если ты кого-то заметила, а тебя – еще нет, это не значит, что нужно резко бросаться в укрытие. Периферическое зрение противника «срисует» тебя мгновенно. Делать все нужно мягко и плавно. Ясно?

– Ясно, – вникая в каждое слово, кивнула я, а Сей-Ман усмехнулся.

– Ладно, достаточно для первого раза, переизбыток информации – не есть хорошо. Это была первая бессистемная беседа, цель которой – пробудить в тебе интерес к оружию, но вижу, что будить здесь нечего, скорее – надо сдерживать твой повышенный интерес в этом вопросе. Мы с тобой будем чередовать теоретические и практические занятия отдельно с каждым видом оружия. Договорились?

– Ну, пожалуйста, – с мольбой в глазах заныла я, и учитель уставился на меня с удивлением.

Никогда прежде я не позволяла себе что-то просить. Для меня это было абсолютно не свойственно. Пожалуй, я и сама удивилась своей просьбе. Но уж больно захватывали меня глубокие познания Сей-Мана.

Поверить не могу, что он побывал аж на двух войнах…

Что еще скрывалось внутри этого человека?

И о чем я даже не догадываюсь?

– Про оружие на сегодня – достаточно. Теперь – про первую медицинскую помощь.

Я тут же скисла, наморщив лоб.

– Тая, это очень важно, – серьезно произнес учитель, заметив резкое угасание моего интереса. – Ты должна это знать.

– Хорошо, – соглашаясь, произнесла я и приготовилась слушать.

– Итак… Ранения встречаются всякие, соответственно, и кровотечения разные, точнее двух видов – венозные и артериальные. И если с венозным есть шанс на спасение, поскольку сможешь продержаться несколько часов. То с артериальным – у тебя будет двадцать секунд, чтобы успеть покаяться Богу или быстро наложить жгут поверх раны. Тут – выбирать тебе, дальше – потеря сознания и гипоксия. Поэтому запомни, Тая, это очень важно: жгут всегда должен быть рядом – под рукой. Лучше иметь два жгута, пусть один всегда лежит в разгрузке, другой намотан на приклад.

– Ты так много знаешь, – со вздохом произнесла я.

– Дисциплина – фундамент жизни, Тая. И ты скоро будешь знать много, а дальше все будет происходить на интуиции. Мы все учимся.

– Да, но ты получил свой опыт в настоящих боевых условиях. Полагаю, что и мне нужно отправиться на войну, чтобы испытать себя.

– Не говори глупостей! – насторожился Сей-Ман. – Тая, война – это не романтика, как полагают многие. Это – страшно.

– А я и не романтик.

– Выбрось эти мысли из головы и никогда этого больше не произноси. Понятно? Тем более для современной войны народ не очень-то и нужен, кнопку нажал – и все, полетели «Томагавки» с «Калибрами».

– Это верно, – вздохнув, согласилась я.

– Ну, вот и хорошо. Пойдем, – произнес он, забирая у меня из рук автомат.

– Куда? – встрепенулась я.

– Покажу, как бывает громко на войне.

– О! Мы идем стрелять?!

– Да, твой первый урок по стрельбе.

Я сжала от радости кулаки, а Сей-Ман поджал губы и насупился.

Он заметил неподдельный энтузиазм в моих глазах к огнестрельному оружию, да и к оружию вообще – один мой восторг чего стоил, когда Сей-Ман вручил мне кукри на шестнадцатилетие, и сейчас он, видимо, не понимал: радовал его такой настрой как учителя, или…

Огорчал как человека.

* * *

Прошло еще несколько месяцев моего активного обучения…

На закате Сей-Ман частенько усаживался на краю вершины и безмолвно созерцал завершение дня, а я – с удовольствием присоединялась, наизусть изучив уже его персональную тишину. Эти минуты нравились мне не меньше, чем проведенные в тренировках часы…

– Тая, – бесшумно возник рядом учитель, и я вздрогнула, сидя в растяжке на воздушном шпагате между двух деревянных бревен. – Медитируешь? Прости, напугал тебя, – Сей-Ман положил руку мне на поясницу, слегка надавил, отчего я прогнулась, и он улыбнулся. – Ты – молодец.

– Спасибо, – тихо произнесла я.

– Послезавтра я покину тебя. Приезжает Лео, я спущусь в пещеру, чтобы провести с ним несколько дней. Ты не хочешь отправиться со мной?

– Нет, – отрезала я так резко, что Сей-Ман непонимающе сдвинул брови. – Не хочу. Позанимаюсь здесь, подожду тебя… – уже спокойно и непринужденно заявила я, не желая, чтобы учитель додумывал о наших с Лео натянутых отношениях.

– Тая, но Лео наверняка хочет увидеть тебя. Я не могу, конечно, заставлять, но ты подумай.

– Хорошо, обещаю, – заверила я. – Когда ждать тебя обратно?

Сей-Ман рассмеялся.

– Смотрю, уже подумала.

– Прости, но я действительно хочу остаться здесь, если позволишь.

– Позволю. Но вернусь не скоро.

– Почему? – со смятением в голосе прошептала я, и Сей-Ман коснулся моей щеки, сказав как-то неопределенно:

– Мне нужно кое о чем подумать.

– И что для этого нужно? Заблудиться в пампасах?

– Нет. Достаточно будет одинокого затворничества.

– Ты ведь бежишь от меня, верно? – я опустила взгляд.

– Вовсе нет, Тая. С чего ты взяла?

– Мне кажется… Ты не понимаешь, что движет тобой.

Сей-Ман приподнял мой подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.

– Самоуверенно, – хмыкнул он. – Давай так: когда мне будет интересно твое мнение – я обязательно поинтересуюсь.

– Ладно, но…

Учитель поднял ладонь.

– Это – осознанное отшельничество. Как и все в моей жизни.

Сей-Ман четко обозначил мне мое место.

– Надолго? – решив более не докучать учителю своими догадками, я задала вопрос по существу.

– Я вернусь через несколько месяцев.

– Несколько месяцев?! – воскликнула я и свалилась с бревен. – Вот глупости какие!

Отплевываясь от пыли, я с тревогой всматривалась в лицо учителя.

Сей-Ман «прижал» меня жестким взглядом к земле, и я прикусила язык.

– Тебя что-то пугает? – стараясь быть сдержанным, спросил он. – Ты знаешь, как раздобыть воду и пищу, с оружием – ближе, чем на «ты». Справишься. Сомневаюсь, правда, что оно тебе пригодится, стрелять тут не в кого, сама видишь – сюда даже хищники не суются… – учитель помолчал, наблюдая за моей реакцией. – Попрошу тебя лишь об одном – не забывай кормить Скурудж и забирать у нее молоко.

– Забирать? Легко сказать… Как будто это так просто – взять и забрать. Я никогда не доила этого демона!

Учитель протянул мне руку дружественным хватом, и я поднялась с земли.

– Завтра покажу – это несложно, – усмехнулся он и потрепал меня по лысому затылку.

– Ладно, как скажешь, – произнесла я, смирившись. – Постараюсь выжить…

Неожиданное поведение учителя стремительно подхватило поток моих мыслей и унесло по витиеватым тропам раздумий…

Этот человек каким-то непостижимым образом незаметно прорастал в меня своими крепкими корнями, и я была абсолютно не против.

«Опасно!» – нашептывало подсознание, но, пожалуй, я впервые не желала его слушать, хотелось втянуть в себя эту личность без остатка, перемолоть, «разобрать ДНК на молекулы» и оставить образцы в архивах хранилища.