Nar-In СЕАНС

Я расхохотался так, что несколько человек в отделе обернулись.

— Ты это.... Потише. Что тебя так развеселило?

— Моим именем меня система так и не назвала.

— Иронично.

Он усмехнулся и потянулся за стаканом с давно остывшим кофе, но тут же снова нахмурился, глядя куда-то поверх моего плеча.

— Кстати, ты видел, что творится внизу?

— Где именно?

— В лобби. Там с утра половина администрации шастает, безопасники, какие-то военные в серых кителях, люди из фонда инфраструктурного развития, ещё делегация из министерства. Я пока поднимался, думал, у нас либо аудит, либо теракт.

— Ни то ни другое. Сегодня презентация для инвесторов.

При слове «презентация» коллега поморщился. Каждый раз, когда компания анонсировала новый продукт, бюджеты остальных отделов мгновенно начинали утекать в сторону очередного «технологического прорыва». Всё остальное в этот момент будто переводили в режим деградации: обслуживание откладывалось, сроки сдвигались, инфраструктура разваливалась на ходу, - менеджмент за столетнюю историю компании научился направлять свой фокус только на один продукт за единицу времени.

Обычно в такие дни компания превращалась в проходной двор из инвесторов, консультантов, аналитиков и прочих людей, которые любили смотреть на красивые графики, но почему-то никогда не появлялись, когда ночью падал прод.

Впрочем, сегодня был особенный день: день закрытого показа «Континуума».

— Лучше бы усовершенствовали текущие продукты, а не клипали новые. У нас рук не хватает, а джунам я такое доверить не могу.

— Я думал, ты их ии заменил.

— Ага, хрен-с-два, эта шняга пишет всё еще на костылях, которые ломаются, потом приходится все вручную поднимать. А потом еще и отчет составлять: что не работает, почему не работает и как я это починил. Времени (...) уходит. Поэтому пока все вот этими ручками.

— А что у тебя произошло?

— «Проект репликации знаменитостей для социальных сетей».

— И что с ним?

Я опустился в кресло. Голопроектор замерцал, оживляя дрожащий призрак поп-звезды некой Алины V. Её цифровые глаза закатились, а рот растянулся в безмолвном крике. В консоле разработчика висело: КОЛЛАПС ВЕКТОРА ЛИЧНОСТИ — ЦИКЛ 14, ЭМОЦИОНАЛЬНАЯ СОГЛАСОВАННОСТЬ всего 12%.

— У неё парень умер, — пробормотал Коля. — Настоящий, не лицензированная копия. Система не может согласовать паттерны горя с бренд-контрактом.

Цифровой двойник певички продолжал обращаться к воспоминаниям о пляже в Крыму — несанкционированные данные. Каждое воспоминание вызывало каскадные сбои в её модулях коммерческой лояльности.

— Переопредели эпизодический буфер, — прозвучало оно как приказ. — Внедри синтетические воспоминания, делов-то.

Видя недовольное выражение коллеги, пришлось добавить:

— Естественно, это временно. До новых указаний. Но хотя бы так исправить сейчас надо.

Пальцы Коли заплясали по интерфейсу. На экране кричащий рот госпожи V. превратился в джингл косметического бренда. Её дрожащие руки потянулись к виртуальным бутылкам шампуня.

— Видишь? Как новенькая, — ухмыльнулся Коля. В это время мой собственный роговичный дисплей мерцал предупреждениями о бессоннице и неспособности считать жизненные показатели. Что б вас! Еще и на это жалобу писать. Поскольку этим уже не занимается наша компания, придется просто заполнять от имени клиента, а там рассмотрение и починка могут тянутся неделями, а то и месяцами.

Я занял свое рабочее место и стал заполнять отчет о работе умного дома в моем жилом контуре, а также дополнительно начиркал жалобу потребителя по той же теме. Не хочу представать нытиком, но это происходит третий раз за неделю, негоже для компании с мультимиллиардным оборотом гробить собственных сотрудников. Даже за свой счет!

— Видел новости в ленте компании? — спросил он.

— Я ее давно не читаю, потому что у нас каждый день либо технологическая революция, либо корпоративная катастрофа. Так, какие именно?

— Сегодня революция.

Он повернул ко мне экран.

На нём мелькала внутренняя презентация проекта.

СЕАНС 2.0

ЦИФРОВАЯ НЕЙРОЛИЧНОСТНАЯ РЕКОНСТРУКЦИЯ

ПРОТОКОЛ ПОСМЕРТНОГО КОММУНИКАТИВНОГО СОХРАНЕНИЯ

— Так я про это тебе минут пять назад сказал. Но зато мы теперь знаем официально, над чем они работали под такой секретностью работали.

— Это точно.

— Но, пресвятая материнская плата, кто пишет эти названия?

— Маркетинговый отдел по работе с коллективным мнением.

— М-м. Понятно.

— Пишут, что всем сегодня работать без допперекуров, чтобы нас не видели из администрации и инвесторы из Евразийского фонда инфраструктурного развития.

— Значит, сегодня там красиво продадут конец смерти человечества.

— Нам надо тоже там быть.

— Я не пойду.

—Да брось, должно быть интересно!

— Не хочу сидеть среди вояк (я так называю военное подразделение). Мне некомфортно.

— Здоровый лоб а ведешь себя...

Зафиксирована попытка сексистко-эйджисткого высказывания. Второе предупреждение. Счетчик будет сброшен через месяц.

— Уже второе?

— Меня воспитывал дед. А ты знаешь, он был человеком вообще не толерантным.

— Да, ребенок 90-х что еще от него можно было ожидать.

14:40

Громкоговоритель: «В 15:00 начнется презентация продукта «СЕАНС 2.0» с отчетностью перед инвестиционным Фондом...»

— Ну что, — пробормотал Коля, поднимаясь, — пойдём смотреть, как капитализм победил смерть.

Какое дурацкое название. Маркетологи в этот раз явно схалтурили.

Громкоговоритель: «Просим сектор А с отдела 17 по 28 пройти в зал 3.»

— Эй, что за дела? А технический отдел?

— Они решили обойтись без нас.

— Все равно пойдем, авось пустят.

— Это вряд ли, но у меня все равно срочных задач нет.

14:54

Особый сектор α-12, перед залом 3.

— Пропуск только для сотрудников с уровнем допуска А-17 и выше, — спокойно произнесла девушка из внутренней безопасности, даже не поднимая глаз от интерфейса. — Остальным необходимо вернуться к рабочим зонам.

— В смысле «вернуться»? — Колян нервно усмехнулся. — Мы вообще-то половину инфраструктуры под этот цирк держим. Хоть посмотреть-то можно?

— Нет.

— Да ладно тебе, мы даже не гуманитарный отдел (так у нас называют в техническом смм, маркетинг, дизайн и пр.)

Охранник рядом с турникетом даже не посмотрел в нашу сторону. Просто слегка сместил руку к панели блокировки прохода, и створки перед входом в конференц-зал погасли красным.

Колян раздражённо выдохнул.

— Совсем уже охренели со своей секретностью.

Нда, от это далеко зашла корпоративная паранойя. Я уже было хотел вслух пошутить, мол, если их "СЕАНС 2.0" действительно умеет сохранять человеческое сознание после смерти, то у страны уже почти век как есть кандидат на бета-тест. И, видио, он и является СЕАНСом 1.0 Подключили мавзолей к серверам и дождались, когда прогрузилось обновление. Вот для него нужна была закупка Но я вовремя прикусил язык. Шутка как-то слишком хорошо вписывалась в контекст совокупности ситуаций, отчего для места, где половина людей имела доступ к государственным системам мониторинга, а вторая — к твоему личному делу, звучала бы опасно правдоподобно. В общем, нехорошо так шутить, будучи работником правительственной организации. Да и, если честно или, как говорили старики, положа руку на сердце, пусть хоть кто-то в этой стране продолжает просто лежать, а не проходит цифровую миграцию.

Колян все не унимался, а охранник стоял скалой, отодвигая моего коллегу подальше от турникета, чтобы те, кому предназначалось находится в зале, могли спокойно пройти.

— Ладно, пошли отсюда.

— Миш, ну это уже бред какой-то, — продолжал Колян. — Они нас даже на презентацию собственного проекта не пускают.

— Я не думаю, что мы работали над ним.

—Но мы технический отдел...

—Ты подписывал их "особое соглашение"?

— Нет, но...

— И я нет. То есть, выходит, мы вообще не связаны никак с этим проектом.

— А кто им сервера держит?

— Ты и под эту категорию не подходишь.

— Ладно. Но этих цифровых мертвецов же надо будет как-то стыковать технически с городом. Или нет?

Тут он отчасти прав: неплохо было бы узнать техническую составляющую и принципы работы, чтобы потом не срочно-обморочно брейнштормить, как это все должно стыковаться с общегородской системой. Я наконец отвёл взгляд от заблокированного прохода.

— Пойдём, — сказал я спокойно. — Если нас сюда не пустили, значит, смотреть там всё равно не на что.

Колян недовольно цокнул языком, но всё-таки развернулся вслед за мной обратно к рабочим секторам, оставляя за спинами двери конференц-зала.

16:38

42-й этаж, кластер рабочих мест А-30

— Как думаешь, эту запись собрания для всех опубликуют?

— Очень сомневаюсь. Глупо как-то с их стороны не пускать людей на презентацию, которую потом же и опубликуют для всех.

— Может, они просто хотят, чтобы важные шишки узнали об этом первыми?

— Честно, мне как-то все равно. Но было бы славно узнать об их планах стыка мертвецов и городской системой. — А, может, они и не планируют их пока с "Континуумом" стыковать.

— А как тогда?

— Видимо, как-то по-другому.

— Крайне содержательный ответ для инженера.

— Я имел в виду, что если они даже тебя не пустили, то, значит, логично,что не планируют стыковать.

— Изобретут еще одну технологию?

— Все может быть. Дед бы на это ответил :" Больше технологий богу технологий".

Остаток рабочего дня прошел с головой в работе.

23:48

Наконец-то дома.

— Добрый вечер, Андрей, — произнесла квартира.

Система освещения мгновенно активировалась по классическому вечерному маршруту движения: прихожая, коридор, кухня. На столе уже стоял подогретый ужин из мультиварки. ТО есть еду мы приготовить можем, а имя запомнить - нет. Есть не хотелось, замер посреди кухни, смотря вникуда.

— Зафиксирован повышенный уровень утомления. Рекомендуется сократить время бодрствования.

— Удивительно ценная рекомендация, спасибо.

Пауза.

— Не стоит благодарности.

— Ты знаешь что такое сарказм?

— А мне стоит знать?

Перед сном всё-таки оставил ещё один запрос в обслуживающий комплекс. Подробно расписал сбой идентификации, задержку пробуждения и скачок температуры в душевом контуре. Даже приложил диагностические логи.

Ответ пришёл через три секунды:

GRADIENT FACILITIES MGMT: Заявка принята. Калибровка системы будет выполнена в течение 24 часов.

Лёг в капсулу в 01:12:24.450.

Металлическая крышка медленно опустилась над головой.

ДОБРОЙ НОЧИ!