Litres Baner
Оборотень моей мечты

Надежда Волгина
Оборотень моей мечты

– Ты будешь желанная всеми, кроме одного. Тебя будут хотеть, но получить не смогут. Тебя будут ненавидеть и хотеть убить. Ты же будешь любить того единственного, кто не захочет тебя…

Она повторяла это бесконечное количество раз, пока мне не начало казаться, что схожу с ума. Я уже не понимала, где нахожусь, что делаю, кто рядом… Кровать вибрировала подо мной, словно того и гляди земля разверзнется и похоронит меня в своей толще.

Все закончилось внезапно. Тишина повисла звенящая. В полном изнеможении я лежала на кровати. Не могла не то чтобы пошевелиться, даже открыть глаза не было сил. Равнодушная мысль ковырнула в голове: «Интересно, чем сейчас занята дух? Все продолжает разглядывать меня?» Но в данный момент мне было глубоко на это плевать. Даже если бы тут собралось несколько десятков духов, я бы и на это не отреагировала. Из меня словно высосали все силы. Так я и уснула, не меняя позы.

– Ненормальная! – возглас ворвался в дремлющее сознание, как слепящий луч света в кромешную тьму. – Что же ты творишь?!

Я приоткрыла глаза и разглядела пухлую девушку, лихорадочно расправляющую марлю над моей кроватью и проворно забирающуюся на ложе с ногами прямо в ботинках, как успела заметить.

– Фух, успела, – отдувалась она, с осуждением глядя на меня. – Хочешь быть съеденной заживо?

Я пыталась хоть что-то сообразить. Получалось плохо. Сидела на кровати и тупо таращилась на девушку, которая продолжала возмущенно отдуваться, расправляя складки на платье и усаживаясь поудобнее.

– Ну, что смотришь?! – нахмурилась она. – А вот и они, – оглянулась она на дверь.

Вот тут я все вспомнила, стоило увидеть черное облако из мелких тварей, облепляющее балдахин и тычущее в него свои хоботки. Оглянулась в поисках духа и, конечно же, не увидела ее. Перевела взгляд на свои ноги и остолбенела. Вместо моей привычной одежды на меня напялили обтягивающий костюм ярко-оранжевого цвета. Он обрисовывал все изгибы моего тела, был словно вторая кожа. Стыд-то какой!

– Мерзавка! – выругалась я.

– Чего?! Хорошенькая благодарность за спасение от смерти, – надулась девушка.

– Это я не тебе.

– А кому?..

Теперь она уже смотрела на меня с подозрением, почему-то косясь мне за спину, словно там кто-то мог спрятаться.

– Неважно, – отмахнулась я, стараясь напялить на лицо смешливое выражение.

По всей видимости, получилось у меня сотворить какой-то оскал, потому что девушка даже попятилась, и глаза ее стали размером с пятирублевую монету.

– Ты это… – пробормотала она, явно мечтая поскорее убраться отсюда. – Меня послали предупредить, что скоро твой выход.

– Какой еще выход?

– Ну как же?.. Ты ведь новая танцовщица. Сегодня суббота – для господ устраивается концерт. Твой номер после Сайки.

Глава 3

– Кто танцовщица?

Теперь, наверное, мои глаза напоминали маленькие блюдца.

– Ты.

– Я?!

Да я даже танцами никогда не занималась! Она ненормальная? О чем она тут говорит?

– Слушай… – начала было я, но меня грубо перебили:

– Некогда мне тут с тобой, – воскликнула девушка, вглядываясь в балдахин. – Кажись, улетели. Ты это… давай-ка повнимательнее. Наши комнаты – забытая богом и господами территория. Мухи налетают постоянно. Не успеешь спрятаться, искусают, разве что не до смерти. Странно, что тебя не предупредили…

Она уже слезла с кровати и собралась выйти.

– Постой! – запаниковала я. – А мне что делать?

– Так ясно что. Поднимай свою задницу и топай в гримерку, – пожала она плечами.

– Подожди, я с тобой, – проворно спрыгнула я с кровати тоже.

– Ух ты! – присвистнула девушка, обходя меня по кругу. – Да ты настоящая красотка! Сайка и Мальва сойдут с ума от зависти, – хихикнула она. – Пошли, а то я на кухню опаздываю. Кира будет сердиться. По дороге поговорим…

Она поспешила за дверь, а я посеменила за ней. За дверью начинался коридор – темный, узкий, с низкими потолками. Казалось, они лежат прямо у нас на головах. Девчушка побежала, и я за ней. Лишь когда коридор остался за закрытой дверью, она перевела дух.

– Все, тут мух нет. Тут начинается господская территория, – объяснила она. – Меня, кстати, Сусанной зовут, для своих Анна, Аня. Я горничная, помогаю танцовщицам. А тебя как?

– Маруся, – машинально представилась я, озираясь по сторонам.

Стоило только нам покинуть коридор, как мы словно в другом мире оказались. В просторном холле пол, стены и потолок блестели позолотой. Точечные светильники заливали пространство мягким теплым светом. Вдоль стен были расставлены обитые черным бархатом массивные кресла. Из холла вели несколько дверей.

– Тебе туда, – указала Анна на ту, что располагалась на противоположной стене. – А мне сюда, – кивнула она налево. – Давай, пока. Удачи на дебюте.

И была такова. Только я собиралась засыпать ее вопросами, как она уже юркнула за дверь. А дальше что? Мне-то что делать? Я стояла и беспомощно озиралась. Идти в гримерку мне как-то совершенно не хотелось, а вот удрать подальше отсюда обуяло просто дикое желание.

Кроме той двери, за которой скрылась Аня, и двери напротив в холле имелись еще две – одна на правой от меня стене, другая – на левой. Какая-то из них должна привести меня к выходу. Я выбрала правую и бодро зашагала к ней. Но не успела сделать и двух шагов, как она сама вдруг распахнулась, впуская уже не молодую, но очень роскошную женщину. Именно роскошную. Ее темно-бордовое велюровое платье в пол как нельзя выгоднее подчеркивало преимущества слегка располневшей фигуры и скрывало все недостатки, если таковые имелись. Отливающие фиолетовым волосы были собраны в высокую прическу и украшены тиарой, сверкающей камнями. Что-то мне подсказывало, что это не просто стекляшки. Не иначе передо мной сама королева, так гордо она несла свою голову. А вот прищур ее карих глаз мне совсем не понравился.

– Вот ты где? – сурово сдвинула она брови, направляясь в мою сторону. – Марш в гримерку!

– И не подумаю! – встала я в позу. – Кто вы такая, чтобы мне приказывать?!

Откуда только взялась храбрость? Обычно я сильно тушуюсь перед напором более сильного. А в том, что эта дама гораздо сильнее меня, я не сомневалась. Но сейчас, видно, абсурдность ситуации придавала смелости.

– Так-так-так… Без году неделя, а уже показываешь зубки? – усмехнулась она. – Ну что ж, и это тебе тут пригодится. Я – мадам Виолетта. А ты?..

– Маруся, – буркнула я и тут же вздрогнула от заливистого смеха.

Однако, смеялась эта мадам. Интересно, что такого смешного я сказала.

– Маруся? – отсмеявшись, переспросила она. – Будешь Марой. Смотри, девицам не ляпни свое настоящее имя. Станешь посмешищем. А теперь пойдем.

Она крепко взяла меня за руку и повела за собой. Неизвестно отчего, но рядом с ней я не так боялась, появилось какое-то чувство защищенности.

Возле двери мадам остановилась и повернулась ко мне. В глазах ее мелькнуло сочувствие, или мне это могло показаться. Только заговорила она торопливо и серьезно:

– Что бы не происходило, старайся сохранять спокойствие. Вижу, что ты не нашего поля ягода, но выхода у тебя нет – придется танцевать. Девушки у нас разные, всякое бывает… постараюсь не давать тебя в обиду, но я не всегда тут…

Больше она ничего не сказала, распахнула дверь и подтолкнула меня внутрь типичной гримерной с туалетными столиками вдоль стен и удушливым запахом парфюма. И хоть я никогда не была в таких местах живьем, но часто видела их по телевизору и представляла именно такими.

– Девушки! – хлопнула мадам в ладоши, приковывая к нам внимание нескольких пар глаз. От растерянности я пока не сообразила, сколько человек находятся в помещении. – Встречайте Мару. Стелла, иди сюда. Помоги ей с мейкапом по-быстрому. Скоро ее выход. Кто на сцене?.. – обратилась она уже к кому-то другому, а меня утащила к столу субтильная брюнетка в костюме еще более откровенном, чем мой. У меня хоть все тело было обтянуто тканью. У нее же прикрытыми были только грудь и срамное место.

Стоило мне увидеть себя в зеркале, как я совершенно растерялась. Это не я! Вернее, все оставалось моим – и лицо, и волосы… Но в то же время, изменилось. Не могла сообразить, что произошло, но видела в зеркале красавицу, каковой никогда себя не считала. Живой, яркой, взрослой. Возможно, еще и потому что никогда не уделяла должного внимания своей внешности, и моя красота как будто спала. Словно я каждый день в течение месяца навещала косметолога, пока не превратилась в одну из самых ухоженных дам. И, кажется, мы похожи – я и мой таинственный призрак? Цвет волос и глаз немного совпадают, хотя оттенок разный. У меня волосы ярче, а глаза светлее. Пусть и размытое, но очевидное сходство пугало. Я все больше запутывалась в этой истории и вопросах, которых становилось все больше, а ответы только предстояло найти.

– Тебе не нужна боевая раскраска, – тихо проговорила Стелла, повернув меня лицом к свету и бегло осмотрев его. – Немного тона, оттеним глаза и поярче накрасим губы. Сиди, не двигайся…

Не больше пяти минут она колдовала надо мной, а потом я и вовсе себя не узнала, потому что косметикой практически не пользовалась. А сейчас на меня из зеркала смотрела девушка с кошачьими глазами и ярко-алыми губами.

– Не слишком ярко? – указала я на губы.

– Самый раз. Наши самцы любят ярких женщин.

Только тут я до конца осознала, что происходит, через что мне предстоит пройти. Наверное, я побледнела, потому что Стелла переполошилась:

– Ты чего это, а? – она схватила салфетку и промокнула мой вмиг повлажневший лоб. – Паника? – шепнула на ухо. – Не показывай. Видишь тех? – кивнула она куда-то в сторону.

Я на автопилоте, уже практически ничего не соображая, проследила за ее взглядом. Лучше бы я этого не делала, потому что в следующее мгновение наткнулась на два злобных буравчика. На меня смотрела высокая блондинка, красивая и наглая. Одета она была примерно так же, как Стелла, только смотрелась намного вульгарнее. Рядом с ней стояла коренастая коротко-стриженная атлетка. Ей бы диски ворочать или ядра метать, а никак не танцевать. Блондинка что-то шепнула той на ухо, и обе они противненько захихикали. В этот момент я поняла, что у меня есть враги. Осталось еще понять, что плохого я успела им сделать.

 

– Не смотри на них, – снова привлекла мое внимание Стелла. – Покажешь слабость сожрут с потрохами. Они тут звезды, а мы так…

Конечно же, я струхнула еще сильнее. Но и злость в душе всколыхнулась, уравновешивая трусость. Только вот проанализировать глубже свое внутреннее состояние я не успела. Распахнулась дверь, и в гримерку в буквальном смысле ввалилась еще одна девушка. Эта вообще была топлес. Она вся тряслась и чуть не плакала.

– Дело дрянь, – сжала губы Стелла. – Раз заставляют раздеваться, значит, сегодня день самцов.

И тут мне не дали даже слова вставить.

– Твой выход, – подошла ко мне мадам Виолетта. – Держись, девочка. Дальше будет легче, – шепнула она мне на ухо и пожала руку.

Через узкий темный коридор она меня практически тащила. Потом куда-то вытолкнула, и в первый момент я совершенно ослепла от ярких софитов. Что находилось за сценой я почти не видела. Смутно улавливала какие-то разговоры и движения. В ушах пульсировала кровь. Я не только ослепла, но еще и оглохла.

Заиграла музыка, в меру ритмичная и очень красивая. И я затанцевала! Я танцую?! Быть этого не может! Я двигалась в такт музыке, изгибалась словно змея, проводила руками по телу, закидывала назад голову… Обнимала шест, широко расставляя ноги, перекатывалась по полу. Я ли это?!

Музыка звучала все неистовее, мои движения становились все раскованнее. Все внутри меня восставало против подобной распущенности. Но никакие мысленные приказы не действовали. Мое тело жило собственной жизнью.

Ни аплодисментов, ни каких-то других звуков я не услышала, когда смолкла музыка. С завершением танца ко мне вернулась реальность. Я стояла ни жива, ни мертва, боясь пошевелиться. Понимала, что нужно покинуть сцену, улавливала движение за кулисами, но ничего не могла поделать. Взгляд мой был устремлен в темнеющий зал, в одну точку. Я даже не сомневалась, что смотрю сейчас в чьи-то глаза. А потом у меня в голове прозвучал голос. Всего одно слово было произнесено – «Разденься», но этого хватило, чтобы ноги мои подкосились, и накрыла спасительная пустота.

– Давай, девочка, очнись… Открой глаза!

Шлепки по щекам чередовали один другой. Лицо уже горело, словно его окунули в кипяток, но сознание все продолжало уплывать. Стоило мне вынырнуть, как снова проваливалась в небытие.

– Вот. Уже лучше, – снова услышала я голос, когда дернулась от чего-то резко пахнущего и крайне противного. – Посмотри на меня.

На этот раз я смогла сфокусировать взгляд и разглядеть мадам Виолетту.

– Ты нас напугала, – сурово выговаривала она, хоть и не выглядела сердитой.

Мы находились не в гримерке и не в моей каморке, как смогла определить в слабой попытке осмотреться. Комната была тоже небольшой, но гораздо более уютной.

– Ты у меня, не пугайся, – кивнула мадам. – Что произошло? Ты отлично станцевала, а потом?..

– Я не знаю.

Почему-то рассказывать ей о мысленном приказе я не хотела.

– Мне нужно домой, – простонала я, пытаясь сесть.

– Лежи, – вернула она меня в горизонтальное положение. – Ты еще слаба.

А потом так горестно вздохнула и посмотрела на меня печальными глазами старухи. В этот момент я подумала, что она гораздо старше, чем выглядит.

– Отсюда не возвращаются, – проговорила она.

– Но я тут по ошибке, – всхлипнула я.

– А кто заслужил подобное? Думаешь, я тут по своей воле вот уже сколько лет? – она вздохнула и погладила меня по щеке. – Смирись девочка, если не хочешь сделать свою жизнь здесь невыносимой.

– А где я вообще? – осенило меня.

Себе я задавала этот вопрос не раз, но вот спросить еще у кого-то возможности не было. Противная дух мне на него так и не ответила. Мадам Виолетта тоже долго молчала, рассматривая меня, словно взвешивала, что можно говорить, а о чем стоит умолчать. У меня же в голове не задерживалось вообще ни одной путевой мысли. Кроме единственной, что все это как-то связано с моими родителями, с их тайной.

– Ты в клане пятнистых медведей, – наконец, заговорила она, но снова замолчала, оценивая мою реакцию на сообщение.

А что я могла сказать? Почему-то в тот момент мне вообще стало смешно, и губы сами расползлись в глупой улыбке, отчего лицо мадам стало еще более скорбным.

– Никогда не слышала про них? – уточнила она.

– Это секта какая-то?

– Не слышала, значит… – пробормотала она уже самой себе. – Это очень могущественная организация. Здесь царят свои законы и правила, которые нельзя нарушать, – медленно говорила она, взвешивая каждое слово. – Случайные люди сюда не попадают. А кто оказывается здесь, уже не вправе покидать их территорию, если, конечно, их не отпускает сам вожак клана. Но такое случается редко. Поэтому я и говорю, смирись со своей участью и постарайся тут жить нормально. Со временем, если добьешься уважения, жить тут тебе станет намного легче. Я же живу… – обвела она взглядом комнату, словно в ней и заключалась вся ее жизнь.

– А вы тут давно? – решила уточнить, сама не зная зачем.

– С детства. Мне было семь лет, когда медведи привели меня сюда. Какое-то время я росла вмести с их детьми, а потом меня обучили танцам. Оказалось, у меня к ним талант, – улыбнулась она. – Ну а когда для танцев я уже стала стара, перевели на руководящую должность.

– А семья? Своя семья у вас есть?

Улыбка тут же сползла с ее лица. Ее сменила маска высокомерия.

– Заболтались мы что-то, – резко произнесла она и встала с кровати. – Если тебе полегче, ступай к себе. Завтра с утра репетиции, потом процедуры, а вечером приватные выступления. Не факт, что тебя пригласят, но наготове быть ты обязана.

Я поняла, что разговор окончен. Мадам стояла возле двери и ждала, когда я встану и уйду. Мне же было обидно. Что я такого сказала? Спросила про семью? Так это нормальный вопрос. Наверное… Если, конечно, у того, кого спрашивают, нормальная жизнь. В последнем я очень сомневалась.

Мне объяснили, как попасть в свою комнату и вежливо выпроводили за дверь. На пути к тому самому холлу, откуда и начинался коридор к моей комнате, я никого не встретила. В холле остановилась и задумалась. От голода меня уже вовсю мутило. Странно, что такая вещь, как необходимость пропитания, никому не пришла тут в голову. Может, они и насыщаются воздухом, но лично я со вчерашнего дня ничего не ела. А уже наступил вечер следующего дня. Если я сейчас не закину что-нибудь в рот, то вряд ли дотяну до завтра.

Взгляд упал на дверь, за которой скрылась Анна. Кажется, она что-то говорила про кухню. Значит, эта дверь, скорее всего, приведет меня туда. Я не ошиблась. Миновав очередной узкий коридор, я попала в просторную кухню, оборудованную по последнему слову моды и техники. Все глянцевые поверхности тут блестели чистотой. В первый момент я даже растерялась от подобной стерильности. Но потом взгляд мой упал на два огромных промышленных холодильника, и голод заявил о себе с новой силой.

Чего там только не было! Мясо копченое, тушеное, жареное, свежие овощи на любой вкус, напитки, какие душе угодно… Да тут обитают настоящие чревоугодники!

Справедливо рассудив, что если немного возьму себе, никто и не заметит, я достала свиной окорок, сыр, майонез и помидоры. Соорудила себе несколько сэндвичей, налила полный стакан молока и забралась на высокий табурет.

Правду говорят, что на сытый желудок думается совсем по-другому. После первого съеденного сэндвича я попыталась проанализировать ситуацию. Задумалась и поняла, что сама не верю в происходящее. Красавица-дух, клан каких-то там медведей, я, танцующая на подиуме… Все это не могло происходить в реальности! Даже в детстве, слушая сказки, я не верила в них, поэтому и сейчас искала всему логическое объяснение.

Что если дух – это вовсе не дух, а обычная ненормальная, размышляла я, вгрызаясь во второй сэндвич и стараясь не подпускать близко панику. Я же слепо поверила ее словам, даже не потрудившись убедиться в ее правоте. Возможно, она воспользовалась моментом, когда на банкете рядом со мной никого не оказалось, и выкрала меня, одурманив каким-то сильным наркотиком. Отсюда и головная боль при пробуждении. Дальше пошли эти декорации, в виде замызганного балдахина и нашествия мух. Что ж, при желании и это можно устроить. Нанятые актеры, в лице Анны, мадам Виолетты, девушек в гримерке… Опять же, зрителей в зале я не видела, а потом и вовсе грохнулась в обморок. Ну что ж, пока мысли текут плавно.

Впрочем, радовалась я не долго. Стоило только налить второй стакан молока и надкусить третий сэндвич, я задумалась, кто я такая, чтобы ради меня нести такие затраты? Ведь все эти декорации должны очень дорого стоить. Семья моя тоже среднестатистическая, похищать дочь ради выкупа даже в голову никому не придет. Но самое главное – как объяснить тот факт, что танцевала я на сцене, как заправская танцовщица? Такое даже под действием сильнодействующего наркотика без специальной подготовки не вытворишь. Вот тут я отложила сэндвич и подперла рукой голову. Паззл не складывался, картинка не прорисовывалась. Доля нереального во всем, что со мной произошло, оставалась очень даже внушительная.

Свет в кухне погас на секунду, а потом принялся мигать. Я вцепилась в столешницу, чтобы от страха не упасть с табурета. В следующее мгновение раздался хохот – издевательский и какой-то дикий. Я принялась озираться, пока не поняла, что слышу его только я, что звучит он исключительно в моей голове. Продлись он чуть дольше, наверное, сошла бы с ума. Когда звуки внутри меня стихли, еще одна частица паззла вылетела из общей картинки. Я была уверена, что сейчас надо мной потешалась дух, что она смогла прочитать все мои рационалистические мысли.

Аппетит пропал окончательно. А может я просто насытилась уже. Только собралась замести следы своего пребывания на кухне, как из коридора до меня донеслись шорох и кряхтение. Прокравшись к двери, я тихонько приоткрыла ее, чтобы образовалась малюсенькая щель. И вот тут мне стало совсем плохо, даже ноги мелко задрожали. В мою сторону шел огромный самый настоящий медведь. Пасть его была приоткрыта, и из нее выглядывал розовый язык. Он загребал передними лапами и все приближался.

Глава 4

Каким-то чудом, ничего не соображая от страха, я протиснулась в угол между разделочным столом и холодильником. Сидела, боясь даже дышать. Слышала, как с еле различимым скрипом отворяется дверь, как мягко ступают лапы животного по плиточному полу, как оно приглушенно рычит и втягивает носом воздух… Звуки все приближались, и я начала прощаться с жизнью. Ведь если не убьет сразу, потому что не сможет пролезть в мое убежище, так уж точно искромсает когтями в попытке достать меня.

Звуки изменились. Звякнуло стекло, что-то проехалось по столу. Медведь решил отведать того, что я не успела убрать? Шальная мысль, что он гораздо умнее своих собратьев, закралась в голову, внушая нелепую надежду на спасение. Когда услышала вполне человеческие шаги и демонстративное покашливание, то и вовсе растерялась. Медведь явился с дрессировщиком?

– Кто тут? – прозвучал мужской голос. – Выходи, иначе хуже будет.

В голосе звучали угроза и настороженность. Он шел в мою сторону, безошибочно определив направление.

Когда взору моему предстал высокий мужчина, голый по пояс, в кожаных штанах до колена, я обомлела. С моей точки зрения он был совершенством мужской красоты. Широкие плечи, узкий таз, рельефные мышцы, загар, словно только что вернулся с Канар… Каштановые волнистые волосы струились по шее, спадая на плечи, обрамляли умный широкий лоб, оттеняли шоколадного цвета глаза. Чувственные губы уже подрагивали в улыбке. Не портил картину даже волевой подбородок, который слабо вписывался в общий образ. Я рассматривала его, забыв о страхе. Сроду не встречала таких красавчиков!

– Ты кто такая? – рассмеялся он, а я чуть не потеряла сознание от восхищения.

Улыбка до того ему шла, совершенно преображая лицо, делая его озорным, мальчишечьим, показывая две очаровательные ямочки на щеках. Бедное мое сердце! Кажется, тебя похитили молниеносно, забыв спросить разрешение.

– Маруся, – пролепетала я совершенно сиплым голосом.

– Как? – присел он на корточки рядом с щелью.

Мелькнула мысль, что ни за что не выберусь назад, такой щель сейчас казалась мне узкой.

– Маруся, – откашлялась я.

– И кто ты, Маруся? Почему прячешься здесь? – снова рассмеялся он.

– Испугалась медведя, – снова пискнула я, не узнавая собственный голос.

– Ах это… Ну их можешь не бояться. Эти твари очень умны, – подмигнул он мне. – Давай руку, помогу тебе выбраться.

 

Он протянул мне руку, и я доверчиво вложила в нее свою, чувствуя, как приятное тепло его ладони разливается по всему телу, млея от непонятных ощущений. Такого мне раньше не доводилось испытывать.

Дальше все осложнилось тем, что выбраться я не смогла, как и предполагала. Пришлось ему отодвигать разделочный стол, чтобы освободить меня из добровольного заточения. Я же посмотрела еще одно захватывающее короткометражное кино, наблюдая, как наливаются его мышцы силой, с какой легкостью он ворочает тяжести. Да он настоящий богатырь!

– Я помешал твоей трапезе? – окинул он взглядом остатки моего пиршества и приглашая продолжить.

Я же в то время была занята поисками медведя. Его нигде не было. Не мог же он спрятаться так, чтобы я его не видела! Или мог?

– Чего ты ищешь? – удивился мой новый знакомый, вернее, пока еще незнакомец. Но в том, что наше знакомство – дело времени, я не сомневалась. Более того, хотела этого ужасно. К этому мужчине меня тянуло, словно магнитом.

– Медведя. Куда он делся?

Сейчас я уже не боялась зверя, ни секунды не сомневаясь, что этот красавчик сможет меня защитить.

– Ушел. Я прогнал его вот этим, – рассмеялся он, хватая кочергу, прислоненную к камину.

И тут я заметила, как он меня рассматривает. Взгляд его беззастенчиво скользил по моему телу, затормаживая на самых пикантных местах. Как назло, соски решили встопорщиться, и я с ужасом заметила, как они выделяются под обтягивающей тканью. Моментально меня бросило в жар, лицо запылало нестерпимо, а в ушах запульсировала кровь. Ничего себе реакция! Такого стыда я тоже никогда раньше не испытывала. Нестерпимо хотелось прикрыться, но я боялась еще больше привлечь к себе внимание.

– Ты – новая танцовщица, – наконец, заговорил он, возвращаясь к моим глазам. – Я вспомнил тебя, видел сегодня на шоу. Правда вблизи ты выглядишь несколько иначе.

– Да? – только и нашлась с ответом.

– Угу, – кивнул он и приблизился ко мне на несколько шагов. – Младше и красивее, – прошептал, поднимая мое лицо за подбородок и приближая к нему свое.

Я уловила его горячее дыхание на своих губах и закрыла глаза в ожидании поцелуя. Но ничего не произошло. Когда он выпустил мой подбородок, я открыла глаза, борясь с разочарованием. Его уже как ветром сдуло – хозяйничал себе возле стола, сооружая бутерброд из моих припасов.

– Иди сюда, составь мне компанию, – указал он мне на стул рядом с собой.

Подчинилась, хоть первой реакцией и была послать его лесом. Сама себя не узнавала. Это же надо – так сильно хотеть целоваться с незнакомым мужчиной!

– Предлагаю выпить за знакомство, – бодро проговорил он, доставая откуда-то из-под стола бутылку вина.

– Я не пью.

– Один бокал на сон грядущий, – расплылся он в улыбке.

– А мы и не знакомились, – снова буркнула.

– Так за чем дело стоит?

Он откупорил бутылку и разлил вино по бокалам. Поднял свой и торжественно произнес:

– Я – Лука!

В этот момент я чуть не поперхнулось, хоть и нечем было. Лука? Это что за имя такое?!

– Ага. И дочь у тебя будет Лукинична, а сын – Лукич, – отвернулась и пробормотала себе под нос.

Если я рассчитывала, что он не расслышит, то сильно ошибалась. Следом за моим бормотанием раздался хохот. Интересно, что смешного я сказала? Да и слух у него оказался неслабым.

– Лука – это уменьшительное от Лукьян. И у детей моих будет отчество Лукьяновна или Лукьянович, – все еще посмеиваясь, просветил меня он. – Тоже, конечно, на старинный манер, но мне нравится.

– А мне нет, – упрямо ответила я. – Над такими в школе смеются.

– Ну, мои дети вряд ли будут ходить в обычную школу, – вмиг посерьезнел он. – Ну что, Маруся, выпьем за знакомство? Кстати, твое имя тоже не сильно современное.

– Потому что это не имя, а кличка.

Очень некстати вспомнила отца с матерью. Наверное, сходят с ума, не зная где я. Скорее всего, на мои поиски уже бросилась вся полиция города. Хотелось бы и мне знать, где нахожусь. Осталось понять, как можно это выяснить. А почему бы?.. Я перевела взгляд на Луку, ожидающего с бокалом в руке, когда я возьму свой.

– Ну что ж, за знакомство, так за знакомство, – проговорила, беря бокал за тонкую ножку.

– А может, на брудершафт? – прищурился он, маскируя насмешку в глазах.

– А может, просто так?

У тебя была возможность поцеловать меня, которой ты не воспользовался. И слава богу. Сейчас я уже не понимала, как могла хотеть этого поцелуя. Конечно, он симпатичный и даже очень. Естественно, что раньше мой жизненный путь не пересекался с таким интересным мужчиной. И само собой разумеется, он мне очень даже понравился. И не столько внешне, как своей легкостью и добродушием. Интуиция безошибочно подсказывала, что передо мной очень хороший человек и надежный друг. Ну разве что, понравился он мне не совсем как друг…

Я тряхнула головой, отгоняя непрошенные мысли, пока они меня снова не заставили хотеть его поцеловать. Стараясь не смотреть на его чувственные губы, которые так и притягивали взгляд, чопорно и официозно произнесла:

– Марина.

– Лука, – ответил он мне в тон и дотронулся до моего бокала своим.

Вино оказалось приторным и хмельным. Осушив бокал до дна, я ощутила, как приятно закружилась голова и начало клонить в сон. Только вот, стоило представить себе каморку, как сон как рукой сняло. Я даже поморщилась, что не укрылось от внимания Луки.

– Не понравилось? – спросил он.

– Нет, вино вкусное.

– А что тогда?

Я замялась. Мне необходимо было выяснить, где нахожусь. Уже в который раз я себя мысленно подводила к этому разговору с Лукой и каждый раз сама же себя тормозила. Несмотря на всю благожелательность, болтливым он не казался. И что-то мне подсказывало, что отвечать на мой вопрос он не станет, в лучшем случае отшутится или вовсе соврет. А мне нужна правда, чтобы понять, как действовать дальше. И уж точно я не собираюсь здесь оставаться.

– А ты хорошенькая…

Голос Луки вырвал меня из размышлений. Оказывается, все время, пока я думала, он меня рассматривал самым бесстыжим образом. Как же мне надоел этот чертов костюм, который ничего не скрывает! Где же мне взять другую одежду – не такую откровенную и более удобную. Хотелось бы еще и бельишком разжиться для полного счастья.

Не успела я придумать, что бы такого ему ответить, чтобы осадить раз и навсегда, как он резко переменился. На меня уже не смотрел, уставился в стенку и насторожился, к чему-то прислушиваясь.

– В чем дело, Лука? – потормошила я его за плечо.

Он встрепенулся, перевел взгляд на меня, но какой-то рассеянный.

– Мне пора! – вскочил со стула. – Увидимся…

И выскочил за дверь. Ну вот, расспросила, называется. А мне что прикажете делать? Размышляя на эту тему, я убрала со стола и решила, что пока не произведу разведку, не найду выход из этого дома или что это, в каморку не вернусь. И плевать на предупреждение мадам, что подъемы тут ранние и дни насыщенные. Дольше оставаться в неведении не могла. Кроме того, мне жизненно необходимо раздобыть хоть какую-то одежду. Ходить и дальше в этом мерзком латексе я не могла. Казалось, что уже все тело чешется под воздухонепроницаемой тканью.

Покинув кухню, я снова вернулась в уже знакомый холл. Повсюду стояла неестественная тишина, что наталкивало на мысль о глубокой ночи. Хотелось бы, конечно, поточнее определить время, но ни единых часов я не нашла. Такое впечатление, что их тут вовсе не было. По звездам они, что ли, ориентируются. Звезды… Мне бы сейчас хоть краем глаза взглянуть на них, вдохнуть свежего воздуха.

Оставалась всего одна дверь, в которую я еще не ломилась. К ней-то я и направилась. Даже не удивилась, оказавшись в очередном коридоре, который привел меня в холл просторнее первого и еще более шикарный. Тут позолоченными были колонны. Все остальное чернело и переливалось в каком-то призрачном свете гранитом. С потолка свисала огромная хрустальная люстра, тоже отделанная золотом. Какая-то кричащая роскошь! Не люблю такого.

Как и в первом, в этом холле было несколько дверей. Кроме одной, все остальные оказались заперты. Та, что была открыта, привела меня в очередной холл, декорированный под дерево. Чем-то он мне напомнил терем изнутри. И пахло тут тоже деревом. И дверей тут видимо-невидимо.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18 
Рейтинг@Mail.ru