bannerbannerbanner
Хозяйка стихий

Надежда Игоревна Соколова
Хозяйка стихий

Полная версия

Глава 1

Бывают дни, когда опустишь руки,

И нет ни слов, ни музыки, ни сил.

В такие дни я был с собой в разлуке

И никого помочь мне не просил.

Машина времени. «Пока горит свеча»

Вечер… Вечер сегодня «радовал» нашу местность отвратительной погодой и практически полной темнотой. Магические шары, освещавшие улицы мягким желтым светом и придававшие округе сказочный вид, сейчас не горели – их магия не выдержала схватки со стихией. Дождь за окном косыми струями щедро поливал истосковавшуюся по нему землю, практически затапливая невинные растения и заставляя животных искать убежище как можно выше. Ветер жутко, словно по покойнику, завывал в верхушках деревьев и безжалостно ломал их хрупкие тонкие ветви. Изредка черное небо освещалось изломанными молниями, а предшествовавший им гром больше походил на предсмертный рык какого-нибудь чересчур опасного хищника. Погода словно стремилась без слов передать все те чувства, что разрывали сейчас мою душу. Хотя почему стремилась?.. Она и передавала: четко, ясно, правильно. Гнев, обида, горечь, ненависть, страх с недавних пор поселились во мне, мешая думать, рассуждать, анализировать. Сейчас я хотела только одного: убивать. Причем убивать бездумно и безжалостно, как и положено настоящей Хозяйке Стихий.

Мать всегда неустанно твердила, что с нашим даром-проклятием спасти этот мир от нас самих может только полный самоконтроль. И я старалась. Видят боги, я действительно каждую минуту старалась держать свои эмоции в узде. До сегодняшнего вечера. Сегодня же… Они заплатят. Все заплатят. Я не остановлюсь ни перед чем. Я разнесу этот город по камешку, я вспомню о дремлющей во мне силе, я…

В руки ткнулась горячая пузатая кружка. Успокоительный отвар: ромашка, календула, какие-то еще травы… Я никогда не могла запомнить их названия. Да и зачем?

– Тебе не кажется, что этот город уже получил достаточно водных процедур? – с иронией поинтересовалась тетушка Сара.

Она следила за мной в отсутствие матери. Не имея дара, именно она стала настоящей доброй феей нашего рода. Кто каждый раз помогал приводить в порядок расшатанные нервы наследницы? Тетушка. Кто следил за постоянным притоком успокоительного, настоянного на травах, в аптечке рода? Тетушка. Кто всегда знал нужные слова утешения, вот прям как сейчас, когда сердце просто разрывалось от горя, безнадежности, усталости? Тетушка.

Травы, естественно, положение дел не спасли. А вот наглая младшая сестра с ее замечанием в чувство привела:

– Да что ты с ней возишься? Пусть дальше ноет. А женишка ее, козла несносного, как раз в это время прибьют по-тихому.

Подчиняясь моей вспыхнувшей злобе, которая смешалась с неконтролируемой яростью и жгучей ненавистью к одному чересчур наглому представителю аристократической верхушки, земля встала дыбом и резко опала. Суки! Все суки! Ненавижу!

– Сандра! Землетрясение зачем устраивать? Ладно, у нас дом заговоренный. А о соседях ты подумала?

Я раздраженно зашипела:

– Ненавижу! Всех ненавижу! Тётя, где мой костюм?

– Совсем девка головой поехала. Куда ты пойдешь с таким лицом? Тебя даже зомби испугаются!

– Костюм, тётя!

Небрежный пас рукой – и мелкая надоеда, почему-то названная моей сестрой, была мгновенно выметена за дверь небольшим смерчем. Они хотели войны? Они ее получат!

Черный классический брючный костюм, в котором и перед императорскими очами предстать не грех, появился на постели через несколько минут. Как всегда идеально выглажен и так же идеально сидит на мне. Тонкая талия, аппетитные формы, длинные рыжие волосы, небрежно забранные в хвост, ярко сверкающие зеленые глаза, ноги от ушей, ухоженные руки, унизанные кольцами пальцы, красный лак на ногтях – все, как любят мои обидчики. Идеальная женщина, идеальная пара, идеальный маг. Но даже маги порой выходят из-под контроля. И сейчас «идеальная женщина» превратилась в идеального убийцу, готового разнести в клочья всех, кто рискнул бы встать у нее на пути.

Портал – и вот уже я в центре многострадальной столицы, у городской тюрьмы. Что ж, развлечемся…

Каменные стены послушно встали на дыбы от одного только движения тонко очерченной черной бровью. Ледяные струи дождя, привычно огибая меня, хлестали с такой силой, что ни один ретивый служака не решился выглянуть наружу и попытаться проверить, с чего вдруг камень в стенах зажил собственной жизнью. Небольшой смерч – и вот уже готов проход: ветер, полностью подчиняясь моей воле, раздвинул преграду, позволяя хозяйке беспрепятственно проникнуть внутрь.

Камеры, камеры, камеры… Да сколько ж вас здесь… А вот и та, что нужна мне. Чувствую жениха. А с ним – и остальных. Их держат всех вместе. Это даже к лучшему. Мне не придется терять драгоценное время, разыскивая узников по этажам.

Марк, Соня, Мара, Влад. Никакого удивления на лицах.

– С тебя десять злотых, Мара.

Влад. Они еще и поспорили, развлекаясь в ожидании меня. Дурачье.

Всё тот же преданный ветер легко, словно пушинку, вырвал металлическую решетку из стены. Кандалы сразу же спали с ног и рук друзей.

– И кого ждем?

– Вечно ты бежишь куда-то, – проворчал Марк, потирая затекшие руки и пытаясь устоять на ногах.

– Движение – жизнь. Тем более, здесь, несмотря на отвратную погоду, скоро будет слишком уж людно.

Горячий глинтвейн разлит по железным кружкам в маленькой столовой, небольшой уютной комнатке, только для своих, мало кому известной в моем доме, по мнению многочисленных завистников и злопыхателей, слишком уж похожем на шикарно обставленный императорский дворец.

– Ну, за нашу прекрасную спасительницу! – Влад. Мальчишка. Вечный шут. Как и положено шуту, небольшого роста и хилого телосложения. Низкого происхождения. Всего лишь сын купца, пусть и снабжающего продуктами стол его величества. Зато с неунывающим веселым характером и задорно блестящими большими голубыми глазами. Холостяк. Хотя, думаю, скоро все изменится: слишком уж продуманно и расчетливо ведет на него охоту наша графиня Мара.

– Лучше за то, чтобы этот урод наконец-то по-тихому сгинул где-нибудь в морской пучине. Правда, рыб и гадов мне все же жалко: отравятся ненароком.

– Сандра! Ты говоришь о советнике его величества!

Соня. Тонкие красные губы скривились в жесткой ухмылке, а темно-синие глаза миндалевидной формы смотрели с презрением. Любит она нашу власть, ту, что самими богами нам дана, за какие только грехи, понять не можем, ой, любит.

– Вот пусть ему и икается. Хотя бы.

Мерзкий тип. Герцог Артур Арвейтиский, граф Ромадский и прочее, прочее. Метр в прыжке, даже если обувь с каблуками, с непропорциональным, кривым телом и перекошенным лицом. Говорят, в детстве по глупости сильной колдунье надерзил, и та «ответку» и прислала. Теперь от него спасу нет никому: не только уродливое, но и злобное и желчное создание получилось. А уж какой завистливый и тщеславный! Если бы императорская семья древнейшей клятвой крови и сильной родовой магией с престолом связана не была, давненько всех истребил бы и сам на трон радостно уселся.

После третьего бокала народ согрелся, разомлел и захотел спать – сказалось переутомление, и холодная камера дала о себе, наконец-то, знать. Отправив и Соню, и Мару, и Влада в их личные покои, я решительно повернулась к жениху. Марк. Единственный в своем роде. Вместилище всех достоинств: высокий, красивый, с аристократическими чертами лица: тонкими губами, аккуратным носом, большими, вечно смотрящими с любопытством на мир карими глазами. К тому же, умный, ловкий, богатый и знатный. Мечта всех женщин Империи. Как же долго мы с ним притирались друг к другу: выясняли, кто в нашей паре главный, кому руководить, кто станет главой семьи. До сих пор не выяснили. Вот и теперь они, всей группой, отправились разбираться с этим уродцем и даже не поставили меня в известность!

– Почему вы не дождались меня? Договорились же действовать все вместе!

Сильные мужские руки, на спор гнущие железные прутья, нежно сомкнулись на моей талии. Это меня так пытаются сбить с темы? Действенный способ, не спорю. Но…

– Не ворчи. Сделанного не изменишь. И вообще тебе не кажется, что у нас есть более интересные темы для обсуждения?

Горячие шелковые губы аккуратно припали к часто бившейся жилке на моей шее, руки скользнули под одежду с явными намерениями. Соблазнитель. Но, боги, как же хорошо! Марк целовал меня со всей страстью, на которую был способен. Я отвечала ему тем же, сгорая от неутоленного желания. Его нежные длинные пальцы ласково поглаживали мою грудь, сводя меня с ума от желания.

– К бесам эту одежду, – еле слышно пробормотала я, постанывая от желания и решительно щелкая пальцами.

Наши обнаженные тела сплелись друг с другом на широком мягком диване, который стоял недалеко от уютно потрескивавшего камина. Я стонала от наслаждения и выгибалась навстречу возлюбленному, стремясь стать с ним единым целым. Он доставлял мне наслаждение, помогая ласками забыть обо всем. Моя душа пела от счастья. Насладившись любимым мужчиной, я довольно улыбнулась и уснула в его объятиях.

Глава 2

День напролет, год напролет,

В городе горе – гололед.

Ноль за окном, ни вверх и не вниз,

Мертвая точка, компромисс.

Машина времени. «Гололед»

Утро наступило внезапно, заставив меня расстаться и с Марком, и с друзьями. Долг в первую очередь – так меня всегда учила мама. Мне следовало продумать дальнейшие действия, свои и пока еще грозного противника, выбрать стратегию поведения, вникнуть в повседневные дела. Да мало ли проблем и у наследницы рода.

– Госпожа, к вам посыльный от его светлости Артура Арвейтиского, – мажордом, старый преданный слуга, практически член семьи, величественно вплыл в «синюю» гостиную – комнату для официальных приемов. Расположенная на первом этаже моего поистине огромного дома, выкрашенная в темно-синий цвет (у меня в тот момент было отвратительное настроение, а после покраски менять ничего я не захотела), она служила скорее для отпугивания нежелательных посетителей, а не для серьезных разговоров. Для последней цели я обычно отправляла гостей в свой рабочий кабинет в другом крыле. Но вот посыльного от мерзкого ненавистного герцога видеть в личном кабинете я точно не желала. Да и вообще, что-то поздновато прибыл этот тип. Я ждала его с раннего утра, а он оказался у меня только после обеда. Его сиятельство изволили бушевать? Или перепуганные слуги побоялись беспокоить своего нервного господина по такому пустяку, как ночной побег важных заключенных и наполовину разрушенная государственная тюрьма?

 

Щуплый и худосочный паренек, появившийся в комнате, ощутимо трясся от страха. С низким поклоном передав мне свиток, запечатанный фамильным перстнем семьи Арвейтиских, несчастный слуга практически сжался в комок у двери. Это кто ж его так, болезного, напугал? Хозяин? Или меня, грозную, чужая челядь боится?

Документ был составлен грамотно и по всем правилам. Что, впрочем, и неудивительно, ведь герцог известный знаток этикета, знает всё на свете, включая мелочи: «её светлости, герцогине… Прошу принять к сведению…». Ля-ля-ля. В общем, ничего нового из перечисления своих титулов я не узнала. Ну и плюс парочка общих фраз. Мол, отдай дружков по-хорошему. Или плохо тебе, детка, будет. М-да. Этот урод совсем с головой не дружит. Грозить мне, кузине самого Императора, десятой претендентке в очереди на престол, той, кого корона примет безоговорочно, в отличие от некоторых других претендентов? Дурак явно. Или он искренне верит, что его влияние на Вернона II окажется сильнее семейных уз и клятвы крови? Ну, вот и проверим.

– Ответа не жди.

Слуга, вздрогнув от моего холодного тона, почтительно нагнул голову и уже через секунду быстрее ветра мчался к далекому и желанному выходу. Я же решительным шагом направилась к себе в комнату.

Обтягивающее темно-синее кожаное платье до колена с глубоким декольте и открытыми руками, кожаные же черные сапожки, хлыст в руке, на голове шляпка по типу «корзинка для пикника» – писк сезона у безголовых дворцовых кумушек – и я, повернув на пальце фамильное кольцо, дающее прямой доступ в комнаты царственного родственника, уже открывала портал во дворец.

– Сандра! Какая встреча! Рад тебя видеть!

Кузен. Явно нервничает. Впрочем, это и неудивительно. Маленькие мутные голубоватые глазки быстро-быстро бегают из стороны в сторону, холеные руки записного аристократа чуть подрагивают. Правильно, братец. Меня надо бояться. Я не твой дурной прихвостень, и с магией, в отличие от него, дружу. Да и Силы мне охотно подчиняются. Захочу – через минуту тут камня на камне не останется. Будешь ты со своей родовой защитой на конюшне спать и к мерину своему любимому прижиматься.

– Ваше величество.

Низкий почтительный поклон. Иногда и этикет способен помочь. Сейчас как раз такой случай.

– Ну что ты, кузина… Ну зачем…

Действительно, зачем? Я ведь в чудесных отношениях с твоей матушкой, вдовствующей императрицей, Верн. А та до сих пор имеет на тебя более чем сильное влияние. В принципе, мне можно было просто появиться у нее в поместье с заплаканными глазами, и ближе к вечеру у тебя сменился бы советник. А старого доклёвывали бы вороны. Но я всё же девочка добрая. Пока. Если меня не доставать. Я предпочитаю сначала действовать по-хорошему.

Зала, выкрашенная в нежно-лиловый цвет и обставленная чересчур вычурно, с претензией на роскошь, но совершенно безвкусно, раздражала все мои рецепторы: мне казалось, что здесь пахло нафталином, было слишком тихо, а взгляд не мог ни на чем зацепиться, из-за чего глаза бегали без остановки туда-сюда.

– Ваше величество, молю, явите свою монаршую волю.

– Волю?! Явить?! Молишь?! Это что еще за обороты?! Вернон, глупый мальчишка, что ты опять натворил?! Сандра, детка, когда он успел тебя обидеть?!

А вот и вдовствующая императрица Ариадна. Высокая, статная, все еще красивая, с тонкими чертами лица, пышной копной серых волос, яркими зелеными глазами и полными чувственными губами, в свои семьдесят лет (не возраст для императорской семьи) по-прежнему привлекающая к себе внимание всех высокопоставленных мужчин Империи и вызывающая зависть и зубовный скрежет у женщин чувством стиля, обаянием и легкой, но при этом величественной походкой.

Неожиданное появление внеплановой заступницы заставило кузена вздрогнуть и рефлекторно втянуть голову в плечи. Надо будет взять у тетушки пару-тройку уроков по управлению окружающими. Мне до такого умения еще расти и расти.

– Матушка…

– Тетушка… Рада вас видеть…

Глазки в пол, на лицо – румянец. Вот так. Полное смущение и волнение.

– Дети. Не уходим от темы. Сандра, милая, что этот шалопай уже выкинул? Вернон, в глаза матери смотри! Почему твоя кузина просит о милости?! Кузина, Вернон! Родня! Мало тебя отец порол!

О, да. Вот с последним я соглашусь целиком и полностью. Жестче братца надо было в детстве воспитывать. Тогда и сор разный в советниках не появился бы.

– Матушка… Вероятно, у нас с Сандрой возникло недопонимание… Я сам еще не до конца вник в ситуацию…

Да, да. Расскажи матери, какой ты наивный ребенок. Вряд ли она тебе поверит, правда.

– Артур.

Не сказала – выплюнула. Будто комок грязи во рту держала – столько отвращения и брезгливости.

– Или ты сместишь этого типа с поста советника и отправишь куда-нибудь к гоблинам, или я найду тебе замену. Из близких родственников. Нашел, кого слушать.

– Матушка…

– Сандра, девочка моя, что произошло? Вы с герцогом снова поругались?

Поругались? Ну… Вряд ли разгром городской тюрьмы можно назвать руганью…

– Он посадил под арест моих друзей и жениха по ложному обвинению, тетушка.

– Даже так? Чудесно. Просто чудесно. Вернон, ты знал? В глаза. Мне. Смотри. То есть знал… Так, с тобой я разберусь позже. Сандра, с твоими друзьями в настоящий момент все в порядке? Да? Отлично. Пойдем, девочка моя. Выпьем глинтвейна. Пару бокалов. Заодно и пообщаемся. А у твоего непутевого кузена будет час-полтора, чтобы исправить ситуацию. А я потом проверю…

1  2  3  4  5  6  7  8 
Рейтинг@Mail.ru