Мэри Спринг Клан Холост 3. Адалинда-Роуз Лаусанская

Пролог

Антарес

Волшебный мирАнтарес состоит из двух разделённых магическим барьером островов – Облачного иЧернозёмного.

На Облачномострове, где проживают небесные драконы и светлые эльфы, всегда царят мир,покой и душевное равновесие. Воздух здесь прозрачен и лёгок, а солнечные лучисловно задерживаются в небе, даря земле нескончаемое тепло. Парящие замкисветлых эльфов и величественные гнёзда небесных драконов возвышаются средипушистых облаков, создавая ощущение абсолютной гармонии.

Чернозёмныйже остров является совершенной противоположностью: он окутан тяжёлыми тучами, аземля под ногами кажется плотной и неподатливой. Здесь обитают земные драконы итёмные эльфы, которые служат рабочим классом для обитателей Облачного острова.Мрачные пещеры и низкие каменные строения составляют пейзаж этого края, авоздух пропитан запахом сырой земли и металла.

Казалось бы,к чему такое разделение? И почему земные драконы и тёмные эльфы до сих пор невосстали? Ответ довольно прост: земные драконы в разы слабее небесных. Они немогут принимать свой истинный облик и живут гораздо меньше. А тёмные эльфы,несмотря на название своей расы, являются довольно безобидными существами.Войны и сражения им чужды. Они предпочитают трудиться, создавая удивительныеартефакты и поддерживая магический барьер, который разделяет острова.

Однако, вотличие от Чернозёмного острова, на Облачном есть свои король и королева. Ихвласть неоспорима, а дворцы сияют золотом и драгоценными камнями. Но, возможно,за этой блестящей оболочкой скрываются тайны и интриги. Не всё так радужно, какможет показаться на первый взгляд: под маской гармонии могут таиться зависть,амбиции и тщательно скрываемые конфликты, грозящие нарушить хрупкий балансмежду островами.

Небесная королева Ирэнэ

– ВашеВеличество, – ворвался в королевские покои первый советник.

– Почему безстука? – с раздражением возмутилась девушка, не отрываясь от собственногоотражения в зеркале. Оттуда на неё смотрела молодая красивая эльфийка смолочной кожей, светлыми волосами и остроконечными ушами.

– Мы нашлиего, – лишь промолвил тот.

Резкоразвернувшись лицом к дракону, королева улыбнулась, не скрывая радости отполученных известий.

– Веди, – тутже приказала она.

Ирэнэ,несмотря на миловидное, невинное личико, на самом деле жаждала власти. Бытьпросто королевой при супруге ей было недостаточно – она хотела большего. Онамечтала править единолично. Но свергнуть короля своими силами не могла: драконызначительно превосходили эльфов в могуществе.

Тогда Ирэнэначала искать помощь на стороне. Она нашла несколько союзников, разделявших её устремления,которые поведали ей об одном древнем существе, в сотни раз более сильном, чемдраконы. Вот только отыскать его оказалось непросто, ведь тот погружён вмагический сон и тщательно скрыт от посторонних глаз. Ирэнэ пришлось долго ждать,пока её союзники отыщут его – и вот, этот долгожданный день настал.

***

Взобравшисьна скалу, которую окружала огненная лава, эльфийка вошла в тёмную пещеру. Взяводин из факелов, она одним взглядом зажгла его и двинулась дальше.

Ирэнэ долгобродила по извилистым туннелям, пока не добралась до самого конца. Здесь, вокружении паутины и пауков, мирно спал огромный белоснежный дракон. Девушкаподнесла факел к паутине, и та мгновенно вспыхнула, быстро сгорая подпронзительный писк горящих пауков. Как только путь стал свободен, эльфийкаподошла к дракону, и, присев на одно колено, прикоснулась к его чешуе,прошептав:

– Лев-ма, туна ми. Се туна.

Отойдя набезопасное расстояние, Ирэнэ стала ждать. Прошла минута, пять, десять, ноничего не происходило. Королева начала сердиться: неужели заклинание не сработало?

Но вдругдракон открыл глаза и, резко вскочив, издал громогласный рык. Эльфийку обдаломощным потоком воздуха. Дракон уже было дёрнулся к открытому небу, желаяразмять крылья, но, скованный цепями, не смог даже сдвинуться с места. Он издалнизкий рокочущий звук, обратив пронзительный взгляд на девушку, и, по всейвидимости, ожидал какой-то реакции. Её не последовало. Тогда он медленноприблизил морду к эльфийке и выдохнул на неё горячим паром.

– Кто ты? –хриплым басом промолвил дракон.

– Королевасветлых эльфов – Ирэнэ, – горделиво вздёрнув подбородок, ответила девушка.

– Я – Дракар,самый первый из драконов, – прогремел он. – Приказываю тебе освободить меня!

– Я освобожу тебя,– ответила эльфийка. – Но не сейчас.

– Что этозначит? – возмутился Дракар, и его глаза сверкнули гневом.

– Если хочешьсвободы, помоги мне, – потребовала она. – Поделись своей силой, чтобы я смоглаповергнуть тех, кто усыпил тебя на сотни тысяч лет. Тех, кто правит сейчаствоими владениями. Тех, кто лишил тебя свободы.

Дракон замер,его огромные зрачки сузились, изучая собеседницу. После долгих мгновений онзамолчал, а затем медленно произнёс:

– Нет. Моюсилу ты не получишь, но я помогу тебе.

– Как? – вголосе девушки прозвучало явное недовольство.

– Сначала дайгарантии, что освободишь меня.

Достав кинжализ выреза платья, королева сделала надрез на тыльной стороне ладони. Капликрови, появившиеся из раны, поднялись в воздух и замерли на уровне её лица,мерцая в свете факела.

– Я, Ирэнэ,королева эльфов, – произнесла она твёрдо, глядя прямо в глаза дракону, –клянусь своей жизнью и жизнью своего народа, что освобожу тебя после того, какпоможешь мне свергнуть Визериона – короля драконов и моего супруга.

После её словкровь засверкала, словно ночная звезда, на мгновение озарив пещеру холоднымсветом, а затем растворилась в воздухе, оставив после себя едва заметныйсеребристый след.

– Твояочередь, дракон, – добавила Ирэнэ, опустив руку и стирая кровь с лезвия кинжала.

Драконмедленно склонил голову, изучая девушку пронзительным взглядом своих огненныхглаз. Его чешуя глухо зашумела, когда он слегка пошевелился в своих оковах.

– Чтобысвергнуть своего супруга, твоей силы не хватит, – начал дракон низким, гулкимголосом, от которого со стен осыпалась паутина. – Но, как я уже сказал, моюсилу ты не получишь. Вместо этого отправь того, кому доверяешь, в мир Радага.Пусть он проведёт там древний ритуал...

***

Вернувшись взамок, эльфийка начала размышлять о словах дракона. Отправить того, комудоверяет... Но проблема в том, что приближённым к ней драконам и эльфам нельзятакое задание поручить. Они могут допустить ошибку, и тогда всё станетизвестно. Или вовсе предать её. Нужно найти кого-то со стороны, кто не связан сдворцовыми интригами и не имеет личной заинтересованности в исходе дела.

– Рейгар, –позвала она своего стражника – светлого высокого эльфа.

– ВашеВеличество, – склонился эльф, войдя в покои. Его длинные серебристые волосыблеснули в свете свечей, а острые уши чуть дрогнули, выдавая внимание.

– Найди наЧернозёмном острове дракона, который будет соответствовать нашим требованиям, –твёрдо приказала она. – И отправь его в Радагу на задание. Он должен бытьдостаточно сильным, чтобы провести ритуал, но не настолько влиятельным, чтобыпотом претендовать на власть. И, что важнее всего, не связанным с королевскимдвором.

Рейгарвыпрямился, его взгляд стал серьёзным. Он не задал ни единого вопроса, лишьслегка склонил голову в знак понимания.

Помимо того,что Рейгар был охранником королевы, он ещё и являлся её одноутробным братом.Поэтому эльф был одним из немногих, с кем Ирэнэ поделилась информацией,полученной от дракона.

Глава 1

Новый Орлеан

Адалинда-Роуз Лаусанская

Я – Адалинда-Роуз Лаусанская, дочьСофи Кастелл и Карина Лаусанского. Моё непродолжительное детство было довольнорадостным: дядя Рауф баловал меня, выполняя любой каприз, матушка создавалакрасоту из магии, которой я каждый раз восхищалась, словно в первый, а с отцоммы часто бегали ночами по крышам домов и просторам лесов.

Но взрослела я быстро, очень быстро.И спустя семь лет после моего рождения дядя, по старым обычаям, решил выдатьменя замуж за гибрида из Нового Орлеана – Джозефа Лаберта. Конечно же, я сразувоспротивилась!

Как это? Решить за меня, за кого и когдамне выходить замуж?

Джозеф, конечно, обаятельный молодойчеловек, но я его не выбирала. И в итоге, взбунтовавшись, я решила повторитьдействия своей матери, хоть и не все. Я уехала из Стокгольма и осела в НовомОрлеане.

Джозеф спокойно воспринял моюреакцию, поклявшись добиться моего расположения. Но помолвку, в которой я неучаствовала, расторгнуть, к сожалению, не получилось.

Теперь, благодаря моей двоюроднойбабушке Сабине, которая любезно приняла меня у себя, я работаю в магполициидетективом. И если у обычных полицейских детективы не участвуют в ночныхдежурствах и подают доказательства в суды, то мы делаем практически всё –начиная от ночного дежурства и заканчивая подачей всех доказательствстарейшинам, которые у нас выступают в роли судей.

Конечно, и людская полиция поройобращалась к нам за помощью, но в основном мы занимались магическимипреступлениями или теми, в которых было замешано сверхъестественное существо.

***

– Отпусти её! – прокричала япреступнику, стоя в первом ряду и направив на него свой АРК-17– специальный пистолет против магических существ.

Мы находились в квартале гаражей.Перед нами стоял Чарльз Фишер – серийный убийца и осквернитель могил предковведьм.

– Вы не понимаете! – отчаяннопрокричал мужчина, продолжая угрожающе держать нож у горла женщины. – Я долженэто сделать! Должен!

– Брось нож, Чарльз, – уже болееспокойно проговорила я. – Мы поможем тебе, обещаю.

– Мне никто не поможет, – промолвилон, дёрнув рукой с ножом.

Моя реакция сработала быстрее, чем яуспела подумать. Мгновенно нажав на курок, я попала ему в руку. Не успевзакончить задуманное и с криком выронив нож, мужчина пустился в бега.

Он бежал, петляя между гаражами, а яи мои напарники преследовали его. К сожалению, я не могла бежать с вампирскойскоростью: меня могли заметить случайные прохожие.

Чарльз всего на мгновение обернулсяко мне и запустил в меня магией – потоком из тысячи проклятых осколков, которыеубивают жертву мгновенно. Я не успела увернуться, но осколки попали в мой магическийбронежилет, не причинив мне никакого вреда. Этот артефакт был создан специальнодля меня: он защищал от магических атак, ведь, в отличие от магов, я никакоймагией не обладаю.

Загнав преступника в угол, я, пообычаю встав в первом ряду, вновь направила на него пистолет, а мои коллегивооружились магическим оружием. Чарльз встал в боевую стойку и был готовотбиваться. Его глаза быстро бегали от одного магполицейского к другому, и такпо кругу.

И как только мужчина, приготовившиськ бою, направил руки в нашу сторону, из которых вырвался испепеляющий огонь, яразрядила в него всю обойму своего АРК-17. С каждым выстрелом он содрогался,словно в конвульсиях, пока не упал замертво, а его магия, ничем неподдерживаемая, испарилась, так и не добравшись до нас.

Подойдя к мужчине, я проверила егопульс, прислушалась к сердцебиению и движению крови в его жилах, затемконстатировала:

– Он мёртв. Вызывайте лекэкспертов.

Лекэкспертами мы называли нашихлекарей, которые организовывали и проводили экспертизу при криминальныхтравмах, различных происшествиях или в случае насильственной смерти.

– Теперь придётся кучу отчётовписать, – вздохнув, укоризненно покачала я головой.

***

– Задержание прошло не очень? –сквозь небольшое окошко высунулся Гаред – постовой, принимающий заявления отграждан и по совместительству мой давний знакомый.

– Ага, – буркнула я, едва удостоивего взглядом, и ускорила шаг к своему кабинету.

– Адалинда! – окликнул он меня чутьгромче. – Саруман пришёл. Он в твоём кабинете.

– Вот чёрт… – я замерла на полушаге,тихо выругавшись про себя.

Только его не хватало… Что он здесьзабыл? Неужели ему так не терпится дождаться отчёта, что он готов клевать мнемозг?

Если большинство магов более-менеенормально восприняли меня в своей «компании», то Саруман Лафатер, пожалуй, былединственным, кто открыто меня недолюбливал. И это ещё мягко сказано. Еголедяные взгляды и едкие замечания преследовали меня с первого дня работы вмагполиции.

Я толкнула дверь кабинета и увиделакартину, от которой внутри всё закипело: темнокожий мужчина вальяжно устроилсяна моём рабочем столе, небрежно закинув ногу на ногу. В руках он с явнымотвращением держал мою бутыль с кровью, которую я оставила на столе передвыездом на задержание. Его тонкие губы презрительно скривились.

– Мы гонялись за Чарльзом болееполугода, – не поднимая на меня взгляда, процедил он. – А ты за одну секундусумела добиться того, чтобы все наши усилия пошли насмарку, завалив задание.

– А что, мне надо было позволить емуугробить себя и своих коллег, лишь бы он остался жив? – огрызнулась я.

– Да, – жёстко ответил он, поставивбутыль на место и подняв на меня ледяной взгляд. – Его жизнь была гораздоважнее твоей и твоих коллег вместе взятых.

– Не вам судить, чья жизнь важнее, –парировала я.

– А кому? Тебе? – мужчинаиздевательски изогнул бровь, выдерживая паузу в ожидании ответа, которого непоследовало. – У него были важные для нас сведения. А теперь, благодаря исключительнотебе, вся важная информация канула в могилу вместе с ним.

Саруман обошёл меня и, приоткрывдверь кабинета, замер на мгновение. Затем, не оборачиваясь, бросил напоследок:

– Завтра утром жду полный отчёт.

Устало вздохнув, я плюхнулась в своёрабочее кресло и от бессилия сжала руки в кулаки так, что ногти впились владони. Эх, управы на него нет! Даже Сабина не влезает в его дела, ведь «они непротиворечат нашим законам», – процитировала я у себя в голове её слова. Как жеэто бесит!

***

С отчётом я провозилась практическидо вечера, периодически попивая из бутыли свежей крови и утоляя жажду. Неожиданнов кабинет зашёл Гаред.

– Фу, Лаусанская, – сморщилсямужчина, брезгливо глядя на бутыль у моего рта. Его нос невольно дёрнулся, аплечи слегка передёрнулись, будто от отвращения.

– Ты хочешь предложить мне что-тополучше? – выгнула я бровь, переводя взгляд с бутылки на него. В голосеневольно прозвучала ирония.

– Труп в парке, – коротко ответил он,стараясь не смотреть на бутыль.

– Это не лучше, – устало вздохнула яи, поднявшись, выехала на место преступления.

Уже подъезжая, я заметила, что почтитреть парка ограждена специальной лентой, а на месте работают мои коллеги.Показав патрульным удостоверение сотрудника полиции, я прошла за ограждение иприблизилась к трупу. Возле него крутился фотограф, методично делая снимки.

– Что нам известно? – спросила я уподошедшего ко мне криминалиста.

– Лилит Фанинг, – ответил мужчина,назвав имя погибшей. – Двадцать четыре года. Живёт в нескольких кварталахотсюда. Умерла от многочисленных насильственных ран примерно час назад.

Я внимательно осмотрела жертву, напрягаявампирское зрение. На обнажённом теле виднелись странные символы,профессионально вырезанные явно чем-то острым. Глазницы были выколоты. Руки иноги покрывали ссадины, словно девушку крепко связали ещё до того, как заживозарезать.

– Свидетели есть?

– Да, – ответил криминалист, указаврукой в противоположную сторону, где стояла молодая пара.

Подойдя к ним, я представилась ипоказала удостоверение.

– Расскажите, что вы видели.

– На самом деле ничего, – ответиладевушка, нервно держась под руку за своего молодого человека. – Мы гуляли попарку и услышали женский крик. Я предложила проверить, вдруг кому-то нужна нашапомощь. А когда мы пришли, она была уже мертва.

– В каком часу это было? – задала яследующий дежурный вопрос, записывая показания в свой блокнот.

– Примерно в одиннадцать ночи, –ответил юноша. – Плюс-минус.

– Вы кого-то ещё видели? Или, может,что-то ещё слышали?

– Нет, – покачал головой молодойчеловек.

– Хорошо, – я подозвала ближайшегопатрульного взмахом руки и протянула паре свою визитку. – Если что-товспомните, обязательно позвоните.

Я вновь подошла к криминалисту испросила о сущности погибшей:

– Кто она?

– Ведьма, – ответил он.

– Орудие убийства не нашли?

– Нет. Только верёвки, которыми,вероятно, связывали жертву.

– Странно, что она не могла отбитьсямагией, – я нахмурилась, задумчиво постучав пальцами по подбородку. – И нашисвидетели не заметили никаких необычных всплесков. Хотя… Может, они нам не всёдоговаривают? Скажи Джейкобу, чтобы завтра вызвал их на допрос.

– Зачем? – не понял мужчина.

– Зададим им пару наводящихвопросов. Возможно, узнаем побольше.

Ещё раз осмотрев место преступления,я заметила несколько волос недалеко от жертвы, зацепившихся за ветку ближайшегодерева. Аккуратно взяв образцы пинцетом, я поместила их в полиэтиленовыйпакетик. Закончив с осмотром, передала находки на экспертизу, а труп увезли вОтдел Исследований. Там его осмотрят без посторонних глаз, наложат магиюсохранения и похоронят согласно традициям.

Я позвонила Сабине, чтобы сообщить отом, что еду со смены. Но оказалось, она сейчас находится на кладбище. Яизменила маршрут и направилась к ней.

Пройдясь по кладбищу, где покоилисьвсе погибшие ведьмы со времён зарождения Нового Орлеана, я направилась критуальному месту – небольшому каменному сооружению с вырезанными магическимисимволами. При входе меня встретило множество мерцающих свечей, среди которых стояламоя бабушка. Она никогда не приходила сюда просто так – только тогда, когдануждалась в помощи предков. Неужели произошло ещё что-то?

– Что-то случилось? – обеспокоенноспросила я.

– Сегодня погибла одна из нашихведьм, – опустив голову, растерянно ответила Сабина. Её голос дрогнул, а пальцыневольно сжали край шали.

– Как ты узнала? – удивилась я,понимая, что она имеет в виду погибшую Лилит Фанинг, чьё тело мы обнаружилибуквально несколько часов назад. – Мы же ещё даже никому не сообщали об этом.

– Я это почувствовала, – ответилаона. – После преступлений Чарльза Фишера я связала всех ведьм и колдунов ссобой, чтобы в случае опасности они могли послать мне импульс, и я успелаприйти к ним на помощь. До сих пор не понимаю, почему Лилит не связалась сомной...

– Мы найдем убийцу, бабушка Сабина,– я подошла к ней и успокаивающе положила руку на плечо. – Даю тебе слово: онответит за свои преступления.

– Я пыталась связаться с предками, –вытерев рукой слёзы, промолвила она. – Пыталась найти среди них Лилит, но её небыло. Понимаешь? Её не было среди них.

Я понимала. Прекрасно понимала, чтоэто означает. Ведь после смерти каждая ведьма и каждый колдун отправляется кпредкам, а их сила и энергия подпитывают Новый Орлеан.

– Как это возможно? – прошептала я,чувствуя, как по спине пробежал холодок.

– Не знаю, – в отчаянии покачалаголовой ведьма. – Либо она до сих пор жива… либо её силу, её магию кто-тоукрал, уничтожив душу.

Я так и осталась стоять,шокированная словами ведьмы. Кто может быть настолько силён, чтобы насильноукрасть магию ведьмы и уничтожить её душу?

Мысли вихрем крутились в голове.Символы, что я видела на теле Лилит, не были мне знакомы, а в магии яразбираюсь не хуже любой ведьмы. Либо кто-то создал новый, доселе неизвестныйритуал, либо в наш мир что-то проникло... Но второй вариант маловероятен:ведьмы почувствовали бы вторжение существа из иного мира – такая энергия неостаётся незамеченной.

Я ещё немного поспрашивала у Сабиныо её связи с предками. Надеялась, что, возможно, через них она выяснила хотьчто-то о нашем неизвестном преступнике. Но нет. Даже предки его не видели и нечувствовали его энергию, словно человек вовсе не существует и никогда не был.Но ведь это невозможно, так?

***

Рано утром, вернувшись на работу, яотправила Саруману отчёт по Чарльзу Фишеру. Сразу после этого ко мне в кабинет,постучавшись, вошёл сотрудник, который первым выезжал на место преступления, исообщил, что свидетели уже ожидают в допросной.

– Доброе утро, – поприветствовала ямолодых людей, войдя в допросную.

– Зачем нас вызвали? – возмущённымтоном спросил юноша. – Мы вчера вам всё рассказали.

– Мне нужно задать вам ещё парувопросов, а затем можете быть свободны, – нарочито дружелюбно улыбнувшись,ответила я, расположившись напротив них. – Не переживайте.

Я включила диктофон на запись и, сложивруки перед собой в замок, произнесла:

– Расскажите, пожалуйста, ещё раз отом, что вчера произошло. Что вы видели, слышали? Может, почувствоваликакой-нибудь странный запах?

– Мы уже вчера всё рассказали, –повторил юноша, в то время как девушка молча опустила глаза. – Мы услышаликрики и поспешили на помощь. Когда пришли, девушка была уже мертва. Ничего,кроме криков о помощи, и никаких запахов гари мы не слышали...

– Я вам не говорила о запахе гари, –мгновенно подловила его на слове я. – Вы знаете, что давать ложные показания,особенно если они могут каким-либо образом препятствовать расследованию, противозаконно?

Юноша в одно мгновение побледнел, адевушка затараторила:

– Мы вам не всё рассказали, потомучто то, что мы слышали и чувствовали, могло быть лишь игрой нашего воображения.Но мы не сумасшедшие! Мы действительно слышали крики о помощи и чувствовализапах чего-то палённого. Но ещё до этого девушка что-то кричала о какой-тосвоей магии… Но ведь это бред!

– Что именно она кричала? – перебилаеё я, поддавшись вперёд. – Любая информация может быть полезна, даже если онавыглядит бредово.

– Она кричала что-то вроде, чтокто-то украл её магию, и теперь она не является собой, – нахмурившись отвоспоминаний, ответила девушка.

– Это всё? – уточнила я.

– Да, – ответила девушка, быстрозакивав.

Прислушавшись к сердцебиению молодыхлюдей и их дыханию, я сделала вывод: теперь действительно они рассказали всё,что знали. Ритм пульса выровнялся, дыхание стало спокойнее – ложь больше неискажала их физиологические реакции.

– Хорошо, можете быть свободны, –промолвила я, поднявшись с места. Направляясь к выходу, бросила напоследок: –Но из города лучше пока не уезжайте.

Пока что ничего особо не ясно, но,по крайней мере, хоть какая-то информация у нас имеется. Я подумывала о том,чтобы вернуться на место преступления и ещё раз всё внимательно осмотреть –может, мы что-то упустили. Но для начала загляну к лекэксперту. Возможно, онаповедает мне что-то толковое.

Спустившись на подземный этаж, явошла в белую дверь кабинета. Передо мной предстала стерильная светлая комнатас белоснежными стенами и множеством ярких светильников, отбрасывающих резкиеблики. Пройдя чуть дальше, я увидела затемнённый кабинет со стеклянными окнамии открытой дверью. За рабочим столом восседала немолодая русоволосая женщина вочках, облачённая в белый халат, на котором красовался бейджик с её именем:Джульетта Силвертон.

– Привет, – поздоровалась я,отвлекая её от бумаг.

– О, Адалинда, – подняла взглядженщина, улыбаясь мне. – Привет. Какими судьбами?

– Да вот зашла узнать, нашла ли тычто-нибудь по нашему делу?

– А, это ты о вчерашней погибшей?Как её... – она заглянула в бумаги и, найдя нужное имя, озвучила: – ЛилитФанинг?

Я утвердительно кивнула. Лекэкспертподнялась и направилась к одному из холодильников. Я последовала за ней.

Она вытащила чёрный мешок с теломдевушки. Когда Джульетта расстегнула молнию, передо мной открылось бледное лицос посиневшими губами.

Джульетта коснулась моего затылка ипромолвила:

– Смотри.

Я вновь сосредоточила взгляд на телеи заметила в районе солнечного сплетения раны, но не обычные порезы, а словноразрывы изнутри. Кожа вокруг них была неестественно натянута, а края имели едвазаметное мерцание, будто припорошенные пеплом.

– Видишь? – спросила лекэксперт.

– Что это? – я наклонилась ближе,вглядываясь в детали.

– Это рубцы, – ответила женщина. –Они появляются после магического насилия.

– Магического... чего? – я удивлённопосмотрела на неё, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Джульетта убраларуку.

– Магического насилия, – повторилаона твёрдо. – Смотри: когда убивают магией, остаются энергетические следы нападавшего.Когда маг сам избавляется от своей магии, тоже появляются подобные рубцы, но нетакие глубокие, а менее выраженные.

– А что, такое уже было?

– Такие случаи редки, но они бывают,– ответила женщина и вновь посмотрела на труп. – Однако в этом случае рубцыгораздо глубже.

– И что это значит?

– Это значит, что её насильно лишилимагии. Возможно, украли, – Джульетта помолчала, собираясь с мыслями, затемпровела рукой по засохшим наружным ранам, которые образовывали неизвестныезнаки, очень похожие на знаки зодиака. – А эти следы… Они довольно чётковырисованы, словно работу выполнял опытный хирург. Вот только на порезыскальпелем они не похожи. Я бы даже сказала, что их нанесли острым кинжалом.