Полная версия:
Мурат Карадениз Смотритель
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Он подошёл к двери. Она была приоткрыта.
Егор остановился. Внутри кого-то не было — он чувствовал это. Но что-то заставило его насторожиться. Он приоткрыл дверь ногой, заглянул.
В вагончике царил беспорядок.
Ящики выдвинуты, бумаги разбросаны по полу. Стол перевёрнут — точнее, опрокинут набок. Книги, альбомы, папки валялись вперемешку с карандашами и ручками. На полу лежал стул, ножками вверх. И повсюду — следы. Несколько пар обуви, как будто здесь побывало несколько человек. Егор переступил порог, стараясь не наступать на вещи. Он осмотрел вагончик — маленькое помещение, разделённое на две части: рабочую зону и спальное место. Спальня выглядела нетронутой — кровать заправлена, подушка на месте. Но рабочая зона была разгромлена. Кто-то что-то искал. Или пытался сделать так, чтобы это выглядело как обыск.
Егор наклонился, поднял один из альбомов. Внутри — эскизы, аккуратные, карандашные. Деревья, клумбы, аллеи. Анна была талантливым дизайнером. Но среди рисунков он заметил и другое — вырезки из старых газет, закладки, фотографии.
Он перелистал альбом, остановился на одной странице. Это была фотография санатория «Бор», старого образца. Егор узнал здание — ещё до реконструкции, когда корпус номер три был открыт и работал. Фотография была сделана летом, на переднем плане — газон, фонтаны, дети. Обычная картинка из прошлого. Но Егор знал, что это не случайное фото. Анна собрала его не просто так.
Он перевернул снимок. На обороте, аккуратным почерком, было написано:
«Они знают. Я нашла».
Подпись — Анна.
Егор замер. Он смотрел на эти слова и чувствовал, как холод поднимается по спине. «Они знают». Кто «они»? И что она нашла? Он перечитал ещё раз. «Я нашла». Значит, она искала. Что-то важное. И она нашла это здесь, в санатории.
Егор убрал фотографию в карман. Он осмотрел остальные бумаги, но ничего больше не нашёл. Кто-то забрал или уничтожил всё, что могло быть важным. Телефон Анны — тот, что он нашёл у тела, — был разбит. Её ноутбук исчез. Бумаги разбросаны так, будто их не искали, а просто выкинули в спешке.
Егор присел на корточки, разглядывая пол. Он заметил следы ботинок — мужских, сорок второго размера, с глубоким протектором. Такие же следы он видел утром в сторожке. Следы Михаила. Егор провёл пальцем по одному из отпечатков — грязь ещё не высохла. Значит, здесь были сегодня утром. До того, как он пришёл.
Он выпрямился. Мысли путались. Анна искала что-то. Она нашла. Она написала «Они знают». И её убили. А её вагончик обыскали. Кто-то хотел забрать то, что она нашла. Но не успел — или не нашёл.
Егор вышел из вагончика, прикрыл дверь. Он стоял на улице, смотрел на заснеженную территорию. Ветер дул с запада, где находился третий корпус. Егор снова посмотрел на него. Он знал, что вернётся туда сегодня ночью.
Потому что он должен был понять: что именно нашла Анна и кто знал об этом. И почему её смерть была связана с ключом от его прошлого.
Он пошёл обратно к сторожке, и в кармане лежала фотография с надписью «Они знают. Я нашла». Он не знал, что она нашла. Но он знал, что должен найти это сам.
Он открыл дверь сторожки, зашёл и закрыл за собой. Положил фотографию на стол рядом с ключом и запиской. Три вещи. Три улики. И ни одной разгадки.
Егор сел, закрыл глаза. Он думал об Анне, о её эскизах, о фотографии, о вагончике. И о том, кто вчера ночью пришёл в его сторожку с мокрыми ботинками. Михаил знал, что Егор не спит. Михаил знал, где находится вагончик. Михаил знал все замки и все ходы.
Егор открыл глаза. Он смотрел на фотографию, на слова Анны: «Они знают. Я нашла». И понимал: он должен найти это раньше, чем они.
Глава 4
Егор вернулся в вагончик через час, когда солнце поднялось выше и осветило территорию холодным белым светом. Он взял с собой пустую сумку — на случай, если нужно будет забрать документы. Оксана Викторовна была занята в главном корпусе, и никто не видел, как он вошёл. Дверь всё так же была приоткрыта, и Егор скользнул внутрь, стараясь не шуметь.
Беспорядок остался прежним. Егор опустился на корточки и начал собирать бумаги с пола. Альбомы, эскизы, распечатки, старые журналы — всё это было разбросано в хаотичном порядке. Он складывал их в стопки, просматривая каждую страницу. Большая часть была посвящена ландшафтному дизайну — схемы посадок, расчёты дренажа, фотографии растений. Но среди профессиональных заметок он нашёл несколько папок с совсем другим содержанием.
Анна собирала историю санатория.
Егор открыл одну из папок. Там лежали копии документов — старые отчёты, планы зданий, списки сотрудников. Она явно копала глубже, чем требовалось для благоустройства территории. Егор перелистывал страницы, пока не наткнулся на жёлтый лист — копия приказа, датированная 2015 годом.
Он прочитал его дважды.
«В связи с аварийным состоянием несущих конструкций корпуса №3 приказываю закрыть объект для проведения капитального ремонта. Доступ персонала и посторонних лиц запрещён. Главный врач санатория «Бор», подпись».
Егор посмотрел на дату. Август 2015 года. Он задумался. Он был следователем в то время, и хотя санаторий не попадал в его поле зрения, он помнил, что в области тогда был какой-то скандал. Что-то о деньгах, выделенных на ремонт, но потом работы заморозили. Он не вникал, но сейчас в памяти всплыли обрывки разговоров.
Он перевернул страницу и нашёл ещё один документ — отчёт о проведении работ. Март 2015 года. Капитальный ремонт корпуса №3. Замена перекрытий, усиление фундамента, обновление коммуникаций. Всё по правилам, всё с подписями.
Егор положил оба листа рядом. Март 2015 — ремонт завершён. Август 2015 — корпус закрыт как аварийный. Прошло всего пять месяцев. Как может здание, только что прошедшее капитальный ремонт, стать аварийным? Это было невозможно. Или — или ремонт был фикцией, и деньги просто распилили. Или корпус закрыли по другой причине, а «аварийное состояние» — лишь прикрытие.
Егор вспомнил слова Валентины Сергеевны: «Там девочка погибла». Июль 2015 года. Как раз между ремонтом и закрытием. Девочка утонула в бассейне, который находился в корпусе №3. Меньше чем через месяц корпус закрыли навсегда.
Он перевернул ещё несколько страниц в папке Анны. Среди бумаг он нашёл старую фотографию бассейна — пустого, с трещинами на дне, с облупившейся плиткой. На обороте было написано: «Закрыт 2015. Причина — аварийное состояние». Но Егор знал правду. Бассейн был исправен. Его закрыли из-за смерти.
Егор сидел на корточках, перебирая бумаги, когда его взгляд упал на мусорную корзину под столом. Обычная пластиковая корзина, почти пустая. Но на самом дне он заметил комок бумаги, скомканный и брошенный. Не на полу, а именно в корзине — как будто тот, кто обыскивал вагончик, не обратил на неё внимания.
Егор вытащил бумажку, развернул.
Это была записка. Написанная от руки, шариковой ручкой, с сильным нажимом. Почерк мужской — угловатый, небрежный, но уверенный.
«Не суй нос. Ты не хозяйка. Я знаю, кто ты такая».
Егор перечитал несколько раз. Слова были грубыми, прямыми. «Не суй нос» — значит, Анну предупреждали. «Ты не хозяйка» — ей указывали на её место. «Я знаю, кто ты такая» — это звучало как угроза. Кто-то знал, что она копает, и не хотел, чтобы она продолжала.
Егор посмотрел на почерк. Угловатый, с резким наклоном вправо. Он пытался вспомнить, видел ли он такой почерк раньше. В санатории было много мужчин — охранники, водители, технический персонал. Он не знал всех. Но он мог проверить.
Он убрал записку в карман, рядом с фотографией. У него теперь было три улики: ключ-бирка, фотография с надписью «Они знают. Я нашла» и записка-угроза. И все они указывали на одно: Анна была не просто дизайнером. Она расследовала то, что произошло в санатории в 2015 году. Она нашла что-то важное. И её убили за это.
Егор собрал оставшиеся бумаги, но больше ничего не нашёл. Папка Анны была почти пуста — только копии приказов и пара старых фотографий. Но Егор знал: что-то главное было у неё. То, что она нашла. И это исчезло.
Он вышел из вагончика, прикрыл дверь. Ветер усилился, снег кружил в воздухе. Егор посмотрел на часы — почти полдень. До вечернего обхода оставалось несколько часов. Ему нужно было проверить ещё кое-что.
Он направился в главный корпус, туда, где находилась библиотека санатория — старый зал, полный пыльных стеллажей. Егор никогда не заходил туда, но знал, что там хранятся старые газеты и документы. Он хотел найти информацию о санатории за 2015 год. Узнать, что писали в местной прессе.
Библиотекарь, пожилая женщина с очками, удивлённо посмотрела на него. Егор представился, сказал, что собирает материалы для истории санатория. Она кивнула, показала на стеллажи. Егор нашёл подшивку местной газеты за 2015 год. Пролистал. Две короткие заметки: одна о ремонте корпуса №3, вторая о гибели девочки в бассейне. Всё изложено сухо — «несчастный случай», «соболезнования», «проводится проверка».
Никаких подробностей. Никаких имён. Никаких вопросов.
Егор отложил газету. Он понял: то, что случилось в 2015 году, замолчали. И замолчали качественно. Но Анна нашла что-то, что заставило замолчать других.
Он вышел из библиотеки и направился обратно в сторожку. В кармане лежала записка — «Не суй нос. Ты не хозяйка. Я знаю, кто ты такая». Кто-то знал, кто такая Анна. И кто-то не хотел, чтобы она копала.
Егор зашёл в сторожку, сел за стол. Он смотрел на три вещи, лежащие перед ним. Они начинали складываться в одну картину. 2015 год, девочка, бассейн, закрытый корпус. Анна нашла что-то связанное с этим. Её убили. И ключ от ячейки, где лежала папка с его прошлым, оказался в её руке.
Он взял записку с угрозой, перечитал её ещё раз. Почерк был грубым, но уверенным. Егор попытался представить лицо того, кто мог написать это. Михаил. В его голове снова всплыло лицо ночного гостя — спокойное, пустое. И мокрые следы на полу.
Егор не знал, кто написал записку. Но он знал, что должен найти этого человека.
Потому что он был следующим.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
