Мор Мо Корни, узлы и свобода

Узел первый. Корень

Вода красная, как кровь, солёная, как слёзы. Белёсый мёртвый бок торчит из воды.

Нет, он дёрнулся.

Два гребка — и берег, два рывка — и выполз на белое. Ни памяти, ни имени, ни прошлого. Только дрожь в руках, шум в ушах, да хромота в ногах.

Берег хрустел. Он оглянулся — кости. Выбеленные, гладкие косточки. Тысячи костей. Они ломались сухо и мелко.

Он встал, шагнул, упал.

И провалился.

Земля разверзлась, и он полетел в темноту, в запах сырой глины, в корни — скользкие, живые, как змеи после дождя. Грязь чавкала, втягивала по пояс. Он бился, увязал, задыхался.

А потом замер. Устал. И увидел свет.

Красный, зловещий круг света. Он струился из угла, где корни сплетались в высокий трон. На троне сидел Глиняный Дед. Глаза — две дыры. Носа нет. Рот — кривая глиняная пасть. Вместо рук — две лопаты.

Дед смотрел на возню и смеялся.

— Вот дурак, — грохотало из глиняного рта. — Ползи, дурак, по утробе земли. Ползи. Иначе корни сломают тебе хребет, оборвут каждую косточку — и выкинут на береговую груду воронью на утеху.

Он пополз. Грязь чавкала. Дед загребал своей длиннющей рукой-лопатой эту грязь и обмазывал его — голову, плечи, спину. И глиняно смеялся. Герой полз, давился комьями, цеплялся за скользкие корни. И выполз.

Сел у подножия трона. Обтёр ладонью лицо.

— Выполз, дурак, — спокойно промолвил Дед. — Смотри, безымянный. Смог разжечь огонь жизни.

Он опустил взгляд. Положил ладонь на грудь. Тепло под рукой.

Рука-лопата указала на спиленный корень, что служил столом возле трона. На столе лежал мешочек на ремешке.

— Забери своё.

Герой подполз, взял мешочек, подпоясался. Заглянул внутрь: прутик, сизое пёрышко, рыбья чешуя. Всего-то.

Поклонился Деду.

— Иди уж. Помни — даже грязюшка жить хочет.

— Куда же мне идти? — спросил он. Голос сиплый, тихий, но слова вернулись.

Дед усмехнулся. Глиняная пасть треснула в углу.

— Иди вверх, — сказал он. — По цветным ступеням. Семь ступеней, одна за другой. Оступишься — станешь берегом.

— А что наверху?

Но тут Дед разинул пасть широко-широко. Загудел, задрожал. И развалился на глиняные черепки да две лопаты. Корни трона раздались на стороны, а меж ними открылась узкая тропа.

Узел второй. Рыжее озеро

Идёт герой, хромает. Грязь на нём подсыхает, трескается.

И шёл он вроде по тропинке вверх из подземелья, а попал в сырую туманную низину. Туман зловещий, липкий. А озеро, всё в опавшей листве, удивительно рыжее. Воздух густой, сладкий. Озеро волшебное, дышащее, шепчущее.

Герой шёл с опаской, но оступился на скользкой тропе, упал да покатился прямо к воде. Вода шевелится, пахнет парным молоком, прелыми листьями, копчёной селёдкой. А в воде — девы-купалки, водянихи, щекотихи. Мечутся в воде. В рваных рубашонках бело-сизые шеи, нежные плечи, гладкие ноги.

— Поиграй с нами. Поиграаай. У нас тепло, у нас сладко.

Вода звала, шептала, напевала. Грязь да глина на теле героя снова размякла, тянула комьями лечь и забыться в тёплой рыжей воде.

Он опустил руки в воду по плечи. Скользкие, гладкие, гибкие руки оплели его. Стали тянуть. Уж почти окунулся. Но тут раздался разливистый смех, пролетел над водой. Герой дёрнулся от неловкости, отклонился назад да потянул за собой нежные девичьи руки.

— Ахаха, вот дуралей! Нахватался угрей! — голос звонкий, да дерзкий.

Герой глянул на свой улов и метнулся от озера. Тряс руками, пытаясь скинуть, избавиться от гадких, цепких угрей. Угри поизвивались в руках да моментом отпали.

— Хей, дуралей, беги ко мне поскорей.

Бежать поскорей не так-то легко, когда ты есть комок глины.

Он похромал от озера по дуге и на голос. И набрел… На здоровенную печь. Печь здорова, да вся в чёрной саже. Вкруг от неё торчали горелым остовом палки да головешки. Сгорела изба. На печи сидел бес. Лохматый, рогатый, весь в саже.

— Глиняный дуралей. Вылез, выполз, куда же теперь?

— Я… не… знаю…

— В печь полезай, в печь, в печь.

Герой посмотрел — печная заслонка открыта, внутри теплится нежно-оранжевым.

— Лезь, дуралей, допекайся.

Герой и полез. Внутри тесно, черно, жарко. Глина на коже задымилась, пошла пузырями. Пекло. Трещало. Глина застывала, облегала тело — что твоё полотно.

— Всё, вылазь! Заставь дурака богу молиться! — верещал противный бесёнок.

Герой вывалился из печи, похлопал себя по плечам, оглядел. А хорош: глина не треснула, не осыпалась, спеклась, стала гладкой да чёрной, с терракотовым отливом. Куртка села по широким плечам, рубаха — высоким воротом облегла шею. Порты не стесняли шага, на ногах — угольные же сапожки. По всем статьям молодец. На спине — отпечаток лопаты.

— Ишь какой нашёлся, — насупился бес. — И как тебя такого звать-величать?

— Не помню.

Герой вздохнул и обвёл взглядом местность. Куда идти дальше? Тропа кончалась у озера, а продолжалась там — на другом берегу. Узловатые, тёмные деревья-великаны обступали озеро по сторонам.

— Будешь Найдёном.

Герой поклонился и бесу.

— Хм. Вот тебе три совета на дорожку, — бес махнул на озеро лапкой. — Переплыви рыжее озеро вплавь, ничего не кидай в воду и иди по дороге за золотыми лучами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.