Мин Юэ Бессмертный мастер на подработке

Глава 1

Пятьсот лет назад Поднебесная пребывала в агонии. Великий бессмертный мастер с редким духовным корнем — Ши Сянь Чжэ, что означает «убийца бессмертных», залил кровью три сильнейших клана совершенствующихся. Настоящее имя все позабыли, но легендарное прозвище еще долго не сойдет с уст бессмертных.

История проклятого мастера началась две тысячи лет назад, когда-то он был беззаботным ребенком, мечтающим встать на путь бессмертия, и в этом ему повезло. Родиться с духовным корнем поистине редкое событие для смертных семей. Юноша быстро осиротел и в десять лет случайно оказался у порога клана. Ученики встретившие его, удивились: «Как смертный преодолел барьер? Может кто-то посмел тайно провести его?» Но проверив быстро убедились, что у юноши имеется духовный корень.

Практики выделяли пять базовых стихий: дерево, огонь, земля, металл и вода. Также существовали и более редкие: молнии, лед, тьма, свет, пространство и время. Каждая стихия определяла какие техники будут доступны будущему культиватору. А количество стихий — до какого уровня он сможет дойти. Если у совершенствующегося пять стихий, его корень считался мусорным, максимум развития — вторая стадия культивации. Таким юношам и девушкам можно было еще на начальном этапе забыть о вознесении. Они становились слугами клана, мыли полы, стирали белье, выполняли разную грязную работу. Их не обучали техникам и не давали в руки формации, считая бесполезными и отбросами.

Ши Сянь Чжэ в этом преуспел, духовный корень хаоса предполагал, что будущий мастер сможет владеть всеми пятью стихиями, которые не будут конфликтовать друг с другом при использовании различных техник. Но они решили, что у него мусорный, так как еще не знали о существовании такого легендарного корня. Обладатель дара, по древним трактатам, мог достичь больших высот, стать Истинным бессмертным и вознестись.

«Какая жалость, в тебе все пять стихий, — старейшина даже не взглянул на мальчика, — мусорному корню никогда не постичь дао. Иди домой и не трать мое время!» Он ушел, оставив Ши Сянь Чжэ стоять в недоумении. Клан ледяного пика считался одним из сильнейших, и без каких-либо испытаний оказал ему. Последующие пять лет, юноша скитался, приходилось воровать еду и ночевать под открытым небом словно зверенышу. Раз в полгода три клана проводили испытания, каждый раз юноше отказывали без объяснения причин. Они были так горды, что не хотели принимать к себе человека с мусорным корнем.

Когда он действительно хотел сдаться, даос-отшельник остановил его. Увидев потенциал сказал, что лично займется обучением. Уже в те времена в Ши Сянь Чжэ поселилась глубокая обида, пусть он и мусорный корень, но разве это мешает культивированию? За первые восемь лет он дошел до третьей стадии и уже мог пользоваться простыми техниками, даже полет на мече не доставлял трудностей. Старый даос поражался каждый раз, и не понимал почему мусорный корень способен преодолеть вторую стадию.

Оставив своего ученика на долгие пятьдесят лет, он скитался в поисках ответов. Так и нашлись древние трактаты о легендарных духовных корнях, они включали в себя владение: хаосом; пустотой, она позволяла поглощать чужие техники и уничтожать корни других людей; свет и запрещенный корень тьмы. Считалось, что стихия тьмы способна поглотить силу небожителя и даже разрушить весь мир. Ее практика порицалась, а культиваторов мгновенно выслеживали и убивали.

Достигнув четвертой стадии, Ши Сянь Чжэ решил вновь попробовать свои силы на испытании трех кланов. Они признали его талант, но побоялись брать на себя такую ответственность. Когда кто-то из клана совершал проступок, отвечать приходилось за это всем. Ши Сянь Чжэ не был примерным или добродетельным, он грабил смертных, развращал душу разными утехами. Среди бессмертных поговаривали, что даже если он талантлив, характер невозможно изменить.

Покинув своего учителя, он направился в Бездонную расщелину, такое странное название она получила благодаря экстремальному спуску. Немногие бессмертные решались даже приближаться к ней, поговаривали, что на дне нет ни единого лучика света и обитает множество опасных чудовищ. Озлобленный и не принятый миром, Ши Сянь Чжэ просидел в ней тысячу лет. Злые шепотки каждое мгновение совращали его душу, и нельзя сказать, что у них не получилось.

Достигнув шестой стадии и выбравшись на поверхность, он первым делом отправился в деревню, где жил с учителем. Мир сильно изменился за это время, не найдя старика, он решил собрать немного информации. Оказалось, что три клана не теряли времени и тоже стали сильнее, а его учителя убили за то, что он обучал других запретным техникам. Конечно ничего запретного даос-отшельник не делал, но на вопросы о том, где находится ученик, ответить не мог. Ведь действительно не знал, где попадает этот мальчишка.

Смерть учителя, что заменил ему родителей, стала последней каплей для Ши Сянь Чжэ. Первым делом он отправился в самый могущественный клан Ледяного пика. Кровь лилась рекой, везде, куда он ступал. Атаку им удалось отбить благодаря превосходству в количестве.

Позже Ши Сянь Чжэ наведался и в другие кланы: Пылающего Феникса и Нефритовой Скрижали. Большая часть культиваторов была уничтожена. Тоска на сердце не проходила, наоборот, ему казалось, что боль становиться лишь сильнее. Они никогда не воспринимали его всерьез, насмехались над учителем, который хоть и имел четвертую стадию, но был достаточно мудрым и терпеливым человеком.

Все три клана решили объединиться и с помощью своих артефактов уничтожить корень хаоса Ши Сянь Чжэ. Битва длилась несколько лет, повсюду царила неразбериха и лежали тела. В решающий момент удача улыбнулась им, и три клана победили, но тело великого бессмертного найти не удалось.

Артефакты, что помогли искоренить злодея, надежно спрятали от посторонних глаз, наложив сильные печати, главам пришлось пожертвовать собой, чтобы никогда не возродился такой человек, как Ши Сянь Чжэ. Из этой истории культиваторы сложили страшилку, чтобы пугать молодняк. Людей с редкими духовными корнями больше не появлялось.

Позже были основаны и другие кланы, менее внушительные по силе и территории. Казалось, что теперь то уж точно ничто не нарушит их процветание. Но спустя несколько сотен лет, начали появляться темные школы, которые практиковали запретные техники. Жизнь бессмертных, которая из-за демонов и духов, всегда не была спокойной, стала еще более непредсказуемой.

Ши Сян Чжэ ослаб и решил скрыться. Первый духовный корень беспощадно разрушен, а сила утеряна. Но великий бессмертный имел два корня, поэтому ему пришлось вновь спуститься в Бездонную расщелину и полностью посвятить себя культивации. Так прошло еще несколько сотен лет, на четвертой стадии он решил вернуться вновь в ту деревню. Многие позабыли, как выглядел убийца бессмертных, чаще всего его описывали как демона с острыми рогами и огромными клыками. Но был ли он таким на самом деле?

༺༻

— Мастер! Мастер Лин! Мастер просыпайтесь! — юный голос настойчиво кричал у двери небольшого домика.

Лин Хань медленно открыл глаза, в этот раз он случайно уснул на небольшом деревянном диване, читая «Легенды об убийце бессмертных». Слегка приподнявшись на локтях, мысленно выругался: «Блять, да кто там орет в такую рань, чтоб тебя цикады ночью в лес утащили»

— Мастер! Мастер, вы проснулись? — голос принадлежал ученику Юань Сяо. Этот энергичный гаденыш каждый день съедал пару-тройку нервных клеток мастера, иногда он даже думал, что выгнать его будет проще простого. Но юноша настолько упрям, что даже если забросить в Преисподнюю, все равно припрется обратно через пару дней.

Лин Хань неохотно поднялся, потирая затекшую шею. Книга так и осталась лежать раскрытой на странице о том, как Ши Сянь Чжэ, в одиночку почти вырезал весь клан Пылающего Феникса. Он любил читать по ночам, и считал этот род занятий самой удачной тратой времени. Небеса видимо возжелали справедливости и баланса, поэтому утро уже не назвать хорошим. Обычно он просыпался ближе к обеду, давал парочку наставлений ученикам и отправлялся по своим «важным делам». Отчего настроение сейчас источало ужасную скверну.

— Мастер!

— Замолчи уже. Сейчас выйду, — равнодушно произнес Лин Хань, в своих мыслях он бы хотел сделать что-то ужасное, например превратить сопляка в жабу. Но при всем желании не мог так поступить, кровный договор с главой клана еще не истек, а значит ему придется продолжать играть роль учителя.

За окном щебетали птицы, день обещал быть теплым и безоблачным. Лин Ханя это не радовало. Клан Тумана располагается между двумя сопками, чаще всего преобладает дождливая погода, но в такие дни как сегодня, всегда приходят дурные вести. «Что им от меня нужно, — он нащупал кувшин с остатками вчерашнего чая, — неужели Глава У наконец-то решил отпустить меня Да нет, бред какой-то.» Запах исходящий из кувшина ударил в нос, заставив Лин Ханя поморщиться, чай явно пережил свое лучшее воплощение и теперь больше походил на жижу для формации.

Дверь нерешительно открылась, Юань Сяо широко улыбнулся, сложил руки в приветствии и быстро поклонился.

— Этот ученик приветствует мастера!

— Опять твоя тетка принесла то пойло?

— Нет! — ученик поднялся и замахал руками, — вас позвал к себе глава У и просил передать что дело срочное!

— Хорошо, идем

Юань Сяо радостно закивал, в отличии от других он не боялся мастера. Сам Лин Хань считал, что у него напрочь отсутствует инстинкт самосохранения. По пути к главному залу, мастер мысленно перебрал все возможные варианты: «Стоит ли мне уничтожить этот клан? А может просто сбежать? Может кто-то решил напасть на нас? Но мне-то какое дело до этого? Ублюдок-старикан точно что-то замышляет!»

— Мастер, вы какой-то хмурый не выспались?

«С вами выспишься, ага. Ну и денек, надеюсь меня хотя бы вкусно накормят или дадут немного денег. Горный чай или сливовое вино тоже подойдет я не привередливый, но если он скажет что-то про судьбу мира, развернусь и уйду. Вертел я ваш мир на причинном месте!»

— Мастер? О чем вы так глубоко задумались?

— Что? — Лин Хань вынырнул из размышлений, оглядывая вход в главный зал. — Ты можешь идти, не думаю что тебе стоит входить туда со мной.

— Слушаюсь! — Юань Сяо вновь поклонился и быстро удалился.

Лин Хань махнул рукавом, переступая порог главного зала. В центре сидел незнакомец, попивая чай из фарфоровой пиалы, будто он здесь хозяин. Черные волосы заплетены в высокий конский хвост, голубая мантия с белыми вставками выдавала его принадлежность к клану Нефритовой Скрижали. И пусть он довольно красив, но с внешностью Лин Ханя не сравнится: длинные распущенные волосы цвета воронова крыла, не отражали и капли света; бледно-золотые глаза; темно-коричневое ханьфу, из-под него выступала белоснежная рубашка, по бокам от плеч струились золотые цепочки, придавая образу утонченность настоящего мастера. Любая красавица желала поближе познакомиться с ним, охомутать и выскочить замуж, но Лин Ханя такое не интересовало.

«Ох ты ж, чувство собственного величия этого бессмертного поражает, может он тот самый мудак, которому мы задолжали денег?»

Глава У, старик в потрепанной одежде с недовольным лицом и поросячьими глазками, восседал рядом. Увидев Лин Ханя, слегка приподнял бровь, неумело изображая удивление, будто не посылал ученика привести мастера. Он указал на подушку рядом с незнакомцем, приглашая присесть. Лин Хань молча опустился на нее, уставившись в упор на незнакомца, возможно, желая таким образом испепелить гостя. Но он, на удивление, невозмутимо допил чай и поставил пиалу на низкий столик с едва слышным звоном.

— Наставник приветствует главу У и его гостя, — Лин Хань слегка склонил голову. — Позвольте представиться, меня зовут Лин Хань, мастер боевых искусств клана Тумана.

— О-о, это правда вы? — незнакомец наконец подал голос и отвлекся от чая, — я наслышан о наставнике Лин, говорят вы лучший в этом прекрасном месте

«Ха, ты правда это сказал, идиот. Мы каждый день молимся, чтобы крыша не протекла, что в этом прекрасного? Готов поспорить, что ты проиграл какое-то пари и только поэтому приперся сюда».

— Кто вы и зачем пришли к нам? — взяв себя в руки, скучающе произнес Лин Хань.

— Прошу простить мою неучтивость, — незнакомец сложил руки в приветствии, — меня зовут Вэнь Цзюнь, клан Нефритовой Скрижали, племянник Старейшины Вэнь.

«Снова этот ебучий Вэнь Юй, трусливая псина. Только и мог молить о пощаде. Неужто семью успел завести, да еще и старейшиной стать. Надо было прикончить его первым». Глава У Нун покашлял, привлекая внимание:

— Господин Вэнь прибыл к нам с важным поручением. Я хочу чтобы старшие ученики, под твоим присмотром, выполнили его.

— Глава, вы уверены? — Лин Хань бросил на него презрительный взгляд, но старик сделал вид, что не заметил этого.

— Здесь все необходимые сведения, — Вэнь Цзюнь достал из рукава свиток и протянул его, — наши мастера сильно заняты и не могут прибыть на вашу территорию. На собрании трех великих кланов было принято решение поручить это вам. Мы верим, что вы с легкостью справитесь. Я знаю о вашей нелюбви к лишним хлопотам, но прошу, перед окончательным решением хотя бы взгляните.

«Заняты они, конечно. Лень свои задницы оторвать и хоть что-то сделать». Лин Хань принял свиток и раскрыл его, быстро пробежав глазами по тексту. В нем расплывчато говорилось о том, что духи уже месяц изводят смертных. Никаких конкретных деталей он не обнаружил, какого уровня духи или может сколько погибших или пропавших. Как будто они взяли первую жалобу, что попалась на глаза и решили подбросить в клан Тумана.

— За задание также предполагается награда, тридцать лянов! По возвращению, я постараюсь удвоить эту сумму, — Вэнь Цзюнь достал из рукава пять лянов, — это задаток, прошу, возьмите.

В глазах Лин Ханя пробежала искра: «Тридцать лянов!? Что же там за духи такие ай, плевать! Денежки, денежки, рад вас видеть мои маленькие!» Глава У снова покашлял, но мастер Лин уже не мог отвести глаз от серебра.

— Мы выполним вашу просьбу, — Лин Хань спрятал серебро в рукав, не сводя глаз со свитка.

Формация — это рисунок, высшая математика мироздания, боевое искусство и инженерия духа одновременно.

Серебряный лян — это слиток весом примерно от 31 до 37 граммов серебра. В повседневной жизни один лян равнялся 1200 - 1500 мелким медным монетам с квадратным отверстием, которые назывались цянь.

Глава 2

Лин Хань, едва переставляя ноги, вышел из главного зала, серебро настолько вскружило голову, что пришлось согласится. Лишь спустя пару пиал чая сознание прояснилось. Солнечные лучи больно ударили в глаза, он прищурился проклиная про себя всех богов и сегодняшний день. Тридцать лянов, конечно, грели душу, а при лучшем исходе их будет шестьдесят, но мастер даже толком не разобрался в сути. Какие там духи, насколько опасны, что вообще случилось. Вопросы вертелись в голове словно рой надоедливых мух, и ответить на них уже никто не сможет.

На ходу он развернул свиток еще раз, пытаясь найти между строк истину или что-то полезное. Содержание гласило: «Три недели злые духи мучают окрестности деревни Ляншань, просьба скорее разобраться с этим». Написано столь сухо, что вероятно никто не захотел вмешиваться.

«Не верю, что Вэнь Юй не приложил к этому руку. Многовато совпадений, сначала нас допускают на великое испытание, теперь дают задания. Как клан, который был основан всего пятьдесят лет назад может быть им так интересен. Конечно, мне это на руку, но все же» Лин Хань не заметил, как дошел до тренировочной площадки. Сбавив шаг, до него донеслись приглушенные голоса:

— Я говорю правду! Мастер даже не ударил меня!

— Чушь наверняка он очень зол

«Они всерьез обсуждают меня?»

— Думаете он придет?

— Конечно! Я слышал, что прибыл важный гость и поэтому глава позвал мастера!

— Важный гость? Глава взялся за старое?

— А еще мастер выглядел крайне мрачно! Вы бы видели его лицо, он наверняка медитировал, но я прервал его. Мастер теперь точно накажет меня?

Лин Хань выглянул из-за угла, ученики стояли полукругом, Юань Сяо активно жестикулировал, изображая, как мастер якобы «медитировал» на циновке, но на самом деле захрапел перечитав развратных книжек. Ученики рассмеялись, пародия удалась на славу. «Ц, бешеный, что ты несешь! Жабой стать захотелось!?»

— Всех обсудили? — Лин Хань вышел из тени, ученики моментально умолкли.

— Приветствуем мастера Лин, — хором произнесли они, слегка склонившись.

— Довольно, — Лин Хань махнул рукой, — что развеселило вас в такой час?

— Мы вовсе не веселились, мастер — Юань Сяо перевел взгляд на остальных, — верно?

Они закивали, бросая многозначительные взгляды друг на друга. Лин Хань скрестил руки на груди, рассматривая учеников с таким презрением, будто они и не люди вовсе, а стая голодных шакалов учуявших кусок мяса.

— Ха-а, нам поручено отправится в деревню Ляншань и избавить смертных от злых духов. Я не могу взять всех, поэтому кто пойдет со мной, решайте сами.

— Я пойду! — выкрикнул Юань Сяо подняв руку так резко, что потрепанный рукав ханьфу едва не порвался на подмышке. Он напоминал ошпаренного пса: глаза горят, уши покраснели, темные волосы торчат во все стороны. Лин Хань мысленно закатил глаза: «Ты и так в каждой жопе затычка».

— Мастер, не берите брата Юань, — фыркнула Су Юй, поправляя высокий хвост. Она стояла немного дальше, скрестив руки на груди, — он даже циркуляцию ци еще не освоил.

— Что!? — воскликнул Юань Сяо резко повернувшись к ней. — Да твоя техника «тлеющая искра» может только бумагу поджечь! От тебя толку, как от мокрой тряпки! Будешь только под ногами мешаться!

— Зато я сильнее! Ты даже не можешь этот забор сломать, — Су Юй кивнула в сторону покосившейся ограды, — я видела как ты лупил по нему, а он как новый!

Уши Юань Сяо заметно покраснели, кулаки сжались сами собой, он был готов бросится на нее и избить. Лин Хань наблюдал за этим спектаклем с каменным лицом: «Почему они не могут решить? Вот же морока, лучше бы чаю принесли или вина да, лучше вина!» Голос подала Шу Ин:

— Мастер, я возьмите меня с собой

Тихая и невзрачная девица, которую чаще можно спутать с бревном. Криво обрезанные волосы падали на плечи, на левом виске красовался новый синяк, наверняка она снова собирала травы и во что-то врезалась. Шу Ин держала руки за спиной и перебирала пальцами, для нее заговорить с мастером — особое испытание духа. Ученица помрачнела и опустила взгляд, поняв, что сболтнула лишнего.

— Мастер Лин, — вечно молчаливый Фэн Цзэ сделал шаг вперед, — возьмите Юань Сяо с собой, ему необходима практика для повышения уровня.

— А? — Юань Сяо быстро заморгал, не веря своим ушам, — братец Фэн не зазнавайся! Но я согласен, мастер должен взять именно меня!

— Я тоже хочу! — Су Юй схватила Юань Сяо за воротник, — Почему именно ты, а? Считаешь себя достойным помогать мастеру? Да как ты

— Умолкните, — прервал тираду Лин Хань, — раз не можете решить сами, это сделаю я. Фэн Цзэ и Юань Сяо идут со мной, у вас два часа на сборы

Мастер Лин резко развернулся и направился в свой домик: «Демоны! Эти сопляки точно демоны! Как они могли так утомить меня! Будь моя воля — вообще никого не стал бы брать! Да и сам бы не пошел! Кому вообще нужны эти смертные! С духами договориться не могут, идиоты!»

Захлопнув за собой дверь, он прислонился спиной к шершавой поверхности, закрыл глаза и медленно вздохнул пытаясь успокоить разум: «Какого хрена я вообще согласился? Продал себя за тридцать лянов, как последняя шлюха!» Лин Хань оттолкнулся от стены, прошелся по комнате, задев плечом книжный шкаф и остановился в центре. Книги жалобно покачнулись, свиток с каллиграфией, висевший на стене, колыхнулся от дуновения ветра. Глава У обустроил этот домик еще три года назад, тогда он казался приличным стариком, но иллюзии быстро разрушились.

Засмотревшись на свиток, память услужливо подкинула картинку их первой встречи. Тогда Лин Хань все еще не мог прийти в себя из-за смерти учителя, он напивался каждый божий день. Старый хитрый лис подловил его в самый нужный момент.

«Условия сделки простые, — промурлыкал старик, — я никому не скажу кто ты и отдам формации твоего учителя, взамен любой из моих учеников должен попасть в один из великих кланов». Они скрепили сделку кровавым договоров, нарушивший его будет до самой смерти испытывать мучительную агонию.

Лин Хань открыл глаза, золотые зрачки блеснули в полумраке комнаты, едва сдерживаемая ярость рвалась наружу. Взгляд упал на небольшую фарфоровую вазу, единственную более-менее приличную вещь в этом убогом месте. Он схватил ее и в следующее мгновение ваза ударилась о стену, разлетевшись на осколки. «Сжечь бы это место и забыть, как страшный сон», — мастер Лин опустился на корточки, коснувшись пальцами осколка; капля крови выступила алой бусиной, скатилась по фарфору и упала в щель между досок. — «Как я мог повестись на это дерьмо?»

Он поднялся, отряхнул одеяние от несуществующей пыли, кровь запеклась, оставив тонкую красную полоску. Лин Хань всем сердцем ненавидел это место и при любом удобном случае разнес бы здесь все на щепки. И хотя сейчас у него все еще четвертая стадия, но до пятой оставалось совсем немного. Возможно, после задания ему удастся сформировать крепкое духовное ядро и встать на путь золотого. Проходить этот путь дважды совсем не хотелось. От духовного корня хаоса не осталось ничего, что можно было бы использовать, а корень тьмы развивается очень медленно и доставляет множество неудобств. О запрещенных техниках культивации мало сведений, и стараться нужно еще более упорно. Как раз в этом деле очень пригодились бы формации учителя.

Когда старик У говорил, что знает кто он, вряд ли имелся ввиду самопровозглашенный великий бессмертный Ши Сянь Чжэ. Скорее он и не подозревает, какую змею пригрел на своей груди. Да и скрывать личность оказалось не так уж сложно, настоящее имя человека потрясшего всю Поднебесную — знали единицы. Если бы учитель был жив, вряд ли одобрил бы всю эту затею. Он всегда был против таких радикальных методов. Истинная цель культиватора — вознесение, но у Лин Ханя не было такого стремления. Из-за чужого влияния он мечтал стать кем-то, чтобы с ним наконец-то начали считаться. Даже на первый взгляд мусорный корень способен посеять хаос и потрясти Небеса.

«Неужели меня сломает кучка учеников и старый мошенник?» — мысль прозвучала слишком бодро в голове. Вся суть крылась даже не в добровольном заточении, а банальном унижении. Некогда сильнейший культиватор, сформировавший золотое ядро и способный вознестись, пал так низко, что должен играть роль никчемного наставника за десяток лянов в месяц.

За дверью послышались шаги, топот двух пар ног моментально успокоили разум. Лин Хань бросил на осколки первую попавшуюся на глаза тряпку.

— Мастер! Мы готовы! Можно войти? Я принес ваш любимый чай! — голос Юань Сяо казался слишком воодушевленным. Этот мальчишка не мог усидеть на месте, с одной стороны его рвение можно понять, находясь уже на пятом уровне второй стадии, ученик обязан выполнять простые задания, но клан Тумана не имеет такой роскоши.

Лин Хань прикрыл глаза и тяжело вздохнул, в висках пульсировало, кровь начинала закипать от раздражения: «Если я сойду с ума и стану злым духом, буду винить только тебя, идиот!»

— Мастер? Если вы злитесь, после задания я простою сутки под дождем на коленях! Или можете ударить меня! — Юань Сяо забарабанил по двери кулаком, — мастер? Вы в порядке?

— Брат Юань не стоит так бить по двери, — Фэн Цзэ схватил юношу за рукав.

Лин Хань схватился за ручку и дернул на себя. Юань Сяо замахнулся для очередного удара и замер, Фэн Цзэ тут же опустил его руку.

— Мастер, простите за шум, вы же знаете нрав брата Юань

— Хватит воздух сотрясать, заходите, — Лин Хань отступил в сторону, указав на столик, — чай можешь оставить там.

Юноши осторожно переступили порог, словно заходили в логово тигра. Юань Сяо поставил чай на указанный мастером столик и присел рядом с ним, принявшись разливать по пиалам. Фэн Цзэ засмотрелся на книги, ходили слухи, что в покоях мастера можно найти запрещенные техники, но сейчас с виду они казались вполне обычными.

— Мастер, что именно нам нужно будет сделать в деревне? — спросил Фэн Цзэ, не отрываясь от книг. Он довольно умен и проницателен, но чаще тих и скромен. Достигнув восьмого уровня второй стадии, считался лучшим учеником клана.

— Какие-то духи мучают местных, это вся информация что у нас есть.

— Какой уровень? — Юань Сяо запихнул в рот шарик из рисовой муки, который принес вместе с чаем.

— Прошло уже три недели с момента начала беспорядков, я думаю это голодные духи или бесы болезней. Господин Вэнь из Нефритовой Скрижали лично доставил задание, вероятно они слишком заняты, чтобы возиться со слабой нечистью, — Лин Хань взял со стола пиалу с чаем и скептически на нее уставился. — Вы должны запомнить только одно правило, если я скажу вам уйти, вы вернетесь в клан без вопросов.