Милана Усманова Его вторая жена

Глава 5

Я не спала почти всю ночь, всё ещё не верилось, что стала свободна. И молилась, чтобы интрижка мужа длилась как можно дольше. Пока Оксана с ним, Виталик не будет обращать на меня внимания. И если его новая пассия и правда в положении, в чём я сильно сомневалась, то рождение ребёнка заставит и вовсе забыть обо мне. Чудесно!

Хлопнула дверь, буквально выдернув меня из краткого сна. Вернулась Лёля. Я посмотрела на часы, почти двенадцать. Ого! Раньше мне не удавалось поспать и до семи, надо было готовить всем завтрак.

– Мама? – раздался голос дочери, – есть кто?

Шаги приблизились к двери спальни, и послышался робкий стук:

– Оксана?

– Заходи! – Скинув одеяло, поднялась с кровати.

– Ты здесь? – Удивилась дочь, открыв дверь, – а где отец и Окси?

– Съехали, вчера вечером, – потянулась я, – будут вить своё гнёздышко. Папа купил квартиру.

– Вот как, – нахмурилась дочь, – мне теперь с тобой жить?

– Разве плохо? – её слова ранили. – Когда-то ты любила оставаться со мной.

– Вспомнила, – махнула рукой Лёля, – это было триста лет назад. Отец мне денег передал?

– Нет, – пожала плечами, – позвони, спроси у него. Поди не откажет.

– И на что мы будем жить? – тон дочки стал недовольным, – сидеть на хлебе и воде?

Я села на кровать:

– Лёля, ты в самом деле не видишь, что происходит в нашей семье? Считаешь нормальным иметь двух жён? Ты бы хотела, чтобы твой муж поступал с тобой также, как отец обращался со мной? Бил, унижал?

– Вела бы себя нормально, – огрызнулась дочь, – он нас обеспечивает, мы живём намного лучше, чем другие. Вот это я вижу. Не хочу считать копейки! Не хочу ходить в старых вещах! Зачем мне такая жизнь?

– Лёля, разве жизнь меряется деньгами? Для тебя ничего ценнее нет? – как же больно ударили по нервам её слова.

– А чем?! – Ольга кричала на меня, вымещая свою злость, – если хочешь есть, надо платить, хочешь одеться, надо платить, хочешь куда-то поехать, надо платить! За всё! Оставь свои сопли при себе!

Она вышла, громко хлопнув дверью. Вот тебе и новая жизнь, со старыми проблемами.

Лёля заперлась в своей комнате, и мне было так даже легче. Я прошла на кухню, поставила чайник на плиту. Есть не хотелось. Вспомнила про тетрадку, где писала всё, о чём мечтала. Достала свой старенький ноутбук, положила записи рядом и стала просматривать список университетов с нужной мне профессией. Реклама предлагала кучу курсов бухгалтеров. В самом деле! Можно ведь обновить свои знания и там. А высшее получить серьёзней. Передо мной открылся список специальностей одного небольшого, но довольно престижного института, известного ещё с советских времён. Среди различных профессий мелькнула одна – аудитор. Почему бы и нет? Уверена, при должной подготовке смогу поступить и на грант. Учебное заведение привлекло меня ещё и тем, что находилось далеко от дома и там не учился никто из друзей Лёли или детей наших друзей.

Пока уж лучше хранить всё в тайне, Виталик мне получить профессию не даст. Ему нравилась власть надо мной, зависимость от его подачек. Так он контролировал всю мою жизнь.

Я выбрала курсы, кликнула на сайт и замерла. Сумма немаленькая. Где же её взять? У меня было скоплено немного денег для мамы. Этого хватит на месяц оплаты, а обучение длится вдвое дольше.

Пошла в кабинет, ставший моей комнатой, и вытащила маленькую шкатулку, где лежали драгоценности. Виталику нравилось баловать меня в первые годы нашей семейной жизни. Пара золотых цепочек, кулон, небольшие серёжки с крохотными бриллиантами и несколько тоненьких колечек. Тогда муж не зарабатывал так много, как сейчас, но мы были счастливы. Или мне так казалось… Нет, я искренне любила супруга и радовалась каждому его успеху, помогала чем умела, обеспечивала надёжный тыл, совсем забыв о себе. Ведь когда-то я мечтала работать, создать свою фирму бухгалтеров для мелких компаний, которые стараются не брать много персонала. Диплом аудитора распахнёт передо мной двери приличных контор. И я перестану быть бесплатным приложением к своему мужу.

Расставаться с подарками было тяжело, каждый из них напоминал о счастливых событиях моей жизни. А что делать? Попросить денег у мужа не могу, занять негде, да и чем отдавать? Вздохнула, вытащила из шкатулки цепочку и пошла собираться, прежде хорошенько спрятав тетрадь и удалив историю поиска на ноуте.

Выбрала хороший костюм тёмно-серого цвета, к нему тёмно-зелёную блузку. Уложила волосы в высокую причёску, подкрасилась. Косметика почти вся пришла в негодность. Даже вспомнить не могу, когда в последний раз ей пользовалась. Тушь пришлось разбавить молочком для снятия макияжа. Она будет сыпаться, но пару часов выдержит. Я собиралась в ломбард, отыщу где-нибудь подальше от дома, а потом заеду, посмотрю, что мне предложат на курсах.

Вытащила из заначки те крохи, что удалось скопить, убрала в сумку. У меня не было даже портмоне. Зачем, если не зарабатываю. Так считал муж.

Перед крыльцом ломбарда разнервничалась, никогда раньше не бывала в таких местах. Казалось, все смотрят на меня с осуждением, как на забулдыгу, пришедшую сдать последнюю ценную вещь. Набрала в грудь побольше воздуха и открыла дверь. Улыбчивая девушка за стойкой приветливо кивнула мне. Дрожащими руками достала цепочку, положила её перед собой.

– Я хотела бы сдать, – замялась немного.

– Это ваше? – девушка окинула меня оценивающим взглядом.

– Да, только чек не сохранился, – не знаю, нужен ли он им, само вырвалось.

– Ничего страшного, ваш паспорт.

– Зачем? – вздрогнула я.

– Так положено.

– Хорошо, – документ был со мной.

Дверь отворилась, и на пороге я увидела мужчину, что окинул витрины цепким взглядом мента. За годы жизни с прокурором научилась безошибочно определять работников правоохранительных органов. Невольно вздрогнула, заслонив собой стойку. Девушка подозрительно взглянула на меня, но промолчала.

Мужчина подошёл к витринам, разглядывая лежащие там драгоценности, часы, различные гаджеты. Он был высоким, широкоплечим, светлые волосы коротко острижены, по-военному. Нельзя было назвать его красавцем, но что-то притягательное было во внешности. Синие, как весеннее небо, глаза, нос уточкой, тонкие, но чувственные губы. Я отвела взор, неприлично столь пристально разглядывать человека. Девушка тем временем заполнила какой-то бланк, проверила цепочку и записала мой номер телефона. С формальностями было покончено, и она отсчитала мне причитающиеся деньги, выдав их с графиком платежей.

– Вы можете выкупить своё украшение, тут всё указано, – кивнула она на бумагу.

Я быстро сунула всё в сумку, поблагодарила её и поспешила к выходу. Мужчина потерял интерес к витринам и последовал за мной.

Глава 6

Незнакомец догнал меня на улице:

– Девушка, стойте!

Я запаниковала, что ему нужно от меня?

– Кто вы такой? – остановилась, не приближаясь к мужчине.

– Нет, – внезапно лишился незнакомец всей своей решимости, – ничего. Я просто увидел вас… Вам нужна помощь? – он смутился окончательно.

– Благодарю, у меня всё в порядке. До свиданья, – ответила жёстко, не давая повода продолжить разговор. Не хватало мне ещё ловеласов из полиции. Есть уже один, как бы теперь от него избавиться.

– Простите, – окончательно стушевался мужчина и направился в другую сторону.

Я передёрнула плечами, словно сбрасывая с себя это навязчивое внимание. Не люблю общаться с незнакомцами. За годы жизни стала настоящим отшельником, впрочем, и раньше тусовщицей не была.

Прошлась через сквер, успокаивая мысли, вышла к нужной остановке и дождавшись автобуса, поехала узнать о курсах.

Классы, где и проходили занятия, располагались в светлом трёхэтажном здании, меня встретила женщина лет сорока. Приятная и общительная.

– Александра Владимировна, добрый день! Меня зовут Ирина Васильевна. Проходите, я расскажу вам обо всех наших направлениях.

Она подробно изложила все программы, предусмотренные на курсах, варианты оплаты, очные и онлайн формы обучения. Мне даже спросить было нечего, видно, человек отлично знает своё дело. Мы подобрали нужную мне программу.

– Я бы хотела обучаться удалённо. Мне так будет удобней.

– Но очная форма эффективней, вы же понимаете? – Мягко настаивала Ирина Васильевна на своём.

– Да, безусловно, но, боюсь, у меня не будет времени для посещения курсов.

Обучение предполагалось интенсивным, по четыре дня в неделю. Но очная форма была только по вечерам. А в это время моё отсутствие будет слишком заметным для Лёли и Виталика.

– Жаль, – кивнула Ирина Васильевна, – онлайн-форма удобней для многих. Вы можете выбрать любое время, вам пришлют видеоурок и задания к нему. Опросы преподавателей проходят с утра. Мы не из тех контор, где не заботятся, как обучаются наши ученики. Так что, спрос строгий, имейте в виду.

– Я готова, – улыбнулась в ответ, – мне нужны знания.

– О, если будете прилежно учиться, предложим ваше резюме потенциальным работодателям.

– Чудесно. Буду рада.

Мы ещё немного побеседовали и расстались полностью довольные друг другом.

Я заплатила за обучение и, радостная, вернулась домой. Но по пути зашла в магазин косметики, купила краску для волос, маски для лица и хороший питательный крем. Пусть скажут, что транжира, но мне надоело быть серой мышью. Я была другой: солнечной, весёлой, красивой. И хотелось снова вернуть хоть толику той прежней меня.

Дома обычная рутина затянула в свои тенёта. Перенесла вещи в спальню, выкинула всё, что осталось после поспешного отъезда Виталика с Оксаной. Поставила стирку, приготовила обед на скорую руку, помыла полы и, пока Лёли не было дома, зашла на сайт своих курсов, где мне уже была отведена личная страничка с расписанием занятий.

В душе точно бушевал ураган, сметая старые страхи и тревоги. Вот оно – моё будущее! Мой первый шаг! И пусть пока мне придётся скрываться и путь будет долог, очень долог. Ничего, когда жизнь подходит к сорока, начинаешь ценить время. Я и так потеряла слишком много.

Вечером после ужина, Лёля закрылась в комнате, всё ещё дуясь на меня, будто это я лишила её привычной жизни. Я лишь пожала плечами и отправилась к себе, обложилась учебными материалами, которые мне выдали на курсах. Новый налоговый кодекс, брошюрки по компьютерным программам бухучёта, в которых не смыслила вообще ничего. Жизнь ушла далеко вперёд, пока я занималась грязным бельём, готовкой и ублажением собственного мужа.

Хлопнула входная дверь, заставив меня вздрогнуть. Ключи были у Виталика. Я поспешно спрятала учебники и вышла в коридор.

– А, здесь, – проворчал муж, стягивая галстук.

Он схватил меня за руку, притащив на кухню. Лёля тоже показалась из своей комнаты, встав в пороге.

– Оксана потеряла ребёнка, – Виталик медленно багровел, что не предвещало для меня ничего хорошего, – всё из-за тебя. Твои нападки вынудили нас уехать отсюда. Стресс, переезд. И вот результат.

– Большой вопрос был ли у неё ребёнок, – впервые я не опустила глаза в ответ на нападки. Он всё равно меня изобьёт, так стоит ли молчать, – сходи вместе с ней к врачу. Ты прокурор, а о такой малости, как доказательства и не подумал.

– Заткнись! – сорвался Виталик. – Не смей оговаривать мою жену.

– Жену? – Усмехнулась я, – а в свидетельстве о браке стоит почему-то моё имя.

Супруг бросил гневный взгляд на Лёлю, и та моментально скрылась в комнате. Он поднялся со стула и навис надо мной:

– Это всё ты. Ты своей ненавистью убила нашего ребёнка.

– Ты бредишь, – я невольно сжалась, в предчувствии худшего.

Первый резкий удар в плечо, рука повисла плетью, а я глухо застонала, не хотела пугать Лёлю, которая, итак, наверное, всё слышала. Виталик за шкирку вытащил меня из-за стола, развернул к себе спиной, скрутил руку и нагнул, задирая мой халат.

– Не трогай меня, – я пыталась оттолкнуть его, даже прикосновения мужа вызывали брезгливость и отторжение.

– Ты моя жена, исполняю свой супружеский долг, – хмыкнул он и дёрнул руку кверху. Боль прострелила плечо, и я обмякла, не в силах двигаться, почти теряя сознание.

Виталик порвал на мне бельё, послышался звук расстёгиваемой ширинки и боль пронзила снова. Уткнувшись в стол, стиснула зубы, дожидаясь, когда всё закончится. Муж рванул халат, рукой схватился за грудь, сжав до боли. Хорошо, что с годами его потенция была далека от юношеской, ещё несколько фрикций и Виталик обмяк, тяжело дыша. Всё закончилось.

Он отпустил меня, застёгивая штаны:

– Я буду делать это, когда захочу. Ты моя жена. А Оксане пока нельзя заниматься сексом.

Он умылся тут же на кухне, бросил на стол деньги, как шлюхе, и вышел из квартиры.

Живот скрутили спазмы, и я опрометью метнулась в туалет, весь мой ужин вылетел наружу. Содрогаясь от приступов рвоты, стащила с себя халат и остатки белья, сунув их в помойку.

Так больше продолжаться не может.

Глава 7

Утром я позвонила в частную клинику, благо деньги от цепочки ещё остались, записалась к хирургу и зафиксировала все побои, то же самое сделал у гинеколога. Сердобольная женщина-врач, сокрушённо качала головой, обрабатывая мои раны.

– Вам надо написать заявление в полицию.

– Мой муж – прокурор, у него все менты с руки едят.

– Это просто чудовищно, – возмутилась она, – проходят века, а женщины порой остаются так же бесправны, как и в Средневековье. Александра Владимировна, если вы решитесь на развод, вызывайте меня в суд.

– Спасибо вам, – от души поблагодарила я отважную женщину.

Заключение она мне настрочила на несколько страниц, красочно, профессиональной терминологией расписав каждую царапину.

– Держите и удачи вам, Александра Владимировна.

Я попрощалась с ней, и уже открыла дверь кабинета, когда врач окликнула меня:

– Погодите, а вы были у хирурга?

– Да, и его заключение тоже взяла.

– Это правильно, но давайте вернёмся к нему. Идёмте со мной.

Закрыв кабинет на ключ, женщина снова привела меня к хирургу.

– Владимир Иванович, наложите, голубчик, Александре Владимировне лангет, – она подтолкнула меня вперёд к недоумевающему доктору.

– Позвольте, Любовь Михайловна, но к этому нет показаний.

– Показаний нет, а муж, избивающий при любом удобном случае, есть, – суровым тоном ответила врач.

– Вот оно что, – хирург поправил очки, – присаживайтесь, барышня.

Владимир Иванович ловко наложил мне лангет на кисть, достал бандаж, «упаковал» туда мою руку и обездвижил фиксатором, притянув её к телу.

– Александра Ивановна, вам надо подать заявление, – мужчина закончил и теперь осматривал свою работу.

– Не могу, – покачала я головой, – толку не будет.

Хирург понимающе кивнул: видать, не одна я была такая.

– Правильно сделала, Любовь Михайловна, что привела вас ко мне. Как правило, лангет отрезвляет задиристых мужей, хоть какое-то время он побоится вас трогать. Дайте мне заключение.

Я подала бумагу, и Владимир Иванович, разорвав, выкинул его в ведро. Достал новый бланк:

– Вот что, моё заключение: травматологический вывих плечевого сустава. Надеюсь, это обеспечит вам хоть пару месяцев спокойной жизни.

– Спасибо вам, – растрогалась от такого внимания, глаза защипало от слёз. Я так отвыкла, что обо мне кто-то заботился.

Врачи переглянулись.

– Берегите себя, Александра Владимировна, – хирург протянул мне новое заключение, – я понимаю, обстоятельства бывают разные, но садист всегда им и останется, и дальше будет только хуже.

Любовь Михайловна проводила меня почти до выхода, напомнив про суд. Я вернулась домой, столкнувшись в коридоре с Лёлей. Она удивлённо посмотрела на повязку.

– Что? И это ты тоже считаешь нормальным? – тихо спросила я её.

Дочь ничего не ответила, обулась, буркнула, что придёт поздно, и скрылась за дверью. Я не винила Лёлю ни в чём, лишь сожалела, что она росла такой же жестокой, как отец. Детям порой это свойственно. Она годами смотрела на то, как он унижал меня, впитывая сызмальства, что сильному человеку всё дозволено.

Вечером заявился Виталик, вломился в спальню и, увидев повязку, затормозил у порога.

– Что это?

– Вывих плеча, пришлось обратиться к врачу, – спокойно ответила я.

Супруг пожевал губами, разглядывая бандаж, потом махнул рукой, развернулся и вышел из квартиры. Я облегчённо вздохнула, прав был Владимир Иванович, теперь я смогу жить спокойно хоть какое-то время.

Началась учёба, захватившая меня с головой. Кодексы, формы налоговой отчётности, цифры поглотили меня полностью. Преподаватели были довольны моими успехами. Я снова почувствовала себя нормальным человеком, не придатком к дому. Желая вновь обрести свободу, скачала на просторах интернета книгу по семейному праву. Изучу её вплоть до каждой буковки и запятой. Прекрасно понимаю, что суды не встанут на мою сторону и мне надо быть готовой к любому повороту событий. Даже снятые побои не послужат для судей доказательством, они все друзья и коллеги моего мужа, и все встанут на его сторону. Я готова отказаться от всех притязаний, лишь бы только снова стать свободной и независимой. Но для этого нужна работа. Единственный способ выжить, прокормить себя и дочь. Лёле через год исполнится восемнадцать, Виталик вряд ли будет содержать её дальше.

Супруг за это время почти не появлялся, дожидаясь, пока заживёт моя рука. Он испугался обращения в больницу, ведь раньше я так никогда не поступала, ждала, пока всё заживёт само.

Лёля готовилась к поступлению и сидела днём и ночью за планшетом, либо моталась по репетиторам. Она совсем отдалилась от меня, много времени проводила с отцом, который водил её в выходные везде, где она хотела, купил её новый телефон и кучу одежды, показывая, как хороша жизнь с ним.

Денег, что муж давал, едва хватало на продукты и оплату коммуналки, пришлось урезать все траты, как только можно.

– Опять макароны, – ворчала Лёля, заглядывая в кастрюлю, – а Окси вчера жарила креветки, мои любимые, – дочь брякнула крышкой и брезгливо отодвинула посуду, – лучше к отцу пойду на ужин.

Я знала, что Оксане глубоко наплевать на мою дочь, но внезапно она стала добра и мила с ней. Дарила подарки, водила в кафе и лучшие спа-салоны. Люди не меняются, не может в один момент прожжённая хабалка превратиться в милую девушку. Пыталась объяснить это дочери, но всё в итоге свелось к тому, что Лёля накричала на меня.

– Ты сама ничего в жизни не добилась! Живёшь за счёт отца, он сделал для тебя всё! И теперь ты просто завидуешь! Противно даже слушать тебя.

Дочь перестала со мной общаться, и ночами я всё чаще плакала в подушку, не понимая, как заслужила подобное обращение. Ведь всё детство была рядом: в садике, школе. Собрания, утренники, подготовки праздников. Никогда у Лёли не было от меня тайн, она рассказывала обо всём. Когда дочь успела так перемениться? Почему попала под влияние отца? Она говорила его словами и думала его мыслями. Но хуже того, она впитывала как губка каждое слово Оксаны. Что она могла заложить в голову моей дочери? Презрение к семейным ценностям? Уверенность в том, что всё можно заполучить самым низким и недостойным способом?

Эти мысли разъедали мне душу, отравляя существование.

Глава 8

Июль крепко сжимал город в жарких объятьях солнечных дней, запылил листву в скверах, окрасил кожу людей загаром, рассыпал по лицам конопушки.

Разморённые жарой, молчали птицы, прятались в тени собаки и кошки, а люди спасались на работе и дома с помощью кондиционеров.

Я шла по небольшому скверу после промежуточных тестов на курсах, результаты были отличными, да и как могло сложиться иначе, если в моей жизни, кроме учёбы, ничего не осталось. Дочь совсем отдалилась, муж игнорировал, каждый месяц урезая размер своих подачек. Сейчас я и вовсе осталась одна. Виталик забрал Лёлю, и они все вместе, естественно, с Оксаной, уехали отдыхать.

Мои размышления прервал телефонный звонок. Выкинув недоеденное мороженое, которое капало на пальцы, достала сотовый. Номер незнакомый. В трубке раздался приятный женский голос:

– Александра Владимировна?

– Да, кто говорит?

– Меня зовут Ольга Павловна, ваш номер дала мне Ирина Васильевна, куратор курсов. Мы хотели бы предложить вам работу в нашей фирме. Интересует?

– Да, – ответила я чуть севшим от неожиданности голосом.

– Подходите на собеседование, после обеда, адрес вышлю сообщением.

– Спасибо, я приду.

Звонок завершился, а у меня в руках всё так же был зажат телефон. Не верилось, что меня пригласили на работу. Ирина Васильевна выполнила своё обещание. Забросив сотовый в сумку, поспешила домой, хотелось привести себя в порядок, а не идти на собеседование потной, как из бани.

Эти месяцы начала заниматься пилатесом, тело обрело прежние формы, с удовольствием я рассматривала в зеркале утончившуюся талию и красивые ноги, подтянутые бёдра. Кожа лица, благодаря маскам и уходу, избавилась от своего серого цвета, посвежела. Краска для волос снова вернула блеск шевелюре. Дома я старалась «заретушировать» эти изменения, опасаясь, что Виталик вновь набросится на меня. Зализывала волосы в «бабулькину» гульку, не красилась, носила просторные халаты.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.