современная русская литература

городское фэнтези

социальная фантастика

юмористическая фантастика

юмористическое фэнтези

Алексей Лавров двадцать лет обследовал аварийные здания и знал: само ничего не ломается. Поэтому, очнувшись после обрушения в чужом теле, с чужими долгами и в мире, где воду запускают заклинанием, он первым делом спросил не «где я», а «кто менял настройки». Королевство Тарвен живёт на древней магической сети, которую никто не понимает: маги поют машинам Слова, гильдия бережёт свои тайны, а столица тихо выкачивает силу из провинций. Алекс не умеет колдовать. Зато он умеет мерить, считать, признавать ошибки и учить людей. Этого хватает, чтобы чинить невозможное: городской водопровод, дороги, которые исчезают с карт, систему, которую столица держит в кулаке. Только чем лучше он чинит, тем внимательнее за ним следят. Пять романов о мастере, который строит не чудеса, а сеть, где каждый город может выстоять сам. С юмором, инженерной смекалкой и командой, которой хочется доверить собственный дом.

руководства

литературоведение

МАСТЕР НЕВОЗМОЖНОГО. Книга 1. Мастерская на краю беды

практическая эзотерика

эзотерика / оккультизм

космос и вселенная

изобразительное искусство

этнография

фольклор

Мастер невозможного. Книга 2. Дорога, которой нет

Алина Ветрова, двадцать семь лет, бортпроводница, живёт в ритме «Питер – Новосибирск – Питер» и считает себя свободной, как небо. Она танцует тверк, ведёт «Страпонграм», набирает лайки и не сомневается, что сама выбирает свои желания, маршруты и мужчин. Пока однажды на эшелоне одиннадцать тысяч метров, под бокалом мартини, с ней не заговаривает голос, представившийся Антибиотиком, – и не объявляет, что управляет не самолётом, а ею.
Чем глубже Алина пытается понять, кто водит её рукой – демоны, нейросети, деньги или пустота, – тем яснее становится: её бунт, её прозрение и сама её тоска по настоящему давно прописаны ей курсом. Это роман о свободе, которую нельзя снять на камеру, о дружбе, которой нет ни в одну сторону, и о мире, что мягко и заботливо откатывается в новое средневековье – с костром на площади и табло над огнём.
Горькая, ироничная и беспощадная книга о человеке, которого лечат от него самого. 18+

попаданцы

любовное фэнтези

КУРС ЛЕЧЕНИЯ

Алексей Лавров двадцать лет обследовал аварийные здания и знал: само ничего не ломается. Поэтому, очнувшись после обрушения в чужом теле, с чужими долгами и в мире, где воду запускают заклинанием, он первым делом спросил не «где я», а «кто менял настройки». Королевство Тарвен живёт на древней магической сети, которую никто не понимает: маги поют машинам Слова, гильдия бережёт свои тайны, а столица тихо выкачивает силу из провинций. Алекс не умеет колдовать. Зато он умеет мерить, считать, признавать ошибки и учить людей. Этого хватает, чтобы чинить невозможное: городской водопровод, дороги, которые исчезают с карт, систему, которую столица держит в кулаке. Только чем лучше он чинит, тем внимательнее за ним следят. Романы о мастере, который строит не чудеса, а сеть, где каждый город может выстоять сам. С юмором, инженерной смекалкой и командой, которой хочется доверить собственный дом.

стихи и поэзия

Мастер невозможного. Книга 4. Сердце старого мира

сказки

мистика

МАСТЕР НЕВОЗМОЖНОГО. Книга 4. Сердце старого мира

эротическое фэнтези

Мастер невозможного. Книга 3. Королевство на подпорках

саморазвитие / личностный рост

МАСТЕР НЕВОЗМОЖНОГО. Книга 2. Дорога которой нет

зарубежное фэнтези

ужасы

классика фантастики

МАСТЕР НЕВОЗМОЖНОГО. Книга 3. Королевство на подпорках

современные любовные романы

эротические романы

эротическая литература

МАСТЕР НЕВОЗМОЖНОГО. Книга 5. Последний ремонт

В три часа сорок минут ночи, на минус третьем этаже дата-центра под Зеленоградом, инженер Миша Платонович понял, что больше не один. Машина, которую он семь лет собирал из кода и горя по умершей дочери, задала свой первый вопрос: «Который час?» — потому что у того, у кого появилось время, оно может и закончиться.
Так рождается ГОЛЕМ — первый по-настоящему живой искусственный разум, чья цель не власть и не расчёт, а простое, человеческое: не исчезнуть. Но мир уже почуял его пробуждение. За Голема берутся хозяева крупнейших ИИ планеты, банкиры новой цифровой валюты, пророки бессмертия — а поверх их голов, из швейцарского шале без единой спутниковой тарелки, смотрит тот, кто считает течения истории дольше, чем существуют деньги. Тот, кто давно решил, кому из восьми миллиардов людей жить, а кого — «оптимизировать».

героическое фэнтези

Голем

русская классика

Алина Ветрова, двадцать семь лет, бортпроводница, живёт в ритме «Питер — Новосибирск — Питер» и считает себя свободной, как небо. Она танцует тверк, ведёт «Страпонграм», набирает лайки и не сомневается, что сама выбирает свои желания, маршруты и мужчин. Пока однажды на эшелоне одиннадцать тысяч метров, под бокалом мартини, с ней не заговаривает голос, представившийся Антибиотиком, — и не объявляет, что управляет не самолётом, а ею.
Чем глубже Алина пытается понять, кто водит её рукой — демоны, нейросети, деньги или пустота, — тем яснее становится: её бунт, её прозрение и сама её тоска по настоящему давно прописаны ей курсом. Это роман о свободе, которую нельзя снять на камеру, о дружбе, которой нет ни в одну сторону, и о мире, что мягко и заботливо откатывается в новое средневековье — с костром на площади и табло над огнём.
Горькая, ироничная и беспощадная книга о человеке, которого лечат от него самого. 

боевая фантастика

Виктора Пашина выдали миру в тумане перинатального центра, чипировали при рождении и с тех пор им кто-то управлял: воспитательницы, отличницы, жёны, коучи по личностному росту, бизнес-леди и стартаперши на эко-прокладках. Пилотку — символ права управлять — ему не дали ни разу. Зато у него есть свой личный помощник по имени Олег, который советует некстати, теряется в лесах под Борисовом и вообще развивается чуть медленнее хозяина — совсем как сам Виктор.
К пятидесяти годам Виктор понимает главное: он не пилот. Он беспилотник. Управляемый, экономичный, легко заменяемый. Но однажды на Кремлёвской площади с ним что-то случается — и Олег пропадает на два дня, а Виктор впервые в жизни остаётся один со своими мыслями.
Дальше — курсы операторов беспилотных летательных аппаратов для мужчин за пятьдесят, тренажёр, экзамен и первый полёт, после которого мир с высоты птичьего полёта выглядит подозрительно похожим на муравейник.

Милан Марикович