Ее день рождения стал вторым Днем Рождения. Прибежавшая на шум Теа, нашла побелевшую дочь без сознания. Была вызвана скорая, которая немедля забрала Эйслин в реанимацию. Вскоре была найдена причина случившегося – выпитые девушкой таблетки от высокого давления на фоне собственного, низкого, спровоцировали опасное для ее жизни состояние. К счастью, врачи оказались настоящими профессионалами и спасли Эйслин. Когда она пришла в себя, то обнаружила кислородную маску на своем лице и множество трубочек, шедших к венам на двух руках. Затем усталым взором она заметила заплаканные лица матери и сестры, виноватый, внезапно резко протрезвевший взгляд отца, и сочувствующий, добрый – старшего брата.
Девушка пробыла в больнице девять дней, и лишь когда состояние стабилизировалось, ее отпустили домой. Эйслин же не терпелось покинуть больничные стены и скорее оказаться в родном доме. Однако близкие этот несчастный случай расценили как неудавшуюся попытку самоубийства, и сколь не пыталась девушка доказать родным обратное, те остались при своем мнении. Лишь Розалин, поджав губы, бросил Эйслин наедине фразу, что она «притворщица и манипуляторша». Злость родной сестры неприятно удивила и больно ранила девушку.
Новость о случившемся с Эйслин Брукс разнеслась по улице, на которой они жили, и, конечно же, стала известна и в школе. Теперь девушка то и дело ловила косые, любопытные взгляды учеников и ощущала себя крайне дискомфортно и одиноко. К тому же, теперь три раза в неделю, она обязана была ходить на консультации к школьному психологу, который, вместо того, чтобы помочь, на деле еще больше вгонял Эйслин в чувство вины.
Возможно, так продолжалось и дальше, однако школьный психолог заболел, и на ей на замену пришла доктор Селена Свит. Это была темноволосая, статная женщина, один раз в неделю преподававшая в университете и ведущая так же частные консультации. Как только Эйслин познакомилась с миссис Свит, она поняла – эту женщину послал ей Бог. За шесть занятий они добились таких результатов, о которых их школьный психолог могла лишь только мечтать. Подход к проблеме доктора Свит был нестандартный – вместо того, чтобы предложить посмотреть на проблему со стороны и перестать «жертвоваться», она предложила иное – рассказать о своих чувствах и мыслях, искренне выслушивая девушку и помогая ей достать затаенную боль из себя. Теперь Эйслин действительно ощущала себя лучше, значительно избавившись от ощутимого груза вины, львиная доля которого была из-за несчастных отношений родителей. Это дало ей большой прилив сил. Так же она начала прорабатывать собственную значимость, ценность и право на существование, право не только на позитивные, но и на отрицательные эмоции, которые в ее семье почему-то не разрешались именно ей. Эйслин начала делать попытки выбраться из удушающего, парализующего кокона «хорошей девочки», которой она была с самого раннего детства. Это давалось достаточно болезненно и, порой, невыносимо трудно. Постоянно возникающее чувство вины пыталось вернуть девушку в прошлое, в прежнее, загнанное состояние, однако Эйслин проявила стойкость и упорство, продолжая помогать самой себе. Миссис Селена Свит на последней их встрече предоставила девушке список рекомендованной литературы по психологии личности, а так же оставила свою визитку, напоминая, что она всегда готова подсказать Эйслин, как справиться с проблемой. Мисс Брукс тепло попрощалась с доктором и вскоре накупила часть книг. С упоением и доскональной внимательностью она стала изучать их, делая некоторые практические упражнения и тем самым буквально вытаскивая себя из состояния болота.
Родители не сразу поняли и приняли изменения младшей дочери – им казалось, что та стала слишком замкнутой и несговорчивой – на самом же деле та просто пыталась сохранить свой духовный баланс и оградить себя от крайне болезненных переживаний. Хотя отец после того страшного случая уже почти как два года вел трезвый образ жизни, отношения родителей были натянутые и неприязненные – девушка буквально кожей ощущал их постоянное взаимное неудовольствие друг другом. Как-то в их разговоре, довольно громком, который они вели вечером у телевизора, она случайно услышала брошенную фразу, родители живут вместе лишь из-за нее. Пораженная, Эйслин спряталась у себя в комнате. В эти минуты она была вновь четырехлетней девочкой, боявшейся потерять любовь мамы и папы. Девушка тихо плакала, ощущая, как ее внутренний голос осуждающе говорит ей, что все эти двадцать лет ссор родителей, пьянства отца, унижение и невыносимая усталость матери были лишь из-за одной причины, из-за нее, Эйслин. В этот момент она действительно хотела исчезнуть, чтобы вместе с ней исчезли все проблемы ее родителей. Девушка чувствовала, что просто сходит с ума. Груз необъяснимой, тягостной вины словно обвил ей горло, мешая нормально дышать. Внезапно, раздался звонок на мобильный телефон – на дисплее высветилось имя старшего брата. Так как он звонил крайне редко, Эйслин не могла проигнорировать его.
Дэвид звонил с фантастическим предложением (памятуя о недавнем несчастье с сестрой и не забыв о ее детских и юношеских мечтах) – он предложил ей билет в Нью-Йорк. Абсолютно не раздумывая, Эйслин согласилась. У нее оставалось три с половиной месяца до переезда в город своей мечты. И она считала каждый день до этой даты. За это время Дэвид взял заем для обучения сестры, а родители, что удивительно, поддержав дочь, продали старую квартирку на окраине Линкольна и добавили необходимую сумму для взноса в колледж. К тому моменту Эйслин уже окончательно определилась с выбором профессии, решив, что психология-это ее. И в этом была немалая заслуга доктора миссис Селены Свит, которая вдохновила собственным примером успеха и профессионализмом девушку на это. К небывалой радости мисс Брукс, ее верная подруга-Джулия тоже собиралась учиться в Бруклинском колледже, она выбрала другую специальность, связанную не с отношениями, а с финансами. Теперь Эйслин ощущала себя так, будто мир, наконец, открыл перед ней свои любящие объятия, давая шанс воплотить свои мечты в реальность…
Глава восьмая
Эйслин проснулась, когда на часах показывало половина шестого утра. Абсолютно выспавшаяся и отдохнувшая, она прошествовала в ванную комнату. «Сегодня тот самый день», – твердила девушка сама себе, наслаждаясь теплыми потоками воды, льющимися на ее голову. Волнение, радостное ожидание – все томилось в груди Эйслин. Искупавшись, мисс Брукс собрала влажные волосы в хвост и, надев пижаму, осторожно вышла из своей комнаты. Настенные часы показывали пять пятьдесят. Пройдя по просторному коридору, девушка свернула направо и оказалась на кухне. Там никого не было. Решив преодолеть свою природную застенчивость, Эйслин стала готовить завтрак – для себя и Дика. Она отыскала все необходимые ингредиенты для омлета и, мастерски смешав их, поставила готовиться блюдо. Теперь нужно было заварить чай или же сделать кофе? Девушка наклонилась, разыскивая в нижнем шкафчике пакет с чаем. В коридоре раздался приглушенный шум, и через секунду на кухне оказался Дик. Видимо, тот вернулся с утренней пробежки. Вспотевший, он стянул с себя серую футболку и протянул руку к бокалу, и только тогда заметил присутствие здесь Эйслин. Девушка замерла у холодильника, прижавшись спиной к его гладкой дверце. Сама того не осознавая, она во все глаза смотрела на полуобнаженного Дика, на его широкие плечи, рельефный живот… Марлоу самодовольно улыбнулся, однако напомнил себе, кто именно стоит перед ним. Вежливым тоном он вывел Эйслин из оцепенения:
– Доброе утро, Эйслин. Ты хорошо поспала?
Услышав его голос, девушка кивнула головой и стыдливо отвернулась, уставившись взглядом в готовившейся омлет. Только после этого она смогла ответить относительно ровным голосом:
– Доброе утро, Дик. Да, спасибо, я выспалась и полна сил. Даже завтрак решила приготовить для нас. Вы едите омлет?
Приятно удивленный ее заботой, Дик умолчал о том, что обычно он завтракает в шикарном ресторане на первом этаже, где ему обязательно каждое утро подают стейк из красной рыбы и овощи, приготовленные на пару. Вместо этого, улыбнувшись, он ответил:
– Омлет – это отлично! Настоящий завтрак спортсменов! Сейчас я быстренько приму душ, и мы сможем вместе позавтракать.
Не успела Эйслин ответить, как Дик покинул кухню, оставив мисс Брукс со смятенными чувствами. Признаться, она не ожидала, что мистер Марлоу находится в такой прекрасной физической форме. Он был красив и опасно сексуален. Не больше. Девушка отыскала тарелки и разложила на них омлет. В это время как раз вернулся Дик, уже одетый в деловые брюки и темно-серую рубашку. Мужчина по достоинству оценил кулинарный подвиг Эйслин и, закончив завтракать, искренне поблагодарил ее. В знак признательности он сварил для мисс Брукс кофе. Сварил, конечно, было громко сказано. На столе красовалась баснословно дорогая кофемашина, и, нажав на несколько кнопочек, Дик через несколько минут подал Эйслин бокал ароматного капуччино. Себе же он сделал эспрессо. Девушка с наслаждением выпила напиток и поблагодарила Дика. Вымыв посуду, она уже собиралась пойти переодеться, но мужчина остановил ее, аккуратно попридержав ее за запястье левой руки.
– Не торопись, – произнес он, скользя взглядом по ее лицу. Сердце девушки упало вниз, и волнение охватило Эйслин. Отчего-то ей показалось, что сейчас Дик поцелует ее. Вместо этого он протянул ей небольшую папку на кнопочках со словами:
– Здесь все необходимое для тебя, Эйслин: ключи от входной двери, моя визитка, визитка таксиста, который будет возить тебя колледж и обратно, и кредитка. Пользуйся всем этим, пожалуйста.
– Ого, – удивилась девушка, раскладывая на столе все вышеперечисленное. Взгляд ее остановился на визитке таксиста. Она осторожно спросила:
– Дик, личный таксист, это, наверное, чересчур. Это лишние затраты и неудобства.
Мужчина холодно улыбнулся и ответил:
– Эти затраты абсолютно незначительны для моего финансового положения – это раз. А про неудобства. Эйслин, признайся, ну неужели тебе хочется каждый раз толкаться в многолюдном метро, идти по непогоде, бояться опоздать, когда у тебя есть такая возможность – спокойно, без нервов и чужих, липнувших к тебе тел, доехать до колледжа?
Он был прав. Девушка, опустив глаза вниз, незаметно улыбнулась, а потом сказала:
– Да, Дик, вы правы. Спасибо… Ну а кредитка… Зачем? Я не могу ее взять.
– Ну вот, начинается, – с легкой улыбкой на чувственных губах начал мужчина, обходя Эйслин и направляясь к выходу из кухни, – ты решила придраться к моим стараниям? Я просто пытаюсь проявиться как заботливый старший друг. Надеюсь, ты помнишь о нашем с тобой соглашении.
Он испытывающее посмотрел на девушку, и та лишь кротко ответила:
– Да.
– Я рад, что ты не забыла. На карточке триста долларов – ты можешь потратить их по своему усмотрению, хотя я уверен, что половина их уйдет у тебя на покупку книг и тетрадей для учебы. А теперь, переодевайся, я провожу тебя до такси.
Для своего первого дня в колледже Эйслин выбрала слегка зауженные бежевые брюки из плотной ткани, лодочки в тон, на устойчивом каблуке и кремово-белую блузку из приятного телу, струящегося материала. Повертевшись, совсем недолго, у зеркала в ванной комнате, вдохновленная собственным отражением, девушка нанесла розовый блеск на губы для завершения своего образа. Довольная, она прихватила свою черную сумочку и уверенной походкой вышла из комнаты. Дик уже ждал ее. Лениво-оценивающий взгляд мужчины прошелся по девушке – начиная со светло-каштановых волос и вниз, до острых носов туфелек. Она была хороша собой и невероятна свежа, как новый, желанный приток воздуха… Заметив пристальное внимание мужчины, Эйслин обеспокоенно поинтересовалась:
– Дик, что-то не так? Я нарушила дресс- код?
Марлоу с усилием отвел глаза от необычайно стройных ног девушки и посмотрел на ее одухотворенное, светлое лицо. Боже, она становилась красивее и красивее с каждым днем!
– Все отлично! – уверенным тоном заверил он девушку. – Ты выглядишь не как ученица, а как успешная сотрудница, например, в моей фирме.
Ответом был веселый, теплый смех Эйслин. Она спешно положила в сумочку папку со всем необходимым и последовала за мужчиной. Они вместе спустились на лифте на первый этаж, затем Дик лично усадил девушку в такси, предварительно перед этим бросив пару фраз водителю, отчего тот слегка побледнел. Эйслин поблагодарила мистера Марлоу и, не сдержавшись, весело помахала ему из окна машины, когда такси стало отъезжать. Дик ответил лишь коротким кивком головы, и только легкая улыбка, коснувшаяся губ мужчины, выдала его настроение.
Эйслин благополучно добралась до колледжа и, попрощавшись с таксистом, поспешила к главным воротам, где ее уже ждала улыбающаяся Джулия, одетая в элегантный брючный костюм черного цвета, так эффектно подчеркивающий фигуру подруги. Да, та знала, как произвести первое впечатление. Девушки радостно обнялись, сделав друг другу искренние комплименты, а затем, взволнованные и смеющиеся, подошли к посту у входа на территорию кампуса. Улыбающийся мужчина, проверив документы подруг, выдал им пропуска, которые они повесили на шеи – так было принято среди учащихся. Еще немного поболтав, в том числе и о внезапном переезде Эйслин, а так же о Брюсе, который спрашивал про нее, подруги расстались, каждая из них пошла на свой урок, в отдельно стоящие друг от друга здания.
Первое занятие было крайне увлекательным и началось со знакомства их группы, в которой было шестнадцать человек, девять из них – девушки. Преподаватель – приятная женщина за сорок пять лет, с крупными кудрями на голове и громким, дружелюбным голосом, представилась, как Анджела Росс. Затем каждый из учащихся назвал свое имя, откуда он и почему решил стать психологом. Некоторые волновались, рассказывая о себе, другие же амбициозно заявляли о своих мечтах, Эйслин же скромно сообщила всем, что хочет научиться помогать себе и людям.
Атмосфера всего дня была наполнена спокойствием и приятным общением. Эйслин отметила, как много среди учащихся людей разных национальностей и конфессий. Только в их группе было три африканки, один китаец, две девушки – мусульманки из Марокко, с которыми она сразу нашла общий язык, один парень из Индии, остальные были из разных штатов страны. И такое многообразие было в каждом потоке, не зависимо от направления специальности. На обед Эйслин пошла вместе с одногруппницами в столовую, где, уместившись все вместе за одним большим столом, вкусно перекусила местным сэндвичем. После было еще одно занятие, направление которого стала арт – терапия, и это был последний урок на сегодня. Через минуту после его окончания, раздался телефонный звонок – это была Джулия, которая страстно желала увидеться с мисс Брукс. Они встретились у выхода из кампуса, и присели на одну из скамеек, где стали обсуждать события прошедшего дня. Темноволосая подруга, завершив свой эмоциональный рассказ, приправленный острыми словечками, сообщила:
– Брюс приглашает тебя, ну и нас, на уик-энд отдохнуть всем вместе. Ты как?
Эйслин улыбнулась, вспоминая приятное ощущение от общения с молодым человеком, его заботу и внимание к ней в первый день их встречи. Ей захотелось вновь увидеть его.
– Я не против, – ответила девушка, – но пусть это будет не слишком долго.
– Из-за мистера Марлоу? – пытливо изучая взволнованное лицо подруги, спросила Джулия. Та, закусив зубами нижнюю губу, кивнула головой. Затем пояснила:
– Не хочу подводить его. Может быть, ему не понравится, если я приеду слишком поздно.
Темноволосая подруга демонстративно закатила свои большие глаза, произнося:
– Ну что же это такое? Этот мистер Марлоу взял на себя роль заботливого папочки, и ты, вижу, не против.
Перед глазами Эйслин всплыла утренняя картина и полуобнаженный Дик, жадно пьющий воду. Девушка нервно сглотнула, и, переведя дыхание, поправила Джулию:
– Не папочки, а старшего друга.
– Мм, звучит интересно, – усмехнулась подруга, доставая зеркальце из сумочки и подкрашивая губы темным блеском.
– Старый, почтенный мистер Марлоу теперь друг моей подруги, – смеясь, заключила она.
– Он не старый, – пояснила Эйслин, отчего-то все больше смущаясь.
– Ага, – недоверчиво согласилась Джулия, – он такой старый, что хочет, чтобы ты сидела целыми днями подле него и вязала ему шерстяные носки.
Тут уж Эйслин нечего было ответить, вместо этого она рассмеялась веселым, добрым смехом. Вскоре, памятуя о договоренности с Диком, она вызвала такси и, уже спустя час, ехала в направление Аппер Ист Сайд, где теперь девушка жила. Подумать только! Аппер Ист Сайд! Один из самых роскошных районов Нью-Йорка, место шика и гламура. Когда прошлым вечером они первый раз ехали сюда, Эйслин и представить не могла, где обитает Дик Марлоу. Девушка догадывалась, что он богат, но не думала, что настолько, что мог позволить себе просторную квартиру на самом верхнем восемь пятидесятом этаже небоскреба. Но сегодня, отъезжая на такси от дома, она была действительно поражена, увидев этот роскошный район, его улицы, магазины и богато одетых людей. И сейчас, возвращаясь назад, Эйслин ощущала невероятное волнение от осознания того, что ей предстоит самостоятельно зайти в парадное фойе дома, и, возможно столкнуться с жильцами и персоналом. Вчера, как и нынешним утром, в компании Дика, она чувствовала себя значительно увереннее, нежели теперь. Однако ее опасения оказались беспочвенными – знакомый молодой человек приветливо поздоровался с ней, и девушка самостоятельно добралась до квартиры. Без труда отперев дверь, Эйслин спешно закрыла ее и пошла в свою комнату, внимательно прислушиваясь – нет ли хозяина квартиры дома. Тишина. Девушка была одна. Довольная собственным одиночеством, мисс Брукс переоделась в широкую футболку и домашние брюки и, удобно уместившись за столом, перечитала записанные сегодня лекции. Это далось ей легко и не заняло слишком много времени. Поэтому, спустя сорок минут, Эйслин была уже совершенно свободна. Терзаемая любопытством, она решила в спокойной обстановке осмотреть квартиру.
Чувствуя себя нарушительницей порядков и одновременно исследовательницей, девушка, минуя кухню, оказалась в просторной гостиной. Вчера у Эйслин не было возможности хорошенько все разглядеть, но теперь она могла это с удовольствием сделать. Итак, это была просторная, светлая комната, во всю стену которой шли панорамные окна. Идеально чистый черный пол сиял мягким, матовым светом. У левой стены расположился массивный кожаный диван темно-вишневого цвета, перед ним стоял изящный столик из стекла и серебристого металла. Противоположная стена была занята фотографиями гор и массивными полками, на которых стояли фигурки парусных кораблей, а так же какие-то книги, будто сошедшие со средневековых картин. Удивленная таким вкусом Дика, Эйслин заглянула в следующую комнату и чуть не ахнула от восхищения: это было куполообразное помещение из блестящего черного мрамора, потолок и окна были из тонированного стекла. В середине же расположилось просторное джакузи, которое без стеснения уместило минимум двух взрослых людей. Наверное, здорово, вот так, глядя на звезды, плескаться в бурлящей воде… Интересно, мистер Марлоу предпочитает расслабляться здесь один? Щеки мисс Брукс вспыхнули от этих мыслей, и она покинула эту комнату, возвращаясь на кухню. Эйслин пообещала себе больше не подходить к помещению с джакузи, так же она решила остерегаться восточной части квартиры, где, вероятно, была спальня Дика.
Желая отвлечься, девушка проверила шкафчик и холодильник в поисках продуктов. Судя по всему, мистер Марлоу основательно закупился – на полках были и охлажденное мясо кур, и, кажется, баранина, так же, отдельное место занимали морепродукты – креветки, красная рыба, другой отсек доверху был набит разнообразными овощами и фруктами. Приятно пораженная таким обилием еды, Эйслин решила приготовить что-то особенное вкусное. Отыскав в интернете подходящий рецепт, девушка спустя час приготовила ароматно пахнущий венгерский гуляш. Поужинав в одиночестве и прибравшись на кухне, мисс Брукс зашла в свою комнату. Настенные часы показывали половину седьмого вечера. Девушка, усевшись на свою широкую кровать, взяла телефон и стала проверять свою почту, однако внимание ее постоянно отвлекалось: внимательно прислушиваясь, она ожидала услышать шаги Дика. Затем, устав от этого бессмысленного занятия, она, прихватив халат, отправилась в ванную комнату. Долой мысли о мистере Марлоу, Брюсе или ком-то еще! Пришло время расслабиться. Наполнив ванну водой с ароматной пеной, Эйслин с наслаждением погрузилась в нее. Сейчас она чувствовала себя просто шикарной женщиной, ведь интерьер вокруг нее был просто роскошным и, наверняка, разработанный каким-нибудь ультрамодным дизайнером. Черно-белая ванна с огромным зеркалом во всю стену, с качественной сантехникой, черным потолком, освещаемым точечными светильниками, при определенном режиме создающим иллюзию ночного неба, была продуманной до мелочей и для максимального комфорта. Купаясь, мисс Брукс постаралась не думать ни о чем, и направила свое внимание на приятные ощущения: теплая, чистая вода, мягкая пенка с ароматом сандалого дерева, ванили и жасмина, спокойствие и благодарность… Посвятив расслаблению около часа, Эйслин вышла из ванной комнаты умиротворенная и сонная. Она нырнула под невесомое одеяло, и тот час заснул сладким сном.
Дик бесшумно провернул ключ в замочной скважине и зашел в свою квартиру. Легкий, еле уловимый аппетитный аромат доносился с кухни. Мужчина прошествовал туда и с приятным удивлением обнаружил ужин. Вот так Эйслин! Вновь позаботилась о нем. Накладывая блюдо в тарелку из тончайшего фарфора, Дик поймал себя на мысли, что он улыбается. Ему было действительно приятно, что девушка не забыла про него, приготовив поесть. Сегодня был достаточно активный день, поэтому мужчина не успел заехать в свой любимый ресторан, где обычно предпочитал ужинать. Марлоу был слишком занят и увлечен встречей с Катарин – рыжеволосой красоткой, которая вот уже как несколько месяцев была его новой любовницей. Они познакомились на одном из светских раутов, организованных в честь открытия ювелирного магазина. Катарин, одетая в облегающее красное платье, сразу привлекла внимание многих мужчин, однако лишь под обаяние Дика она смогла попасть.
Признаться, мистер Дик Марлоу был лакомым кусочком для многих присутствующих (и, конечно,) отсутствующих женщин. Было в нем что-то такое, совмещавшее магнетическое обаяние и ледяную самоуверенность, небрежную галантность и уловимую опасность, исходящую от него. Многие красотки – замужние и свободные – просто млели и почти мгновенно очаровывались, стоило Марлоу обратить на них хоть какое-то внимание. Слухи о его любовных победах и небывалом успехе на финансовом рынке в дополнении к необычной, брутальной внешности делали его одним из самых завидных холостяков и любовников Нью-Йорка.
Сейчас же, немного утомленный, но почти полностью удовлетворенный, Дик Марлоу лениво доедал свой ужин, сидя в одиночестве на кухне и мысленно рассуждая, как же хорошо, когда дома тебя ждут.
Разбуженная сильной жаждой, Эйслин еще какое-то время лежала в кровати, решаясь покинуть ли спальню или перетерпеть. Наконец, осознав, что потребность выпить чистой, фильтрованной воды не даст ей теперь заснуть, девушка, укутанная в плюшевый халат голубого цвета, поплелась на кухню. Лишь остановившись на ее пороге, Эйслин поняла, что оттуда идет слабый свет, а это значило, вероятно, что хозяин квартиры уже вернулся. Нерешительно замешкавшись у двери, девушка уже собиралась вернуться назад, когда глубокий, мужской голос почти ласково обратился к ней:
– Доброй ночи, Эйслин, тебе не спится?
– Доброй. Я заглянула попить, – глухим, все еще сонным голосом ответила она, продолжая стоять на пороге. Дик поднялся на ноги и налил ей в прозрачный бокал воды. Затем поставил его на стол и попросил:
– Посиди со мной, Эйслин, расскажи, как прошел твой день.
Он все еще стоял, ожидая девушку. Та медленно опустилась на стул, и только тогда мужчина вернулся на свое место. Тонкие пальчики обвили приятную прохладу бокала. Эйслин почти залпом выпила всю воду, а затем, наконец, посмотрела на Дика. Тот сидел напротив нее, все в тех же брюках, что были на нем утром и рубашке, только верхние пуговицы ее он расстегнул, обнажая загорелую шею, а рукава засучил, показывая крепкие, мускулистые руки. На смуглом лице мужчины блуждала легкая, плутовская улыбка.
– Видишь, доедаю твой ужин. Спасибо, что приготовила, – начал он беседу. Девушка улыбнулась и ответила:
– Пожалуйста. Мне приятно, что Вам понравилось.
Дик скользнул взглядом по лицу и фигуре мисс Брукс – на светлой, сливочной коже лица деликатно проступил розовый румянец, светло-каштановые волосы выбились из привычного хвостика, и теперь игриво-непокорно обрамляли красивое, утонченное лицо. Теплый плюшевый халат делал этот образ почти по-домашнему уютным, если бы не обнаженные, длинные ноги изумительно красивой формы, которые сейчас соблазнительно выглядывали из-под стола. Интересно, они такие же гладкие и нежные, как кажутся сейчас, если коснуться их? Ощутив внезапный прилив желания, Дик удивился себе. Он с силой заставил себя думать о другом.
– Как прошел твой день? – поинтересовался он.
– Отлично! Я воодушевлена, – мягко улыбаясь, сообщила Эйслин, глядя то на мужчину, то на свой опустевший бокал. Дик снова встал, налил в него воды и поставил перед девушкой.
– Спасибо, – смущаясь, ответила она, приятно удивляясь его заботе. Мужчина вернулся на свое место и продолжил расспрашивать девушку:
– Эйслин, а тебе что-то нужно купить? Одежду, учебники, еще что-то? Я могу тебя отвезти в магазин и, естественно, оплатить все необходимые покупки.
От услышанных слов девушка пришла чуть ли не в ужас. Мисс Брукс представила картину: себя, идущую вместе с Диком по торговому центру в поисках новых колготок ей, а так же, помады, например, и, апофеоз, средств личной, интимной гигиены. Улыбка тронула полные губы Эйслин, но она сдержала ее, а затем ответила:
– Спасибо, Дик, у меня пока есть все необходимое.
Тот кивнул головой, проницательным взором разглядывая лицо девушки, на котором сейчас отобразились смятение и легкая отстраненность. Мужчина не имел желания допытываться, о чем умолчала его подопечная. Он лишь сообщил ей тоном, не терпящим абсолютно никаких возражений:
– Эйслин, если тебе что-то понадобится – начиная от какой-нибудь мелочи и заканчивая чем-то существенным, обратись ко мне.
Она подняла взор и посмотрела на говорившего мужчину: хотя лицо его выражало спокойствие, в глубинах необычных глаз горел затаенный, удерживаемый огонь, как бы предостерегая, что может больно обжечь. Девушка торопливо попрощалась с Диком и вернулась к себе. Взбудораженная от общения с Марлоу, она еще час ворочалась на кровати, пока, наконец, не заснула беспокойным и волнующим сном…
Глава девятая
Учебная неделя пролетела незаметно и уже сложилась по привычному сценарию – каждое утро Дик провожал Эйслин до такси, и теперь это было единственное время суток, когда они виделись. Мистер Марлоу возвращался домой почти всегда около полуночи, и в это время девушка спала. Наученная опытом, она стала запасаться бутылкой с водой, ставя ее у своей кровати, дабы не выбираться из своей комнаты и не встречаться лишний раз с Диком. Он был слишком отличный ото всех мужчин, которых Эйслин знала – от отца, брата, соседа, Стивена или Брюса. Находясь рядом с мистером Марлоу, девушка ощущала скрытую опасность, исходящую от него. Возможно, это было субъективное чувство, но Эйслин старалась слушать себя.
Итак, наступила долгожданная суббота, день, когда все четверо – Эйслин, Джулия, Стивен и Брюс собрались провести вместе. Девушка выбрала для такого случая простую и практичную одежду – джинсы, лимонного цвета кофточку с длинными рукавами, и саму удобную обувь – кроссовки. Часы показывали десять утра, до встречи оставался час. Хозяин квартиры отсутствовал, вероятно, сегодня он тоже работал. Эйслин спустилась на первый этаж и вызвала привычное такси. Вскоре, она уже была в пути в направление в Бруклин, в район на востоке – Парк Слоуп. Он был спроектирован архитекторами Центрального парка и славился своим прекрасным озером в шестьдесят акров и старинным ботаническим садом. Девушка подъехала к нему в тот самый момент, когда из красного «форда» вышли Джулия со Стивеном, а так же Брюс. Подруги весело помахали друг другу издалека. Эйслин отпустила таксиста, сообщив ему, что, скорее всего, она самостоятельно вернется домой. Не заметив его обреченно – испуганный взгляд, девушка почти побежала к друзьям. Она крепко обнялась с Джулией, а затем, менее эмоционально и намного сдержаннее, поздоровалась с Брюсом, лицо которого осветила улыбка, и со Стивеном.
Все четверо отправились в парк, и сначала посетили его знаменитый ботанический сад, где провели более часа, разглядывая всевозможные растения. Конечно, Брюсу и Стивену было не столь интересно и увлекательно, как подругам, однако мужчины не проявили какого-либо неудовольствия, и не торопили девушек. Затем, наконец, все четверо направились в уличное кафе, расположенное неподалеку от озера. Так как время было полуденное, они заказали полноценный обед, расходы которого мужчины взяли на себя. Незаметно для всех получилось так, что Джулия и Стивен сели поближе друг к другу и начали вести какой-то интимный диалог, не терпящий третьего собеседника. Поэтому Брюс и Эйслин остались предоставлены друг другу. Молодой мужчина придвинул свой стул чуть поближе к девушке и слегка коснулся ее руки, произнося:
– Тебе нравится здесь?
Эйслин тепло улыбнулась, глядя в лучистые темно-голубые глаза Брюса. Сейчас, он чем-то напоминал молодого Бреда Питта.
– Да, здесь здорово, – искренне ответила девушка. Лицо ее выражало безмятежную радость, на чувственных губах покоилась довольная улыбка, а выразительные глаза приобрели насыщенный серо-голубой оттенок.
– Ты – необыкновенная девушка, – не удержавшись, сообщил Брюс, легонько накрывая своей ладонью ладонь Эйслин. – И ты мне очень нравишься.
Девушка, смутившись от слов и его прикосновений, опустила взор вниз, разглядывая руку мужчины на своей руке.
– Ты тоже очень хороший парень, – она аккуратно освободила свою ладонь и охватила пальцами бокал с колой. Отпив сладкий напиток, мисс Брукс решилась посмотреть на Брюса: тот, сияя улыбкой, смотрел на нее.