Про русских, финнов, шведов, поляков и другие народы. Книга 2

Михаил Ермолов
Про русских, финнов, шведов, поляков и другие народы. Книга 2

Вот воспитал идиот Александр Первый финнов! Спасибо этому изменнику!

Что же делать? Как жить дальше? Руководство СССР вынуждено было искать пути преодоления мародерства финских политиков после крушения Российской империи, чтобы, по крайней мере, справедливо отодвинуть на север границу с Финляндией на Карельском перешейке, которая по каким-то нелепым решениям Александра Первого проходила по реке Сестре в 30 километрах от Ленинграда. Территория Финляндии была самым удобным плацдармом для нападения на СССР. Спасибо идиоту и изменнику, агенту британцев Александру Первому за такую идиотскую границу!

В марте 1939 года СССР, пытаясь исправить мародерские захваты финнов после крушения царской империи, используя исключительно дипломатический язык вежливости, предложил арендовать острова Гогланд, Лавансаари, Тютярсаари и Сескар сроком на 30 лет, а в качестве компенсации давал территории в Карелии.

Совершенно нормальная постановка вопроса – вы, мародеры, незаконно захватили территории, ранее принадлежащие царской России, и мы, новое советское правительство, предлагаем спокойно урегулировать вопрос как последствия мародерских действий финского правительства после краха Российской империи. Слово «мародеры», конечно, не звучало на переговорах – зачем же нарушать дипломатическую этику. Но вопрос-то надо решать нормально, по существу. «Вы, финны, помародерничали, побандитничали, так отдайте теперь то, что вам не принадлежит». Это было выгодное для Финляндии предложение, так как в случае войны Финляндия все равно не могла бы защитить эти острова из-за отсутствия у нее сильного флота. Тем не менее 6 апреля 1939 года последовал отказ.

5 октября 1939 года новый нарком иностранных дел СССР Вячеслав Молотов пригласил в Москву на переговоры министра иностранных дел Финляндии Юхо Элиаса Эркко «для обсуждения актуальных вопросов советско-финских отношений». Однако финский министр на переговоры не поехал, сославшись на более важные дела, и послал на переговоры в качестве главы делегации даже не своего заместителя, а посла в Швеции Юхо Кусти Паасикиви, при этом, как выяснилось через много лет, у него не было полномочий на заключение договора.

В отличие от Финляндии наша страна придавала большое значение этим переговорам, и в них принял участие Иосиф Сталин, который заявил: «Мы ничего не можем поделать с географией, так же, как и вы. Поскольку Ленинград передвинуть нельзя, придется отодвинуть от него подальше границу».

На этот раз Финляндии было предложено перенести границу на 90 километров от Ленинграда, отдать СССР острова Гогланд, Лаавансаари, Тютярсаари и Сейскари и сдать в аренду полуостров Ханко для создания там советской военно-морской базы, а взамен получить вдвое большую территорию в Карелии. 4 ноября Сталин согласился вместо Ханко арендовать прибрежные острова. Но Финляндия все равно отвергла все предложения.

Отказ Финляндии от всех советских предложений все более убеждал руководство СССР о наличии тайного договора между ней и Третьим рейхом о совместном нападении на Советский Союз. Гитлер мог пообещать финнам за это Карелию и Мурманскую область. Появилась угроза внезапной атаки вражеских войск в 30 километрах от Ленинграда. Таким образом, из-за упрямства Финляндии война с мародерами Финляндии становилась неизбежной.

Такая позиция властей Финляндии объясняется еще и тем, что там были уверены, что СССР не нападет на нее. Даже если это и случится, то советские войска будут разбиты, так как ей на помощь придет множество стран.

Размечтались. Головы финнам заморочили британцы – мастера всевозможных «разводок» и обманов. Совсем как на современной Украине, финны повторяли как заклинание: «Весь мир с нами!»

Отдельные политики даже обещали финнам, что в случае советско-финляндской войны Германия, Великобритания и Франция прекратят свою «странную войну», заключат мир и вместе нападут на Советский Союз.

Разочарование наступило после начала войны 30 ноября 1939 года. На стороне Финляндии не выступила ни одна страна. Из 26 стран прибыло всего около 12 000 добровольцев, причем большинство – без военной подготовки. Больше всего вооружения поставила Швеция.

А вот что об итогах войны 1939–1940 годов сказал Иосиф Сталин на совещании с командным составом Красной армии 17 апреля 1940 года: «Нельзя ли было обойтись без войны? Мне кажется, что нельзя было. Невозможно было обойтись без войны. Война была необходима, так как мирные переговоры с Финляндией не дали результатов, а безопасность Ленинграда надо было обеспечить безусловно, ибо его безопасность есть безопасность нашего Отечества. Не только потому, что Ленинград представляет процентов 30–35 оборонной промышленности нашей страны и, стало быть, от целостности и сохранности Ленинграда зависит судьба нашей страны, но и потому, что Ленинград есть вторая столица нашей страны».

А дальше, уже по окончании советско-финской войны, в сентябре 1940 года в Финляндию вошли немецкие войска, и она стала фактически союзником Третьего рейха. 25 июня 1941 года финский парламент объявил войну СССР. При этом не было ни одного депутата, который проголосовал бы против. Но тут надо помнить и то, что происходило в предыдущие дни. В утвержденном бюджете Финляндии на 1941 год военные расходы составляли 45 %, что говорит о многом. Мобилизация финской армии началась 10 июня 1941 года.

Можно считать, что Великая Отечественная война началась 21 июня 1941 года. В этот день началась финская боевая операция «Регата». На Аландские острова высадились финские войска, что являлось нарушением не только мирного договора с СССР от 12 марта 1941 года, но и Женевской конвенции 1921 года. 22 июня финская авиация нанесла бомбовый удар по советской военной базе на полуострове Ханко. Но самое главное – с финских аэродромов взлетали немецкие самолеты, атакующие советские войска, из финских портов выходили немецкие боевые корабли. 23 июня нарком Молотов вызвал к себе финского поверенного в делах Пааво Хюннинена и задал ему вопрос: «Выступает ли Финляндия на стороне Германии, или придерживается нейтралитета?» Финский дипломат пообещал послать запрос в свое правительство, но ответ так и не был получен.

Распространен миф, что финны остановились на старой границе, существовавшей до советско-финской войны 1939–1940 годов. На самом деле, наступая на Ленинград, они перешли ее, захватили Белоостров и продвинулись в среднем на 15 км южнее реки Сестры, по которой проходила граница. Завязались кровавые бои. Белоостров четыре раза переходил из рук в руки, пока не был освобожден нашими войсками. Потери финнов были такими, что, согласно финским документам, около 200 солдат из 18-й дивизии и 49 солдат 58-го полка в открытую отказались наступать, 210 солдат дезертировали. Это к той антирусской пропаганде, рекламирующей героизм финнов. Если бы был героизм, то Советскому Союзу не удалось бы отодвинуть границу от Ленинграда, проведенную финскими политиками в 1918 году.

Кроме того, финское руководство до последнего момента надеялось, что Великобритания не объявит ей войну, и заверяло английских дипломатов, что остановится на старой границе.

В итоге наш союзник Великобритания объявила войну Финляндии только 6 декабря 1941 года, после того как финны отвергли ее ультиматум отвести свои войска к границе 1939 года, а государственный секретарь США Корделл Халл вообще поздравил Финляндию с выходом ее войск на старые границы в конце июня 1941 года. Ох и союзнички у нас были в годы Второй мировой войны! Но об этом позже.

О том, что финны были не меньшими врагами ленинградцев, чем немцы, свидетельствует, например, письмо президента Финляндии Ристо Рюти немецкому послу 11 сентября 1941 года: «Если Петербург не будет больше существовать как крупный город, то Нева была бы лучшей нашей границей на Карельском перешейке. Ленинград надо ликвидировать как крупный город»

Главной заботой финского руководства было сделать так, чтобы русские, составляющие большинство в захваченной финскими войсками частях Карелии и Карельского перешейка, перестали ими быть.

Вначале предполагалось выселить русских и другие не финно-угорские народы на территорию России, захваченную Гитлером. В связи с этим маршал Маннергейм отдал приказ о подготовке этого населения к высылке путем помещения его в переселенческие лагеря. Численность заключенных в концлагерях доходила до 27 % от всего населения, находящегося в оккупации. Политика оккупационных властей была явно расистская. Находящиеся на свободе люди подразделялись на национальных и ненациональных, что означало: на «родственные финнам народы» и на «русских».

Для попадания в лагерь хватало русской национальности. И обратите внимание: в лагерях оказался каждый четвертый русский, проживающий на территории, захваченной финскими войсками. Всего было 24 лагеря для русских. Только в столице Карелии Петрозаводске их было семь и еще два лагеря для советских военнопленных.

По подсчетам профессора Михаила Семиряги, в финских концлагерях в 1942 году уровень смертности был выше, чем в немецких: «В лагерь финны сгоняли всех без разбору – и дряхлых стариков, и старух, и матерей с грудными детьми. В лагере все вместе в общих бараках в ужасных антисанитарных условиях, за оградой из колючей проволоки в три метра высотой и из двух-трех рядов кольев. Многие из заключенных в поисках пищи охотились за крысами и лягушками. Некоторым удавалось воровать из ясель финских лошадей картофельную шелуху, но за это жестоко избивали. В лагере с голоду умирало так много людей, что их не успевали хоронить».

После публикации материалов членов комиссии в главной газете СССР «Правда» 18 августа 1944 года появилась передовая статья «К ответу финских извергов!» В ней говорилось: «Эти злодеяния разоблачают отвратительное лицемерие финских политиканов, пытавшихся уверить простодушных людей в том, что Финляндия будто бы ведет какую-то „особую“ от гитлеровской Германии войну, что Финляндия будто бы преследует только задачи обороны, что Финляндия будто бы страна не фашистская, а демократическая. Как гитлеровские разбойники, финны-захватчики решили истребить поголовно все советское, в особенности все русское население Восточной Карелии. Об этом говорит умерщвление детей. Ныне перед лицом неопровержимых фактов финны изобличены в том, что в зверствах своих они ничем не отличаются от немецко-фашистских извергов».

 

Где же исковые требования к финнам за все эти зверства? Где повышение нищенских пенсий российским пенсионерам за счет финских? Если из немецких палачей кое-кто все-таки понес ответственность, то финнам все сошло с рук. И сходит в рук до сих пор.

Избежал какой-либо ответственности за военные преступления и маршал Маннергейм. Он оставался на посту президента Финляндии до марта 1946 года, когда сам подал в отставку. Памятную доску тому, кто почти 30 лет боролся против нашей страны, истребляя ее население и пытаясь отнять часть ее территории, попытались установить и в Санкт-Петербурге в июне 2016 года. Однако жители города помнили, кто был соучастником уничтожения голодом их предков во время блокады. За четыре месяца, что она висела, ее трижды обливали краской, рубили топором и даже просверлили две дырки во лбу изображения Маннергейма. Сейчас она хранится в Царском Селе в музее, посвященном Первой мировой войне.

Некоторые либеральные деятели утверждают, что Финляндия сейчас – маленькое миролюбивое государство, которое не воюет уже 75 лет и даже не состоит в НАТО. Вот только в августе 2014 года Финляндия подписала договор с НАТО, по которому этот альянс получил право использовать любую военную инфраструктуру на территории страны, а в случае кризисной ситуации войска НАТО могут расположиться в ней на длительный период. Финские войска постоянно участвуют в учениях НАТО. Также нельзя забывать, что в стране официально действует организация «Карельский Союз», которая продолжает борьбу за присоединение к Финляндии Карелии.

Русофобские планы нынешнего государства Финляндии «задвинуты» не очень далеко и в любой момент могут быть востребованы, вплоть до действий по уничтожению масс населения России в связи с «вытащенными из нафталина» планами финнов осваивать новые территории, в случае крушения современной Российской Федерации.

Другое дело, как на это смотрит нынешнее руководство Российской Федерации? Если не протестует – значит, тайно поддерживает? Где русофобия? В Финляндии и Швеции или и в нынешнем руководстве России?

Сравните пенсии. Весьма красноречивый показатель.

Где исковые требования к финнам за зверства против русского населения с 1918 по 1944 год?

Широко известно, что государство Израиль за несколько десятилетий получило порядка триллиона долларов от современной Германии за преступления холокоста. Кто должен предъявить Финляндии счет за преступления против русских и Советской России? Что за странная экзистенциальная слепота нынешнего руководства России, выделяющего российским пенсионерам нищенские пенсии – в несколько раз меньшие по объему даже в сравнении с таким карликовым государством, как Эстония, с разгромленной советской промышленностью и живущей только на дотации в связи со своим географическим положением, не говоря уж о Финляндии, где пенсии больше практически в десять раз?

Повторим вопрос, поставленный в начале этой книги, – кто устанавливает порядки в современном мире? Не те же ли международные финансовые и властные структуры, которые «командовали» и в начале XX века и под чьим руководством находились и находятся финансово-экономические власти как царской России, так и России современной?

Есть ли основания говорить об экзистенциальной враждебности этих структур в отношении основных масс населения современной России – прежде всего русских, понесших многомиллионные потери только за последние 30 лет и поставленные нищенскими пенсиями на грань выживания?

Низкий уровень пенсий в Российской Федерации – это очевидное проявление экзистенциальной русофобии, на которую закрывают глаза нынешние руководители России, не в пример руководству Израиля, постоянно предъявляющему счет Германии за преступления холокоста.

Масштаб потерь русских в годы Второй мировой войны и за последние 30 лет превышает цифры холокоста в несколько раз. И что? Кто предъявит счет тем же финнским политикам за преступления 1918–1944 года и не попытается выяснить, за чей счет финские пенсионеры получают пенсию в десять раз более обильную в сравнении с российскими и русскими пенсионерами?

То, что многие страны совершенно определенно находятся под управлением международных финансовых структур, дает основания задать вопрос – а на каких основаниях исчисляются пенсии в нынешней Финляндии и нынешней России? Нет ли в этих вопросах экзистенциальной проблематики? Если эти финансовые структуры экзистенциально враждебны русскому народу, как это было и в начале XX века, что с этим делать? Ждать, пока не будет произведена полная зачистка территорий современной России от россиян и прежде всего от русских?

Глава вторая

Черчилль на Ялтинской конференции. Пьянство Черчилля и пьянство Ельцина – что общего. Советский разведчик дома у Черчилля в начале 60-х годов. Армянский коньяк. Черчилль о варварстве русских. Грубая пропаганда Черчилля. Системная культивация русофобии на Западе. Русофобия внутри нашей собственной страны. Русофоб Черчилль и русофоб Николай Лесков. Как русская литература работала на русофобию. «Левша» и «Очарованный странник». Про Лескова можно сказать словами Пушкина – «Ай да Лесков, ай да сукин сын – таких русофобов и клеветников русская земля еще не видывала». Немцы и русские – экзистенциальные враги британцев. Постоянная реклама в нашей стране Черчилля – по сути, врага России. Более объективная оценка Черчилля сыном Президента США Ф. Рузвельта Элиотом. Черчилль и гибель конвоя PQ-17.

Немного о Черчилле и его русофобии. Русофобия для Черчилля – это совершенно естественно. Россия – экзистенциальный враг Британии.

Посмотрим на Черчилля повнимательнее во время проведения Ялтинской конференции, с учетом изменившегося веса Британии в мировой политике.

В феврале 1945 года состоялась Ялтинская конференция руководителей держав антигитлеровской коалиции, на которой Черчилль уже не мог играть «первую скрипку». Главными на конференции были президент США Ф. Рузвельт и Сталин. Тем не менее Черчилль был участником этой исторической встречи, и вот как он выглядит в воспоминаниях своих коллег.

Вспоминая о ходе Ялтинской конференции, Ч. Болен, помощник госсекретаря и переводчик Рузвельта, писал: «Атмосфера за столом была весьма сердечной, и, в общей сложности, было выпито 45 тостов». Сталин, будучи тонким психологом, поощрял возможности выпить за чужой счет того же Черчилля, который пользовался этим, как говорится, «на всю катушку».

Эти показания дополняются дневниковыми записями заместителя министра иностранных дел Англии А. Кадогана, человека весьма наблюдательного. 9 февраля он писал: «Премьер-министр (Черчилль) чувствует себя хорошо, хотя и хлещет ведрами кавказское шампанское, которое подорвало бы здоровье любого обычного человека».

По слухам, дневная коньячная норма Черчилля составляла две бутылки… Отвел душу Черчилль, чье пьянство очень похоже на пьянство Ельцина. Причина пьянства та же – Ельцин вынужден занимать пост президента России, которую безжалостно уничтожают и «опускают». Запьешь тут с горя. Так и Черчилль. После подписания Атлантической хартии в августе 1941 году Британия полностью легла под США. И Черчилль запил – вместо привычного решения массы глобальных вопросов, в ходе Ялтинской конференции он поглощал крепкие и некрепкие напитки просто в огромном количестве. Приятно ли быть премьер-министром Британской империи, которая полностью покорена новыми хозяевами западного мира американцами?

В общении с У. Черчиллем И. В. Сталин пил армянский коньяк. Черчилль был от него в восторге – и Сталин посылал ему ящики с коньяком. По слухам, через какое-то время Черчилль, обнаружив некоторое снижение качества получаемого армянского коньяка, сообщил об этом Сталину. Выяснилось, что мастер коньячных дел Седракян был репрессирован. Сталин распорядился разобраться – качество коньяка было восстановлено. И, несмотря на холодную войну, Черчилль продолжал регулярно получать от Сталина все новые ящики с первоклассным армянским коньяком.

В августе 1942 года Черчилль кружным путем через Тегеран впервые прилетел в Москву на встречу со Сталиным. Напомню, что у Черчилля появился серьезный повод «запить с горя» – Британская империя после подписания Атлантической хартии в августе 1941 года полностью легла под США Президента Ф. Рузвельта. Запил Черчилль, как запил и президент РФ Ельцин на фоне развала Новой России – карьерист масштаба Ельцина не мог не понимать, что именно он в ответе за Новую Россию (что в общем по-человечески характеризует Ельцина не с самой плохой стороны).

И вот Черчилль в столице ненавидимого им СССР – страны с новым названием, исторического экзистенциального врага Британии. В 1942 году, несмотря на тяжелый ход Великой отечественной войны, Черчилль не заметил у руководства СССР признаков желания сдаться на милость Гитлеру. Между тем за Гитлером стояли те же британские банковские круги, устроившие сложную «заваруху» со Второй мировой войной. Война привела к поражению Британской империи перед лицом нового соперника в Западном мире Соединенных Штатов Америки с их ясным намерением сместить наконец фунт стерлингов как основную мировую резервную валюту и «водрузить» на это место доллар США, что не получилось сделать по окончании Первой мировой войны.

Посмотрим на встречу Черчилля и Сталина в августе 1942 года в Москве глазами главного маршала авиации СССР Голованова, присутствовавшего на этой встрече. Мы же рассматриваем в частности Черчилля как политического деятеля, не забывая и про его естественную русофобию, естественную для любого британского политического деятеля.

Чрезмерная реклама Черчилля в современной России выглядит странной, ведь Черчилль – представитель экзистенциального многовекового врага России Британии, для которой русский народ и Россия – экзистенциальные враги, препятствующие движению Британии к мировому господству.

СССР и русский народ неожиданно для Британии получили серьезнейшую поддержку со стороны промышленников США, у которых были свои счеты к британцам. Американцы поставили задачу сместить Британскую империю с ее позиций, особенно в мировой торговле и финансах.

Итак, фрагмент воспоминаний советского авиационного маршала А. Голованова. Он пишет:

«Тем временем я увидел в руках британского премьера бутылку армянского коньяка. Рассмотрев этикетку, он наполнил рюмку Сталина. В ответ Сталин налил тот же коньяк Черчиллю. Тосты следовали один за другим. Сталин и Черчилль пили вровень. Я уже слышал, что Черчилль способен поглощать большое количество горячительных напитков, но таких способностей за Сталиным не водилось. Что-то будет?!

Почему, и сам не знаю, мною овладела тревога. За столом шла оживленная беседа, звучала русская и английская речь. Референт Павлов с такой легкостью и быстротой переводил разговор Сталина с Черчиллем, что, казалось, они отлично понимают друг друга без переводчика. Я впервые увидел, что можно вести разговор на разных языках так, словно переводчика не существует.

Черчилль вытащил сигару такого размера, что подумалось, не изготавливают ли ему эти сигары на заказ. Речь Черчилля была невнятна, говорил он словно набрав полон рот каши, однако Павлов ни разу не переспросил его, хотя беседа была весьма продолжительна.

В руках Павлова были записная книжка и карандаш: он, оказывается, одновременно стенографировал. Павлова я уже знал, так как мы перебрасывали его на самолете Асямова в Лондон. Небольшого роста, белокурый молодой человек обладал поразительным мастерством переводчика.

Тосты продолжалась. Черчилль на глазах пьянел, в поведении же Сталина ничего не менялось. Видимо, по молодости я слишком откровенно проявлял интерес к состоянию двух великих политических деятелей: одного капиталиста, и очень переживал, чем все это кончится…

Наконец, Сталин вопросительно взглянул на меня и пожал плечами. Я понял, что совсем неприлично проявлять столь явное любопытство, и отвернулся. Но это продолжалось недолго, и я с тем же откровенным, присущим молодости любопытством стал смотреть на них.

Судя по всему, Черчилль начал говорить что-то лишнее, так как Брук (начальник Генерального штаба армии Великобритании), стараясь делать это как можно незаметнее, то и дело тянул Черчилля за рукав. Сталин же, взяв инициативу в свои руки, подливал коньяк собеседнику и себе, чокался и вместе с Черчиллем осушал рюмки, продолжая непринужденно вести, как видно, весьма интересовавшую его беседу.

Встреча подошла к концу. Все встали. Распрощавшись, Черчилль покинул комнату, поддерживаемый под руки. Остальные тоже стали расходиться, а я стоял как завороженный и смотрел на Сталина. Конечно, он видел, что я все время наблюдал за ним. Подошел ко мне и добрым хорошим голосом сказал: „Не бойся, России я не пропью. А вот Черчилль будет завтра метаться, когда ему скажут, что он тут наболтал…“ Немного подумав, Сталин продолжил: „Когда делаются большие государственные дела, любой напиток должен казаться тебе водой, и ты всегда будешь на высоте. Всего хорошего“. И он твердой, неторопливой походкой вышел из комнаты.

 

Сколь велико было пристрастие британского премьера к нашим спиртным напиткам, можно судить и по тому, что посланные Сталиным через Черчилля различные подарки Рузвельту были доставлены в целости, а вот водка и коньяк были выпиты в пути, о чем сам Черчилль и сообщил Сталину, присовокупив свои извинения»

А вот фрагмент книги «Голый шпион» историка спецслужб СССР Геннадия Соколова о деятельности советского разведчика в Лондоне Евгения Иванова, который попал в начале 60-х годов в дом к престарелому Черчиллю, благодаря своему другу Стивену Уарду, известному врачу-остеопату и по совместительству организатору поставок привлекательных юных особ женского пола на вечеринки английской знати…

«„Ну, показывай мне своего русского“, – раздался хриплый голос из глубины дома и шум открывающейся двери.

Я быстро вернулся в гостиную. Знаменитый толстяк предстал передо мной во всей своей грузной красоте, отмеченной печатью восьми десятков лет насыщенной событиями жизни.

„Больной чувствует себя лучше, – не без гордости за содеянное заявил Стивен (доктор-остеопат Уард. – и я разрешаю ему рюмку бренди“

Сэр Уинстон взглянул на этикетку принесенного мною армянского коньяка и медленно выговорил:

– „Ю-би-ле-ни“.

– пояснил я. – „Юбилейный“ – это первый коньяк мастера Седракяна, автора вашего любимого „Двина“. Он его выпустил еще в 37-м году“

Хозяин дома одобрительно кивнул и велел разлить благородный напиток по рюмкам. Мы выпили за здоровье сэра Уинстона, который тут же закурил свою „Гавану“.

– заявил старик, затянувшись ароматной сигарой, – представители классической культуры. Мы лучше других в мире выражаем два великих начала: ясность и чувство меры. У других народов, в том числе и у русского, они затуманились. Иначе вы не стали бы выкорчевывать на своей земле свои же традиции. Поэтому в душе я и считаю вас варварами“.

Черчилль допил коньяк и затянулся сигарой. Во мне же тем временем, начинали бушевать нешуточные страсти.

Легко сказать – не сердиться. Меня заявление хозяина дома просто взбесило. Уард, знавший о моей горячности и, видимо, почувствовавший приближавшийся взрыв гнева, не стал испытывать судьбу и поспешил увести меня из дома Черчилля. И слава богу, так как я был вполне готов доказать сэру Уинстону, что в определении варваров тот не преувеличивал.

Русские – это, по Черчиллю, варвары. А вот англосаксы, англосаксы по Черчиллю, – это представители классической культуры. Ни на чем не основанное утверждение Черчилля, ему так кажется и сегодня и казалось всегда. Ему это вбито в голову „с младых ногтей“».

«Мы лучше других в мире выражаем два великих начала: ясность и чувство меры»… Чувство меры в чем? В том, чтобы травить десятки миллионов китайцев опиумом? Фразы Черчилля – это совершенно бессовестная грубая пропаганда и больше ничего. Когда-то Черчилль зазубрил фразу «русские – это варвары» и, видимо чтобы не забыть, повторял эту сентенцию ежедневно… Что с Черчилля возьмешь?!.. Ведь он же политик вражеской по отношению к исторической России страны – Великобритании.

Черчилль, правда, много чего наговорил за свою некороткую жизнь… Приписывают ему и такую фразу: «Россия – это загадка, завернутая в тайну и помещенная внутрь головоломки»… Возможно, Черчилль говорил и что-то подобное, но вот насчет «русских варваров» – это несомненно.

И Гитлер, выкормыш британских банковских элит, полностью солидарен в этом вопросе с Черчиллем. Один ли Черчилль затвердил такое? На Западе таких «убежденцев» «пруд пруди» – русофобия тщательно культивировалась на всех уровнях западного общества… А уж средства пропаганды – всякие там газеты, книги, а позже кино, радио, телевидение, – эти средства просто пропитаны ненавистью к России! Цель исчерпывающе обозначил наш разведчик Леонид Шебаршин, который заметил: «Западу от России нужно только одно – чтобы ее не было». И любые средства хороши для достижения этой цели.

Повторяй ежедневно: «Русские – это варвары, варвары, варвары» и когда наступает время политических действий – не смущайся, с варварами можно поступать как тебе будет угодно, если, конечно, эти «варвары» позволят тебе обращаться с собой как угодно, тебе, белому господину.

А почему бы нам, окрещенным нашими врагами «варварами», не квалифицировать этих «белых господ» как совершеннейших идиотов? Конечно, достаточно опасных идиотов, причем кровавых идиотов и подонков. Нужны доказательства? Да кому нужны эти доказательства?

Беда в том, что такого рода пропаганда ведется и у нас внутри страны – велась, пожалуй, почти во все времена.

Напомню слова гениального русского композитора Георгия Свиридова. Он писал: «Мне приходилось в жизни общаться с представителями других наций, бывать, хоть и немного, за рубежом. Нигде и никогда я не встречал такой ненависти к русскому, как у нас в стране». Известно, что у британцев есть «присказка»: «Right or wrong – it’s my country»… Права или не права, но это моя страна, и я всегда на ее стороне.

А как в нашей стране? При «кровавом Сталине» была развернута кампания против «космополитов», против «преклонения перед Западом»… Ну не «мерзавец» ли этот Сталин? А почему бы уже в наши дни не перенять «присказку» британцев? Сталин явно рекомендовал бы это сделать.

Был такой достаточно короткий эпизод в истории СССР, после окончания Великой Отечественной войны 1941–1945 годов, дружно осуждаемый в дальнейшем на протяжении десятилетий, пока хулители этой британской «присказки», примененной пропагандой и нашей страны, не добились крушения собственного государства под вопли, что у нас все плохо: плохое образование (а ведь было признано лучшим в мире!), плохая наука (до сих пор не может до конца воспользоваться советскими наработками, несмотря на гигантское разграбление суперсовременных советских технологий в 90-е годы)…

Чтобы говорить, что у воспитанников советских культурных школ есть хоть какие-то проблемы профессионального взаимодействия с коллегами в любой точке земного шара, – это надо иметь очень богатую, причем больную, фантазию.

Обратимся к русской литературе! Вот писатель Николай Лесков. Кто не знает Лескова?! «Великий писатель земли русской», классик из классиков! Давайте внимательно почитаем самое знаменитое его произведение «Сказ о тульском косом Левше и о стальной блохе» и посмотрим, можно ли «обижаться» на Черчилля.

«Когда император Александр Павлович окончил Венский совет, то он захотел по Европе проездиться и в разных государствах чудес посмотреть. Объездил он все страны и везде через свою ласковость всегда имел самые междоусобные разговоры со всякими людьми, и все его чем-нибудь удивляли и на свою сторону преклонять хотели, но при нем был донской казак Платов, который этого склонения не любил и, скучая по своему хозяйству, все государя домой манил».

«А когда англичане стали звать государя во всякие свои цейгаузы, оружейные и мыльно-пильные заводы, чтобы показать свое над нами (дикарями, варварами, по Лескову. – М. Е.(По Лескову – не годимся мы, «со своим значением» русские варвары, – куда нам до англичан! – М. Е.

«…Пришел Платов в свою квартиру, велел денщику подать из погребца фляжкукавказской водки-кислярки, дерябнул хороший стакан, на дорожний складень богу помолился, буркой укрылся и захрапел так, что во всем доме англичанам никому спать нельзя было». (Ну варвар, что с него возьмешь, англичане же так не спят никогда – это по Лескову, – да еще после хорошего стакана водки, который непременно надо выпить, если ты удалой русский. Русский вообще без стакана водки шагу не может и не должен ступать. – М. Е.

Рейтинг@Mail.ru