Не мамкай!

Маша Трауб
Не мамкай!

Спи, моя радость, усни. Тихий час

Детский дневной сон и процесс засыпания – не тема, а темища. Мегапроблема, сравнимая по значимости лишь с процессом кормления. Хотя мне кажется, тут все просто и очевидно.

Больше всего на свете я ненавижу укладывать спать в тихий час подросших малышей. Мой любимый возраст – дети до года. Они сладкие, пахнут молочком, цветами, медом и чем-то совершенно необъяснимым и невыносимо прекрасным. Я терпеть не могу слово «лялька», но дети до года – именно лялечки, масюси, кукуси, лапуси, сладкие пирожочки, пуськи-карапуськи, тут я согласна на все определения. С крохотульками допустимы все возможные уменьшительно-ласкательные словообразования. Даже глагол «кушать» можно употреблять. Как и местоимение «мы». Потому что до года вы с ребенком именно «мы». И покушали, и покакали, и поспали, и поиграли.

Когда нужно рассмотреть и описать консистенцию кала ребенка для врача, разобравшись во всех оттенках – от охры до болотной зелени; когда вы в панике ждете, как проявит себя кабачок или брюссельская капуста, впихнутые в ребенка; когда грудь перестает быть частью вашего тела, а живет своей жизнью; когда вы подскакиваете на малейший писк, даже если он раздается из квартиры тремя этажами выше. Тогда, в этот период, – это «мы». Вы и ребенок. Неделимое целое.

После года ребенок требует уважительного отношения хотя бы в виде определений. Уже «он поел», «он поспал», а вы успели или не успели поесть и поспать. И да, вы заметили, что начали худеть? Все беспокойства о фигуре оставьте до периода после года. Тело само как-то подтягивается и уменьшается в объемах. Этот страшный секрет рассказала мне еще одна приятельница, многодетная мать. Я страдала по поводу набранных двадцати с лишним килограммов, которые не желали уходить, а она хмыкнула и сказала: «Начнешь худеть, когда ребенку год исполнится». До года не стоит искать свой когда-то накачанный до квадратиков пресс, который скрылся под выпирающим животом. Просто не наклоняйтесь перед зеркалом, чтобы не портить себе настроение. В конце концов, я дважды набирала двадцать килограммов и никогда не чувствовала себя счастливее. У меня были ямочки на щеках, попа, грудь, кажется, шестого размера и жирок, нависший над коленками. Если я когда и наслаждалась мужским вниманием и комплиментами от посторонних, то в периоды после беременности. С лишними килограммами. Которые уходили, едва ребенку исполнялся год.

Точно так же не нужно требовать невозможного от мозга, который потерял способность соображать. Даже если до беременности и родов вы были доктором наук, сейчас вы по уровню сознания и способности к аналитике – канарейка. Я вот не доктор наук и даже не кандидат, поэтому сравнивала себя с инфузорией туфелькой. У нее вообще мозга нет. Просто примите эти факты и успокойтесь. Все вернется, пусть и не в полном объеме. У меня, например, после двух родов мозговая деятельность явно пострадала. Очень часто я веду себя как полная идиотка. Но если вы молодая мать, то вам позволительно быть немного чокнутой дурочкой с переулочка.

А теперь вернемся к теме укладывания в тихий час подросших хотя бы до полутора лет детей. Это сущий кошмар. Потерянное время. Когда на руках младенец, – что главное? Укутать, чтобы было тепло, но не жарко, положить рядом, и все. Но, повторюсь, – все дети разные. Мои, например, терпеть не могли спать со мной в одной кровати. И сын, и дочь засыпали только в собственных кроватках, под своим одеялом. Вася еще позволял с собой понянчиться – песенку спеть или за ручку подержать. Сима же категорически не выносила того, о чем я так мечтала – совместного сна.

Уже в годик она топала после обеда к себе в комнату, просила поднять ее в кроватку, положить любимую игрушку, с которой не расставалась – пингвиненка Лоло, – под бок. Потом взрослым нужно было уйти. Дочь засыпала мгновенно. Если я пыталась спеть ей песенку или рассказать сказку, Сима начинала хныкать, потому что я ей мешала. Или ей мои вокализы и выбор музыкальных произведений не нравились.

Я настолько привыкла к тому, что дети не нуждаются в специальных ритуалах по укладыванию на дневной сон, что всегда терялась, когда в нашем доме оказывались чужие малыши и их родители заранее, часа за два до процесса, начинали договариваться, кто пойдет укладывать ребенка спать.

– Я сто лет в гостях не была! – повышая голос, заявила моя приятельница. – Иди сам укладывай.

– Я еще не доел, – ответил ее супруг.

– А что надо делать? – уточнила я.

– Просто полежать рядом, – дружно ответили оба родителя.

– И что делать, пока лежишь? – спросила я, поскольку была готова их подменить. – Можно читать?

– Нет, ты что! – замахали руками родители.

Тут мне стало интересно, и я решила помочь с тихим часом. Маленький Сева собрался пойти спать с мячиками, машинками и книжками. Родители принесли все требуемые игрушки, и они уже заняли ровно половину нашей двуспальной кровати.

– Он же вообще не уснет, – прокомментировала я.

– А если без игрушек, плакать начнет, – ответила приятельница и для демонстрации забрала у Севы машинку. Тот, естественно, начал плакать.

– Он обычно с какой игрушкой спит? – спросила я.

– С мишкой Моней, – ответила приятельница.

– И где Моня? – спросила я.

Моню искали по всей квартире, пока не нашли в прогулочной коляске.

Кстати, про любимую игрушку, с которой ребенок не расстается, и другие сакральные вещи, будет отдельная глава.

– Уйдите, – строго велела я Севиным родителям. Те испугались и вышли из комнаты. Я освободила кровать от игрушек и выдала Севе Моню. – Закрывай глазки и засыпай. Моня хочет спать. Я тоже очень хочу, но не могу. Мне еще посуду мыть и клубнику на торт выкладывать. Ты хочешь торт? Тогда давай договоримся – ты засыпаешь, а я иду заниматься тортиком. Проснешься, будем пить чай.

Сева закрыл глаза и уснул через минуту. Родители бегали подсматривать, правда ли спит их мальчик или делает вид. Но Сева спал.

Мой пример совершенно не означает, что ребенку нужно обещать сладости после сна. Можно увлечь книжкой, игрой, прогулкой. Спокойно объяснить, что надо поспать, чтобы после сна поиграть, побегать, пойти гулять, почитать книжку с раскладывающимися картинками.

Самое смешное было потом. Когда Сева оказывался у нас в гостях, он послушно шел спать без всяких уговоров и плясок с бубнами.

Когда мальчику исполнилось уже четыре с половиной года, он отказался от дневного сна. Не спал ни в садике, ни дома. О чем мне и сообщила приятельница. Когда Сева, пообедав, добровольно отправился на дневной сон, приятельница открыла рот. Она опять бегала и проверяла, спит сын или нет. Но Сева спал и даже сопел во сне.

– Ты ему в макароны какое-то зелье подсыпала? – рассмеялась приятельница.

Еще один замечательный способ придумала Сима. Она уехала на спортивные сборы, где старшие девочки присматривали за малышками. На Симином попечении оказалась шестилетняя Верочка. Тихий час у спортсменок обязателен. Старшие девочки могут читать, вышивать, рисовать. А малышкам сон необходим. И Сима говорила Верочке, что поспать нужно всего пять минут. Торжественно клала на тумбочку свои фитнес-часы и засекала время. Верочка тут же засыпала, чтобы побыстрее проснуться. Через пять минут. И спокойно спала час-полтора. Выспавшаяся девочка выдерживала вторую тренировку. Сима рисовала и, когда Верочка просыпалась, показывала ей рисунки – бегемота, плавающего в компоте, крокодила на велосипеде. У них сложился ритуал – часы на тумбочке, смешные рисунки после сна.

Если завалить ребенка игрушками, он точно не уснет. Начнет играть. Лечь рядом? Только в том случае, если вы тоже хотите вздремнуть. Что произойдет раньше, чем уснет ребенок. Я знаю миллион примеров, когда малыш делал вид, что спит. Дожидался, пока у папы или у мамы сомкнутся глаза, и занимался своими делами. Например, разрисовывал фломастерами обои. Или себя. Или папу. А потом, утомившись, засыпал.

Но детям нужны ритуалы, правила. Тот же Сева прекрасно знает, что у тети Маши котлету нужно есть с помощью ножа и вилки. Что нельзя класть локти в суп и лежать в пюре лицом, капризничать. Нельзя крошить хлеб по всему столу. Говорить про еду «фу, гадость». Потому что тетя Маша стояла у плиты, готовила и, в конце концов, крайне невежливо так себя вести в гостях. Сева запомнил, что тетя Маша сдвинута на тихом часе, поэтому лучше пойти спать. Потому что потом и вправду будут книжки, мультики, прогулка, тортик. Дома же он говорит про бабушкину запеканку «фу, гадость», и бабушка идет плакать, а не забирает запеканку сразу же, как делаю я. Сева и со мной такой фокус пытался провернуть. Но я не бабушка, плакать точно не пойду. Гадость? Отлично. Мне больше достанется. С медом, сахаром, со сметанкой, с вареньем. Мальчик извинился, слопал все и попросил добавку.

Главное правило, которое мне вбили в голову еще в селе на Северном Кавказе, где я росла: после пяти вечера детям спать нельзя. Нужно будить и заставлять активно двигаться до вечера. После пяти – нездоровый сон. Научных доказательств у меня нет, но я всегда следовала этому режиму. С часу до трех, с двух до четырех, с трех до пяти – как угодно, но только не после пяти.

Возраст отказа от дневного сна – индивидуален. Кто-то не спит после трех лет, кому-то дневной сон необходим в шесть. Тут важно включить голову и посчитать, сколько ребенок спит за сутки. Если время сна за сутки укладывается в норму, таблицу которой для каждого возраста можно найти на любом сайте про материнство и детство, все хорошо. Если нет – консультируйтесь с врачом.

Мои дети перестали спать днем раньше прописанного в таблицах срока, но добирали ночным сном.

И еще важный момент. Я бы сказала, основной: какому режиму подчинена семья. Если мама и папа привыкли спать до полудня, то и ребенок рано или поздно перейдет на этот график. Если в семье приняты ранние подъемы, то малыш тоже станет просыпаться с первыми петухами. Ваш семейный график важнее. Но количество часов, которые малыш проводит в состоянии сна, подсчитать все же стоит. Если «добирает», несмотря на «гульбу» после десяти вечера и подъемы ближе к обеду, значит, для вашей семьи этот график приемлем.

 

Мои дети всегда знали, что мама днем спит. В любых условиях проживания, в любых обстоятельствах. Старший сын приходил к сестре, и они тихо играли в настольные игры. Резались в морской бой, крестики-нолики, шашки, шахматы, точки, виселицу. Находили себе занятия на время моего сна.

Сейчас Сима задергивает шторы в моей комнате, прикрывает дверь, говорит «спокойного дня», подходит, чтобы я ее поцеловала, и бежит в комнату к брату.

Вася откладывает все свои занятия и сорок минут, пока я сплю, посвящает сестре. Это их время.

Мой дневной сон, тихий час, и сын, и дочь научились уважать. Они знают, что я буду работать до двух часов ночи и, если не посплю днем, выпаду из собственного рабочего графика.

Точно так же они уважают режим отца, который встает рано и плодотворно работает именно утром. Сима просыпается, идет в ванную, после чего еще полчасика читает книгу. Эти тридцать – тридцать пять минут – время ее отца для работы. Она не смеет мешать. После этого они завтракают, слушают старые записи аудиоспектаклей, обсуждают, что возьмут на прогулку – бадминтон, футбольный или баскетбольный мяч.

Если я закрыла дверь в свою комнату, то Вася поймает вилку в полете, лишь бы не дать ей упасть и звякнуть. Дети берегут мой сон. И все планы «на меня» подчинены этому графику: после пяти. После пяти вечера мама выполнит любые желания, приготовит все, что захочется, и поможет в любом деле. Даже если я оставляю включенным телефон, забытый на кухне, Сима отвечает на мои звонки. Она ангельским голоском твердо советует всем позвонить после пяти.

Режим дня. Гуляем по испанской системе или отбой в девять ноль-ноль?

Есть люди, которые подчинены сложившемуся режиму, а есть те, кто живет по принципу «подскочили, побежали». Я до рождения детей относила себя ко второму типу – была легкой на подъем. Могла сорваться с места в любую минуту. Вася пошел в меня. Он тоже легкий, нарушающий все режимы. Ему удобнее и эффективнее действовать в стрессовых ситуациях, в последний момент. После полуночи наступает самое продуктивное время. Он занимается, решает задачи до четырех утра. До обеда – способен стоять, но не соображать. Очень немилый ребенок. Может встать, поесть и опять уснуть. Или встать, сделать все, что от него требуется, не приходя в сознание.

Сима – в отца. Все по плану, по графику. Отклонение от режима на пять минут – разрыв шаблона и трагедия.

Но это сейчас. А когда они были младенцами, оба подчинялись жестокому режиму.

Почти двадцать лет назад две системы находились в остром конфликте. Одни мамы пропагандировали свободный режим, другие – категорически строгий. Сторонники свободного режима дня по «испанской системе» брали детей в шумные компании, дети «гуляли» вместе с родителями. Спали в колясках и переносках в тех местах, где оказывались мама с папой, – в музее, на выставке, в кафе, в гостях. Завтракали в обед, обедали поздним вечером. Мамочки из числа консерваторов маниакально следили за режимом: кормление строго по часам, сон в определенное время. Никаких посторонних, никаких гостей и, упаси боже, «выходов в свет». Утром – развивающие занятия на детском коврике, ладушки и исключительно интеллектуальные игрушки, вроде сортеров. Я, кстати, сортеры – разной формы и размеров, в которые требовалось поместить мелкие геометрические фигуры, ненавидела всей душой. У меня никогда звездочка не впихивалась в прорези. Я ее туда заталкивала силой. А квадрат несколько раз пыталась впихнуть в прямоугольник. Сын тоже терпеть не мог эти интеллектуальные запихивания. Быстро раздражался и принимался орать. Дочь же, наоборот, не понимала, в чем прикол. Она быстро засовывала все детали в нужные прорези и смотрела на меня удивленно. Мол, а что дальше? И в чем игра заключается?

Возвращаюсь к главному посылу. Дети все разные. Родители тоже. Одни готовы к активной социальной жизни с ребенком наперевес, другие нет. Одни мамы умеют находить радость и удовольствие от посещения музея или посиделок с подругами, когда ребенок рядом. Другие – нет. Кто-то считает, что слинг – величайшее изобретение человечества. Кто-то категорически против. Одни спокойно кормят грудью в присутственных местах, другим требуется уединение.

Нужно решить для себя – что подходит именно вашему ребенку и вам как матери.

Поскольку я не была в декретном отпуске, мне был важен режим дня. День был расписан по часам – завтраки-обеды-ужины, занятия с ребенком, уборка, глажка. Я знала, в какой момент смогу сесть и спокойно поработать. Я была не просто консерватором, а ультраконсерватором. Если моя схема давала сбой хотя бы на полчаса, я не успевала выполнить рабочие обязательства. Нет, я не позволяла себе выбор – стать домохозяйкой или оставаться «мамой в деле». Я стала работающей домохозяйкой. Не ради денег – ради себя самой. Мне требовались отдушина, занятие, собственный заработок, дававший иллюзию свободы. А для женщины собственный доход, пусть и на «булавки», очень важен. Ничто так не поднимает самооценку, как материальная свобода и возможность купить себе новое платье без согласования семейного бюджета с супругом. Даже если муж не требует отчета за каждую копейку, даже если он щедрейший из мужчин, ваши личные «кровные» – возможность почувствовать почву под ногами, отсутствие страха перед будущим, уверенность в собственных силах и гордость. За себя. Потерявшая себя женщина – уязвима. Женщина, стоящая на ногах, – бесстрашна и сильна.

Но дело не только в вас, ваших стремлениях, амбициях и мечтах. Дело в том, что подходит именно вашему ребенку. Дети привыкают ко всему. Они удивительно адаптивны. Детская психика подвижна и способна к регенерации. Не знаю, как это правильно называется. Детям нужно лишь одно – чтобы родители были рядом. Но все-таки – понаблюдайте за ребенком. Почувствуйте, что его пугает, что радует.

Мне, наверное, повезло. Мои дети выражали желания и нежелания. Я прекрасно помню, как мы приехали в гости к родственникам. Толпа детей, вкусности на столе, игрушки, беготня по просторной квартире. Васе тогда было года два. Он зашел в ванную и решил остаться там до окончания мероприятия. Если я просила его выйти, поскольку ванная, совмещенная с туалетом, требовалась и остальным гостям, сын выходил, но снова возвращался, едва та освобождалась, и усаживался на коврик, лежащий на полу. Просил закрыть дверь. Ему не нравились шум, гам, громкие голоса и подвижные игры. Вместе с ним в ванной прятался шпиц Чарли, который тоже не выносил громких криков и панически боялся детей. Через час я не выдержала. Мы уехали домой. Чарли просил взять его с собой.

Дочь жила по московскому времени. Всегда. Во всех часовых поясах. По режиму дня, который невозможно было сдвинуть ни на минуту. Если разница во времени, например на морском курорте, составляла два часа, мы всей семьей вставали в шесть, а не в восемь. Если три часа, то в пять утра. Ложились в то время, когда нормальные отдыхающие садились ужинать. Накануне Сима спрашивала, какое у нас расписание на завтра. Что она будет делать утром, что вечером. И если я обещала ей рисовать после обеда, то она требовала именно рисования, а не лепки, например. Любые игры, развлечения нужно было планировать заранее, Сима не терпела сюрпризов и экспромтов ни в каком виде. Если что-то нарушалось или шло вне плана, она страдала, плакала, пугалась. До сих пор, кстати, такая. Если я вечером обещаю, что выйду утром на семейную прогулку и три часа буду гулять по парку, у меня нет ни малейшего шанса отвертеться. Раз запланировано, дочь меня вытолкает из дому в любом состоянии. Я могу стенать, просить кофе, отпрашиваться в туалет, причитать, что не успею приготовить обед, но, если в графике стояли три часа, значит, три часа.

Сейчас Сима выдает мне свои фитнес-часы и устанавливает, сколько шагов я должна пройти. И пока часы не запикают, отмечая выполненную тренировку, я буду ходить. Да, я в прекрасной физической форме, но не по доброй воле, а лишь благодаря дочери.

Я пыталась засунуть и сына, и дочь в переноски. У меня имелись и слинги, и кенгурушки, и ручные переноски. Вася начинал орать, Сима вырывалась молча. Оказавшись привязанными или пристегнутыми к материнской груди, они не успокаивались. Напротив, их это положение приводило в ужас. Они оба не терпели замкнутых пространств в виде манежа и приспособлений, ограничивавших их свободу: ходунков, прыгунков, ремешков, которые пристегиваются к едва начавшему ходить ребенку, как ошейник, не позволяя ему упасть. Не знаю, как они называются. Шлейка?

Дочь терпеть не могла гостей ни в каком виде. Ни к ним, ни к нам. Она застывала на лестничной клетке, и никакая сила не могла заставить ее войти внутрь квартиры, откуда доносились голоса, крики. Оба моих ребенка ненавидели, когда их пытались потискать посторонние люди, даже если те были друзьями семьи. Дети активно принимались брыкаться, вырываться и выражать недовольство всеми доступными младенцам способами. А они, уж поверьте, разнообразны.

Симу от переживаний начинало тошнить и могло вырвать на тетю, которая решила задать невинный вопрос, как дела. Сын был способен засандалить ногой в диафрагму так, что тетя или дядя складывались пополам. Да, сейчас они милые воспитанные дети: вежливо здороваются, даже готовы позволить себя потискать – поцеловать, например, или обнять, хотя желающих совершить эти действия уже не осталось. Друзья нашей семьи знают, что к детям можно приблизиться, но очень деликатно. Социальная дистанция? Мои дети соблюдают ее с младенчества. Никакого панибратства и вторжения в личное пространство. Они способны взглядом остановить нарушителя правил. Господи, мне бы их умение оставаться исключительно вежливыми в обстоятельствах, которые подразумевают какие-либо социальные контакты!

Они не выносили громких звуков, шума, гама. До сих пор страдают, когда в наш дом приходят знакомые с гиперактивными детьми. Вася вежливо выходит поздороваться, издалека делает «козу» ребенку и сбегает под благовидным предлогом – бурная студенческая жизнь.

Сима мучительно и терпеливо следит за тем, чтобы ребенок не сломал ее игрушки, собранный из конструктора домик. Ходит по пятам за малышом, оставленным ей на попечение, и переживает, чтобы он не ударился, не упал. Она очень устает от ответственности. Если я попрошу дочь покормить ребенка яблочком, Сима не успокоится, пока не впихнет в ребенка все яблоко, хотя малышу хватит и двух долек. И ребенок смирится и съест здоровенное яблоко, потому что быстро поймет – эта девочка от него не отстанет. Если попросить Симу поиграть с малышом в азбуку, есть все шансы, что через два часа родители получат ребенка, знающего алфавит.

Однажды мама девочки Вари попросила Симу научить Варюшу считать до десяти и обратно. Сима, уставшая, как сто чертей, предъявила Варю, которая научилась не только считать до десяти и обратно, но и выполнять примеры в пределах десятка – складывать и вычитать.

Моя дочь не умеет останавливаться на полпути. Еще ни одному ребенку не удалось от нее сбежать.

После визита гостей дочь не уснет, пока не приведет собственную комнату в идеальный порядок – разложит по местам игрушки, карандаши, фломастеры.

Недавно был смешной случай. Мы приехали в гости к шестилетней девочке – дочке моей подруги. Опоздали из-за тренировки где-то на час. Открыли дверь и услышали дружный детский вопль. Сима непроизвольно захлопнула дверь, решив не заходить.

– Да, согласна. – Я тоже уже плохо переношу громкие детские крики. – Давай зайдем, поздравим и пойдем гулять.

На всех спортивных сборах дочь всегда получает приз за «самую чистую комнату». Остальных девочек тренеры водят к ней на экскурсию – показать образцовый порядок.

Мы приехали на сборы с опозданием на два дня. Двухкомнатный номер. В одной комнате – три маленькие девочки, в другой – моя дочь, как старшая, которая должна была присмотреть за младшими подругами по команде.

– Девочки, Сима приехала! – объявила тренер, с осторожностью заходя в комнату. На полу были разбросаны кроссовки, шлепки, книжки, раскраски, ручки и карандаши. Девочки тут же кинулись собирать вещи и раскладывать по местам. Освободили полку. Одна девочка полотенцем для рук пыталась вытереть пыль.

– Как я рада, что ты приехала, – сказала тренер Симе, – хоть за вашей комнатой не надо следить.

Три малышки, оставленные на Симино попечение, выходили на тренировку умытые, с почищенными зубами, в чистых костюмах. Кровати были заправлены, вещи разложены ровными стопочками, игрушки сидели в образцово-показательном порядке.

Если гости незапланированно задерживаются с уходом, дочь терпит, изображая на лице вымученную улыбку. Но от одного взгляда на нее становится понятно – пора выметаться.

 

– Симуль, ты не хочешь младшую сестричку или братика? – спрашивала я, когда еще не рассталась с мыслью стать многодетной матерью.

– Нет. Я очень люблю детей, но они такие… уставательные. Дети – это ответственность. Нельзя кого-то заводить просто так. Можно мы будем за ними следить в инстаграме? У нас ведь много знакомых малышей!

Да, у меня есть приятельницы – молодые мамы. Сима видела, как они ходили беременные, как кормили грудью младенцев. Очень к ним расположена и каждый день спрашивает: «Как там Ева и Гриша? Нет ничего смешного?» Она радовалась, что малыши научились ползать, потом ходить, а сейчас уже бегают. Интересуется, почему Ева не пошла ко мне на ручки, а Гриша застеснялся.

– Кать, привет, а ты можешь почаще выставлять свою Еву в инстаграме? Сима просит новые видео. Кажется, она хочет инстаграм-сестренку, – попросила я приятельницу.

– Я бы тоже иногда за Евой наблюдала в инстаграме, – устало буркнула Катя. – Растет тираном и деспотом. Отобрала самокат у средней. Старшая сбегает от нее к бабушке при первой же возможности.

Мои приятельницы, мамы чудесных детей, полные противоположности. Оказывается, разделение на режимных и свободных мам вернулось и снова в моде. Катя, мама трех девочек, судя по ее графику, вообще не спит последние лет семь, а Лена – тоже мама троих детей, соблюдает режим. Старшая сестра купает младшую, укладывает, читает ей книжку на ночь. Обе сестры следят за младшим братиком. Старшая без напоминаний садится за уроки, младшая пристраивается рядом – рисовать или писать в прописях. У Кати же – кофе в четыре утра, младшая гуляет по кухне, в шесть уже все дружно готовят завтрак. Блинчики. Средняя дочь мешает венчиком так, что тесто долетает до потолка. Старшая жарит. Малышка крутится под ногами и норовит вмешаться в процесс, размазывая по полу ногой сырое яйцо, которое уронила средняя сестра. Даже представить себе не могу, на что похожа Катина кухня после одного такого завтрака. Потом, если не нужно бежать в школу, на занятия, они могут снова завалиться спать. До обеда. Но, как правило, бежать все-таки нужно. И в магазин за продуктами, и за шапками, куртками – средняя с утра объявила, что не будет носить куртку старшей сестры. Ни за что на свете. Лучше голая пойдет… Я бы застрелилась.

У Лены же – армейская дисциплина. Встали. Умылись. Позавтракали. Вышли на прогулку вовремя. Пришли, пообедали. Отправились спать или заниматься. Погуляли, поужинали. Школа, садик, тренировки – жесткий ежедневный график, расписанный не по часам, а по минутам. Даже секундам. Потому что опоздание для старшей дочери, предельно пунктуальной, равносильно катастрофе. Она должна прийти на тренировку (на урок, в художественную студию) первой. Муж Лены тоже в графике – привез продукты, разложил в нужном порядке в холодильнике. Если не в то отделение положит помидоры, Лена убьет.

Дети в этих таких разных семьях – прекрасные, развитые, ухоженные. И главное – счастливые. По детям всегда видно.

У моих Васи и Симы большая разница в возрасте – восемь лет. Родив дочь, я пыталась исправить собственные ошибки, совершенные с сыном. Старалась стать идеальной мамой, суперженщиной. Не повторяйте мой опыт. Будут другие ошибки, что неизбежно. Материнство – вообще сплошные ошибки, череда несуразиц и громких педагогических провалов. Дети не поддаются ни одной методике воспитания. Они поддаются только любви и нежности. Не корите себя за то, что сделали что-то не вовремя, неправильно, не так, как написано в многочисленных книгах. Если с первым ребенком вы были консерватором, ничто не мешает изменить стратегию со вторым или с третьим чадом. И наоборот. Посмотрите на ребенка – что ему нужно?

Но все же стоит придерживаться правила: отход к ночному сну – это ритуал. Активность должна смениться спокойными играми перед сном, купанием и чтением, например. Или пением. Ребенок лучше засыпает, когда ритуал повторяется изо дня в день. Поиграли, посмотрели пять минут мультики, искупались, почитали. Все, спать. Про почитали на ночь обязательно расскажу подробнее. Нет, сейчас, потом забуду.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20 
Рейтинг@Mail.ru