Марта Миллер Рон и Непостижимая Реальность

Глава

Операция Разоблачение Хорька.

Рон Уизли сидел в углу гостиной Гриффиндора, пытаясь осмыслить происходящее. Его рыжие волосы стояли дыбом после того, как он в пятый раз пропустил через них пальцы в жесте полного отчаяния.

— Гермиона и Малфой,— бормотал он себе под нос, словно повторяя заклинание, которое могло бы отменить эту абсурдную реальность. —Гермиона и чёртов Малфой. Может, я просто отравился конфетами Фреда и Джорджа? Может, это всё галлюцинация?

Он достал из кармана шоколадную лягушку и уставился на неё с подозрением, будто именно она была виновата во всех его бедах.

—Знаешь,— обратился он к лягушке, — Я всегда думал, что самое страшное в моей жизни, это пауки. Или Снейп. Но нет! Оказывается, есть вещи и похуже!

Лягушка, естественно, не ответила, но Рон всё равно откусил ей голову с особой жестокостью.

Гарри, проходивший мимо, остановился и посмотрел на друга с сочувствием.

—Всё ещё переживаешь? — спросил он

—Переживаю? — Рон издал смешок, больше похожий на хрип умирающего гиппогрифа. — Нет, что ты! Я просто пытаюсь понять, в какой момент мир сошёл с ума?! Может, когда Хагрид решил, что драконы — это милые домашние питомцы? Или когда Дамблдор подумал, что прятать философский камень за головоломками, которые может решить первокурсник — отличная идея?

Гарри открыл рот, чтобы что-то сказать, но Рон продолжил свою тираду:

—А может, всё началось, когда Гермиона решила, что хорёк с платиновыми волосами и самомнением размером с Хогвартс — это именно то, что ей нужно в жизни!?!

В его внутреннем монологе Малфой представлялся в виде напыщенного павлина, который ходит вокруг Гермионы и распускает хвост, периодически выкрикивая "Мой отец узнает об этом!" и "Поттер, ты проиграл!"

—Знаешь, Рон,— осторожно начал Гарри, — может, тебе стоит...

—Нет, не стоит!— перебил Рон. —Мне не стоит ни смириться, ни принять, ни понять! Следующее, что ты мне скажешь — что Филч на самом деле добрый, а Волдеморт просто непонятый художник!?

Рон вскочил и начал ходить кругами, размахивая руками так, что проходящие мимо первокурсники испуганно шарахались в стороны.

—Я просто хочу знать одно,— он остановился и драматично указал пальцем в потолок, — Когда наступит конец этому безумию? Когда я проснусь и обнаружу, что всё это был просто кошмарный сон после того, как я съел слишком много тыквенных пирожков?

В этот момент портрет Полной Дамы отворился, и в гостиную вошла Гермиона, сияющая, как новенький галлеон. На её шее красовался серебряный кулон в форме змеи с изумрудными глазами.

Рон издал звук, похожий на предсмертный стон раненого фестрала, и рухнул обратно в кресло, закрыв лицо руками.

—Вселенная определённо меня ненавидит,— пробормотал он. —Интересно, принимают ли в Дурмстранг посреди учебного года?

Следующие несколько дней для Рона Уизли превратились в персональный круг ада, который Данте, несомненно, забыл упомянуть в своей "Божественной комедии". Круг, где рыжеволосые волшебники вынуждены наблюдать, как их лучшие друзья встречаются с их заклятыми врагами.

На уроке зельеварения Рон сидел, угрюмо помешивая свое зелье против бородавок, которое почему-то приобрело консистенцию цемента и цвет болотной тины.

—Уизли,— протянул профессор, нависая над его котлом, — я просил приготовить зелье против бородавок, а не новый строительный материал для Хогвартса. Минус десять очков с Гриффиндора за вашу некомпетентность.

Рон даже не нашел в себе сил огрызнуться. Его взгляд был прикован к другому концу класса, где Малфой и Гермиона работали вместе, периодически обмениваясь улыбками и... Мерлиновы подштанники, неужели она только что ХИХИКНУЛА?

—Знаешь, приятель,— шепнул Гарри, заметив выражение лица друга, — твое зелье сейчас закипит от одного твоего взгляда....

— Я просто не понимаю,— прошипел Рон, с такой силой измельчая жабью печень, что та превратилась в пюре. —Что она в нем нашла? У него же волосы белее, чем у старика Дамблдора! Он, наверное, их отбеливает!

— Ну, вообще-то...

— И эта его походка! Ходит, будто проглотил метлу! А эта вечная ухмылка? Он что, застрял на стадии я только что научился улыбаться и теперь буду делать это неправильно?

Внутренний монолог Рона был еще более красочным. В его воображении Малфой представал в виде напыщенного павлина с платиновым хохолком, постоянно кричащий "Мой отец!" и разбрасывающий вокруг галлеоны.

После урока ситуация только ухудшилась. В Большом зале Рон наблюдал, как Малфой подошел к столу Гриффиндора (к столу Гриффиндора!), чтобы передать Гермионе какую-то книгу.

— Я нашел тот трактат о трансфигурации живых существ, о котором мы говорили,— сказал Малфой тоном, в котором не было ни капли привычного высокомерия. — Думаю, тебе понравится глава о этических аспектах.

— О, Драко, спасибо!— Гермиона просияла так, будто ей подарили не пыльный фолиант, а все сокровища Гринготтса.

Рон с такой силой вонзил вилку в свой пудинг, что та чуть не разломила тарелку.

— Драко,— передразнил он шепотом, когда Малфой ушел.

— Серьезно? ДРАКО? Что дальше? Будешь называть Волдеморта Томми?

— Рон,— вздохнула Гермиона, — ты не мог бы хотя бы попытаться...

— Нет, не мог бы!— отрезал Рон. —Я скорее попытаюсь подружиться с дементором! По крайней мере, дементор честен в своем желании высосать из меня душу!

Вечером в гостиной Гриффиндора Рон сидел, уставившись в учебник по прорицаниям, но видел там только одно предсказание: "Твоя жизнь превратится в кошмар, когда девушка, которая тебе нравится, начнет встречаться с белобрысым хорьком."

— Может, тебе стоит с ней поговорить?— предложила Джинни, присаживаясь рядом. — Знаешь, как взрослые люди.

Рон посмотрел на сестру так, будто она предложила ему пойти и обнять василиска.

— Поговорить? И что я скажу? "Привет, Гермиона, не могла бы ты перестать встречаться с парнем, который последние пять лет называл тебя грязнокровкой и делал всё, чтобы превратить нашу жизнь в ад?"

— Ну, может, не так прямолинейно...

— А знаешь, что самое ужасное? —продолжил Рон, не слушая. — Он теперь ведет себя ПРИЛИЧНО. Вчера он даже извинился перед первокурсником, которого случайно толкнул! Малфой! Извинился! Перед гриффиндорцем! Это противоестественно!

Джинни закатила глаза.

—Ты просто ревнуешь.— сказала она.

— Я не ревную!— воскликнул Рон так громко, что несколько студентов обернулись. — Я беспокоюсь! Это явно какой-то коварный план! Может, он опоил ее Амортенцией? Или это Империус? Или...

— Или, может быть.. — сказала Джинни, вставая, — он просто изменился. И Гермиона это увидела.

Рон остался один, мрачно глядя на огонь в камине. В его воображении языки пламени складывались в издевательскую ухмылку Малфоя.

— Изменился, как же,— пробормотал он, скомкав пергамент с недописанным эссе. — А я тогда, следующий Министр магии. Нет, тут что-то не так, и я обязательно выясню что именно. Даже если мне придется следить за ними день и ночь!

С этой решимостью он направился к выходу из гостиной, не заметив, как из его кармана выпала коробочка с Удлинителями ушей Фреда и Джорджа — очевидно, первый инструмент в его новоиспеченном шпионском арсенале.

Следующее утро застало Рона Уизли в весьма необычной позиции — распластавшимся за статуей горбатой ведьмы на третьем этаже, с Удлинителями ушей, змеящимися по полу, и с выражением лица, которое можно было описать только как "параноидальная решимость".

— День первый операции "Разоблачение Хорька", — бормотал он себе под нос, словно комментируя невидимый дневник. — Подозреваемый движется по коридору с подозрительно нормальным выражением лица. Слишком нормальным. Определённо что-то скрывает.

Малфой, ничего не подозревая, шёл по коридору с учебниками под мышкой, направляясь, по всей видимости, в библиотеку. Рон сощурился так сильно, что его глаза превратились в узкие щёлочки.

— Ага! Библиотека! Классическое место для тёмных делишек. Наверняка идёт изучать какое-нибудь запрещённое проклятие или варить зелье подчинения. —пробубнил Рон себе под нос.

Внутренний же голос Рона, подозрительно похожий на голос Гермионы, попытался возразить: "Или, может быть, он просто идёт заниматься, как нормальный студент перед экзаменами?"

—Заткнись Гермиона,— пробормотал Рон. —Ты под его чарами.

Он последовал за Малфоем в библиотеку, искусно (по его личному мнению) маскируясь за стопками книг и прячась за высокими стеллажами. Мадам Пинс бросила на него подозрительный взгляд, когда он в третий раз перебежал от одного шкафа к другому, но Рон был слишком поглощён своей миссией, чтобы заметить.

Малфой сел за дальний стол, достал пергамент и начал... писать эссе по трансфигурации. Рон разочарованно выдохнул.

— Хитрый змей,— прошептал он. —Маскируется под прилежного ученика. Но я-то знаю, что на самом деле ты пишешь! Наверняка шифрованное послание своим слизеринским прихвостням!

В этот момент в библиотеку вошла Гермиона, и лицо Малфоя осветилось улыбкой. Рон почувствовал, как его желудок совершает кульбит, достойный профессионального игрока в квиддич.

—Привет,— сказала Гермиона, садясь рядом с Малфоем. — Уже начал эссе для МакГонагалл?

— Да, но застрял на теории Гэмпа об элементарных исключениях,— ответил Малфой с лёгкой улыбкой. — Не могу понять, как это связано с человеческой трансфигурацией.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.