Марк Юрьевич Мыйня Новогодний подарок

27 декабря 2024 года. Курская область. посёлок Ур

«Виу-виу-виу-виу…», как её любят пародировать люди, пронеслась полицейская машина по главной улице посёлка Ур, по улице Ленина. Лишь только скрежет колёс и раздражительный звук ручного тормоза для резкого поворота на Советскую улицу, чтобы успеть догнать превышающую скорость машину, развеял звук сирены. Девушка Зои бросила свой взгляд на эту погоню, немножко ухмыльнувшись, она продолжила идти до «Магнита». Зайдя в магазин, начала своё длинное и повествовательное рассуждение о том, что ей нужно бы купить: «Так, котлеты вроде есть. Может, макароны взять? А возьму фарша с макаронами, котлет ещё забабахаю. Скоро Новый год, может, мандарины взять? Да, пожалуй, возьму мандарины по акции. Что мне ещё не хватает? Может, всё же эту шоколадку, нет, возьму лучше эту, она же даже по скидке будет…» Это повествование можно продолжать вечно, но оно всегда приходит к концу, также приходит к концу, как и Зои подошла к кассе. Там она встретила своего давнего знакомого Максима. Они вместе отмечали выпускной вечер. И, увидев его, она сразу вспомнила те моменты: как они веселились, отмечали, бухали. Максим, увидев её, улыбнувшись, сказал:

— Привет, Зои…

— И тебе привет, Макс… — С теплотой и нежностью поздоровалась Зои.

— Может, чаю по акции возьмёшь, ну или ещё чего-нибудь? — спросил Максим.

— Боюсь, денег у меня не хватит, — посмеиваясь, сказала Зои.

Да, знакомые долго могли бы разговаривать, находясь с двух сторон от кассы, один в роли кассира, другая в роли покупателя. Но одна бабка в толпе решила прервать их душевный и длительный разговор:

— Ну что вы делаете-то? Мы же торопимся! А вы стоите тут лясы точите!

— Хорошо, простите, — виновато сказала Зои, собрала вещи, покупки, заплатила и вышла из магазина.

На улице декабрь, преддверье Нового года. Холодный и сильный ветер обжигает и морозит щеки. Ветер метает повсюду острый, как будто бы маленькие камушки, снег. Зои обвязала шарфиком всю свою голову и лицо.

— Черт, — прошептала Зои, — опять забыла купить корм для своей кошки!

Зои была расстроена, но сразу же развеяла все свои страдания мыслью, что ей так-то бы надо зайти к знакомой, живущей на Кутузова, за куриными яйцами. Поэтому у неё она корма-то и просит. Надеется, что знакомая её выручит.

Она долго шла до Кутузова: сначала через Ленина, потом вышла на Фрунзе, после прошла по мосту через четвёртый пруд. И так она добралась до Кутузова. Пройдя немного по улице, она подошла ко двору своей знакомой. Она постучалась, и ей открыла собака. Громко-громко лая, собака подозвала свою хозяйку, а хозяйка в свою очередь несла для Зои яйца в коробёнке. Перекинувшись парой приятных фраз, Зои также успела одолжить корм для своей кошки. Знакомая была не против и даже не была огорчена тому, что её кошка сегодня поест немножко поменьше. Идя по Кутузова, Зои заметила, что за ней кто-то идёт. Кто-то в чёрном. Она сумела рассмотреть его обличие только в отражении своего телефона. Это был мужчина, он был одет во всё чёрное, только белое, нарисованное или вышитое из ниток, сердце на кофте его, находящиеся по центру груди, оно хоть как-то разбавляла весь чёрный облик его одежды. Зои заметила, что у него в руке какой-то длинный и блестящий предмет. И ей стало страшно, ведь он напоминал лезвие. Зои ускорила свой шаг и начала идти быстрее, но мужчина, находящийся позади её, последовал её примеру. Зои стало не просто тревожно, ей стало сложно тревожно, она испугалась, сердце её забилось всё чаще и чаще. Она позабыла всё, всё о чём думала. Как на зло, она недавно закончила прочтение книги Майка Омера: «Внутри убийцы». Вспоминая обо всём, что было написано в книге, её ноги стали подкашиваться, и страх овладел ею. И она ринулась бежать! Она завернула налево, чтобы выбежать на улицу Красноармейская. И тут она почувствовала резкий удар чем-то твёрдым по голове. Она упала и ощутила давящую боль в затылке. Последнее, что она увидела, это был человек. Его лицо было всё в синяках, шрам рядом с глазом, разбитая губа, и эта губа была лишь частью зловещей улыбки. Мужчина замахнулся острым, хорошо заточенным ножом и пронзил женщину. Зои закрыла глаза раз… и навсегда, в свои какие-то 20 лет. Мужик начал медленно и, с наслаждением, вырезать сердце Зои, вырезав сердце, он положил его в свой подготовленный медицинский пакет и подписал его цифрой «1». Зои так и осталась лежать в этом тёмном, неосвещённом переулке между Красноармейской и Кутузова.

28 декабря 2024 года. Курская область. Генеральный штаб округа

На улице трещал мороз, и окна в кабинете генерала Сергея Смирнова покрылись тонкой ледяной паутинкой. Он стоял у окна, глядя на белые, безжизненные ели, словно прислушиваясь к какому-то внутреннему голосу. В кабинете тихо тикали часы. Праздники приближались, но у него не было ни настроения, ни времени на мишуру.

Дверь приоткрылась, и адъютант без стука заговорил:

— Товарищ генерал, только что пришла сводка из посёлка Ур. Неофициально. Труп. Мужчина. Сердце вырезано. Всё сделано… очень странно.

Смирнов даже не повернулся. Только закурил. Табак пах горько:

— Ур?.. Чёрт, даже название подходящее. Что с местными?

— Говорят, начальник полиции — в шоке. Убийство на месте, как будто инсценировка. Вся деревня в панике.

Смирнов медленно повернулся, глядя прямо в лицо подчинённого:

— Поднимай архив. Пусть Залесская зайдёт. Прямо сейчас.

Анна Сергеевна Залесская сидела в коридоре напротив дубовой двери. Её пальто было расстёгнуто, волосы собраны в строгий хвост. Её лицо не выражало никаких эмоций, но в глазах блестело напряжение. Она знала, если зовут не по телефону — дело серьёзное.

Дверь отворилась. Смирнов махнул рукой:

— Заходи, Анна.

Она вошла. Закрыла за собой дверь:

— Слушаю, товарищ генерал.

Он кивнул и бросил на стол папку. Несколько фото выпали: тело мужчины, лежащего на полу в старом доме. На груди — следы ножа, в центре зияла чёрная дыра.

— Сердце вырезано. Снежинка нарисована кровью. Соседи слышали, как он кричал, но боялись идти.

Анна нахмурилась. Перелистывая фото, она задавала себе вопросы: «Кто? Зачем? Почему так показательно?»

— Посёлок Ур. Глушь. Восемьсот жителей. Полиция там… ну, ты понимаешь, — продолжил генерал.

— Вам нужен профиль, — спокойно сказала Анна. — Или хотите, чтобы я туда поехала?

— Оба. У нас три дня до Нового года. Я хочу, чтобы ты выехала сегодня. Возьмёшь всё нужное. Но я знаю, ты не любишь работать в одиночку. Кого тебе выделить в помощь?

Анна посмотрела в сторону окна. Долго молчала:

— Мне нужен мужчина, — наконец сказала она. — Не стажёр. Кто-то, кто может держать оружие. И не будет истерить при виде крови.

Генерал прищурился:

— Маршал Орлов подойдёт? Из Екатеринбурга. Работал в угрозыске, вёл пару дел по маньякам.

— Пусть будет он.

Смирнов встал.

— Анна… будь осторожна. Убийца не просто псих. Мне кажется, он готовится. Это только начало.

Вокзал. Вечер. Поезд: «Екатеринбург — Курск»

Маршал Николаевич Орлов держал в руке скользкий чемодан, поглядывая на мобильник. Сообщение от генерала: «В 22:00 вас заберут. Работаете с Залесской».

Он слышал о ней — холодная, жесткая, будто сделана из стали. Мол, когда её однажды окружили трое вооружённых в заброшенной психушке — она вышла, а они нет. Но вживую он её не видел.