Марк Сенько Тайна усадьбы «Чёрный Дуб»

Глава 1. Загадочная записка в дупле старого дуба

Солнце только начало припекать, превращая утреннюю росу на листьях в тысячи крошечных бриллиантов, когда в самую густую часть леса, что располагалась на окраине деревни Питерсвуд, один за другим стали пробираться пятеро ребят.

Их секретный штаб был идеальным. Он представлял собой небольшую поляну, окруженную высокими папоротниками и старыми дубами, а в центре рос огромный разлапистый вяз, в дупле которого хранился их «архив» — старые блокноты, увеличительное стекло, компас и фонарик.

— Ну, смотрите и учитесь! — раздался из-за кустов хриплый, дрожащий голос.

Ребята замерли. На поляну, опираясь на толстую сучковатую палку, вышел сгорбленный старик в поношенном твидовом пиджаке, слишком больших ботинках и с густой, торчащей в разные стороны седой бородой. Он злобно пыхтел и бормотал себе под нос:

— Опять эти озорники потоптали мою капусту! Вот я им покажу, где раки зимуют! Убирайтесь с моей земли, не то спущу на вас пса!

Бетси, самая младшая в компании, сначала испуганно отшатнулась, но тут же узнала знакомые серые глаза под густыми седыми бровями.

— Фатти! — рассмеялась она, хлопая в ладоши. — Это же ты! Фатти Троттевилль, ты просто гений!

Старик выпрямился, его сутулость мгновенно исчезла. Он стянул с головы седой парик, вытер вспотевший лоб и широко улыбнулся.

— Ну как? — с гордостью спросил Фатти, обводя взглядом друзей. — Я репетировал перед зеркалом всё утро. Даже походку изменил. Если бы я встретил сейчас мистера Гуна, он бы и не подумал, что перед ним стоит тот самый Фатти, которого он так не любит выгонять со своих грядок.

— Ты был великолепен, Фатти, — одобрительно кивнул Ларри, старший и самый рассудительный в компании. — Но признайся, ты ведь надел этот костюм просто потому, что нам нечем заняться?

— Именно! — вздохнул Фатти, аккуратно сворачивая бороду и убирая её в коробку. — Лето только началось, а в Питерсвуде тишина. Ни одной кражи, ни одного подозрительного незнакомца. Даже мистер Гун ходит сонный и зевает на посту. А мы — Пять Юных Сыщиков и пёс-детектив! Нам нужно дело!

В ответ на его слова звонко гавкнул Бастер. Этот лохматый, вечно взъерошенный фокстерьер был собакой Бетси, но обожал Фатти больше всех на свете. Услышав своё «титульное» название, Бастер подпрыгнул и попытался лизнуть Фатти в нос.

— Фу, Бастер, нельзя! — мягко одернула его Бетси, поглаживая пса по жёсткой шерсти. — Ты же пёс-детектив, веди себя солидно.

— Бастер всегда солиден, когда чует еду, — усмехнулся Пип, поправляя лямки своего рюкзака. — Кстати, о еде. Дэйзи, ты взяла бутерброды?

— Конечно, взяла, Пип, — ответила Дэйзи, сестра Ларри. Она всегда была самой практичной и заботливой. — Они в корзинке, под салфеткой. Но давайте сначала проверим почту.

Ларри подошёл к огромному вязу и заглянул в глубокое дупло на высоте человеческого роста. Это было их тайное «почтовое отделение». Обычно там лежали записки, которые ребята оставляли друг другу, если не могли встретиться лично.

Ларри нахмурился и протянул руку вглубь дупла.

— Тут что-то есть, — сказал он, вытягивая из дупла не их обычный блокнот, а плотный лист белой бумаги, свернутый в трубочку. — Но я этого не оставлял. И ты, Дэйзи?

— Нет, — покачала головой Дэйзи.

— И я, — отозвался Пип.

Все пятеро, включая Бастера, который настороженно навострил уши, сбились в тесный кружок. Ларри развернул листок. Бумага была дорогой, с водяными знаками, но почерк был нервным, торопливым, будто человек писал его дрожащей рукой в темноте.

Ларри прочитал вслух:

«Ищите там, где сова кричит трижды. Время уходит. Они уже знают, что я знаю».

На поляне повисла тишина. Слышно было только, как где-то вдалеке стрекочет кузнечик и как тихо сопит Бастер, уткнувшись носом в ботинок Фатти.

— Вот это да... — выдохнул Пип, и его глаза заблестели. — Это же шифр! Или приглашение!

— Или предупреждение, — серьёзно заметила Дэйзи. — Посмотрите на бумагу. Она слегка пахнет морем и машинным маслом.

Фатти перехватил листок и поднес к носу.

— Дэйзи права. И ещё... видите этот маленький значок в углу? Это герб! Или печать.

Бастер вдруг тихо зарычал, глядя в сторону чащи леса, и тихо заскулил, царапая лапой землю.

— Что такое, Бастер? — спросила Бетси, наклоняясь к нему. — Ты что-то учуял?

Пёс-детектив действительно что-то учуял. Он сделал несколько шагов в сторону и остановился у старого пня. Там, в расщелине коры, застрял маленький клочок той же самой дорогой белой бумаги. Фатти аккуратно вытащил его. На обрывке было выведено всего одно слово: «Черный Дуб».

— Усадьба «Чёрный Дуб»! — воскликнул Ларри. — Та самая, на холме, которую уже полгода никто не арендовал! Говорят, она с привидениями.

Фатти медленно собрал все кусочки бумаги, его лицо приняло то самое сосредоточенное выражение, которое бывало у него, когда он брался за сложную маскировку или разгадывал трудную задачу. Он посмотрел на друзей. В его глазах плясали искорки азарта.

— Привидения — это чепуха, — твёрдо сказал Фатти. — А вот настоящие злодеи — это как раз по нашей части. Мистер Гун, наверное, уже спит в своем кресле, но мы не дадим ему скучать.

— Мы начинаем расследование? — тихо спросила Бетси, крепче сжимая ошейник Бастера.

— Пять юных сыщиков и пёс-детектив начинают расследование! — торжественно объявил Фатти. — И первое, что мы сделаем... отправимся к усадьбе «Чёрный Дуб» и найдём место, где кричит сова.

Глава 2. Переполох у ворот «Черного Дуба»

Ребята покинули свой уютный штаб в лесу и неторопливо зашагали по тропинке, ведущей к деревне Питерсвуд. Солнце уже стояло высоко в небе, и воздух наполнился пряным ароматом нагретой хвои и полевых цветов. Бастер бежал впереди, то и дело останавливаясь, чтобы внимательно обнюхивать каждый подозрительный куст или старый пень. Его хвост был поднят трубой — верный признак того, что пес-детектив взял след.

— Смотрите, Бастер что-то нашёл! — воскликнула Бетси, указывая на собаку.

Фокстерьер сидел у обочины дороги и старательно копал землю передними лапами. Пип подошёл ближе и увидел, что Бастер выкопал из грязи маленький, потускневший от времени латунный ключ.

— Интересно, — пробормотал Ларри, разглядывая находку. — Ключ от чего-то очень старого. Брось его в карман, Пип, пригодится.

Дорога начала круто подниматься в гору, и вскоре перед ребятами открылся вид на усадьбу «Чёрный Дуб». Это был мрачный, но величественный особняк из тёмного камня, окруженный высокими стенами и вековыми деревьями, чьи ветви сплетались над крышей, словно паутина. Но сегодня тишину поместья нарушал совсем не крик совы.

Прямо у кованых ворот стояла полицейская машина. А на дорожке, размахивая своей короткой дубинкой и распыляясь от важности, стоял местный констебль — мистер Гун. Его красное, одутловатое лицо было искажено привычным недовольством.

— Ого! — присвистнул Фатти. — Похоже, наше расследование начинается быстрее, чем мы думали.

Ребята подошли к воротам. Мистер Гун тут же заметил их и нахмурился еще сильнее, если это было вообще возможно.

— Так, так, так! — прогремел его бас. — Это ещё что такое? А ну брысь отсюда, малышня! Здесь место преступления, а не площадка для ваших игр в прятки. Живо домой, пока я не сообщил вашим родителям!

Фатти невозмутимо поправил воротник рубашки и сделал самое невинное лицо, на которое был способен.

— Мы просто гуляем, мистер Гун. Разве гулять по общественной дороге теперь запрещено? И кстати, что случилось? У вас украли полицейскую свисток?

Лицо мистера Гуна побагровело. Он ненавидел Фатти Троттевилля всей душой, особенно за то, что этот мальчишка постоянно оказывался умнее его.

— Никаких шуток, Фатти! — рявкнул он. — Здесь совершена серьезная кража. Хозяин усадьбы, мистер Крэнстон, лишился бесценной антикварной табакерки. А его помощник сбежал посреди ночи! Так что марш отсюда, не мешайте полиции работать!

— А мы и не мешаем, — вежливо вмешалась Дэйзи. — Мы просто хотели пожелать вам удачи. Ведь вам она понадобится, если вор уже далеко.

Мистер Гун открыл рот, чтобы ответить, но в этот момент Фатти незаметно отступил на шаг назад, юркнул за угол каменной стены и исчез из виду. Остальные ребята, переглянувшись, послушно зашагали обратно по дороге, делая вид, что подчинились.

Отойдя на безопасное расстояние, они свернули в узкий переулок, где их уже ждал Фатти. Но это был уже не тот Фатти, который шёл с ними минуту назад. Он успел стянуть с головы кепку, растрепать волосы, вымазать щеки и нос сажей из кармана и натянуть на плечи старый мешок из-под картошки, который всегда носил с собой на случай экстренной маскировки. Теперь перед ними стоял оборванный, но шустрый мальчишка-разносчик.

— Блестяще! — шепнула Бетси. — Даже я бы тебя не узнала!

— Тсс! — Фатти приложил палец к губам. — Я пойду к заднему входу усадьбы. Садовник мистер Хиггинс всегда пьет чай в это время. Вы идите домой и ждите меня в штабе.

Через двадцать минут Фатти, уже в своём обычном виде и отряхнувшись от сажи, догнал друзей на лесной поляне. Его глаза сияли от возбуждения.

— Ну? — набросились на него остальные. — Что удалось узнать?

— Многое! — Фатти сел на пенёк и торжественно обвел взглядом команду. — Мистер Гун, как всегда, смотрит только под нос. Он думает, что помощник мистера Крэнстона, некий мистер Торн, просто украл табакерку и сбежал. Но садовник рассказал мне совсем другое!

Фатти сделал драматическую паузу, наслаждаясь вниманием аудитории. Бастер тоже сидел, навострив уши, и тихо скулил.

— Мистер Торн не просто сбежал, — продолжил Фатти. — Он был в панике. Садовник видел, как помощник всю ночь бегал по саду, что-то искал в земле и бормотал про «проклятый шифр». А табакерка... табакерка пропала из сейфа, но сейф не был взломан! Его открыли родным ключом мистера Крэнстона.

— Значит, либо мистер Крэнстон открыл его сам, либо у вора был дубликат, — мгновенно сделал вывод Ларри.

— Именно! — кивнул Фатти. — И вот что самое интересное. Мистер Торн сбежал не через главные ворота, а через калитку в старом заборе, которая ведёт прямо в наш лес. К тому самому вязу, где мы нашли записку!

Ребята ахнули. Дэйзи хлопнула себя по коленям.

— Фатти, ты гений! Записка в дупле... «Они уже знают, что я знаю». Это написал мистер Торн! Он спрятал её там, когда бежал!

— И он искал в саду не табакерку, — догадался Пип, его глаза загорелись азартом. — Он искал то, из-за чего его подставили! Табакерка — это просто приманка, чтобы полиция пустилась за ним в погоню!

— Совершенно верно, Пип, — улыбнулся Фатти. — Мистер Гун сейчас будет гоняться за беднягой Торном по всему графству, а настоящий злодей будет спокойно спать в своей постели. Но мы... мы пойдём другим путём.

Фатти достал из кармана тот самый латунный ключ, который нашёл Бастер.

— Садовник сказал, что мистер Торн часто заходил в старый флигель в глубине сада, чтобы «работать над своими проектами». Флигель закрыт на ключ. И я готов поспорить на свой новый велосипед, что этот ключ — именно от той двери!

Бастер громко и одобрительно гавкнул, словно подтверждая план своего любимого хозяина.

— Что ж, — сказал Ларри, вставая и отряхивая брюки. — Похоже, сегодня вечером нам снова понадобится фонарик. А пока... кто хочет домой на чай с булочками? Расследование расследованием, а обед по расписанию!

Глава 3. Ночная вылазка и серебряная сова

Вечер опустился на Питерсвуд быстро и незаметно. Как только в домах зажглись огни и ставни окон закрылись, пятеро юных сыщиков начали собираться. Они договорились встретиться не в штабе, а сразу у старой каменной стены, окружавшей усадьбу «Чёрный Дуб».

Бетси крепко держала Бастера на поводке. В лунном свете её верный пёс выглядел как настоящий маленький чёрный медвежонок. Его густая, жесткая шерсть топорщилась, а смешная бородка и короткие, но невероятно сильные лапы скотч-терьера были созданы самой природой для того, чтобы пробираться через любые колючие кустарники и вынюхивать самые тщательно спрятанные секреты. Бастер тихо повизгивал, предчувствуя приключение.

— Тсс, Бастер, тише, — прошептала Бетси, поглаживая его по твёрдой спине. — Сейчас начнётся самое интересное.

Фатти, шедший впереди, поднял руку, и все замерли. Они добрались до той самой калитки в старом заборе, через которую, по словам садовника, сбежал мистер Торн. Калитка была приоткрыта и жалобно скрипнула, когда Ларри нажал на неё.

— Нам повезло, — выдохнул Пип. — Мистер Гун, наверное, забыл ее закрыть, когда осматривал сад днём.

Они тихо пробрались через заросший сад. Высокие сорняки шуршали по их ботинкам, а где-то вдалеке ухнула настоящая сова, заставив Дэйзи вздрогнуть.

— Помните записку? — прошептал Фатти. — «Ищите там, где сова кричит трижды». Нам нужно найти старый флигель.

Вскоре они увидели его — низкое, приземистое строение из потемневшего от времени кирпича, почти полностью скрытое плющом. Фатти достал из кармана латунный ключ, который утром нашёл Бастер. Сердце у всех колотилось так громко, что казалось, его слышно на всю округу.

Фатти вставил ключ в замочную скважину. Раздался громкий, ржавый щёлк. Дверь подалась с тяжёлым стоном. Ребята юркнули внутрь и осторожно прикрыли дверь за собой.

Внутри пахло сыростью, старой бумагой и мышами. Фатти достал маленький фонарик и, прикрыв линзу большим пальцем, чтобы свет не вырывался наружу, включил его. Узкий луч выхватил из темноты пыльные стеллажи, старый верстак и покрытую паутиной мебель.

— Ищи, Бастер, ищи! — тихо скомандовала Бетси, отстегивая поводок.

Скотч-терьер тут же прижался носом к полу. Его короткие лапы быстро перебирали, а хвост-палочка возбужденно подергивался. Бастер обнюхал верстак, прошелся вдоль стены и вдруг замер у старого, обитого кожей кресла. Он начал яростно скрести лапами деревянный пол под креслом и тихо, утробно рычать.

— Он что-то нашёл! — воскликнул Пип.

Ларри и Фатти отодвинули тяжёлое кресло. Под ним в полу была небольшая, почти незаметная дверца, ведущая в тайник. Фатти поддел ее перочинным ножом. Внутри лежал небольшой бархатный мешочек и толстая записная книжка в кожаном переплёте.

Фатти развязал мешочек и высыпал содержимое на ладонь. В луче фонарика блеснул серебристый металл. Это был изящно вырезанный свисток в форме совы с рубиновыми глазами.

— Вот оно! — прошептала Дэйзи, широко раскрыв глаза. — «Там, где сова кричит трижды»! Это не про настоящую птицу, это про свисток! Если в него дунуть три раза...

— Тсс! — вдруг резко оборвал её Фатти. — Свет!

В маленьком окошке флигеля скользнул яркий луч мощного полицейского фонаря. Затем раздался тяжёлый, знакомый топот и бас мистера Гуна:

— Я слышал здесь шум! Кто здесь? А ну выходите, я вас всех арестую за незаконное проникновение!

Дети в панике оглянулись. Бежать было некуда — окно было слишком маленьким, а дверь вела прямо к мистеру Гуну.

— Под стол! — скомандовал Ларри.

Ребята нырнули под массивный дубовый стол, накрыв собой Бастера. Скотч-терьер, поняв серьёзность ситуации, даже не пикнул, только его тёплый бок дрожал от сдерживаемого волнения. Фатти зажал рукой нос Бетси, которая испуганно всхлипнула.

Дверь флигеля с грохотом распахнулась. Луч фонаря заметался по комнате, останавливаясь на стеллажах, на верстаке... Он скользнул по полу и на секунду задержался у ножки стола, под которым прятались сыщики. Мистер Гун тяжело дышал.

— Странные тут крысы, — пробормотал он себе под нос, очевидно, услышав шорох. — Завтра прикажу садовнику поставить капканы.

Он ещё раз посветил в углы, фыркнул от пыли и, наконец, вышел, плотно закрыв за собой дверь. Щелкнул замок. Мистер Гун закрыл флигель снаружи!

— Ну всё, — беззвучно одними губами произнес Пип. — Мы заперты.

Фатти лишь хитро прищурился в темноте. Он медленно, сантиметр за сантиметром, пополз к окну, прихватив с собой фонарик и найденные улики. Указав на маленькую форточку под самым потолком, он беззвучно пояснил: Там нет замка.

Через десять минут, оставив Бастера ждать внизу (скотч-терьер ловко выпрыгнул из форточки прямо в мягкие кусты жимолости), все пятеро были на свободе. Они бежали по лесу к своему штабу, задыхаясь от смеха и адреналина.

Уже в безопасности, при свете надёжного фонаря в дупле вяза, они открыли записную книжку. На первой странице красивым, но торопливым почерком было выведено:

«Мистер Крэнстон ничего не подозревает. План сработает в пятницу. Если меня поймают, виноват будет Торн. Подпись: В.К.»

— В.К., — задумчиво протянул Ларри. — Виктор Крэйн? Художник с окраины?

— Или кто-то другой, — нахмурился Фатти, вертя в руках серебряного сову. — Но одно я знаю точно: мистер Гун ищет не того человека, а настоящая кража — это только верхушка айсберга. И в пятницу что-то должно произойти!

Бастер громко и победно гавкнул, соглашаясь со своим хозяином. Расследование набирало обороты.

Глава 4. Художник-птицелов и проделки мистера Гуна

Утро после ночной вылазки выдалось солнечным и ясным, но в секретном штабе в лесу царила напряженная атмосфера. Ребята сидели на поваленном стволе дерева и внимательно изучали кожаную записную книжку, найденную в тайнике.

— До пятницы осталось всего два дня! — напомнил Пип, нервно теребя травинку. — А мы до сих пор не знаем, кто такой «В.К.» и что за план он задумал.

— Я думала об этом всю ночь, — сказала Дэйзи, аккуратно перелистывая страницы. — Инициалы «В.К.»... Ребята, а ведь в Питерсвуде есть только один человек с такими инициалами. Виктор Крэйн!

— Художник? — переспросил Ларри. — Тот самый чудак, который снял старую мельницу у реки и пишет только картины с птицами?

— Именно он, — кивнула Дэйзи. — Он очень нелюдимый. Говорят, он целыми днями бродит по лесу с подзорной трубой.

Фатти, который всё это время молча жевал яблоко и хмурил лоб, вдруг широко улыбнулся.

— Художник, который пишет птиц... И свисток в форме совы, который мы нашли! Всё сходится. Сегодня же я нанесу ему визит.

— Как Фатти Троттевилль? — усмехнулся Пип. — Крэйн сразу захлопнет перед тобой дверь, он терпеть не может местных мальчишек.

— Кто сказал, что я пойду как Фатти? — возмутился лидер сыщиков. — У меня как раз созрела одна идейка.

Через час к старой мельнице, окруженной высокими камышами, неторопливо приближался странный человек. Это был мужчина средних лет в твидовом костюме, немного мешковатом в плечах. На носу у него сидели очки с толстыми стеклами, а на верхней губе красовался нелепый рыжий ус. В одной руке он держал огромный сачок для ловли бабочек, а в другой — старую карту.

Бетси и Бастер тем временем прятались в густых зарослях ежевики за углом мельницы. Скотч-терьер лежал абсолютно неподвижно, сливаясь с землёй благодаря своей темной, жесткой шерсти. Его чёрные глаза-бусинки внимательно следили за хозяином, а чуткие уши ловили каждый шорох. Бастер был отличным часовым: благодаря своим коротким лапам он мог незаметно подобраться куда угодно, а его грозный лай мог отпугнуть даже медведя.

Фатти (а это был, конечно же, он) постучал в дверь мельницы. Дверь со скрипом отворилась. На пороге стоял высокий, худой мужчина с бледным лицом и нервными, бегающими глазами. Это был Виктор Крэйн.

— Что вам угодно? — резко спросил художник.

— Простите за беспокойство, сэр! — Фатти сделал свой голос тонким и немного гнусавым. — Я орнитолог из Лондонского общества любителей птиц. Я ищу очень редкий вид сов, которые, по слухам, гнездятся в ваших краях. Мне сказали, что вы лучший знаток местной фауны. Не позволите ли вы мне осмотреть ваши окрестности?

Виктор Крэйн побледнел ещё сильнее. Его взгляд метнулся куда-то вглубь дома.

— Сов? Здесь нет сов! Уходите! Я не люблю, когда посторонние шляются вокруг моего дома!

— Но, сэр, — Фатти сделал шаг вперёд, делая вид, что не расслышал, — я слышал, что у вас есть даже специальный серебряный свисток для их приманивания...

Художник вздрогнул, словно его ударили током.

— Откуда вы знаете про свисток?! — прошипел он, и в его голосе зазвенел страх. — Кто вас послал? Это Торн? Или сам Крэнстон?

Фатти не успел ответить, потому что со стороны дороги послышался тяжёлый, уверенный топот и знакомый бас:

— Эй! Вы там! Что за шум?!

Из-за угла мельницы, раздвигая камыши своей дубинкой, как мачете, появился мистер Гун. Увидев Фатти в гриме, он на секунду остановился, но тут же узнал его по хитрым серым глазам.

— Фатти Троттевилль! — взревел констебль, багровея от злости. — А ну снимай этот дурацкий парик и усы! Я так и знал, что ты снова сунешь свой нос не в свое дело! А вы, мистер Крэйн, — он повернулся к художнику, — если вы снова будете укрывать беглеца Торна, я арестую вас как соучастника!

— Я никого не укрываю! — испуганно запищал Крэйн. — Уходите! Все уходите!

Мистер Гун грубо схватил Фатти за рукав твидового пиджака.

— Живо домой, мальчишка! И передай своим дружкам, что если я ещё раз увижу вас у мельницы, я лично сообщу вашим родителям!

Фатти, изображая из себя перепуганного чудака, покорно позволил отвести себя к дороге. Но пока мистер Гун кричал, Фатти успел заметить две важные вещи. Во-первых, на коврике у двери мельницы были свежие следы мужских ботинок с очень необычным, крупным протектором. А во-вторых, когда констебль толкнул дверь, из дома пахнуло не красками и скипидаром, как должно быть у художника, а... машинным маслом и соленой морской рыбой!

Как только мистер Гун ушел, ворча себе под нос, Фатти махнул рукой кустам ежевики. Бастер тут же выскочил из укрытия, отряхнулся и радостно ткнулся мокрым носом в руку хозяина.

— Хороший мальчик, Бастер! — похвалил его Фатти, стирая с лица грим. — Ты был просто незаменим.

Вскоре вся пятёрка снова собралась в штабе. Фатти рассказал друзьям о визите, о следах и о странном запахе.

— Машинное масло и морская рыба... — задумчиво протянул Ларри. — Но ведь до моря отсюда десять миль! И причём тут художник?

— А при том, — хитро прищурился Фатти, — что Виктор Крэйн вовсе не художник! Или не только художник. Помните записку, которая пахла морем и маслом? Она была написана на такой же бумаге, как и та, что мы нашли в дупле. Крэйн и есть «В.К.»!

— Но мистер Гун думает, что он ищет беглого помощника мистера Торна, — фыркнула Дэйзи. — А настоящий заговорщик сидит в мельнице и, наверное, хохочет над ним!

— Мистер Гун опять всё перепутал, — вздохнул Пип. — Что будем делать?

Фатти посмотрел на Бастера. Скотч-терьер сидел, вытянув вперед свои крепкие передние лапы, и внимательно смотрел на хозяина, словно понимая каждое слово.

— Бастер учуял что-то ещё, когда мы были у кустов, — сказал Фатти. — Он смотрел не на дверь мельницы, а на старый водосток у задней стены. Завтра утром мы проверим, куда ведёт этот водосток. А пока... мне нужно подготовить новую маскировку. Боюсь, мистер Гун будет следить за мельницей, и нам придётся действовать хитрее.

Бастер коротко и решительно гавкнул, полностью поддерживая план своего любимого Фатти. Заговор сгущался, и юным сыщикам предстояло узнать, что же на самом деле скрывает старая мельница у реки.

Глава 5. Фатти-почтальон и тайна ржавой решетки

На следующее утро в секретном штабе царило оживление. Фатти стоял посреди поляны, и ребята с трудом узнавали в нём своего друга. На нём была синяя форменная куртка с медными пуговицами, тёмные брюки и кожаная сумка через плечо. На голове красовалась фуражка с козырьком, из-под которой выбивались аккуратно зачесанные волосы.

— Ну как? — спросил Фатти, стараясь говорить более низким и официальным голосом. — Я одолжил этот костюм у сына почтальона, мистера Хиггинса-младшего. Он на рыбалке, а форма ему всё равно мала. Теперь я не Фатти Троттевилль, а Эрнест, новый помощник почтальона!