Недотрога и негодяй

Мария Геррер
Недотрога и негодяй

Глава 1

Он откровенно рассматривал меня. Оценивающе и нагло.

– Любая девушка, при условии, естественно, что она не полная дура, может самостоятельно сделать карьеру с нуля. И неважно, кто у нее родители – депутаты или рабочие, богаты они или бедны, – усмешка тронула тонкие губы мужчины. – Правда, для девушек существует только один надежный способ подняться на вершину.

Его ладонь легла мне на плечо, спустилась по спине и замерла на талии.

– И надо уметь воспользоваться выпавшим шансом, – его глаза потемнели, в них вспыхнул странный огонь. Зовущий, порочный, страстный.

– Что вы имеете в виду? – я все еще не верила собственным ушам.

Неужели владелец ювелирного завода «Сапфир» господин Полонский предлагает мне свое покровительство? Да еще таким пошлым образом? За кого он меня принимает, мерзавец?

Полонский притянул меня к себе. Близко, недопустимо близко. Сердце тревожно сжалось, замерло и пропустило удар.

– Именно то, о чем ты только что подумала, – понизил он голос до шепота. Искушающего, манящего.

Его губы почти касались моего уха. Дыхание обжигало.

– Да как вы смеете? – задохнулась я от возмущения. – Немедленно прекратите меня лапать!

– Недотрога, – усмехнулся Марк Анатольевич. Его пальцы игриво пробежали по моей спине вверх и вернулись назад. – Но мне это нравится. Сердитая Недотрога… Очень сердитая…

– Негодяй! – парировала я и резко сбросила руку Полонского с талии.

Думает, если богат, влиятелен, сексуален – может позволить себе все? Не на такую напал, подлец!

Марк Анатольевич был разочарован и не скрывал этого.

– Ладно, как хочешь, – равнодушно пожал он плечами. – У тебя был шанс, ты его упустила.

Полонский отошел от меня и уже через пару минут общался с Иркой Дементьевой. Та просто млела от восторга, эротично щурила глаза и улыбалась во весь рот, показывая белоснежные израильские виниры. Она недавно хвалилась тем, что отвалила за них бешеные деньги. Зато улыбка теперь как у голливудской кинозвезды.

Конечно, Дементьева с удовольствием выполнит все условия Полонского. А потом еще долго будет рассказывать, как легко покорила брутального красавца. Подобные истории мы слушаем постоянно. У Ирины пунктик – найти себе не просто богатого мужа, но и с солидным положением в обществе. Можно банкира или олигарха, на крайний случай депутата. На меньшее она не согласна. Правда пока подцепить подходящий экземпляр у нее не получается. Но все впереди.

Надо отдать должное – Ирина не закомплексована, считает себя неотразимой красавицей и редкой умницей. Не отличается тактом, зато уверенно идет напролом. Видимо, так и надо двигаться по жизни. Но я не могу. Мне это просто не нравится.

Подошла к столу, на котором были разбросаны образцы тканей, эскизы модельеров и альбомы ювелирных изделий завода. Под каждое украшение тщательно подбирался подходящий наряд – вечерние платья и строгие деловые костюмы. Некоторые готовые модели Полонский пожелал переделать или даже сшить заново, поменяв ткань.

Марк Анатольевич оказался редким педантом. Он точно знал, что должно оттенять произведения ювелирного искусства на модном показе.

Но ни одной моей модели там теперь не будет. А я так надеялась. Ведь это отличная возможность заявить о себе.

Итак, накрылась моя хрустальная мечта в очередной раз медным тазом. Не выберет Полонский мои платья для демонстрации своей ювелирки. Ну и ладно, переживу. А спать с ним ради этого не буду, пусть даже не мечтает. Я добьюсь признания другим путем.

Скосила глаза в сторону Полонского. Тот продолжал что-то вещать Ирине. Его наглость сильно разозлила меня. И задела. Неужели можно принять меня за доступную девушку, готовую на все?

Неожиданно Марк Анатольевич взглянул на меня и удовлетворенно усмехнулся. Словно знал, что я смотрю на него.

Поспешила отвести взгляд. И чего я на него пялюсь? Еще подумает, что нравится мне. Или что заинтриговал меня. Ага, как же! И вообще, какое мне дело до того, с кем общается Полонский? Негодяй и самоуверенный тип. Терпеть таких не могу!

Машинально складывала эскизы и образцы тканей и злилась. Даже думать не хочу об этом нахале. Чего он о себе возомнил? Отогнала навязчивые мысли. Да пошел он куда подальше вместе со своими грязными предложениями! Все, забыла о Полонском раз и навсегда.

Владелица салона вечерней и свадебной моды «Леди Шарм» Татьяна Васильевна показывала подчиненным, какие наряды одобрил Полонский. Их следовало подготовить к грандиозной выставке ювелирных изделий на ежегодном фестивале «Речная волна».

Фестиваль уже несколько лет проходил под патронажем нашего Губернатора. Идея «Речной волны» заключалась в том, чтобы показать все лучшее, что производится в регионе. От станков и бытовой техники до авторской одежды и натуральной косметики.

Градообразующий ювелирный завод «Сапфир» имеет массу международных наград. И его владелец господин Полонский не собирается останавливаться на достигнутом. В этом году он планирует показать коллекцию не где-нибудь, а в Милане.

Как было бы здорово, выбери Марк Анатольевич хотя бы одну мою модель. Не для Милана. Об этом я даже мечтать не смею. Для местного фестиваля.

Но нет, этого не будет. А Иркины платья Полонский возьмет однозначно.

Мы с ней давние конкурентки. Вместе четыре года назад окончили Технологический Институт, учились в параллельных группах. Она очень талантливый дизайнер одежды. И в отличие от меня не щепетильна. Но тут жаловаться не на что – это ее выбор, как строить свою жизнь и карьеру. Я так не могу, не хочу и не стану.

Полонский закончил любезничать с Иркой и подошел к Татьяне Васильевне. Марк Анатольевич что-то коротко объяснил ей. Она кивнула в ответ. Кривошеева подала знак одной из девушек, и мои платья перевесили подальше.

Хорошие у меня модели, кто бы что ни говорил. Я столько сил на них потратила, и в очередной раз в пролете. Ничего, пробьюсь и без интима. Зря Полонский думает, что единственный способ для девушки сделать себе имя – переспать с нужным человеком.

Я пришла работать в салон «Леди Шарм» сразу после института. Хозяйка – женщина сложная, властная. Но платит без задержек. Щедрой ее не назовешь, однако для меня опыт, приобретенный в салоне, бесценен. Через пару лет я планирую открыть свое небольшое ателье авторской одежды. Придется много работать, но я этого не боюсь. Вот тогда и посмотрим, на что я способна. Уверена, смогу построить карьеру без посторонней помощи.

Но все же обидно. Так мечтала попасть на фестиваль, и ничего не получилось. Я подошла к кронштейну, где висели мои платья. Поправила их на вешалках. Отличная работа. Только слепой этого не видит.

Вернулась к столу, собрала альбомы с образцами тканей в стопку. Полистала журнал с ювелиркой. Очень красиво. В этом году Полонский выставляет коллекцию якутских бриллиантов в серебре. И как дополнение к ним яркие уральские самоцветы. Смело, неожиданно, современно и потрясающе красиво. Во вкусе ему точно не откажешь. На заводе работают лучшие местные ювелиры. По слухам, дизайн почти всех украшений придумывает сам Полонский. Или, как минимум, прикладывает к этому руку.

Ко мне подошла Ирина. Она походила на довольную кошку. Только что не мурлыкала.

– Ничего не отобрали на фестиваль? – участливо спросила она. – А у меня там будет две модели. Коктейльное платье и костюм для офиса.

– Поздравляю, – кивнула я. – Это здорово.

– Может, тебе профессию пока не поздно сменить, раз не получается? Получишь второе образование. Станешь бухгалтером, например. Или менеджером. Все профессии нужны. Тут нет ничего зазорного. Для успешного дизайнера необходим креативный взгляд и нестандартный подход. Тебе этого явно не хватает.

Умеет она сказать гадость, и вроде все из лучших побуждений! Вообще-то я с красным дипломом Институт закончила, а она нет.

– Я подумаю, – буркнула в ответ.

– Ой, шуток не понимаешь, – скривилась в саркастической улыбке Ирка, показывая ровные белые зубы. – Но поверь мне, в твоих моделях не хватает шику, утонченности. Нет загадки. Именно загадка делает женщину привлекательной. Я говорю это искренне. Тебе надо знать о своих недостатках. Может, сумеешь их исправить. Тогда, глядишь, и дело пойдет на лад.

Я промолчала.

– Полонский в восторге от моих моделей. Долго не мог определиться, какие выбрать, – продолжала трещать Ирина. Ей было совершенно безразлично, интересны мне ее откровения или нет. Сейчас начнет заливать, как на нее смотрел Полонский и не мог оторваться. Всегда одно и то же. Слышала это уже сотни раз.

– Марк Анатольевич – удивительный человек. Бездна вкуса. Наговорил мне комплиментов, – ну, понеслось! – Умоляет о свидании. Даже не знаю, стоит ли? Ведь мы едва знакомы. А он так смотрит на меня, так смотрит! Просто как влюбленный мальчишка.

– Если он тебе не нравится – не ходи на свидание, – не выдержала я. – И нет проблемы.

– Обижать не хочется. Жаль его. Конечно, Полонский надеется, что я сразу упаду в его объятья. Но у меня сейчас роман с Ольховым. Знаешь, кто это?

– Да, – понятия не имею, кто это. Но лучше не давать Ирке пищи для подробного рассказа о ее очередной френде.

– Вот и думаю, стоит ли принимать приглашение на свидание? – уверена, она уже согласилась. – Наверное, один раз схожу. А там видно будет… Неудобно сразу ставить его на место…

Я десять раз пожалела, что вступила с Ириной в разговор. Надо было просто молчать, глядишь, ушла бы.

– Полонский, конечно, имеет ряд преимуществ… Но главное слушать сердце. А ему, как известно, не прикажешь. Нет, Марк Анатольевич герой не моего романа… Хотя, возможно, я еще подумаю над этим.

Да когда ж она замолчит? Но если Ирку прорвало, ее уже ничто не может остановить. Кроме нашей хозяйки. К моему счастью, госпожа Кривошеева очень вовремя заметила, что мы бездельничаем.

 

– Хватит болтать, – к нам подошла Татьяна Васильевна. – Помогите девочкам убрать все по местам. Я вам не за разговоры плачу. Быстро, быстро! – хлопнула она в ладоши, подгоняя нас.

Хотя это и не входит в мои обязанности, я не стала возражать. Ирка поджала губы, но тоже промолчала.

Спорить с хозяйкой опасно. В момент выгонит. Крутой у нее нрав. Но, возможно, в бизнесе без этого не обойтись. Только если у меня будет свое ателье, я портных и закройщиков до седьмого пота гонять не буду. Большие деньги – это хорошо, но не такой ценой и не за счет подчиненных.

Платья убрали, и скоро зал принял свой прежний вид. У чайного столика в глубоком белом кожаном кресле сидел Полонский, вальяжно закинув ногу на ногу.

Подтянут, широкоплеч. Темные волосы с идеальной стрижкой. Небольшая бородка делает его похожим на английского лорда. Не нравятся мне бородатые мужчины. Но этому идет. Как говорила моя бабушка «Нашему подлецу все к лицу». Прямо в точку. Поймала себя на мысли, что невольно смотрю на Полонского. Интересный мужчина.

Да и не дурак. Ему и сорока нет, а уже управляет таким большим предприятием. Хотя, конечно, тут без семейственности не обошлось. Старший Полонский несколько лет назад отошел от дел и передал бизнес в руки единственного сына.

Кривошеева собственноручно налила чай в фарфоровую чашку и любезно передала ее Марку Анатольевичу. Они что-то активно обсуждали. То, что Полонский выбрал для показа своих моделей платья салона – большая удача. Лишний раз помелькать перед публикой никогда не повредит. Хозяйка сияла от удовольствия. Такое партнерство ей на руку.

Ирина кидала томные взгляды на Марка. Но он не замечал их.

Персонал салона терпеливо ждал дальнейших распоряжений хозяйки. Когда идут подобные просмотры, никто не должен покидать помещение. Вдруг что-то резко понадобится Татьяне Васильевне? Думаю, мы напоминали слуг в помещичьей усадьбе. Стоим вдоль стены и ждем, что пожелает госпожа.

Наконец чаепитие закончилось, важный посетитель поднялся с кресла. Его взгляд скользнул по мне как по пустому месту. Полонский сделал знак Ирине подойти. Дементьева пошла через зал походкой модели – неспешно, слегка покачивая крутыми бедрами. Сегодня она королева.

Полонский что-то сказал ей, и Ирина расплылась в широкой улыбке. Я бы тоже была счастлива, если б мои платья выбрали для показа. Но, очевидно, Дементьеву радовало не только это. Марк Анатольевич взял ее за руку, что-то шепнул на ухо. Ирина еще раз кинула на него пламенный взгляд и вернулась на свое место у стены.

Ладно, сегодня мне опять не повезло. Попробую предложить свои модели на других площадках. Может даже в Москву или Питер. Почему нет? У меня хорошее портфолио, есть что предложить.

Скоро Марк Анатольевич прощался с Кривошеевой. Они стояли у арки во внутренние помещения салона. Татьяна Васильевна была довольна.

– Все свободны, – милостиво отпустила нас она. – Вы сегодня хорошо поработали. До завтра.

– До свидания, всего доброго… – дежурно прощались сотрудницы с хозяйкой и ее важным гостем.

Когда я проходила мимо Марка Анатольевича, он повернулся ко мне.

– До встречи, Недотрога, – тихо сказал Полонский и усмехнулся. – Мы еще увидимся.

Я на мгновение замерла.

– Вряд ли, – так же тихо бросила в ответ и поскорее прошла мимо него.

Глава 2

Я зашла в небольшую мастерскую. Комнатка без окна со швейной машиной в углу и большим столом для раскроя. Вдоль стены кронштейны с моими платьями.

Мастерскую я снимаю у Татьяны Васильевны. Она позволяет мне оставаться после работы и заниматься своими моделями. Я давно готовлю коллекцию. Хочу показать ее. Вот только кому и где? Никто интереса к ней пока не проявил, а уж куда я только не пыталась ее пристроить.

Полонский, безусловно, прав – без поддержки пробиться сложно. Но я смогу, уверена. Главное не опускать руки и верить в себя. А еще надо много работать. И все получится.

Сегодня я ничего делать не буду – настроение на нуле. Подошла к вешалкам и еще раз посмотрела на мои модели. Зря Полонский их отверг. Его украшения хорошо смотрелись бы на сером вечернем платье. И деловой костюм тоже интересный. На его лацкане брошь с цветком шиповника выглядела бы идеально…

Услышала, как открывается дверь, и оглянулась.

– Привет, котенок! – в комнату стремительно вошел Егор, порывисто обнял меня.

– Привет, – улыбнулась я. – Я ждала тебя позже. Уже освободился?

– Да. Что-то у тебя вид задумчивый, даже грустный, – он поцеловал меня в щеку. От Егора пахло модным парфюмом с нотками хвои.

– Полонский не выбрал ни одного моего платья, – призналась я. – Я так надеялась попасть на фестиваль. Но ему ничего не понравилось…

Не стоит Егору знать про то, что Полонский приставал ко мне. Еще начнет ревновать не пустом месте.

– А-а… – протянул Егор. – Ясно. В другой раз возьмут. Не он, так кто другой. А у меня полная победа. Если так дальше пойдет, от клиентов отбоя не будет. Я снова выиграл дело в суде.

– Молодец, поздравляю, – порадовалась я за Егора. – Ты талантливый адвокат.

– Мне удалось доказать, что господин Иващенко – ангел во плоти. Жена его постоянно провоцировала. Превратила безобразными скандалами жизнь моего подзащитного в сущий ад, – Егор был возбужден. – Моя речь была великолепна. Судья едва не рыдала. Думаю, следующее дело отец снова поручит мне.

– Постой, кажется, Иващенко зверски избил жену? – начала припоминать я. – Или это другой случай? Ты же мне сам рассказывал. Сломал нос, ребра. Зубы выбил… Она же в больнице долго лежала. И не виноват?

– Ты судишь с обывательской точки зрения. Во-первых, Иващенко – чиновник высокого ранга. Не последний человек в городе. Заметная личность. Во-первых, невозможно, чтобы он был замешан в бытовом скандале. Это женские выдумки и преувеличения. Иващенко слегка оттолкнул жену, когда та пыталась ударить его. Во-вторых, жена не хотела давать развод. Требовала отступные. Натуральный шантаж. Вот и нарвалась. Так вот, я провел его защиту просто блестяще…

Егор начал подробно рассказывать, как прошел суд и как отец гордится им.

А я не понимала, как можно оправдать человека, зверски избившего женщину. Может, она и стерва, пусть даже глупая, злая, да хоть какая. Но отпор мужику дать не сможет. Особенно если тот бьет ее кочергой от камина. Хорошо хоть насмерть не забил.

Егор работает в фирме своего отца, известного в городе адвоката Игоря Яковлевича Кривошеева. Очень солидная юридическая контора. Они берутся за самые сложные дела в суде и почти всегда выигрывают. А мама Егора – хозяйка салона «Леди Шарм». Мы с Егором встречаемся уже полгода. Все бы хорошо, только работа Егора нравится мне все меньше и меньше.

Всегда считала, что адвокат должен отстаивать в суде правду и смягчить приговор, если подсудимый виновен. Оказывается, не всегда. Главное получить оправдание подзащитного. А уж виноват он или нет – неважно.

– Котенок, ты меня не слушаешь? – обиделся Егор. – Для кого я это все рассказываю? Могла бы порадоваться за меня.

– Прости, но я не понимаю, как можно оправдать подобную жестокость? Это же натуральное зверство. Просто каменный век!

– Жена Иващенко вела себя неправильно с самого начала.

– То есть ты считаешь, что избивать женщину это нормально? – удивилась я. Что-то раньше я подобного от Егора не слышала.

– Нет, конечно. Повторяю, тут вопрос юридический, а не житейский. Ты смотришь не под тем углом. Но ты же не адвокат, тебе сложно понять разницу.

– Иващенко не просто избил жену, он ее покалечил. Женщина в больницу попала. А если бы она умерла от побоев? Тоже не был бы виноват?

– Не умерла же. И вообще, вижу, ты сегодня не в настроении. Ну, не взяли твои платья, и что? Не взяли на фестиваль, возьмут на какой-нибудь другой показ. Это не конец света, поверь.

Похоже, мои проблемы сегодня Егора занимают мало. Он упивается своим триумфом.

– Ко мне Полонский приставал, – я решила позлить его. Пусть знает!

– Марк Анатольевич? Что за ерунда? Глупости говоришь, – отмахнулся Егор. – Солидный бизнесмен. Зачем ему это? Ты опять все не так поняла.

– Все я так поняла. Сказал, что без определенной поддержки девушка ничего не достигнет в жизни. Предлагал покровительство. По спине гладил, негодяй.

– И ты после этого сразу решила, что он хочет переспать с тобой? – рассмеялся Егор. – Фантазерка!

Я пересказала наш короткий разговор.

– И где тут предложение интима? – вскинул брови Егор. – Просто Полонский пошутил и все. А ты надулась.

– Это звучало оскорбительно. Он словно снимал девушку на ночь.

– Перестань. Никто тебя не оскорблял, и уж тем более не снимал. У него такие женщины – закачаешься! Одна краше другой. Светские львицы, под стать ему.

– Ты-то откуда знаешь?

– Я интересуюсь светской жизнью известных людей. В моей профессии без этого никак. Любой из них может обратиться в нашу фирму за помощью.

– Ну да, если изобьет подружку до полусмерти, например, – поддела я Егора.

Никогда не пойму и не приму жестокого обращения с женщиной. Это отвратительно!

– Ты сегодня очень сердитая, – Егор обнял меня за плечи и чмокнул в нос. – Сердитый котенок. И, чтобы поднять твое настроение, предлагаю вечером пойти в клуб. Отметим мой успех.

– Можно, – кивнула я.

Мне точно надо развеяться.

– Пойдете, если Вероника успеет доделать заказ на завтра. Ты помнишь о платье для Олеси Троицкой?

Татьяна Васильевна стояла в дверях и, очевидно, слышала часть нашего разговора.

Еще бы я не помнила о заказе! Местная звезда эстрады долго выбирала, что хочет видеть на день рождения бойфренда. Загоняла весь персонал салона.

– Да, оно уже готово. Отделку я изменила, талию ушила, все как договорились, – я сняла с вешалки вечернее платье, которое надо было подогнать под фигуру заказчицы.

Еще Троицкая захотела поменять кружево на вырезе. Пожелала венецианское ручной работы. Винтаж нынче в моде. Заказали кружево из Италии и ждали его почти две недели. Но кружево смотрелось великолепно. Платье получилось с изюминкой.

– Хорошо, – кивнула Кривошеева, критично оглядев вечерний наряд. – В целом я довольна. Вот тут немного неровный шов, – показала она на строчку на плече.

Я бы и под микроскопом не заметила кривизны. Но Татьяна Васильевна всегда найдет к чему придраться. Похоже, это ее стиль общения с подчиненными. Надо непременно указать на огрехи в исполнении. Чтобы не расслаблялись.

Кривошеева знала о моих отношениях с ее сыном. Но поблажек в работе мне не делала, да и зарплату не прибавила. Впрочем, я на это не рассчитывала. С какой стати? Работа есть работа.

Татьяна Васильевна довольно спокойно приняла то, что мы стали встречаться. Без недовольства, но и без восторга. Если сказать короче – смотрела на это сквозь пальцы.

– Егор, не забудь, завтра вечером у нас Мальцевы. Ничего не планируй.

Кривошеева ненавязчиво дала мне понять – меня там не ждут. Странные отношения у меня с будущей свекровью. Егор постоянно говорит о том, что мне пора перебраться к нему на квартиру. Он живет отдельно от родителей в элитном доме в центре города. Было бы удобно.

Я снимаю крошечную однушку. Там даже моя коллекция не помещается, храню ее в салоне, в своей мастерской.

Но как я буду встречаться у Егора с его мамой? Она вроде ничего против меня не имеет, но держит дистанцию. Не думаю, что ей понравится, если я переселюсь к ее сыну до свадьбы. Возможно, она просто очень консервативна в подобных вопросах.

Отца Егора видела пару раз, когда заходила в адвокатскую контору. Игорь Яковлевич очень серьезный мужчина. Смотрит строго, говорит мало. Я так и не поняла, одобряет он наши отношения или нет.

Я надеялась, что скоро Егор сделает мне предложение. Он постоянно намекал на это. Не зря же приглашал меня жить к себе.

Родителей Егора в глубине души я побаивалась. Слишком они важные. То ли дело мои – преподают в школе в небольшом городке Озерки. Никакого снобизма, никакого ореола вокруг головы.

Я уехала из Озерков поступать в Технологический Институт, да так назад и не вернулась. Теперь пыталась начать делать карьеру дизайнера одежды в славном городе Златогорске. Только все получалось не так гладко, как я себе представляла. Пробиться в этом бизнесе невероятно сложно.

– Мама, а нельзя попросить господина Полонского взять на показ хотя бы одно платье Ники? – что ни говори, а Егор молодец! Все-таки поддержал меня. – Она так старалась. У нее очень красивые модели. Мне нравятся.

– Пока ничего не решено, – поморщилась Кривошеева. Очевидно, что она не желает говорить на эту тему. – Марк Анатольевич до конца еще не определился. Но я никогда не навязываю клиентам свое мнение. Ты же знаешь мои принципы.

Вот так. Но кто бы говорил! Только вчера Кривошеева смогла ловко уговорить маму невесты купить брендовое свадебное платье для дочери за бешеные деньги.

 

Татьяна Васильевна даже прослезилась от восторга, когда девушка надела дорогущее платье. «Ах, настоящий ангел! Какое изящество! Сколько природной грации! Самая красивая невеста, которую я видела. Бесподобно, бесподобно», – щебетала Кривошеева, смахивая слезы умиления.

Невеста смотрела на маму умоляюще. Она была готова зарыдать, если ей не купят это необыкновенное платье. Именно в нем девушка будет чувствовать себя настоящей принцессой. А все вокруг начнут восторгаться ее неземной красотой. Для любой невесты это очень важно.

«Это платье принесет счастье и благополучие в семью! Свадебный наряд создает положительную ауру на всю оставшуюся жизнь», – добила клиенток Кривошеева. Она неподражаемый психолог. Лучше любой цыганки разведет на деньги.

Мамаша невесты, конечно же, растаяла от счастья за дочь и выложила кругленькую сумму.

– Но ты же поговоришь с Полонским? – продолжал настаивать Егор. Он поцеловал маму в щеку и заглянул ей в глаза. – Я тебя очень прошу. Ну? Обещаешь?

– Посмотрим, – отмахнулась от сына Татьяна Васильевна.

Она вышла из мастерской, а я повисла на шее Егора.

– Спасибо тебе! Спасибо!

– Пока не за что, – он обнял меня. – А ты сердилась. И на что, спрашивается? Ну что, котенок, пойдем в клуб? Надо сегодня развлечься как следует. А потом ко мне. Будем всю ночь пить шампанское и отмечать мой триумф.

– А утром твоя мама оторвет мне голову за то, что я опоздала на работу, – рассмеялась я.

– Я замолвлю за тебя словечко, – пообещал Егор.

Он подхватил меня на руки и посадил на стол.

– Знаешь, я думаю нам надо запереть мастерскую и немного похулиганить. Мы имеем на это полное право. Я жутко по тебе соскучился. А ты? – его ладонь нырнула мне под юбку. Егор погладил мне бедро и поцеловал в шею.

Его прикосновения будоражили. Мои проблемы начали уходить прочь. Все, хватит грустить!

– Я тоже очень соскучилась… – прошептала в ответ.

Я была несправедлива к Егору. Мы любим друг друга, так что мне еще надо, зачем цепляться к нему? Не нравится мне его работа, но что делать? Возможно, со временем он ее поменяет, станет просто юристом, а не адвокатом…

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17 
Рейтинг@Mail.ru