Мария Дмитриева В тихом городе

– Я предлагаю не укладывать это ни в чьей голове, а разобраться с этим, пока топором не зарубили нас, – ответил Яр с ироничной улыбкой. – Прости, что забочусь о тебе.

– Я в этом не участвую, – отрезала Ника и вышла из машины, со всей силы хлопнув дверью.

– Я тоже об этом думал, – почти невозмутимо продолжил Арслан, привычно давя в себе негодование по поводу отношения Ники к его автомобилю. – Надо написать Владимиру и предложить встречу. Игорю назовем другое время или вообще ничего не скажем. Там и разберемся.

– А как мы Нику уговорим?

– Ты погоди, она сейчас вернется, – Арс кивнул в сторону незакрытой двери подъезда. – Всегда возвращается.

Ника вышла через две минуты.

– Передумала? – снова не удержался Ярослав.

– Я согласна, что Владимир должен знать, как именно все закончилось в больнице. – Она говорила на удивление уверенно. – Я люблю Игоря, но мне страшно. Он и правда другой. Но нужно сделать так, чтобы двоедушниками стали только мы, а он все забыл.

– Не уверен, что есть такая опция. – Ярослав цокнул языком.

Конечно, она любит Игоря. Хочет спасти Игоря. Как же ему было тошно от этой их уже исключительно обязывающей непонятно к чему любви. Особенно противно было от осознания, что в момент его близости с Никой она в последнюю очередь думала о своем Игоре.

Было бы неплохо избавиться от него с претензией на «навсегда».

– Я напишу Владимиру, а там разберемся, – подытожил Арс, явно чувствуя, куда этот разговор мог завести дальше. Арс всегда это знал, засранец.

Арслан Сатаев 09:23

Добрый день

Дело сделано. Но произ…

Владимир устало выдохнул, глядя на календарь на стене. Восемнадцатое января. Его день икс. Оставалось потерпеть всего чуть-чуть, и он наконец сможет оставить все бесовские дела и уехать из города М навсегда. Он не до конца в это верил, но начальство клятвенно заверяло, что обещание будет исполнено, если дети станут его полноценной заменой. А Владимиру очень хотелось, чтобы его заменили, потому что губить человеческие души в одиночку превратилось в унылую рутину. Когда их было четверо, это хотя бы было весело, преобладали азарт и даже некий соревновательный момент. А потом все стало скучно и ровно. Портить людям жизнь оказалось слишком просто и обыденно.

Утро было еще раннее, но Владимир уже давно проснулся. Ждал. Звонка, сообщения, чего угодно. Молодые двоедушники обычно долго спят, оставалось лишь дождаться.

Он все гадал, кто же скажет сакральное «Дело сделано». Кто первым ступит в эту бездну? Арслан, мнимый лидер группы и прирожденный вожак? Ярослав, который вечно спешит и жаждет доказать свою силу? На Нику он не рассчитывал – она была слишком предана Игорю, хотя и мечтала вырваться из-под гнета первой подростковой любви. А вот Игорь вызывал сомнения. Тот еще серый кардинал, по крайней мере, как Владимир успел отметить за те несколько месяцев, что за ними следил. С другой стороны, он мог пойти по стопам матери. Лишь бы не до конца.

Когда телефон завибрировал, Владимир не поверил своим глазам. Сообщение от Арслана.

Удивительно.

Владимир сначала позволил себе быстро допить еще горячий кофе, а потом еще раз посмотрел на уведомление. Он был уверен, что ему придется подтолкнуть детей к финальной точке, что они еще не готовы. Но неужели? Так скоро?

Арслан Сатаев 09:23

Добрый день

Дело сделано. Но произошло нечто странное. Необходимо обсудить лично. Будем присутствовать я, Ярослав и Ника.

Владимир Третьяков 09:25

А Игорь?

Арслан Сатаев 09:25

Дело как раз в нем.

Владимир Третьяков 09:26

Какие-то проблемы?

Арслан Сатаев 09:27

Готовы обсудить это при личной встрече.

Владимир усмехнулся: Арслан был сыном своего отца. Короткие фразы, ничего конкретного, при необходимости не зацепишься и не призовешь к ответу. Если уж чему старший следователь и научил отпрыска, так это правильно вести переговоры.

Владимир длинно выдохнул и постучал пальцами по столу. Троица оказалась на его пороге буквально через полчаса, и ему не понравилась история, которую рассказали юные двоедушники. Еще больше ему не понравилось, что оправдались опасения насчет Игоря. Как назло, Крещение уже было близко, и время на разбирательство утекало в нижний мир так стремительно, что Владимир не успевал этому по-настоящему ужаснуться.

Если говорить начистоту, он подозревал, что с мальчишкой что-то не так, все же неспроста Велес приказал привести его. Игорь отличался от остальных. Владимир это почувствовал еще в парке, когда тот попытался его ударить. Это было слишком близко, непривычно близко для двоедушника, который, по идее, не мог ему навредить. Как будто невидимая стена, которая должна появляться при любой попытке атаки, истончилась и немного треснула.

Или Владимир просто заранее ожидал подвоха от сына Яны и Ильи?

С друзьями Игоря все было понятно: оборотень, гипнотик и ведьма. Практически стандартный бесовской набор высшего уровня. Хотя его «четверка» была другой: Владимир менял реальность; отец Игоря, Илья, видел линии возможного будущего и знал, какие решения может принять тот или иной человек и какие это возымеет последствия; их школьная подруга Катерина читала мысли. Но все начиналось с Яны. Она чувствовала людей, которым можно подсказать, как свернуть не туда. По первости они даже шутили, что у нее особый нюх. Пока Яна не находила подходящую душу, способности остальных не включались в полной мере, им всегда нужно было «настроиться» на конкретного человека.

Это было красиво: Яна указывала им на жертву, Катерина проверяла и контролировала сознание, Илья просчитывал цепочку вероятностей, а Владимир складывал картинку воедино. Им нравилось, что они делают это вместе, слаженно, как будто они создавали уникальную бесовскую мелодию, достойную концерта в подземном актовом зале.

Потом Яна вышла замуж за Илью, и ноты стали выпадать. Квартет начал разваливаться.

Владимир заподозрил, что что-то пойдет не так, когда Яна и Илья объявили о беременности. Когда понял, что с появлением ребенка они захотят для него лучшей жизни. Обычно бесовской компонент в это понятие не входит.

Они начали скрываться. Чаще пропадать. Реже исполнять Велесову волю.

Когда Владимир узнал, что они хотят избавиться от вторых душ, его прекрасный, практически идеальный мир пошел трещинами. Он не был готов к тому, чтобы все, ими построенное, развалилось так просто.

С Велесом Владимир встречался всего единожды и вдохновения не испытал. Обратился к нему сам, толком не представляя, возможно ли вообще связаться с нижайшим руководителем. Наугад пошел к месту, где, как считалось, произошло то самое сражение Велеса и Перуна и где первый был низвергнут под землю. Особенно почитавшие Велеса жители соорудили алтарь, вокруг которого на святки всегда творилось что-то кроваво-несусветное – и это в контексте того, что в городе М на святки всегда творилось что-то непонятное. Владимир просто сел у ровной груды гигантских камней, приложил руку к алтарю Велеса и шепотом начал рассказывать, что другие двоедушники ищут способ его свергнуть.

Владимир тогда тоже слукавил, потому что хотел, чтобы его услышали.

А еще потому что он очень боялся смерти.

Двоедушники, по сути, были ею скованы: вместе пришли в нечистый мир, вместе из него и уйдут. Убьют одного – погибнут все.

Еще одна ложь, чтобы напугать запутавшихся детей.

Велес оказался грозным стариком в короне из длинных бычьих рогов. Вокруг каменного трона собрались самые разные лесные твари: чего только стоил гигантский ворон, восседавший на изголовье. Велес говорил негромко, но голос его пробирался под кожу. Владимир понимал, что физически не находился в его мире, лишь душу его призвали в саму Преисподнюю, но он был готов поклясться, что чувствовал всем телом охвативший его ужас. Внизу было холодно. Почему все рассказывают об адских котлах и чертях с вилами? В нижнем мире холодно до той степени, что можно услышать, как застывает кровь в венах и как замедляется биение сердца, а пар от дыхания оседает на одежде инеем. Неудивительно, что Велес был одет в такое количество шкур.

Владимир решил, что именно так ощущается смерть, и это ощущение заставляло еще больше бояться оказаться на ее пороге.

Велес внимательно выслушал своего слугу. Похвалил. Пообещал сохранить Владимиру жизнь, если он убьет друзей и приведет к нему ребенка Яны и Ильи.

Владимир сделал все как было велено. Следил, направлял, где-то даже подсказывал, нашептывал. Сколько лиц он сменил за эти годы, сколько подстроил случайностей! И вот он, момент триумфа: сын Яны и его друзья добровольно отдались в руки бесам. Только вот Игорь оказался непростым двоедушником. Интересно, знал ли Велес, чем все обернется? Это его план или случайность? Или вмешался Перун? Узнавать напрямую Владимир не планировал – не был уверен, что получится вернуться.

Хотя идея была неплоха.

Владимир ухмыльнулся и радостно постучал пальцами по столу.

– Напишите Игорю, что я изменил место встречи. Проведем вам полноценный обряд посвящения в бесы.

Арс, Ника и Ярослав неуверенно переглянулись, но никто не рискнул спросить, что Владимир имел в виду.

Арс 16:12

Владимир написал

Говорит, что встретится с нами на Велесовых камнях в шесть

Игорь 16:13

Стремный он тип

Что думаете?

Яр 16:13

Что нас принесут в жертву

Кроме шуток

Игорь 16:14

Давайте пораньше приедем, место осмотрим

Не нравится мне это

Арс 16:15

То же самое хотел предложить

Я вас у церкви заберу в половину, так удобнее будет

Игорь молча смотрел в телефон. Велесовы камни обычно обходили стороной. Местные говорили, что это было злое место, даже туристов туда водили только издалека посмотреть. Да и конец святок близко. Дядя учил, что на Рождество и Крещение завеса между мирами совсем тоненькая, поэтому это самые опасные дни для столкновения с бесами. Нельзя было соглашаться идти на камни. Нельзя было, конечно, соглашаться изначально на вторую душу, но Игорь все чаще думал о том, что у него в этом вопросе даже не было выбора.

Клим предлагал поехать вместе или хотя бы просто поехать вслед за ними «на всякий случай», но Игорь решил, что не готов волноваться за них обоих. Он за себя-то переживал до чертиков – «Не упоминай чертей всуе!» – а если еще и дядя будет под угрозой, то он точно не вывезет.

Если вообще можно было эту ситуацию вывезти. Климентий думал, что отправляет племянника в последний путь перед падением в адскую бездну. Игорь был примерно того же мнения, но не хотел волновать Клима еще больше, тот и так практически потянулся к бутылке-на-черный-день.

Друзьям Игорь про свои опасения говорить не стал – все еще не был уверен, с какой вероятностью его везут закапывать в лес. Сложное это состояние, когда не можешь доверять самым близким на свете людям и в то же время надеешься ошибиться. Он нервно теребил в нагрудном кармане парки мешочек с полынью и даже ловил себя на мысли, что пытается молиться. В другом кармане лежал маленький пузырек с настойкой адамовой головы, который он должен был выпить, как только они приедут к лесу. Климентий предупредил, что настойку сделал слабую, чтобы крышу не сорвало от бесстрашия и не довело до крайности слабоумия и отваги, поэтому и действие у нее будет краткосрочное.

– Как думаете, что нас ждет? – Ярослав привычно нарушил тишину, потому что тишину он не любил больше бремени работать столяром при отце.

Все молчали. Игорь хотел повторить шутку про жертвоприношение, но не придумал, как это сказать без двойного смысла. Двоедушники едут на Велесовы камни, а один из них выбивается из компании – чем не сюжет для дешевого хоррора?

Владимир ждал их посреди каменного круга у алтаря. Вытянулся черной тенью в длинном пальто, едва различимой в лесу, как будто состоял исключительно из непроглядной темени. Интересно, это его суть так проявлялась с наступлением темноты или уверенность в себе придавала флер темного ужаса?

Игорю не понравилось, что он их поджидал. Или в этом и был план, и на самом деле они приехали вовремя?

– Мне сообщили, Юра умер довольно мучительно, – сказал Владимир, как только они приблизились и уже можно было расслышать скрип снега под ногами.

– Так вышло. – Арс взял слово и вышел чуть вперед. – Но мы все сделали, как вы велели.

Игорь поморщился. В смысле «как вы велели»? С каких пор Арслан заговорил таким тоном?

– Значит, добро пожаловать в ряды бесов. – Владимир широко улыбнулся. Он как будто разговаривал своими улыбками, отчего его и без того неприятное лицо становилось еще более пугающим. Это потому что он уже больше двадцати лет несет тяжесть второй бесовской души?

– А если серьезно? – не выдержал Игорь. – Вы же не просто так нас сюда позвали.

– Ты как всегда проницателен. Весь в маму. – Владимир снова улыбнулся, смакуя эти три слова. Игорь сжал кулаки. – Побереги силы, еще обсудим, Игорек. – Он подмигнул и положил руку на камень. – Подойдите сюда, – это прозвучало как приказ. – Отправитесь к Велесу на поклон.

Ника испуганно схватилась за рукав Игоря, сделав шумный вдох, но тут же отпустила и отошла в сторону.

– Вы сказали, что попробуете поговорить с Велесом, а не отправите нас к нему. Вы опять нам солгали, мы так не договаривались!

– Никусь, ты бы болтала поменьше. – Голос Владимира стал жестче. – Напомню, ты вместе со своими друзьями сама пришла ко мне, чтобы рассказать об Игоре. И мы договаривались, что он не погибнет.

Ника вся сжалась, ничего не отвечая. Игорь давно не видел, чтобы она так боялась. Он вообще забыл, что Ника способна испытывать страх.

Надо было бежать. Интересно, а Клим как обычно наплевал на его мнение и приехал к лесу, чтобы подстраховать? Игорь несколько раз пожалел, что настаивал, чтобы дядя остался дома.

– Вам нечего бояться, – снова заговорил Владимир. – Я уже однажды был внизу. Как видите, вернулся. Игорек, ты не убегай, присоединяйся, – добавил он, как только Игорь попытался сделать шаг назад.

Ярослав подтолкнул его к камням.

– Без глупостей, – прошипел он у него над ухом.

Четверо на одного – какие тут глупости.

– Не заставляй применять силу, – добавил от себя Арс, грозно глядя на Игоря. Тот хотел было потянуться в карман за настойкой бесстрашия, но настолько опешил от реакции друзей, что не мог шевельнуться.

Посмотрел на Нику, но она тут же отвернулась.

– Могли бы предупредить, – бросил он, дернув плечами и освобождаясь из захвата Ярослава. Уж его-то он точно был сильнее. – Оделся бы на свою казнь поприличнее.

– Поменьше драмы, Бодунов, весь в отца, серьезно. – Владимир скривил лицо, от чего его улыбка выглядела еще более неестественной. – Ладонь на алтарь, или тебя к нему привяжут.

Игорь почувствовал подступающую злость, которая доросла до определенного пика и резко потухла, оставив за собой одинокую пустоту. Он выдохнул и сделал шаг вперед.

Двоедушники положили руки на каменное изваяние. Пальцы неприятно покалывало. От алтаря не исходило ничего: никакой силы или обжигающего тепла, лишь нарастающее напряжение и ожидание. Игорь успел подумать, что хотел бы быть в любом месте, но только не тут.

– Я привел его, – прошептал Владимир, закрыв глаза…

…и через мгновение стало очень холодно. Холод этот был пронизывающе знакомым, и Владимир облегченно выдохнул. У него получилось.

Но стоило ему увидеть рогатую корону Велеса, как он тут же понял, что его дни сочтены. Велес был недоволен. Молчал, сузив глаза. Этот взгляд говорил: «Ты не смог». Этот взгляд презирал. Этот взгляд обещал Смерть. Наверное, стоило что-то сказать, но Владимиру показалось, что его главный страх – умереть и предстать перед Страшным судом – схватил за горло ледяной рукой, вторя Велесу и говоря, что никакие слова уже не помогут.

– Где Игорь? – услышал он шепот за спиной. Владимир медленно повернулся: в нижний мир отправились все, кроме одного.

Где Игорь?

Где Игорь?!

ГДЕ ИГОРЬ?!

– Ты его упустил, – раздался голос Велеса. Некогда длинная черная тень Владимира превратилась в жалкую закорючку, дрожащую на безветренном холоде.

– Он был там. Я его привел, – ответил он тихо, не отрывая взгляда от правителя нижнего мира. Помнил по предыдущему разу, что даже смотреть в пол нельзя.

– Привел. Только он сопротивляется. А я не могу его призвать. – Велес говорил ровно, без единого оттенка злобы или ярости. Такой спокойный тон пугал еще больше. Лучше бы владыка кричал и размахивал посохом. – И не смогу, покуда по его вине душа человеческая не сгинет.

– Но тот мальчишка…

– Достался кому угодно, но не мне. – Велес стукнул посохом, не давая Владимиру продолжить. Ворон взмахнул крыльями и пролетел прямо над головами двоедушников, заставив всех пригнуться. – Я дал тебе жизнь в обмен на сына той двоедушницы, и твой срок истек. – Велес встал со своего трона и подошел к Владимиру. Высокий старик, выше Владимира и Арса, обдал его своим ледяным дыханием. – Ты теперь останешься здесь, обе души твои будут томиться в моем мире без права опуститься в заготовленный котел, пока они, – он указал посохом на других двоедушников, – не приведут ко мне убийцу бесов.

Владимир упал на колени и перестал дышать. Через секунду холод, постепенно овладевавший всем телом, ушел, словно его и не было. Владимир снова сделал вдох и длинно выдохнул, но не увидел привычного клубка пара. Сознание было спокойней обычного, сердце не отбивало даже четкий ровный ритм. Оно попросту не билось.

Так вот как выглядит смерть в этом мире. Может быть, все не так уж и страшно?

Владимир повернулся: Арслан инстинктивно прикрыл руками Яра и Нику.

– Советую поторопиться, – снова заговорил Велес, – у вас сорок лет. Хотите прожить дольше – приведите мне волка.

Владыка стукнул своим посохом…

…и двоедушники очнулись.

Тело Владимира шумно упало в снег, заставив Игоря отойти подальше, к краю каменного круга.

Он что-то слышал. Эхо на краю сознания, пока Владимир и его друзья стояли как вкопанные, держась за Велесов алтарь. Слышал проникающий в самую душу голос, обрывки фраз. Как он вообще мог что-то услышать? Через волка?

Ты его упустил.

Жизнь в обмен на сына.

Пока они не приведут ко мне убийцу бесов.

Сорок лет.

Игорь развернулся и побежал прочь из леса, постоянно подгоняя себя и не позволяя остановиться. Он не мог знать, что имелось в виду и о чем говорил Велес – а это был он, без всяких сомнений, – но Игорь точно знал, что должен как можно скорее сбежать с Велесовых камней.

Арс и Ярослав что-то кричали вслед, но Игорь даже не пытался прислушиваться.

Волк подсказывал, когда делать вдох и когда – выдох.

Лес казался бесконечным, словно Игорь не знал ни единой тропинки, как будто он бежал бесконечно долго, и только голос волка возвращал его к реальности.

Вдох.

Выдох.

«Дыши, Игорь. Осталось немного».

Как же он был рад, когда увидел машину Клима. Это же точно его джип? Правда?

– Что случилось?

– Уезжаем, срочно!

– Что случилось?

– Газ в пол, умоляю, они меня убьют, увези меня!

Игорь спустился пониже в пассажирском кресле, тяжело дыша.

Пристегнулся. Как будто это могло его спасти от орды бесов и друзей, которых обязали начать на него охоту.

Слезы застилали глаза, а у него не было сил даже поднять ладони к лицу.

Не смогу призвать, покуда по его вине душа человеческая не сгинет.

Жизнь в обмен на сына.

– Кир? Ты здесь? – заговорил Игорь вслух. Почему-то подумал, что волк сможет хоть что-то ему объяснить.

– О чем ты? – обеспокоено спросил дядя.

Игорь отмахнулся.

– Кир, прошу, скажи, что ты со мной, пожалуйста!

– Дыши, – продолжал советовать волк.

– ДА ДЫШУ Я!

– Угомонись. Дождись полуночи. – На удивление, Кир был спокоен, хотя Игорь почти убедил себя, что слышал в его голосе нотки братского волнения.

– И что потом?

– Прекрати! – окликнул его Клим. – С кем ты говоришь, леший тебя задери?!

Игорь не стал отвечать. Толком и не слышал, что спрашивал дядя.

– Потом начнется отсчет до следующего года. И так сорок лет, – пугающе спокойно закончил волк.

Игорь схватился за волосы и сдавленно закричал, еще сильней сползая вниз. Он чувствовал каждое легкое: они сжимались, как будто из них выкачали весь воздух. Спину жгло огнем, а чья-то невидимая рука схватила за хребет, норовя выдернуть позвонки.

А потом внутри потухла спичка.