Мария Дмитриева В тихом городе

– Ты про что конкретно?

– Как ты Юру нашел? – так же нетерпеливо спросила Ника. Игорь не спешил отвечать, потому что внутренний голос волка настойчиво подсказывал подбирать слова.

– Почувствовал, – ответил он. – Не могу объяснить. Как будто усиленная интуиция. Просто знал, что Юра будет где-то там.

Игорь был доволен собой, потому что, по сути, не особо и врал. Друзьям он врать не любил.

– А потом вылезло это чучело. Амбарник, я думаю. По крайней мере, подходил под описание из книжек Клима. Там была история про такого же парня, который забрался в амбар девиц пугать, а амбарник его наказал и конечности все выкрутил. Он на Юру напал, я уже действовал по ситуации. Мы ведь, по идее, и должны что-то такое делать, верно?

– Угу, – тихо ответил Ярослав и уставился на дорогу. Игорю эта реакция не понравилась. Все замолчали одновременно и как будто с общим осознанием, что между ними теперь лежала странная неизвестная пропасть.

И с каждой минутой она становилась все больше.

Они решили, что первыми в палату зайдут парни, – вдруг Юра все еще боится Ники после ночного кошмара. Она шла за Игорем, украдкой выглядывая из-за его плеча. Врач сказал, что руку и ногу Юре вправили, поставили штифты, скоро можно будет ехать домой на реабилитацию.

– Ты как? – спросил Арс.

– Вроде жить буду, – ответил Юра, недоверчиво глядя на бывших одноклассников, которых в его жизни явно стало слишком много за последние пару дней. – Спасибо, что нашли и привезли сюда.

– Помнишь что-нибудь?

– Смутно. Разве что…

– «Разве что» что? – не выдержав, уточнил Игорь, выйдя чуть вперед.

– Ты… – Юра вытянул здоровую руку вперед и тяжело задышал. – Это же был ты! Это ты меня покалечил!

– Юр, ты чего? – Игорь на всякий случай отошел подальше.

– Кроме нас никого не было. Зачем ты это со мной сделал?!

– Тише. – Арслан подошел к нему. – Послушай меня, – Юра внимательно посмотрел на него, как будто все еще завороженный, – тебе показалось. Ты не мог никого видеть. Это у тебя в голове помутилось после падения в амбаре.

Юра замолчал и задумчиво посмотрел в сторону, как будто действительно искал в памяти подтверждения словам Арса.

– Да, точно. – Он усмехнулся. – Игорь, прости. Голова не на месте. Сам понимаешь, падение это… Правда, прости.

Игорь отмахнулся и сказал что-то в духе «ничего страшного», но сам очень испугался. От Арса к Юре протянулась нить. Зацепилась крючком и затянулась петелькой. Точно такая же, как та, что вела к Нике.

Они вышли из больницы минут через пять. Шли медленно, чтобы не привлекать внимания, хотя хотелось бежать. Все слышали, что сказал Арслан, и все поняли, что именно заставило Юру забыть, что Игорь был в том амбаре.

– Давно у тебя это появилось? – Первым, как обычно, не выдержал Ярослав, когда они наконец оказались в парке недалеко от больницы.

– Вчера ночью в первый раз, – тихо ответил Арс. – Не мог не проверить. Но работает, видите?

– А до конца дело не хотите довести? – вмешался кто-то в их разговор.

Все обернулись на голос Владимира, сидевшего на лавочке. Он встал, смахнул с пальто снег и подошел к ним. При свете дня он выглядел уже не настолько пугающе: длинное черное пальто без бесовской маски не придавало эффекта темной сущности.

– Вы следите за нами? – спросила Ника. Можно было бы, конечно, начать с вопроса «Что вы тут делаете?», но ответ был слишком очевиден.

– Естественно. – Владимир снисходительно улыбнулся и даже коротко рассмеялся. – Вы серьезно думали, что я отпущу вас просто так гулять по городу?

– Вы нас обманули. – Ника вышла вперед, внезапно осмелев. – Вы говорили, что двоедушники людей спасают. Мы пока только хуже сделали.

– Немножечко слукавил. – Владимир невинно улыбнулся и чуть дернул плечами. – Слова аккуратнее подбирай, Никусь, в этом городе могут не так понять.

Ника вытянулась по струнке и отошла назад, схватившись за локоть Игоря. Он вцепился в нее другой рукой, чтобы самому сдержаться и ничего не сказать. Перед ним стоял человек, который был виноват в смерти его родителей. Человек, из-за которого Игорь ничего не чувствует к людям, которые подарили ему жизнь. Человек, который сделал его такой же нечистью, как и он сам. Негодование и страстное желание уничтожить Владимира росли в Игоре в геометрической прогрессии, растекались тягучей энергией по всему телу, заставляя его тяжелее и медленнее дышать.

– Ай, – шикнула на него Ника, когда он сдавил ее руку слишком сильно.

Внутри словно погасла спичка.

– Извини, – тут же одернул себя Игорь и отпустил ее. Владимир хитро улыбнулся.

– Я смотрю, кто-то не смог держать язык за зубами. И как Климентий отреагировал?

– Сказал, что я пошел по родительским стопам, – спокойно ответил Игорь. Он снова почувствовал ту незавершенность, что была в нем, когда он злился на Нику после танцев. Как будто злость перекатывалась внутри, становилась больше него самого, чтобы внезапно испариться. Неприятное ощущение. С другой стороны, он подумал, что разговоры с Владимиром стоило вести на более трезвую голову.

Владимир одобрительно хмыкнул.

– Может, оно и к лучшему, что ты теперь в курсе. Зато расскажешь друзьям о последствиях.

– Игорь, о чем он? – спросила Ника, еще крепче хватаясь за него.

– Мои родители тоже были двоедушниками. – Игорь не сводил глаз с Владимира. – Мама хотела избавиться от второй души, когда забеременела. Владимир настучал Велесу, и они погибли.

– А ты раньше не мог сказать? – возмутился Арс.

– Я вчера узнал.

– А телефон тебе на что? – воскликнул Ярослав. – Позвонить, написать? Что-нибудь в духе «Ребята, кажется, у нас большие проблемы»?

– Я с самого начала говорил, что у нас проблемы. Мы подписали контракт с… – он почувствовал, как Владимир напрягся, – …с силами, которые ожидают исполнения своей воли. Мы идиоты, что поверили, что можно будет просто все забыть.

– Теоретически такая возможность была, – перебил их Владимир, подходя еще ближе. – Понимаете, закон прост: пока вы не используете свои силы по назначению – если вы вдруг еще не поняли, я говорю о вреде окружающим, – ваша вторая душа, она еще не совсем ваша. Но вы постарались на славу. Первые святки не закончились, а у вас на счету человек в больнице с травмами и психическим расстройством. И, конечно же, адюльтер, браво, – добавил он шепотом и подмигнул Арсу.

– Потом объясню, – буркнул тот, предвосхищая вопросы.

– Так что осталось только довести работу до конца. – Владимир снова стал серьезным и жестом приказал следовать за ним по парку. – У того парня – Юра, да? – жизнь будет уже не совсем радужной, потому что, во-первых, Ника поселила в нем необузданный, в чем-то даже дикий иррациональный страх. Во-вторых, – он повернулся к Арслану, – Арс, советую быть осторожным в формулировках: «У тебя в голове что-то помутилось после падения». Теперь ваш Юра, скорей всего, сойдет с ума, потому что ты заложил в него мысль о помутнении рассудка, которая великолепно сочетается с кошмаром Ники. Это может произойти быстро, может чуть медленнее, зависит от того, хватит ли у вас духу завершить начатое. Тут расклад такой: либо другие души, либо вы.

Владимир отвел их к одной из дальних беседок. В этой части парка было немноголюдно.

– Вы можете либо облегчить страдания мальчика сейчас, либо отказаться и испортить ему жизнь. Но в этом случае вам все равно придется восполнить баланс и привести Велесу душу другого человека. Человека, Игорь. – Владимир чуть повысил голос и сурово посмотрел на него. – Я готов поверить в то, что ты испугался и действовал по ситуации в амбаре, но впредь такого прощать никто не будет. Последствия, повторюсь, ты знаешь.

Игорь не выдержал и, выпутавшись из рук Ники, замахнулся, чтобы ударить Владимира. Кулак остановился в нескольких сантиметрах от его лица, словно уперся в невидимую стену. Владимир раскрыл глаза от удивления.

– Неужто Климентий не рассказал, что не сработает?

– Не рассказал, – процедил Игорь.

– Как так запамятовал. – Владимир отвел его кулак. – Правила такие. Двоедушники не могут друг другу навредить. Ладно, ребятки, вы осмысливайте, принимайте решение, время у вас до Крещения есть. Накануне встретимся, доложите о состоянии вашего одноклассника, и разойдемся на год. Адь е! – Он широко улыбнулся, помахал им рукой и удалился в противоположную сторону парка.

Игорю показалось, что он уловил какой-то запах. Легкий, едва заметный, незнакомый. Он даже не мог определить, не было ли это игрой подсознания, настолько запах был мимолетным.

«Не игра. Так пахнет страх. Я тоже учуял».

«Почему он боится?»

«Хороший вопрос».

– Игорь? – одернула его Ника. – Игорь! – Она схватила его за рукав. – Да что с тобой такое! – Она недовольно нахмурила брови и сложила губы некрасивой «уточкой».

Игорь поморщился: ему не нравилось, когда Ника злилась, потому что ее и без того нестандартное вытянутое лицо с глубоко посаженными глазами приобретало жуткие и неприятные черты. Конечно, она оставалась по-своему красивой – ведь все наши любимые люди красивы? – но злость ей совершенно не шла, как будто вытаскивала изнутри ее настоящую. А внутри Ника была той еще ведьмой, Игорь давно это понял, а недавно еще и воочию наблюдал.

– Да ничего, – бросил он резко и набрал воздуха, чтобы ответить что-нибудь еще, но тут же спокойно выдохнул. Снова это ощущение, как будто что-то сильное загорелось внутри и тут же потухло. Противно. – Задумался, – сухо добавил Игорь.

Ника отпрянула от него.

– Задумался? Задумался?! Тут такое происходит, а ты «задумался»? – закричала она. – Как мы это расхлебывать будем? Почему ты не рассказал про своих родителей?

– Не ори, – осадил ее Арс. – Пойдемте отсюда, надо решать, что делать.

– Решать нечего. – Игорь остался стоять на месте. – Обсуждать тоже нечего. Варианты нам разложили. Положительного выхода нет.

– В смысле, нет?

– В смысле, что мои родители не просто так умерли в мой день рождения. Выход – только смерть.

Все замолчали. Лишь переглядывались, ожидая, кто заговорит первым. Ведь кто-то должен был в конечном счете заговорить первым? Кто-то должен был взять на себя ответственность и огласить решение, которое и без того им было уже известно?

– Не хотите доводить дело до конца, я сам это сделаю, – нарушил тишину Игорь.

– А ты чего такой д’Артаньян, а? – вмешался Ярослав. – Ты изначально особняком был, а теперь что изменилось? Ты же вроде предостерегал нас, а теперь хочешь втянуть всех в это по уши?

– Я жить хочу, – отрезал Игорь. – Мы уже дружно в это втянулись. Теперь остается только двигаться вперед.

Игорь не лукавил. Прощаться с жизнью, когда она еще толком и не началась, он точно не хотел. Еще больше он не хотел оставаться двоедушником, но так уж сложилось. Видимо, дядя был прав: яблоко от яблони, или как он там выразился.

– Значит, пойдем все вместе, – заключил он. – Сделать это надо сегодня, чтобы никто не передумал.

– Ты предлагаешь прямо сейчас вернуться в больницу? Это не будет подозрительно? – спросила Ника.

– Не будет, если с нами пойдет его лечащий врач, – тихо, но уверенно вступил Ярослав.

– Брат, ты хороший актер, но навряд ли ты сможешь обмануть медперсонал, они своих-то уж знают, – сразу отрезал Арс.

Яр мялся и кусал губы, оглядывался по сторонам и топтался на месте.

– Кажется, я могу превращаться в других людей, – наконец объявил он. – Тоже не хотел говорить, пока не проверю пару раз. Видимо, придется импровизировать.

Они зашли в отделение незадолго до окончания приемных часов. «Мы быстро, вы нас и не заметите», – нашептывал Арслан медсестрам и остальному персоналу. Одна за другой петли тянулись от них с Ярославом по всей больнице. Это можно было бы сравнить с паучьей сетью, но Игорю это представлялось чем-то пострашнее. Интересно, если бы они видели все эти нити и одновременно ухватились за них, что бы случилось?

Когда они зашли в палату, Юра спал. Игорь впервые задумался, как так вышло, что он лежал один в палате на четверых. Тоже Арс постарался? Зачем? Знал, что придется остаться с ним наедине? Знал, что придется его убить?

– И как мы это сделаем? – заерзал Ярослав. – Кто-нибудь вообще об этом подумал? Игорь? Прошу главного активиста из Гаскони выйти вперед, – яростно зашептал он.

– Может быть, не придется делать… «это», – сказал Игорь, подходя ближе к Юре и стараясь не реагировать на привычные подколки Ярослава. – Точнее, я кое-что попробую сделать, а дальше будем действовать по ситуации.

– Пояснить не хочешь? – спросил Арс.

– У меня тоже проявились способности. – Игорь даже к нему не повернулся. Достал из куртки ножницы, которые схватил наугад на посту медсестры. Почему-то подумал, что для такого дела нужно было что-то медицинское. Хотя, если уж говорить начистоту, Игорь в принципе не особо понимал, какой инструмент мог подойти. Разве что точно не ножовка.

– Сначала расскажи. – Арс остановил его, сильно сжав плечо. – Ты можешь нас всех сейчас подставить. Ты совсем недавно говорил, что доведешь дело до конца, а теперь юлишь.

Игорь дернул рукой, но было ожидаемо, что из железной хватки друга ему не вырваться. Он тяжело вздохнул и подцепил ладонью нити, шедшие от Юры к Арсу и Нике.

– Вы это видите? – Он приподнял руку чуть выше. Двоедушники недоуменно уставились на него. Так он и думал. – А я вижу. Это похоже на… нити с крючками. Они идут от жертвы, – он посмотрел на Юру и сделал паузу, – к бесу. К вам в том числе. Я не сразу понял, когда впервые увидел. Не знаю, как это еще объяснить, но как только вы используете свои силы, вы как будто петлю на жертву набрасываете. Я так и нашел Юру в амбаре – по нити от Ники.

Остальные подошли чуть ближе, пытаясь разглядеть то, на что показывал Игорь, но не видели ничего, кроме его руки. Арс недовольно сощурился.

– Почему ты не говорил? – возмутилась Ника.

– Потому что я не знал, что это, – огрызнулся Игорь. Ему не нравилось, что за хорошее дело он еще должен перед друзьями оправдываться. – Может быть… Может быть, если я смогу эти нити разорвать, то никого не придется убивать. Тогда не будет никаких поставок душ Велесу, не будет необходимости оставаться двоедушниками. Вдруг получится?

– Думаешь, это можно сделать обычными ножницами? – хмыкнул Ярослав, на всякий случай прислушиваясь. Мимо палаты периодически проходили медсестры и врачи, но они даже не пытались проверить пациента.

– Я не знаю, – процедил Игорь. – Но я хочу попробовать все исправить, прежде чем оборвать чью-то жизнь. Я – будущий врач все-таки.

Арслан не удержался от смешка.

– В этом весь ты. – Он покачал головой. – Несколько дней назад ты красиво заявлял, что еще не давал клятву Гиппократа, а теперь прикрываешься студенческим билетом. Может, нам и не надо ничего исправлять?

– Я в любом случае попробую, не получится – сделаем то, за чем пришли, – холодно процедил Игорь. Он не был удивлен. Ярослав и Ника молчали в ожидании, что Арслан как всегда за всех примет решение. Только в этот раз Игорь будет принимать решения сам.

Арс задумался на пару секунд, но в итоге кивнул и сделал несколько шагов назад, оттесняя остальных подальше от кровати.

Игорь глубоко вздохнул и подошел к койке Юры. Осторожно взял нити в руку. Они стали ярче. Как будто толще. Какие-то тяжелее, какие-то – легче. Игорь длинно выдохнул, задержал дыхание и попробовал разрезать одну из них – ему показалось, что она лежала выше других, значит, начинать нужно было с нее. Руки не дрожали. Никогда не дрожали, чем он очень гордился, потому что в институте учили, что рука врача должна быть твердой.

Движение ножницами – нить поддалась и разорвалась.

– Одна есть, – шепотом сказал Игорь. Бросил короткий взгляд назад: это была петля Арса, видимо, созданная сегодня во время их первого визита. Обрывок тонкой нити упал на пол и повис, все еще торча из груди Юры, крючок Арса и вовсе исчез. Игорь обратил внимание, что такие же ниточки, пусть и намного тоньше, торчали из его руки и ноги – видимо, даже после смерти бесы оставляют свой след. Мерзкое зрелище.

Игорь подхватил следующую петлю – более легкую. Долго выбирал, разрезать ее или другую – почему-то чувствовалось, что важен порядок. Обе вели к Нике. Выбрал наугад, потому что не мог понять, какая из них оказалась на Юре раньше, какая отвечала за ночной кошмар, а какая – за морок.

Еще одно движение ножницами.

Лезвие как будто затупилось.

– Ай. – Ника скривилась и схватилась за голову. – Голова раскалывается. Так должно быть?

– Твою мать, – Игорь повернулся к ней. Нити Ники запылали красным светом, словно предупреждая о попытке уничтожения.

Юра очнулся с громким вздохом, выгибая спину и закатывая глаза. Рухнул на кровать. Обрывки разрезанных нитей и петли Ники затянулись и связали все его тело, врезаясь, впиваясь, проникая через кожу к костям.

Юра перестал дышать.

Игорь чуть не выронил ножницы.

Арслан заткнул рот Нике за секунду до крика.

– Уходим, – скомандовал он. – Уходим, ничего не трогайте! – повторил он чуть громче для Ярослава, который хотел, видимо, как-то помочь Юре. – Отпечатки оставишь, придурок, уходим. – Арс бросил Нику в руки Игоря и оттащил Яра за ворот халата. – Мы уже ничем не поможем, – зло бросил он сквозь зубы.

В следующий раз они заговорили, когда ушли подальше от больницы и затерялись среди празднования в одном из баров.

– Это. Что. Было? – делая паузу после каждого слова, спросил Арслан. – Ты что с ним сделал?

– Наверное… – Игорь сглотнул и спешно выпил разом половину джин-тоника. – Наверное, петли нужно разрезать в обратном порядке. Я… не понял… Перепутал…

– Ну… Нам же все равно надо было… – Яр быстро провел ладонью у своего горла, оглядываясь. – Простите, конечно, но я почувствовал облегчение. Наверняка Владимир бы по-любому нас дожал, и так или иначе этим бы все закончилось.

– Хотя бы я не одна это чувствую… Как будто на душе стало легче. Не знаю только, какой точно. – Ника обхватила себя руками, потирая плечи, словно от холода. – Странное ощущение, да? – обратилась она к Игорю и Арслану.

Только вот Игорь понимал, о каком облегчении говорил друг. Он его уже испытал в том самом амбаре, когда прорубил череп амбарника топором. Сейчас Игорь чувствовал панику. Он. Убил. Человека. Из-за него погиб его знакомый, по факту, жертва бесовского эксперимента. Игорь понимал, что теперь он повязан со своими друзьями и Велесом до самой смерти, неважно, когда она за ним придет.

Осознание жгло где-то в районе лопаток, сдавливая легкие. Игорь еле сдерживался, чтобы не залить этот разгорающийся пожар алкоголем – по опыту дяди знал, что только сделает хуже.

«Не выдавай себя», – проснулся волк. Надо было признать, что Игорь обрадовался возвращению его голоса в голове. Как будто он действительно был не один против всего бесовского мира и самых близких людей.

Вдох.

Выдох.

Вдох.

Спичка снова потухла.

Впервые Игорь обрадовался этой непонятной эмоциональной атрофии.

– Заодно отчитаемся перед Владимиром. – Он шумно опустил стакан на стол, как бы ставя точку в разговоре. – Раз назад дороги теперь нет.

– Брат, – Арс положил тяжелую руку ему на плечо, – ты молодец, что попытался нас вытащить.

– Может, я и не мог. – Игорь дернул плечами и отодвинулся от него. – Может, это как-то иначе работает. Может, это наоборот, чтобы… Не знаю. Я, наверное, пойду домой, что-то слишком много всего, если честно. – Он встал из-за стола. – Я пешком, не надо меня подвозить, деньги по пути кому-нибудь из вас заброшу, – добавил он сразу же. Ника по выработанной за годы привычке дежурно поцеловала его в щеку. Игорь едва сдержался, чтобы не отстраниться. Когда поцелуи Ники стали противны?

В этот раз Игорь все рассказал дяде сам.

Климентий долго молчал, а потом обнял Игоря и пообещал, что они со всем справятся. Раз уж его племянник оказался не таким простым бесом, у этого была весомая причина.

«Значит, твои мама с папой успели сделать что-то очень правильное перед смертью, береги это».

Игорь провалился в сон, как только минутная стрелка достигла двенадцати.

В этот раз он снова был сторонним наблюдателем: по крайней мере, он не чувствовал себя полноценно бодрствующим, но делил ощущения с волком пополам.

Зверь носился по городу в поисках добычи, но как будто сначала должен был пробежать марафон, чтобы снова различать запахи. Потом нашел кикимору и мелких бесов и наконец смог выдохнуть. Забрался подальше в лес, чтобы просто полежать.

Потереть спину о кору деревьев.

И выдохнуть.

– Надеюсь, сейчас выть на луну не будет? – подумал про себя Игорь.

– Еще раз услышу про волков и луну, приду к тебе домой и укушу, – раздалось у него в голове.

– За бочок, я надеюсь? – усмехнулся Игорь.

– Выбирай: правый или левый, – тем же тоном отозвался волк. – И почему я с тобой говорю вообще.

– Потому что ты в моем теле живешь. – Игорь старался не концентрироваться на том, что вообще-то вел диалог с внутренним бесом, который в обличье волка лежал в лесу за частным сектором.

– Я не об этом. – Волк коротко рыкнул. – Души друг с другом не разговаривают. Насколько я помню. И вообще, ты спать должен.

– Ну прости, я тоже не в восторге. Лучше бы я спал, а не смотрел фильм ужасов. Тебе обязательно их всех убивать? Твои же сородичи.

– Не знаю. – Волк вздохнул и опустился на землю. – Мне запах их не нравится. Какие-то мы неправильные с тобой. Не должны мы разговаривать. – Волк недовольно положил морду на лапы.

– Запах мерзкий, соглашусь, – подытожил Игорь. – И кровь противная.

– Мне никогда их запах не нравился, – добавил волк. – Но сейчас особенно. Раньше я не хотел их убивать.

– Раньше? Что ты имеешь в виду?

– Я точно не помню. Мне кажется, я уже с другой душой жил. До тебя. Но такого тоже не бывает, – фыркнул волк. – Скоро рассвет. С рассветом мое время закончится. Поспишь. – Волк прикрыл глаза.

– Постой! – крикнул Игорь. – У тебя есть имя?

Волк задержал дыхание и задумался.

– Зачем оно тебе?

– Неправильно как-то получается. Живем в одном теле, а я тебя толком не знаю.

– Кир, – волк довольно улыбнулся. – Еще успеем получше познакомиться. Удачи тебе завтра, Игорь. Будь начеку.

…Игорь, на удивление, уснул тем утром сам, без снотворного.

Он очень хорошо запомнил, как Кир сказал, что раньше жил с другой душой. Значило ли это, что Игорь «получил» волка от родителей? Видимо, от мамы?

Это бы многое объяснило, хотя не сделало бы легче.