Марина Сергеевна Серова Поселок Тихий

Старушка прикрыла ладошкой глаза от яркого солнца, рассматривая болтливую соседку.

– Живите, если не буйные. А молоко и яйца можете у Лиды купить, у них там ферма настоящая, коровы. На том конце поселка живут, белый дом, самый большой. Мимо не проедете.

Она заглянула за Светкину спину:

– А это кто с тобой в машине?

– Подружка, отдохнуть приехала, – радостно доложила Светлана. – Ну мы поедем, тетя Маруся, в райцентр. Если что-то нужно, вы говорите, не стесняйтесь. Купить там, может, или, ну не знаю… по хозяйству помочь! Я парикмахер, могу подстричь вас, покрасить, а Таня, она… – Подруга на секунду сбилась, вдруг поняв, что лучше не рассказывать всему поселку о моем роде занятий. – Она… менеджер.

Старушка покачала головой:

– Какие уже стрижки мне, Светочка, на тот свет скоро. А продукты мне внучка возит. Но спасибо за заботу.

– Да что вы, еще много лет проживете. Сейчас медицина вон как продвинулась!

Кажется, подруга решила непременно подружиться с местным населением. Однако соседка уже закрывала калитку, утомившись от восторженных криков:

– Я травками лечусь, девчата, да лесом. Ну все, пора мне, а то долго не могу стоять.

– Хорошего дня, тетя Маруся. Приходите в гости на шашлыки! – Светка махала вслед темному платку, пока он не исчез за высоким забором.

В машине она продолжала фонтанировать радостью от нового места обитания:

– Как же здесь тихо, Таня! Люди такие приветливые, просто рай на земле. Может, мне сюда переехать навсегда? На пенсию когда выйду, то буду, как баба Маруся, жить в гармонии с природой. Представляешь? Ходить в лес, лечиться травами. Ты будешь ко мне приезжать сюда отдыхать вместо заграницы. Тут же, посмотри, просторы кругом, тишина полнейшая, не то что в городе. А воздух, Таня, какой сладкий. Какая красота!

Я держала руль одной рукой и крутила головой по сторонам, рассматривая окрестности, которые вчера были скрыты в темноте.

И правда, симпатичное местечко.

Светкина дача была расположена на окраине поселка, дальше только участок бабы Маруси, за которым начинался настоящий лес из высоких деревьев, густых кустов. Лес подступал к поселку со всех сторон, дышал прохладой и чем-то душистым и терпким. Чудесное зеленое царство. В этой уединенности человеческого жилья и дикой природы было что-то первозданное. Тишина стояла абсолютная, только лесные звуки были слышны вокруг – трели птиц, шорох листвы. Как там сказала моя приятельница: рай на земле, тихий и невероятный в своей живой красоте.

Я ехала на скорости двадцать километров, чтобы получше рассмотреть зеленое море и пасторальные домики поселка.

Все местечко здесь было компактным и уютным, состояло из нескольких улиц. Главная одним концом упиралась в лесной массив, а другим уходила на широкую серую трассу, ведущую в райцентр. Короткие переулки перечеркивали Тихий, заканчиваясь то зданием местной администрации, то парком в три лавочки, то домом культуры с цветной афишей на двери, то продуктовым магазинчиком «Ольга». С другой стороны поперечные улицы исчезали в полях.

– Там железнодорожная станция, – махнула Светка на золотисто-зеленое море без конца и края. – И в школу дорога – через два километра тут большая деревня, не помню названия. Ягодная какая-то – Земляничная или Малиновая, что-то такое. Вот же ребятишкам каждый день приходится шагать. А в городе дети на автобусе пару остановок не хотят проехать, совсем обленились. Вот тут, на природе надо детей растить, в здоровой атмосфере, в тишине, чтобы нормальными были.

В середине длинной улицы Светлана указала на большой, отделанный белым камнем дом высотой в два этажа. Он выделялся на фоне остальных приземистых построек.

– Остановка! Я так понимаю, тут продают молоко и яйца. – Светка снова сияла дружелюбием. – Идем устанавливать контакты с соседями. Татьяна, давай со мной, а то я из-за своей прически не внушаю им доверия. Да и здесь скука смертная, им до всего дело есть, в том числе и до тебя. Будем наводить мосты, постараемся быть максимально позитивными и общительными. Мне здесь еще жить.

Я приятельницу понимала. Наше появление и правда для поселка, где ничего не происходило никогда, было настоящим событием.

Пока автомобиль медленно катился по улице Тихого, каждый, кто попадался нам навстречу, останавливался, чтобы получше рассмотреть пассажира и водителя.

А судя по контингенту, который в это время ходил по улицам, мы для поселка были совсем не типичными жителями, а городскими фифами. Высокая блондинка в ослепительно-белом костюме, в босоножках на каблуках. Да, я обожаю такую обувь, ношу ее всегда и везде, каблуки не мешают мне бегать, драться и водить машину. И Светлана в ярком цветастом платье, с кучей браслетов, в темных очках на пол-лица и необычной новой прической ультракороткой длины.

У дома местных бизнесменов наша остановка снова произвела фурор. Из-за ворот высыпала ватага детей и принялась нас рассматривать с головы до ног.

– А вы к кому? – спросила самая старшая девочка.

Светка самым сладким из своих голосов протянула:

– Деточка, позови маму или папу. Мы хотим у вас купить яичек и молока.

– Родители в город уехали продукцию сдавать, – деловито заявила девочка. – Артем за старшего, но он по делам уехал. Приезжайте с восьми до девяти вечера, родители уже вернутся к тому времени. Молоко можно будет свежее купить, парное. Есть коровье, есть козье – оно жирнее. Если с нашей тарой, то на пятьдесят рублей дороже. Масло, творог есть, все собственного производства. Курятина, свинина, говядина, индейку рекомендуем для диетического питания. Изготавливаем полуфабрикаты, паспорт ветеринарный и сертификаты есть на всю продукцию. Все полезное, без химии.

Она протянула нам таблицу на листе А4, барабаня без перерыва текст:

– Вот прайс и контакты. Принимаем заказы по телефону. Можете оформить доставку фермерских продуктов домой, это будет стоить сто рублей по поселку, пятьсот по районному центру, возим в Озерск три раза в неделю. Для постоянных покупателей скидка.

От ее деловой прыти мы растерялись, закивали головами – изучим, закажем, оплатим – и ретировались в машину. Я просмотрела самодельный «прайс», наконец выяснив фамилию бизнесменов – Коробовы.

Авто плавно покатилось по дороге, когда я в зеркало заднего вида увидела сначала пыль столбом: она тянулась со стороны леса. Потом из клубов вылетел мопед, не разбирая дороги, и, чуть не раздавив кучу коробовской малышни, закатился в приоткрытые ворота. Водитель мопеда – коренастый мальчишка в шортах и футболке – почти отшвырнул своего железного коня и кинулся стремительно закрывать ворота.

– Кажется, заявился Коробов, который самый старший из них. Вернемся назад? Может, он продаст нам все-таки что-нибудь.

Но Света буркнула с заднего сиденья:

– Ни фига, ничего покупать там не будем!

Я с удивлением оглянулась назад, приятельница изучала прайс. Она с возмущением потрясла распечаткой:

– Цены у них, конечно, совсем не деревенские. Я в магазине за такую цену три курицы куплю, и еще на пакет молока останется.

Впереди засинела вывеска магазина, и Светка взмахнула рукой:

– Ну-ка, остановись, Тань. Пойдем глянем, почем тут яйца и молоко. А то, может, придется сейчас в райцентре закупаться запасами на все лето. Вдруг тоже фермерские продукты одни, золотые яйца. А я не фермер, а парикмахер, мне такое не по карману.

Вот только сегодня нам не судьба была разжиться деревенскими продуктами: внутри магазинчика никого не оказалось. На прилавках лежали продукты, горели цифры на весах, жужжали мухи под потолком. А за прилавком не хватало продавца. Я в растерянности осмотрела крошечное помещение: неужели в Тихом уже культура как в Европе, когда покупатели сами себя обслуживают, оставляя необходимую сумму за взятые продукты на прилавке?

Светка тем временем изучала ценники на полках:

– Ну вообще, что за обдираловка?! Все в два раза дороже, чем в городе. Нет, точно будем закупаться в райцентре, в Озерске. Как же я все буду таскать на дачу? Надо закупиться сегодня впрок, не кататься же за любой мелочью по десять километров.

Я в ответ удивленно пожала плечами: не понимаю, как вообще здесь что-то покупают. Мы уже почти ушли, как вдруг дверь распахнулась под ударом мощной ноги. Продавщица, дородная и высокая, в синем переднике, шагнула внутрь. Она тащила за собой двух девиц лет восемнадцати, зажав их тонкие запястья в мощных ладонях, будто в наручниках.

– Здрасьте, – рявкнула она нам. – Это вы из города к нам в Тихий припылили? Сейчас обслужу. – Она резким движением оттолкнула девочек в угол. – Только вот воровок этих сдам в полицию.

Невысокая девочка со светлыми кудрями замотала головой так, что слезы, которые стояли у нее в глазах, разлетелись в стороны:

– Пожалуйста, не надо в полицию звонить. Умоляю. Я вам деньги привезу завтра, обещаю. Мы не хотели брать, просто пить очень хочется. А денег нет совсем.

– Знаю я вас, ага, привезут они денег. Дуру нашли. – Продавщица ткнула пальцем в пыльное стекло окна. – Нет денег, так на колонке пейте. Или в реке.

Вторая девушка, повыше, похожая на воробья, со смуглым, загорелым личиком и густой, но какой-то рваной шапкой черных волос, шагнула смело навстречу разъяренной продавщице:

– Полиция из-за бутылки воды не поедет, сумма маленькая. Бутылка стоит пятьдесят рублей, а чтобы дело завели, надо на две с половиной тысячи украсть. И вообще, мы воровать не хотели. Сразу вам сказали, что денег нет, просили вас по-доброму, а вы отказали. Мы бы завтра вам двести рублей привезли просто так.

Продавщица нависла горой над подростком:

– Ты че, самая умная? Чего тогда не придумала, где денег взять на воду?

Тут я не выдержала. Никогда не даю консультации бесплатно, но решила вмешаться, только чтобы этот спор не длился вечно:

– Извините, что прерываю, но девочка права. Их и правда не накажут за воровство. Сумма слишком маленькая. А вот вас могут привлечь за незаконное задержание.

Продавец обернулась ко мне и обиженно загудела:

– Это чего получается, каждая сопля тут может взять что захочет? А я ничего сделать не могу?

Она зыркнула недобро на перепуганных девочек:

– Я с вами и без полиции разберусь. Сейчас за волосы так оттаскаю – забудете, как воровать.

Девчонки хоть и молчали, но в глазах был ужас, и мне снова пришлось участвовать в конфликте. Совсем не хотелось потом быть свидетелем, если девушки пожалуются в полицию, сидеть в душном отделении и рассказывать, что я видела. Вместо того чтобы купаться, загорать или гулять по лесу. Меньше всего во время отпуска хочется участвовать в преступлении, пускай даже в мелком и в качестве свидетеля.

– Женщина, послушайте, они виноваты, никто не отрицает. Но давайте мы заплатим вам за украденную воду. А вы отпустите девочек. К тому же если вы их все-таки решите наказать физически, то останутся следы. А это уже уголовная статья, умышленное причинение легкого вреда здоровью. Наказать могут штрафом, исправительными работами или арестом. Вам это нужно?

Женщина с подозрением уставилась на меня, хотя ее кулаки все же разжались:

– Вам-то чего, городским? Чего лезете? За таких же заступаетесь городских, кто отдыхать сюда приперся. Понаедут, ничего не купят. Только шум и мусор от вас.

Я честно призналась:

– Если дойдет до полиции, то не хочу торчать на допросах и терять время. Да и просто жалко по-человечески девушек. Разные ведь бывают в жизни ситуации. Посмотрите, они же правда напуганы.

Одного взгляда на перекошенные от ужаса и заплаканные личики было достаточно. Пострадавшая сменила гнев на милость:

– Ладно, пускай чешут. И сюда чтобы больше носа своего не показывали, хоть с деньгами, хоть без. Я ворюг в своем магазине не потерплю, на порог не пущу.

Девчонки, как легкие птички, почти без звука за секунду исчезли в дверях.

Женщина вернулась за прилавок, поправила свой чепчик, одернула фартук:

– За минералку пятьдесят рублей. Что еще брать будете?

Я протянула ей купюру:

– Одну бутылку за девчонок, одну – нам.

– Берите с запасом, одну мало. Жарища такая. Мясо есть для шашлыков, сосиски. Все свежее. На озере нашем сейчас милое дело посидеть. – Продавец явно собиралась продать нам весь свой ассортимент. – С мяском хлеб пригодится, майонез, сметанку берите. Консервы, уху можно в котелке сварить или кашу. У меня крупа чистая вся, без жучков. Сахарку, конфеток, чаю.