Марина Бёрн Я всё исправлю

Глава 24. Когда ноль лишний

Согласование маркетингового плана проходит болезненно.

При изучении второй версии Павел Мудрейший приходит к выводу, что сделать тридцать четыре активности за три месяца не под силу ни одному адекватному человеку, что уж говорить о маркетологе, и велит сократить количество.

Третьей – смеётся над моим предложением установить интерактивный автомат с виртуальным трекером. Когда я поясняю, что у Rolex подобная инициатива подняла продажи в семь раз, прицокивая, подмечает: «Где мы, а где Ролекс».

Четвёртой – вспоминает, что бюджет его категорически не устраивает и требует избавиться как минимум от одного нуля. На мой смех – я наивно подумала, что это шутка – заявляет, что никогда не шутит с деньгами.

В пятой версии предлагает удалить ещё четыре пункта из оставшихся четырнадцати.

В шестой, когда план, наконец, избавляется в строке затрат от лишнего нуля, но становится не планом, а куцей бумажкой, Павел Грозный отчитывает меня, словно школьницу, за непроявление должной фантазии – не мешает добавить ещё пару-тройку активностей. Лучше бесплатных. Я рискую пошутить и предлагаю изготовить ещё «флайсы», на что управляющий одобрительно хлопает меня по плечу и изрекает: «Ведь можете подать хорошую идею, когда захотите».

Я всерьёз подумываю об увольнении. Даже если рынок до сих пор не забыл о моём позоре, я всегда могу предложить собственные услуги местному кинотеатру, куда явно не ступала нога маркетолога, и поднять его посещаемость на небывалый уровень. Пожалуй, доработаю до Нового года и скажу ариведерчи LifeLab.

Глава 25. Пушкин

У меня сегодня свидание. Да-да, официальное. Стас так и заявил: «Приглашаю тебя на свидание. Записывай в календарь. 12 ноября, суббота, 18:00»

Я немного волнуюсь, ведь мои последние серьёзные отношения закончились больше двух лет назад. С тех пор я сменила любовника на любовницу – карьеру. Именно с ней я проводила томные вечера и страстные ночи, рождая на свет стратегии, планы, мероприятия, презентации и десятки различных кампаний. Если какой-то мужчина осмеливался вторгнуться в наши крепкие отношения, я быстро давала понять, что в моём водоёме ловить нечего. Самые крепкие воздыхатели выдерживали несколько месяцев, карауля меня по углам, но после сдавались и переключались на другую рыбку. И вот теперь, когда меня захватили сачком и перекинули в прекрасный пушкинский прудик, я заметила, что вокруг плавают вполне приличные особи.

Стас определённо мне нравится. Не только внешне, хотя нельзя не признать, что я замечаю привлекательных мужчин. Во-первых, от шуток кавалера я хватаюсь за живот. От смеха, разумеется. Во-вторых, он однозначно дамский защитник – одно спасение от тренажёра-монстра чего стоит. В-третьих, весьма обходителен – когда нужно, поддержит хрупкую женщину и даже поцелует ручку. В-четвёртых, по-хорошему честолюбив – к своим тридцати годам уже директор по развитию и явно прилично зарабатывает. В-пятых, ведёт здоровый образ жизни – занимается спортом, правильно питается и даже не пьёт. Прямо идеал какой-то.

Слышу резкий визг шин, выглядываю в окно, у парадной паркуется сверкающая в свете фонарей тёмно-синяя БМВ. Похоже, последней серии. Дверь медленно открывается и из неё вальяжно выбирается Стас. Мой потенциальный бойфренд прислоняется к двери и что-то усердно строчит в телефоне.

Бегу к зеркалу, чтобы убедиться, что всё в порядке. На мне беспроигрышное платье – маленькое, с изящной чёрной вышивкой, струящейся над бежевым подкладом. Пять лет назад оно свело с ума бывшего. Верх весьма целомудренный и закрытый, а вот длина настолько коротка, что годится исключительно для свидания. Но сегодня как раз тот случай, когда следует позволить себе маленькую шалость. Натягиваю жёлтые лодочки на высоченных каблуках-шпильках. Подкрашиваю губы ярко-малиновой помадой – уже не помню, когда пользовалась ею последний раз.

Раздаётся звонок. Аккуратно цокаю к двери. Открываю. Кавалер стоит, прислонившись к косяку.

– Вау! Что это за красотка?

Отлично. Значит, платье всё ещё работает.

– Где? – делаю вид, что удивлена. Поворачиваю голову, будто ищу кого-то.

Стас потешается.

– Ты выглядишь на девять баллов, – интимно протягивает он.

– На девять? – в непонимании хлопаю ресницами. Не то чтобы мне хотелось десяточку, но мог бы и соврать ради приличия.

Подходит ближе, берёт с полки шпильки, ловко закручивает мою гриву волос и закрепляет в небрежный пучок. Никак не ожидала подобного умения от мужчины. Действие занимает пару секунд. Поворачивает меня к зеркалу и приобнимает за плечи. Прикосновения ухажёра мне приятны, хотя бабочки пока и не прилетели.

– Такую шею нельзя прятать. – Проводит пальцами по моим плечам. – Вот теперь ты десятка. Ни один мужчина не пройдёт мимо.

Ладно, так и быть. Комплимент засчитывается. Стас разглядывает нашу пару. Нельзя не признать, мы отлично смотримся вместе.

– Сейчас поедем с тобой в лучший питерский ресторан. Не поверишь, как называется. – Стас выдерживает эффектную паузу. – Пушкин.

– Пушкин?

– Ага. Слышала про такой?

– Нет. Но мне нравится, – мурлычу я и поворачиваюсь к нему. Мне не даёт покоя обувной вопрос. – Стас, а могу я поехать в туфлях? Мы ведь после ресторана не планируем гулять по улице?

– Разумеется. Довезу тебя на карете туда и обратно. Твои роскошные ножки не замёрзнут. Если пожелаешь, устроим в машине Сахару. А после донесу тебя на руках.

Такая перспектива мне нравится. Ровно до тех пор, пока не задумываюсь, что не такая уж я и пушиночка. Пожалуй, на руках это лишнее. Пусть мои килограммы останутся для ухажёра загадкой.

– Подожди секундочку. Только возьму сумочку. – Забываю о том, насколько коротко платье, и сверкаю перед кавалером попой.

Стас потирает пальцами губы, оценивая мою пятую точку.

– Детка, ты как-то поаккуратнее. А то ведь я не железный. – Улыбается и помогает надеть пальто.

Весело смеюсь. Вообще-то, приятно ощущать свою женскую силу. А то со своей карьерой я уже и забыла, что на свете существуют мужчины.

Полдороги Стас развлекает меня шутками, от которых к концу пути ноют мышцы живота. Уже одно его присутствие помогает поддерживать физическую форму. Доезжаем без пробок и происшествий. Заходим в ресторан. Администратор провожает нас к столику.

На мой вкус атмосфера чересчур вычурная: портьеры в пол, лепнина, картины во всю стену, окна в форме арок, массивные колонны и роскошные люстры. Ощущение, что я попала в начало девятнадцатого века. У меня появляются сомнения, насколько уместен мой наряд в подобной обстановке.

Администратор доходит до нашего столика и вежливо показывает, где нам присаживаться, как вдруг Стас замечает знакомого.

– Пётр Владимирович! Вы ли это? – Мой спутник обращается к солидному мужчине лет сорока пяти, с лёгкой сединой на тёмных волосах, сидящему в обществе очень красивой дамы.

Пётр Владимирович поднимает взгляд на Стаса. Не замечаю особой радости на его лице, впрочем, он быстро натягивает доброжелательную улыбку.

– Станислав, приветствую. – Мужчина поднимается и пожимает Стасу руку.

Женщина бросает на Стаса короткий взгляд и тут же поворачивается к окну. Поглаживает ухоженной рукой шею – она явно не расположена к разговору.

– Оливия, рад вас видеть! Вы как всегда изумительны! – как будто не замечая её закрытого настроя, влезает Стас.

Красавица вынуждена повернуться.

– Добрый вечер. Благодарю, – отвечает холодным, но воспитанным тоном.

Мужчины перебрасываются парой дежурных фраз, желают друг другу приятного вечера и прощаются. Мы со Стасом, наконец, добираемся до идеально сервированного стола с белоснежной скатертью, который этим вечером принадлежит только нам.

– Наш инвестор. Очень важная птица, – тихо поясняет мне Стас.

– Вижу, серьёзный мужчина.

Делаем заказ. Стас с видом знатока рекомендует мне блюда. Закончив со сложным делом, зачем-то возвращаюсь к разговору о встреченной паре.

– У твоего инвестора такая красивая жена.

Стас смеётся.

– Его жена вовсе не красивая.

– Шутишь? – не понимаю юмора.

– Отнюдь. – Стас посматривает на спутницу Петра Владимировича. – Оливия не его жена. Любовница она. Много лет уже.

Нам приносят закуску. Стас отправляет в рот морской гребешок.

– Он в Питере живёт, но кучу времени в Москве проводит. Жена-то как раз здесь, а с Оливией Пётр Владимирович в Москве тусит. Странно, что их сюда занесло.

– А ты откуда знаешь такие подробности? – уточняю, подцепляя вилкой лист салата.

– Работа у меня такая. Всё знать, – веселится Стас, поглядывая на женщину и барабаня ногой по полу. – Да шучу я. У нашего клуба инвесторы московские. Мы часто их выгуливаем. Так вот, на приватных тусовках Пётр Владимирович всё время с Оливией появляется.

Я немного шокирована и не знаю, что на это сказать. Искоса поглядываю на Оливию. Пётр Владимирович отнюдь не блещет внешними данными. Он крепкого телосложения, хорошо одет, но всё же без лоска. А вот Оливия, напротив, очень привлекательна. У неё благородная, аристократическая внешность. Каштановые волосы высоко убраны, глаза покрывает тёмная дымка теней, пухлые губы слегка блестят. Думаю, ей около тридцати.

Меня терзает мысль, почему такая роскошная женщина связалась с женатым мужчиной? Неужели у него столько достоинств, что она готова довольствоваться ролью любовницы? Неужто ей не претит мысль прятаться по углам? Даже в ресторан нормально не сходить – то и дело встретишь какого-нибудь Стаса. Про Стаса я, конечно, образно. Он прелесть.

Невольно всплывает в памяти Силин и моя безудержная, бестолковая, неконтролируемая страсть к нему. Слава богу, начальник был ко мне равнодушен, а то ещё оказалась бы на месте этой несчастной Оливии.

Пара встаёт и под руку покидает ресторан. Смотрю на Стаса. Спутник давно забыл о знакомых и вовсю травит очередную байку. На автомате смеюсь, даже не понимая, о чём речь. И чего я опять вспомнила про дурацкого Силина? Только настроение себе испортила.

Мы давно покончили с закуской и почти одолели основные блюда. К нам подплывает официант.

– Изволите ознакомиться с десертами?

Мои глаза загораются. Десерты я люблю. А уж в таком заведении они наверняка пальчики оближешь. Только собираюсь вежливо согласиться, как вдруг мой спортивный спутник изрекает:

– Благодарю, дама следит за фигурой, – подмигивает мне самым обворожительным образом. Приходится смеяться в ответ. Не могу же я признаться, что ни один лишний килограмм не заставит меня пренебречь десертом. – Принесите лучше счёт.

Официант любезно кивает и удаляется. Да, со Стасом не забалуешь. Алкоголь выпить нельзя, десерты лопать нельзя. Надо срочно спрятать сладости подальше, а то ещё нагрянет с ревизией на мою кухню. Буду искать плюсы – зато, мой персональный надсмотрщик не позволит мне превратиться в аппетитную женщину с формами.

Пока я разглядываю нарядные пары, сидящие неподалёку, официант приносит счёт. Решаю отлучиться в дамскую комнату и наклоняюсь за сумочкой.

– Слушай, не стоит. Всё-таки наше первое свидание, – мило шепчет Стас. – Давай сейчас я заплачу, а ты уж в следующий раз.

До меня не сразу доходит, что визави имеет в виду. Поднимаю взгляд на смутившегося Стаса. Так вот в чём дело! Он неверно истолковал мой жест и подумал, что я решила заплатить за свою часть ужина. Мне становится жутко стыдно, ведь у меня и мысли подобной не возникло. Безусловно, Стас прав. Мы современные люди, и у нас равные права. Сегодня он заплатил, завтра я, а может, и вовсе каждому следует платить за себя.

– Конечно, – невольно улыбаюсь из-за возникшей неловкости. Стас с облегчением выдыхает.

Мы покидаем ресторан и едем домой. Я немного устала и явно не готова сегодня к какому бы то ни было продолжению. Честно говоря, мне больше хочется посмотреть романтический фильм. В одиночестве.

Паркуемся у дома. На сей раз без визга. Кавалер поворачивается ко мне.

– Спасибо за прекрасный вечер, красавица, – касается моей руки. – Разрешишь мне зайти?

– Стас, всё было чудесно. Спасибо тебе. – Стас принимает мои слова за одобрение, поэтому поспешно добавляю: – Но если честно, я немного устала. Ты не против заглянуть в другой раз?

Стас слегка поджимает губы, но вскоре расплывается в улыбке, как ни в чём не бывало.

– Конечно. Как скажешь. – Придвигается ближе. – И всё же так просто я тебя не отпущу.

Гладковыбритое лицо Стаса приближается к моему быстро и уверенно, движение отточено до миллиметра. Не успеваю глазом моргнуть, как губы Стаса соприкасаются с моими. Поддаюсь и отвечаю на поцелуй. Мне так хочется потерять голову, но она почему-то остаётся на месте. Чувствую во рту вкус свежего эвкалипта. Не то, чтобы этот вкус мне нравится, скорее – не неприятен. Уже хорошо. Как только кавалер становится более напористым, я мягко отстраняю его и поправляю разгулявшуюся причёску.

– Я побегу, – открываю дверь и выпархиваю из машины. – До встречи!

Машу Стасу рукой. Он машет в ответ. Скрываюсь за дверью, через минуту слышу лязг шин. Уехал.

Самое время подвести итог: всё говорит о том, что вечер прошёл чудесно. Стас идеально мне подходит, и я наверняка буду с ним счастлива. Просто я слегка притомилась после напряжённой недели.

Да, так и есть.

В следующий раз будет лучше.

Глава 26. Флайсы

На столе аккуратными стопочками разложены шесть видов флайеров – листовок. Каждый размером с половину альбомного листа – длинный, вытянутый прямоугольник. Осматриваю достояние. Передо мной беззвучно визуализируется лик Павла.

– Флайсы приехали? Покажите.

Протягиваю флайер Павлу. Смотрит на выданный лист, затем на те, что в кучках. Снова на свой – на кучки.

– Они же одинаковые! Зачем столько стопок? – изрекает умудрённый опытом начальник.

– Вы правы. Но промокоды разные. Так мы сможем отследить, какая площадка сработала лучше всего.

– Хитро, – подмечает Павел. – А чего дизайн не согласовали со мной?

Мои брови взмывают вверх – ещё не хватало допускать великого знатока маркетинга до творческой части.

– Павел, это всё же моя компетенция. Дизайн выполнен в полном соответствии с фирменным стилем.

– В следующий раз согласовывайте. Я бы подсказал, как улучшить. Добавить жару, так сказать. А то скучновато получилось. В глаза не бросается.

Слова застревают в горле. Боюсь, ещё немного и моё терпение лопнет.

– А зачем дырки вокруг трекера? – интересуется профи, глядя на изображенный на листовке продукт.

– Это перфорация. Можно с лёгкостью вытащить бумажный трекер и примерить на руку. Он в натуральную величину. Кроме того, обменяв бумажный трекер на настоящий в точке продаж, клиент получит скидку.

– Не уверен, что кто-то будет заниматься подобной дурью, – заключает Павел, сосредоточенно выковыривая трекер из листовки и прикладывая к руке. – В целом, неплохо, Александра. Всегда прислушивайтесь к моим рекомендациям и будет ваш маркетинг на высоте. Видите, получилось дёшево и сердито. Не то что ваши несусветные фантазии с кофейными аппаратами.

Чувствую, как моё лицо застывает в искусственной маске дружелюбия. Вступать в бесперспективные дискуссии нет ни малейшего желания.

– Можете, кстати, продавца задействовать для распространения, да и сами пораздавать флайсы в свободное время. Чтобы деньги лишние не тратить, – делится озарившей идеей начальник.

– Спасибо. Я разберусь.

Павел барабанит пальцами по столу. Подобная реакция с моей стороны на блестящее предложение руководителя – не иначе как дерзость.

– Вы что, не хотите сэкономить?

– Полагаю, мой час обходится несколько дороже, чем час работы промоутера. Так что получится не экономия, а транжирство.

Офисная улыбка стекает с лица Павла, ведь совет выдал он. Впрочем, начальник находится что сказать:

– Вероятно, вы правы. Я тоже считаю, что маркетологам незаслуженно переплачивают.

Гордый управленец не считает нужным дождаться моего ответа и удаляется восвояси.

Всё понятно. В глазах Павла я не отличающийся умом маркетолог, да ещё и с непомерной зарплатой. Впрочем, если я продолжу заниматься исключительно флаерами, впору будет с ним согласиться.

Глава 27. Что-то не сходится

Кампания с флаерами проходит успешно, что меня несказанно радует. Изучаю данные по использованию клиентами промокодов и показатели продаж в местных точках. Телефон пиликает. Приходит сообщение о поступлении заработной платы. Что-то не сходится. Сумма в два раза меньше обычной. Ошибка в бухгалтерии? Решаю не затягивать и разобраться в ситуации. Пишу бухгалтеру о возникшей проблеме, через полчаса получаю ответ, что всё проведено корректно – оклад выплачен в полном объёме, премия не согласована.

Конечно, за последние два месяца я принесла компании определённые репутационные убытки – хотя, кто знает, чёрный пиар тоже пиар, и следует внимательнее присмотреться к статистике. Но на встрече Марк и словом не обмолвился об урезании дохода.

Бреду к Павлу. Управляющий занят, общается с сотрудником. Я слишком расстроена и не намерена отступать. Караулю Павла у двери. Как только сотрудник выходит, вламываюсь в кабинет, не давая возможности прогнать меня. Лицо Трухина покрывается красными пятнами, но будучи мудрым профессионалом, он не решается вытолкать меня взашей.

– Павел, случилось недоразумение, – не самым спокойным голосом изрекаю я.

– Что такое?

– Мне сегодня поступила зарплата, но она в два раза ниже прежней. Произошла какая-то ошибка?

Павел задумывается и чинно прохаживается от стола до окна. Внимательно осматривает уличных прохожих. Слегка поворачивает голову, не встречаясь со мной взглядом, и изрекает:

– Нет никакой ошибки, Александра.

Молчу. Жду объяснений.

– Вы что же думаете, мы вам за красивые глаза платить будем? Нет, Александра. Мы же не благотворительная организация. Вы хорошо справились с флайсами, да. Я вижу скачок продаж. Но, согласитесь, во-первых, это была моя идея. – Павел выпячивает грудь вперёд и выпрямляет спину. – А во-вторых, нельзя же за изготовление бумажек такую премию выплачивать.

Павел Справедливый неторопливо возвращается на своё рабочее место.

– В Пушкине такого дохода нет даже у меня, – произносит почти угрожающе, выпучивая глаза. Видимо, ждет, что реплика проникнет мне в самое сердце и я осознаю совершённое мной финансовое преступление. Продолжаю молчать. – Всё должно оплачиваться согласно должностным обязанностям и вносимому сотрудником вкладу, – чинно завершает монолог начальник.

– Павел, не выплачивать премию – это ваше решение? Или Марка и Эрика? – собрав всю волю в кулак, чтобы голос не дрогнул, уточняю я.

– Совместное, – отвечает, не глядя на меня, начальник и поправляет стопку документов, лежащих на столе.

– Я поняла вас.

Ещё минута и я взорвусь. Быстро удаляюсь из кабинета, чтобы Павла не накрыло вылетающим из моих ушей паром. Так вот, значит, как компания заботится обо мне! Как там Марк говорил: «Мы – не такая компания». А какая же тогда? Подумаешь, я всего-то три жалких года пахала на LifeLab как проклятая! Достаточно один раз оступиться и тебя выкидывают за борт. Ничего личного. Это бизнес, крошка. Следовало ожидать.

Понимаю, что принимать судьбоносные решения можно только на холодную голову. А сейчас я слишком горяча. Завтра суббота – схожу на пилатес, поплаваю в бассейне и обдумаю, когда лучше написать заявление и как действовать дальше. Пришла пора что-то менять в профессиональной жизни.

Глава 28. Решение принято

В воскресенье вечером сижу в кресле и глажу Федю. Раздаётся звонок. Маша. Настроение на нуле, но надо ответить. Как всегда, не успеваю издать ни звука в трубку, а собеседница уже начинает монолог:

– Саша, спасай! Если ты мне не поможешь, у тебя больше не будет ни заместителя, ни подруги. Эрик спрашивает про A/B-тестирование лендинга. Это что ещё за зверь такой? Я вообще не в теме! – с горечью вопит Маша. – Я зашиваюсь! Разве так можно? Уже месяц работаю без выходных, а задач становится только больше. Верните мне мой пиар и заберите ваш дурацкий маркетинг обратно!

Грустно улыбаюсь. Кто-то не знает, куда деться от работы, а кто-то, чем себя занять. Павел настолько отбил у меня желание что-то доказывать и делать, что я дошла до ручки. А уж последний финт с зарплатой переполнил чашу терпения. Но всё же волшебное слово «A/B-тестирование» оживляет меня. Долго и подробно разъясняю Маше тонкости его проведения.