Мари Лаврова Его сердце не бьется

Мои розовые девчачьи мечты сбились в комочек и тихо заскулили в каком-то дальнем углу моей души. Я вновь перевела взгляд на Тристана и продолжала видеть на его лице отражение всех своих эмоций. Когда я радовалась – улыбались его губы и глаза. Я растерялась – улыбка исчезла, его лицо приобрело настороженное выражение. Неожиданная новость отозвалась у меня непонятной болью – его брови сползлись к переносице.

– А ведь не такая уж была несбыточная мечта – стать его невестой… – осознала я в этот момент.

Поняв, что я уже достаточно долго не свожу своего взгляда с лица Тристана – смущение отразилось на моем лице. Щеки запылали предательским румянцем. Не знаю, что отразилось на его лице – я поторопилась отвести взгляд. Посмотрела на герб, изображенный на дверцах экипажа, на группу всадников за ним… Особая духота, которая бывает перед грозой в жаркий летний день, мешала вдохнуть побольше свежего воздуха. Да и тугой корсет, который я одела перед занятиями и так в нем и уехала, тоже мешал мне свободно дышать.

И почувствовала прикосновение к своей руке. Краска моментально пропала с моего лица. Вздрогнув от неожиданности, я увидела рядом с собой Тристана, который держал меня за руку.

– Все в порядке? Ты вдруг так побледнела… – он смотрел на меня немного испуганно.

– Все нормально. Просто корсет туговат… – я попыталась успокоить его, отступив от него и сделав шаг поближе к брату. – И новость про помолвку оказалась неожиданной.

Я никогда не умела хорошо скрывать свои эмоции, и они всегда, пусть и едва уловимо, отражались на моем лице и в моем облике. Особенно, когда я была застигнута врасплох, как сейчас. Легкая смесь горечи и грусти промелькнула на моем лице.

Теперь уже Ясон взял меня за локоть.:

– Может, тебе стоит вернуться в экипаж?

Я слабо улыбаюсь и слегка киваю.

– Не волнуйся. Сегодня тебя под венец не потащат – мы с твоим братом что-нибудь придумаем, – на лицо Тристана возвращается улыбка.

– Ты, как всегда, готов предложить свою помощь в любую минуту, – тоже улыбаюсь ему в ответ в знак благодарности за поддержку.

– Может, поедем все вместе в экипаже? – пытаюсь как-то еще отблагодарить за причиненное беспокойство, и показав легким взмахом руки на горизонт, добавляю короткое пояснение. – Дождь собирается…

– Туча проходит мимо, не волнуйся. Мы поскачем рядом, – отказывается Тристан, при этом тепло улыбаясь.

Ясон и Тристан провожают меня до экипажа. Кучер услужливо открывает дверцу. Я , придерживая юбки, сажусь внутрь. Гроза, действительно, прошла стороной. Но в воздухе все еще чувствуется духота… И корсет все также мешает дышать полной грудью.

Выглядываю в окошко и ищу глазами Ясона и Тристана. Наблюдаю, как уверенно они держатся в седле. Я любуюсь ими обоими. В этот момент перед моим взором возникает образ пузатенького мужчины в возрасте с обрюзгшими чертами лица, которому слуги помогают сесть в кресло и обкладывают мягкими подушками. Почему-то именно таким я представляю своего невесть откуда взявшегося жениха… И печально вздыхаю. Однако, еще же ничего не решено окончательно. Все же должна быть есть возможность отменить эту помолвку. Продолжаю надеяться на такой исход.

И вот он – родной дом! Чувство радости переполняет меня, отодвигая на задний план сомнения и тревоги. Я опережаю всех и толкаю дверь перед собой.

В гостиной вижу отца, мать. Перед ними, спиной ко мне стоит высокий мужчина с прямой спиной и расправленными плечами. Его длинные, абсолютно седые волосы привлекают внимание. Одет довольно просто, но ткань, из которой сшита его рубашка, стоит баснословно много. Едва лишь я делаю первый шаг, как он поворачивает голову в моем направлении. Глаза, холодные, как сталь, смотрят прямо на меня, проникают в душу… Он выглядит достаточно бодро и совсем не стар, не смотря на его цвет волос, – около сорока пяти лет.

Легко развернувшись, он направляется ко мне навстречу, не отводя глаз от моего лица. Каждый его шаг по толстому ковру в гостиной странным образом отдается глухим эхом внутри меня. От него веет силой и неумолимой решимостью. Его цель – я. Я продолжаю смотреть ему в глаза, словно кролик на удава. И невольно замедляю шаг. Меня обдает едва уловимый запах с нотками мускуса и османтуса. Я замираю на месте. Уголки его губ слегка приподнимаются в легкой улыбке, но глаза остаются холодными.

– Юнна и прекрасна… – слышу его приглушенный голос, от которого ощущаю легкий зуд между лопаток.

Он берет мою ладонь и касается ее тыльной стороны своими, на удивление теплыми, губами. Тесный корсет мешает сделать так ставший необходимым глоток воздуха. … Я не успеваю осознать, кто этот мужчина, как свет в глазах меркнет, и я погружаюсь в темноту. Лишь успеваю почувствовать, как меня подхватывают чьи-то крепкие руки…