- Рейтинг Литрес:5
Полная версия:
Мари О Я у себя одна
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Они были знакомы давно. Очень давно. И их связывало что-то большее, чем совместные контракты на поставку труб.
Я положила фото и вырезку обратно в конверт. Нужно было спрятать этот архив. Если он приедет сюда — а я чувствовала, что он может решиться на это, — он не должен найти эти бумаги. Они были моим единственным оружием против его лжи о том, что я «нестабильна».
Я огляделась. Дом был старым, полным тайн. Бабушка любила прятать вещи. Я помнила её любимую фразу: «Если хочешь что-то сохранить надолго, прячь на самом виду или под самым носом у того, кто искать не будет».
Мой взгляд упал на массивную чугунную заслонку печи. Идеально. Никто в здравом уме не станет ковыряться в горячей печке, да ещё и зимой. А до зимы рукой подать.
Я дождалась, пока дрова прогорят до углей, выгребла золу из топки и аккуратно, стараясь не обжечься, просунула конверт вглубь дымохода, за кирпичный выступ. Там было пыльно и жарко, но сухо. Бумага будет в сохранности. Пусть полежит там, пока я не пойму, что с этим делать.
Заперев дом, я села в машину. Мне нужно было вернуться в город. У меня было дело поважнее, чем прятаться от его гнева. Мне нужны были ответы, которые нельзя найти в старых газетах.
Через час я парковалась во дворе обычной панельной девятиэтажки. Поднявшись на третий этаж, я нажала кнопку звонка. Дверь открылась почти мгновенно.
— Господи! — воскликнула Лена, моя старая подруга, та самая, чьё имя я вычеркнула из жизни по его требованию. — Ты... ты живая!
Она постарела. В волосах появилась седина, которую раньше она закрашивала. Но глаза остались прежними — ясными и встревоженными.
Мы молча смотрели друг на друга несколько секунд, а потом она просто распахнула объятия. Я шагнула к ней,и плотину внутри меня прорвало. Я плакала навзрыд, уткнувшись ей в плечо, выплескивая всё: страх, унижение, боль от удара, отчаяние вчерашнего дня и ужас сегодняшнего утра. Она гладила меня по спине и молчала, давая мне выплакаться.
Когда слёзы иссякли, мы прошли на кухню. Здесь пахло кофе и корицей. Её мир пах уютом и безопасностью. Контраст с моей стерильной квартирой-тюрьмой был разительным.
— Рассказывай, — тихо сказала она, ставя передо мной чашку. — Всё рассказывай. Я знаю, что он сделал. Он толкнул тебя.
Я замерла с чашкой в руке.
— Откуда ты знаешь?
Лена отвела взгляд и тяжело вздохнула.
— Потому что он приходил ко мне. Месяц назад. Искал тебя.
Мир пошатнулся.
— Что?..
— Да, — кивнула она, глядя в свою кружку. — Он заявился вечером. Сказал, что ты пропадаешь где-то ночами, ведёшь себя странно. Просил помочь ему вернуть тебя в семью. Говорил, что ты на грани нервного срыва.
— И ты... рассказала ему, где я могу быть?
— Конечно нет! — возмутилась она. — Я послала его к черту. Сказала, что если он ещё раз приблизится ко мне или к тебе, я вызову полицию. Он ушёл, но напоследок сказал странную вещь...
Она сделала паузу, словно собираясь с силами.
— Он сказал: «Передай ей, что прошлое имеет свойство возвращаться. Особенно то прошлое, которое пытаются похоронить». Тогда я не поняла, о чём он. Думала, бредит спьяну. А сейчас... после твоего звонка... я думаю, он говорил о себе.
Я достала из кармана конверт и выложила его на стол.
— Лен, я нашла кое-что. На даче. Посмотри.
Пока она изучала фотографии и вырезку, я наблюдала за её лицом. Сначала недоумение, затем шок, а потом... узнавание.
— Вот черт... — прошептала она, поднимая на меня огромные глаза. — Я помню эту статью. Это было громкое дело. Дело Артура Велецкого.
— Кто это?
— Местный криминальный авторитет. Его называли «Король недр». Десять лет назад его империя рухнула. Было расследование, обыски... говорили о связях с чиновниками, отмывании денег через благотворительные фонды. Потом он исчез. Просто испарился. Ходили слухи, что его убрали свои же.
Она ткнула пальцем в зачеркнутую фамилию на бумаге.
— Велецкий. Артур Велецкий. Твой муж... он похож на него. Чертовски похож.
В комнате стало душно. Кусочки пазла начали складываться в чудовищную картину, но последний элемент никак не вставал на место.
— Какое отношение к этому имеет мой муж? Он же простой коммерсант.
Лена горько усмехнулась.
— Простые коммерсанты не ходят на закрытые приёмы к таким людям, как Велецкий. И уж тем более не фотографируются с ними. Похоже, твой идеальный муж не тот, за кого себя выдает.
У меня перехватило дыхание. Газлайтинг, контроль, изоляция... Всё это приобретало новый, зловещий смысл. Он оберегал не свой брак. Он оберегал свою легенду. Он боялся, что я увижу настоящего человека за маской успешного бизнесмена.
И этот человек был опасен.
Я посмотрела на подругу. Впервые за пять лет я почувствовала, что я не одна. У меня появился свидетель. У меня появились вопросы без ответов. И у меня было оружие, спрятанное в старой печке на краю леса.
Игра перестала быть односторонней.
Глава 7. Маска треснула
Мы просидели на кухне у Лены до глубокой ночи. Кофе сменился чаем, а шок от открытия — лихорадочным обсуждением. Мы строили теории, одна безумнее другой, пытаясь связать образ моего мужа-предпринимателя с призраком криминального авторитета Артура Велецкого.
— Может, это его отец? — предположила Лена, вглядываясь в фотографию. — Просто поразительное сходство.
— Нет, — я покачала головой, вспоминая детали. — В вырезке сказано «предприниматель ...». Это он. И дата... ему тогда было столько же лет, сколько и сейчас. Он просто сменил имя или фамилию. Спрятался за респектабельным фасадом.
Лена накрыла мою руку своей ладонью.
— Ты понимаешь, что это значит? Если твой муж связан с этим человеком... если он сам был частью той системы... то ты ударила не просто домашнего тирана. Ты ударила человека, который умеет решать проблемы совсем другими методами.
Холод пробежал по спине. Я вспомнила его взгляд вчера вечером у спортзала. Там была не только ярость отвергнутого собственника. Там был холодный расчет. Оценка угрозы. Так смотрит хищник на добычу, которая вдруг показала зубы.
***
Я вернулась домой под утро. Город еще спал, окутанный серой предрассветной дымкой. Подъезжая к нашему дому, я заметила черный внедорожник, припаркованный чуть поодаль во дворе. Внутри никого не было видно, но интуиция кричала об опасности. Я проехала мимо, не останавливаясь, и припарковалась за два квартала отсюда. Сердце колотилось где-то в горле.
Телефон вибрирует в кармане чужого пальто. На экране высвечивается «Мама». У меня внутри всё сжимается в ледяной комок — рефлекс пятилетней давности. Если звонит мама, значит, что-то случилось. Или кто-то заставил её позвонить.
— Алло.
— Доченька... — голос дрожит, прерывается сиплым вздохом. Так начинается опера. — Я сегодня ночью так плохо спала. Давление под двести скакнуло. Таблетки пью горстями, а толку...
Я прислоняюсь лбом к холодному стеклу окна машины.
— Мам, ты вызвала скорую?
— Какая скорая, о чем ты! — она мгновенно переходит из умирающего лебедя в раздраженную учительницу. — Тут пока дождешься этих коновалов... Я про другое. Соседка снизу заходила, соль просила. Сказала, видела машину Артура у нашего подъезда вчера. Он приезжал. Стоял час во дворе. Внутри всё обрывается. Артур не искал меня. Он показывал, что может найти в любую секунду.
— Мам, я же просила тебя не говорить с ним.
— А что мне делать было? — её голос снова становится тонким, жертвенным. — Он такой вежливый. Кофе привез, спрашивал, как дедушка себя чувствует. Говорит, счета из клиники пришли, там такие суммы страшные... Леночка, мы ведь не потянем без него. Дедушке хужеет. Ты же знаешь, если его довести до инфаркта, на кого я останусь? Одна? Возвращайся, птичка. Мы никому ничего не скажем. Просто приезжай домой.
Она вешает трубку. Я еще минуту смотрю на погасший экран. Руки трясутся. Страх остаться одной накладывается на животный ужас оставить их без денег. Кажется, побег был ошибкой.
Я не хотела заходить в квартиру сейчас. Решила немного пробежаться. Погода обещала быть отличной, холодный воздух наполнял лёгкие, колющая боль в боку нарастала при каждом шаге. Я бежала все дальше от дома и хотелось в какой то миг просто исчезнуть.
Легкие горят. Ноги превратились в бетонные сваи. Я сбавляю темп, перехожу на шаг, упираюсь руками в колени. Меня тошнит от собственной ничтожности.
Тяжелые шаги сзади. Илья догоняет.
— Центральный процессор перегрелся? — спрашивает он буднично, протягивая бутылку воды.
Я качаю головой, пытаясь отдышаться. Горло сдавливает невидимая удавка.
В следующую секунду земля уходит из-под ног. Он подсекает меня одним движением бедра, и мир переворачивается. Я вишу вниз головой, перекинутая через его плечо. Твердая кожа куртки давит на живот.
— Какого черта?! — сиплю я, цепляясь мертвой хваткой за его шею. Паника заливает глаза красным.
— Тише, — его голос вибрирует где-то под моими ребрами. — Вес распределен правильно, позвоночник прямой. Сорок килограммов. Легкая утренняя нагрузка.
Он несет меня через парк. Прохожие оглядываются. Мамочки с колясками шарахаются в сторону. Для них я — похищенная жертва маньяка. Но странным образом впервые за годы мне не страшно быть беспомощной. Тело знает: если бы нес Артур, моя лопатка была бы уже сломана «случайным» неловким движением. Этот держит гранитно.
Опускает меня на деревянную скамейку только через двести метров. Приседает на корточки прямо передо мной. Наши лица теперь на одном уровне. Никаких сверху-вниз.
— Отдай мне свой вес, Лен, — говорит он тихо, глядя прямо в зрачки. — Хоть иногда. Моя работа — стоять под нагрузкой. Просто дыши.
Я закрываю глаза. И позволяю грудной клетке наконец раскрыться. Позволяю этому чужому, безопасному мужчине держать ритм моего дыхания своими коленями, стоящими по бокам от моих стоп. Пятилетняя война закончилась. Кажется, сегодня я взяла первого пленного.
***
Мы попрощались с Ильёй и я направилась домой.
Квартира встретила меня стерильным холодом. Воздух казался затхлым, мертвым. Здесь всё ещё пахло им — дорогим парфюмом и властью. Я прошла на кухню, избегая смотреть на раковину, полную битой посуды. Мой взгляд упал на стол. На нём лежал белый конверт.
Он был слишком идеальным. Углы острые, бумага плотная, дорогая. Не почтовый. Его принесли лично и подсунули под дверь.
Руки дрожали, когда я взяла его. Внутри оказался один листок бумаги, сложенный вдвое. Никаких угроз, никаких требований. Всего одно предложение, напечатанное строгим шрифтом:
«Нам нужно поговорить о Вячеславе Игоревиче. У меня есть вопросы к нему, которые могут быть интересны тебе».
И ниже подпись: «С.»
«Дядя Слава».
Мир перевернулся. Партнер, которого я боялась из-за липких взглядов, теперь становился ключом ко всему этому кошмару. Почему мой мучитель хочет, чтобы я задавала вопросы своему потенциальному союзнику? Или враг моего врага — действительно мой друг?
Телефон завибрировал в кармане. Номер незнакомый.
— Алло?
— Доброе утро, — голос в трубке был низким, спокойным и абсолютно безэмоциональным. Голос человека, привыкшего отдавать приказы. — Надеюсь, ты прочитала моё послание.
— Кто вы? Что вам нужно?
— Меня зовут Станислав. Но для тебя это неважно. Важно то, что мы можем помочь друг другу. Твой муж... он перешел черту даже со мной. Он стал неуправляемым. А неуправляемые активы подлежат списанию.
Это был язык бизнеса. Холодный, циничный. Но за ним скрывалось нечто большее.
— Вы угрожаете мне?
В трубке раздался сухой смешок.
— Я предлагаю сделку. Информация в обмен на безопасность. Я знаю, кто он такой на самом деле. Я знаю, почему он так боится прошлого. И я знаю, как заставить его исчезнуть из твоей жизни навсегда. Без полиции, без судов, без грязи.
— Зачем вам это?
— Скажем так, у нас старые счеты. Вячеслав задолжал мне кое-что. И я собираюсь забрать долг. А ты станешь моим инструментом. Согласись, это справедливое возмездие.
Предложение было дьявольски заманчивым. Отдать свою месть в руки другого монстра, чтобы избавиться от своего? Стать пешкой в чужой игре? Но альтернатива — жить в постоянном страхе, ожидая, когда он вернется, чтобы «помочь» мне справиться с нервным срывом — была невыносима.
— Чего вы хотите? — спросила я, чувствуя, как внутри растет ледяное спокойствие. То самое, которому меня учили в зале.
— Организуй встречу. Пригласи Вячеслава к себе домой. Сегодня вечером. Скажи, что хочешь обсудить примирение с мужем, что готова вернуться. Он поверит. Ему нужна эта видимость контроля. Когда он придет, просто впусти его и оставь нас одних. Остальное — моя забота.
Он отключился. Я стояла посреди кухни, сжимая в одной руке записку от «дяди Славы», а в другой — телефон, по которому говорил человек, назвавший себя Станиславом.
Я посмотрела на свое отражение в темном экране телефона. Женщина, смотревшая на меня, больше не была жертвой. Её глаза были пустыми и сосредоточенными. Она взвешивала риски. Она принимала решение.
Игра действительно перестала быть односторонней. Теперь поле было заполнено фигурами, и каждый ход мог стать последним.
Но сегодня правила диктовала уже не я. И это пугало больше всего.
***
День тянулся, как густая патока. Каждая минута отдавалась гулким эхом в пустой квартире. Я ходила из угла в угол, сжимая в кармане куртки визитку с незнакомым номером. Станислав. Имя казалось мне холодным и острым, как скальпель.
План был безумен. Пригласить одного хищника в логово другого. Но разве у меня был выбор? Сидеть и ждать, пока мой муж решит «вернуть меня в семью» силой? Или бежать, скрываться всю жизнь, оглядываясь на каждый шорох?
Я посмотрела на часы: четыре вечера. До встречи оставалось несколько часов. Нужно было действовать.
Набрать номер Вячеслава Игоревича оказалось сложнее, чем я думала. Палец отказывался нажимать на кнопку вызова. В памяти всплывали его масляные взгляды, липкие комплименты о моей «нежной шее», которые он отпускал, когда мой муж отворачивался. Мерзость подкатывала к горлу.
Глубокий вдох. Выдох. Я нажала вызов.
— Алло, — голос в трубке был ленивым и самодовольным.
— Вячеслав Игоревич? Это... это жена Артура.
На том конце провода повисла пауза. Затем раздался тихий смешок.
— Надо же. А я всё думал, куда ты пропала. Муженёк рвет и мечет. Сказал, ты сбрендила окончательно.
— Мне нужно с вами поговорить, — слова давались с трудом, словно я глотала битое стекло. — Лично. О делах... прошлых.
Снова пауза. Теперь в ней чувствовался интерес. Профессиональный интерес стервятника, почуявшего падаль.
— Вот как? Интригующе. И что же заставило тебя искать моего общества, дорогуша?
— Он перешел черту. Слишком далеко. Я хочу знать правду. И, возможно... договориться.
— Договориться — это хорошо, — протянул он. — Хорошо для всех. Где и когда?
— У меня дома. Через два часа.
Он хмыкнул.
— Смело. Очень смело. Что ж, я приеду. Посмотрим, что ты можешь предложить.
Разговор отнял все силы. Я опустилась на пол прямо в коридоре. Руки дрожали. Я только что запустила механизм, который могла не остановить.
Два часа пролетели в лихорадочной подготовке. Я убрала осколки чашек, вытерла пыль, пытаясь создать иллюзию нормальной жизни. Иллюзию того, что я сломлена и готова вернуться. На самом деле внутри меня рос ледяной ком решимости.
Ровно в шесть вечера в дверь позвонили.
Я подошла к двери и заглянула в глазок. На лестничной клетке стоял Вячеслав Игоревич. Безупречный костюм, идеально уложенные волосы, на губах играет легкая полуулыбка победителя. Он выглядел так, будто пришел не на опасную встречу, а на светский раут.
Я глубоко вздохнула и открыла дверь.
— Проходите, — сказала я ровным голосом, отступая в сторону.
Он вошел, окинув квартиру оценивающим взглядом. Запах его одеколона — тяжелый, сладкий — мгновенно заполнил прихожую.
— Неплохо устроились, — констатировал он, снимая пальто. — Хотя чувствуется запустение. Ты одна?
— Как видите.
— Ну-ну, — он прошел в гостиную и вальяжно развалился в кресле, где обычно сидел мой муж. — Так о чём ты хотела поговорить? Надеюсь, это стоит моего времени.
Я осталась стоять. Не села напротив. Держала дистанцию.
— Я знаю, кто он такой, — выпалила я, глядя ему прямо в глаза. — Настоящий Артур Велецкий.
Улыбка сползла с лица Вячеслава Игоревича так быстро, словно её стерли ластиком. Взгляд стал колючим, жестким.
— Ты несешь чушь, девочка. Мой партнер — уважаемый бизнесмен.
— Хватит! — мой голос сорвался на крик, но я тут же взяла себя в руки. — Я нашла фотографии. Газетные вырезки. Я видела вас вместе десять лет назад. На приёме у Артура Велецкого. Моего мужа там называли по-другому, но это был он. Я не дура.
Вячеслав медленно поднялся с кресла. Его фигура нависла надо мной, источая угрозу.
— Где эти фотографии? — тихо спросил он.
— В надежном месте.
— Ты совершила большую ошибку, сунув свой нос туда, куда не следовало.
— Моя ошибка была в том, что я вышла за него замуж, — парировала я, делая шаг назад. — А ваша — в том, что вы решили, что можете контролировать монстра. Он избавится от вас так же, как избавился от своего прошлого.
Его лицо исказилось от ярости. Он сделал выпад вперед, схватил меня за горло и припечатал к стене. Боли не было, был лишь шок и нехватка воздуха. Его пальцы были сильными, как тиски.
— Думаешь, самая умная? — прошипел он мне в лицо. — Твой муж — гений. Он создал эту империю с нуля. Мы все пляшем под его дудку. А ты... ты просто очередная подстилка, которая слишком много возомнила о себе!
Воздух заканчивался. Перед глазами поплыли черные круги. Паника захлестывала сознание. Тренер говорил: «Когда захват за шею, твоя главная цель — глаза или пах. Глаза — чтобы ослепить агрессора, пах — чтобы вызвать инстинктивное ослабление хватки».
Собрав последние силы, я резко согнула ногу в колене и ударила со всей мощью, на которую была способна.
Вячеслав охнул и разжал руку, сгибаясь пополам. Я рухнула на пол, жадно глотая воздух. Кашель разрывал легкие.
Но он не упал. Он выпрямился, тяжело дыша, и посмотрел на меня с нескрываемой ненавистью.
— Ах ты, сучка...
Договорить он не успел.
Из коридора послышался звук открывающейся входной двери.
Мы оба замерли.
В дверях гостиной стоял Станислав. Он был одет во всё черное, высокий и худой, похожий на тень. В руке он держал небольшой черный кейс. Ни один мускул на его лице не дрогнул при виде этой сцены.
— Кажется, я вовремя, — спокойно произнес он, переводя взгляд с меня, сидящей на полу, на Вячеслава, потирающего ушибленное место. — Здравствуй, Славик. Давно не виделись.
Вячеслав побледнел.
— Ты... какого черта ты здесь делаешь?!
— Я пришёл забрать долг, — всё тем же бесцветным голосом ответил Станислав, ставя кейс на журнальный столик и щелкая замками. Внутри лежало нечто, завернутое в бархат. — Видишь ли, наш общий друг Артур совершил фатальную ошибку. Он решил, что правила игры изменились. Он начал устранять свидетелей. Сначала тех, старых. А теперь, похоже, взялся за новых. За неё, — он кивнул на меня. — И за тебя.
Станислав достал из кейса продолговатый предмет и развернул ткань. Это был нож. Узкий, хищный клинок тускло блеснул в свете лампы.
— Но я опередил его. Я предложил ей сделку раньше, чем он успел отдать приказ о твоей ликвидации. Ты больше не нужен системе. Ты — слабое звено. Человек, который слишком много знает и слишком мало контролирует ситуацию.
Вячеслав метнулся к выходу, но путь ему преградил второй человек, вышедший из кухни. Молчаливый, огромный, как шкаф.
— Куда же ты, партнёр? — издевательски протянул Станислав. — Разговор ещё не окончен. Нам нужно обсудить условия твоего... ухода на пенсию. Навсегда.
Он повернулся ко мне. Наши взгляды встретились. В его глазах не было ни капли сочувствия. Только холодный расчет.
— Спасибо за помощь, милая. Ты отлично сыграла свою роль приманки. А теперь тебе пора уходить. Здесь будет грязно.
Я поднялась на ноги, пошатываясь. Всё происходящее казалось дурным сном. Я вызвала демонов, чтобы изгнать дьявола, и теперь стояла посреди их пира.
Я молча прошла мимо них к двери. Никто не пытался меня остановить. Когда я уже переступала порог, до меня донёсся спокойный голос Станислава:
— Знаешь, Славик, говорят, предательство прощают, но не забывают. А знаешь, что делают с теми, кого предали дважды? Их просто стирают.
Я закрыла за собой дверь, отсекая звуки квартиры от внешнего мира. Спустившись на один пролет вниз, я остановилась. Меня трясло. Я прислонилась к холодной стене и закрыла глаза.
Я спаслась от одного чудовища, впустив в дом двух других, гораздо более страшных.
И самое ужасное заключалось в том, что я понятия не имела, выживет ли кто-то из них сегодня ночью.
Часть
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
