Дурдом счастья
Цирк ахнул. Серебряная наездница лежала на арене, как пойманная в сеть русалка, неловко откинув хвост, и кричала от боли, возможно, скорее, душевной, чем физической. Цирк — не театр, там занавес не опустишь, там арена открыта на все стороны Розы ветров…
