Марелите ПикничОк за туманом Эйдоса

Глава 34. Спасительный свист Айалы.

Рассвет уже набирал полную силу, тени перестали быть такими тёмными, а тишина, наступившая после исчезновения паука, была оглушительной. Она давила на уши сильнее, чем прежний гул, заставляя каждого невольно прислушиваться к собственному дыханию и биению сердца.

– Что это только что было? – охрипшим голосом протянула Эридан, опускаясь на землю и прижимая к себе Надирэ, имея ввиду и появление паука и странный звук, похожий на свист, и чудесное исчезновение. Пёс мелко дрожал и часто дышал, высунув язык, но она почувствовала, что пёс уже успокаивался. Это значит пока что всё хорошо.

– Он ушёл, – Кэл поднялся с корточек, оглядывая небо. – Но я не знаю, надолго ли.

Вдруг из-за густых зарослей, бесшумно ступая по мшистой земле, вышла Айала. Её лицо было бледным, дыхание – прерывистым, словно она долго бежала. В руке она сжимала маленькую деревянную дудочку.

– Мати! Мам! – Вейо сорвался с места и повис у неё на шее. А Йоран раскрыл рот от изумления, увидев как к нему идет его внучка. Он поднялся с валуна, что без своего посоха ему это далось с трудом.

– Вейо, сыночек, – она погладила мальчика по голове, но взгляд её был прикован к людям, столпившимся на поляне. – Деда, всё ли с тобой благо? Тойран, Кейала со чадом, Лин, суседушки. Вы живи есте! – Айала не могла поверить своим глазам, что видит сейчас людей, которые пропали из деревни.

– Это вы свистели? – услышала она вопрошающий голос мальчика на наречии "лесных призраков" - это был голос Иларио, тот всё ещё тяжело дышал после бега по поляне. Его рыжие волосы прилипли ко лбу, а на щеке краснела царапина от ветки.

– Там, у вас в деревне мы такой же свист слыша АИли...

Айала кивнула, поднимая дудочку.

– Сей свист подражает звуку, которого они страшатся. Не всякий знает сию тайну. Синдикат не ведает, что у меня есть сие, – она горько усмехнулась.

– Ты спасла нас, – твёрдо сказал Сергей. – Уже в который раз.

– Что отрок, жив ли, здрав ли? – спросила Айала с тревогой в голосе, увидев, как Аня и Олег возились с Даниэлем. Тот постепенно приходил в себя. Риана не отпускала его руку, сидя на корточках рядом.

– Дышать можешь? – Аня ощупывала рёбра парня, тот морщился от боли. – Надеюсь ничего не сломано, но ушиб сильный.

– Всё нормально, – с трудом выдохнул Даниэль, и уголки его губ дрогнули в слабой, но знакомой улыбке. Он попытался поглубже вдохнуть. И снова невольно зажмурил глаза. Дышать было больно.

– Почему паук поплыл к Риане, она же не шевелилась? Они чувствуют страх или мысли читать умеют? – задалась вопросом Эридан. – Но ведь боялись все!

– Тут что-то другое, – качал головой Кэл. – Что-то его привлекло.

– Даже паук не устоял перед прекрасными глазами моей Рианы, – попытался пошутить Даниэль.

– Он бредит? – Риана поглядела на Аню, хотя ей безумно приятно было слышать от Даниэля комплименты, но сейчас они были совсем не к месту и не к состоянию парня. Остальных это невольно улыбнуло и немного разрядило обстановку.

– Не, чистая правда, – улыбнулся Риане Слеш, понимая друга и поддерживая его, а у самого в мыслях был образ рыжеволосой девушки с изумрудными глазами.

Алекс невольно вспомнил свою девушку, и так ему захотелось сказать сейчас эти слова ей... Одновременно и нежность и горечь от того, что он ничего не может сделать, кольнули его сердце. Он со сдерживаемой грустью вздохнул и тоже улыбнулся Риане.

– Ты настоящий мужчина, вступился за свою даму сердца! – Аня ощупывала бок Даниэля тщательней, пытаясь понять, нет ли там перелома или трещины.

– Рисковал своей жизнью. – Риана никак не хотела отпускать его руку. – Напугал до смерти.

– Я же тебе говорил, что ещё пригожусь, – прошептал Даниэль, повернув голову к Риане и очень серьёзным тоном произнёс: – мне для тебя не жалко жизни.

Риана услышала эту фразу и вдруг снова заплакала – не от страха, а от понимания. Она вдруг вспомнила тот день на даче у Эридан, когда Даниэль обнимал её, чтобы согреть и произнес эти слова...

– Лучше береги себя, – Риана всё никак не могла остановить слёзы. Слишком много пришлось пережить за последние сутки. Она чуть не потеряла двоих самых любимых людей.

– Жить буду, – он осторожно, стараясь не задеть ушибленный бок, попытался обнять её другой рукой.

– Эх, молодежь, – Олег одобрительно покачал головой.

Олег, Сергей и Аня ещё раз убедились, что мужество и способность пожертвовать собой ради других не зависят ни от возраста, ни от воспитания. Они поняли. Что с такими подростками в любую разведку можно идти. А Иларио в очередной раз за это короткое время задумался. Он вспоминал, что Даниэль всегда защищал его сестру, но тут он вообще рискнул жизнью ради неё. Что-то изменилось в Иларио, раз и навсегда.

***

Аня осматривала освобождённых людей. Они были истощены. Удивительно, но ребёнок был спокоен и сыт. Его мать Кейала последние силы отдавала своему малышу через грудное молоко. Но у самой силы были на исходе. У Лина была повреждена нога, но кое-как он наступал на неё. Алекс со Слешем и Вейо нашли пару сухих толстых веток, которые могли бы послужить временными посохами для Лина и Йорана.

– Думаю, надо идти именно сейчас, – поделился Кэл своими размышлениями с Сергеем и Олегом. – Если Синдикат не отправил дрона снова, и не появились солдаты, то у нас есть немного времени, объясню потом, – мы сможем добраться до деревни.

– Встать сможешь? – спросил Сергей.

– По любому идти надо, нельзя здесь оставаться, – Даниэль попытался приподняться, но снова сел, так как закружилась голова, да и напряжение мышц снова причинило резкую боль.

– Даниэль прав, – Кэл оглянулся на люк, который они наскоро прикрыли ветками. – В деревню надо идти, – сказал он

– Возьмите вот это, жуйте хорошенько и глотайте, – Айала достала из своей холщовой сумки какие-то корешки и дала их Лину и Даниэлю.

– Что это? – Даниэль взял несколько листочков, и начал жевать, – на вкус, как трава.

– Ешь, не бойся, – сказал Вейо,– зелье это, боли не узнаешь до часа.

Слеш и Алекс осторожно помогли встать Даниэлю, поддерживая его с обеих сторон.

– Это что за зелье такое? – Даниэль с удивлением обнаружил, что ему полегчало, голова почти перестала кружиться и относительно легко дышится.

– Так, решено, – скомандовал Сергей. – Идём в деревню. Держимся вместе. Раненых – в середину.

Эридан поднялась на ноги, отряхивая штаны. Надирэ тут же пристроился у её ноги, готовый следовать за хозяйкой куда угодно.

– Вы, – в середину. И без самодеятельности, – строго посмотрел на неё Сергей, помогая вместе с остальными подняться тем, кому было трудно.

Эридан обиженно надула губы, но спорить не стала. Она украдкой погладила фотоаппарат, висевший на шее, надеясь, что украдкой, как и до этого момента сделает самые лучшие снимки этого безумного приключения.

Глава 35. Возвращение в Эйдос.

Утренний туман, словно молоко, разливался между стволами деревьев, приглушая звуки и окутывая всё вокруг влажной прохладой. Воздух был наполнен запахом мокрой коры, прелых листьев и той особенной свежести, которая бывает только на рассвете, когда мир ещё не проснулся, а природа только-только начинает потягиваться после ночи. Где-то вдалеке заливалась птица.

Процессия двигалась медленно. Слишком медленно, так как люди понимали, что в любой момент синдикат снова может явиться и напасть на них, но также слишком быстро для тех, кто едва держался на ногах. Люди шли, спотыкаясь о корни, хватаясь друг за друга, чтобы не упасть, и каждый их шаг был маленькой победой над усталостью и болью.

Иларио, Вейо и Лин, опирающийся на толстую ветку, брели рядом с Йораном. Старик тоже шёл с толстой веткой, а также опираясь на плечо внука, с другой стороны его поддерживал Алекс. В его глазах старика читалась решимость, смешанная с горечью.

Слеш и Риана помогали Даниэлю, хоть тот и упирался, что может сам идти, и как обычно говорил, что «всё нормально». Благодаря зелью Айалы боль притупилась, и он мог идти самостоятельно, хотя каждое движение отдавалось тупой пульсацией в правом боку.

— Ну ты как, дружище? — спросил Слеш, периодически искоса поглядывая на всё ещё бледное лицо парня, он слышал, как дыхание друга сбивалось..

— Да норм всё, — усмехнулся Даниэль, хотя улыбка вышла кривоватой.

— Ну как всегда, — с деланой злостью хмыкнула Риана, — у него же всегда всё норм... Его чуть не убили, а у него всё норм.. — продолжала она отчитывать Даниэля.

Слеш понимающе кивнул головой Риане.

— Ну хоть живой остался — это уже хорошо, — поддержал её Слеш. — Ты бы видел свою физиономию, когда паук тебя швырнул, — добродушно съязвил Слеш другу. — Я думал, всё, пиши пропало.

Сергей и Олег как и остальные помогали тем, кому трудно было идти. Эридан с Надире шли в центре, рядом с женщиной с малышом.

Кэл шёл впереди, зорко оглядывая лес. Он держался настороже, понимая, что от Синдиката можно ожидать чего угодно. Но сейчас, когда небо над головой посветлело, опасность казалась не такой осязаемой.

Айала замыкала шествие, также, как и Кэл, она наблюдала за лесом.

Через некоторое время Надирэ, который всю дорогу спокойно брёл рядом с хозяйкой, обнюхивая всё подряд, вдруг остановился и, подняв морду, радостно гавкнул.

— Опять что-то чуешь, что-то хорошее? — радостно воскликнула Эридан, судя по поведению лохматого друга, и потрепала его по загривку.

— Ещё немного, дойти бы, — тихо и устало, по-стариковски произнёс Йоран, ему очень трудно было идти с самодельным посохом. Но он держался изо всех сил. — Деревня совсем недалеко.

И действительно, через несколько минут лес начал редеть. Стволы деревьев расступились, и впереди внизу в долине показалась уже знакомая речушка и домики по обеим её сторонам.

***

Деревня Эйдос просыпалась. Над крышами поднимались тонкие струйки дыма из печных труб, и воздух наполнился запахом сухих дров и чего-то варёного. Петухи уже откричали свой утренний гимн, и где-то лаяла собака.

Но появление процессии на главной улице мгновенно стало настоящим потрясением для жителей деревни.

Первым их заметил пожилой мужчина, который вышел из дома, чтобы набрать воды из колодца. Увидев группу людей, он на мгновение опешил и выпустил ведро из рук. Оно с грохотом упало на землю, расплескав воду.

— Батюшки! — выдохнул он, и его глаза округлились.

Через мгновение к нему подбежала женщина, выглянувшая из дома. Она ахнула, не веря своим глазам и стала кричать какие-то совершенно непонятные слова..

Люди начали выбегать из домов, бросали свои дела, и воздух наполнился изумлёнными возгласами.

— Они живы, они вернулись, староста Йоран вернулся, — кричали люди в изумлении и со слезами.

— Тойран! — закричала молодая девушка, увидев мужчину с перевязанной рукой.

Она бросилась к нему, но на полпути споткнулась и упала на колени. Подбежав, она вцепилась в его плечи, не в силах вымолвить ни слова, только слёзы текли по её щекам.

— Айна, — прошептал Тойран, гладя её по голове своей здоровой рукой. —Воротился я, воротился, голуба моя.

Но это была лишь одна из многих сцен.

Освобождённые люди шли по улице, и их встречали жители деревни. Те, кто были в камерах, — они не видели своих близких неделями, а кто-то даже месяцами. И теперь они шли по этой улице, где их ждали, где их помнили и где о них не забыли. Малые дети изумленно открывали рты, увидев пришельцев в странных одеждах, но потом с громкими криками своими детскими голосками бежали обнимать вернувшихся людей.

— Не страшитеся людей сих, они избавили наши, — громко крикнула Айала.

— Келин, Келин, — раздался взволнованный крик женщины, она звала мужа, — тамо наш Лин! Живой, сынушка, — и из одного из домов выбежали мужчина с женщиной. Они обняли мальчика, и отец тут же подставил ему своё плечо, увидев, что он сильно хромает, чтобы ему было удобно идти. Женщина улыбалась ему сквозь слёзы и постоянно обнимала.

Женщина с младенцем — Кейала — остановилась у небольшого дома на окраине. Из калитки выскочила пожилая женщина и, увидев её, закричала так, что птицы слетели с крыши.

— Кейала! Доченька! — она бросилась к ней, прижимая к себе обеими руками, боясь отпустить. — А чадо? Чадушка жив ли? — пожилая женщина, заглядывала в свёрток. — Думала я, вы сгинули!

—Жив, матушка, — кивнув, прошептала Кейала, и на её уставшем лице, впервые за долгое время появилась улыбка. — Уцелел. Спит детонька. Они пособили нам, — она кивнула в сторону идущей мимо группы.

Женщина благодарно поклонилась ребятам. Они смущенно замахали руками, показывая, что не надо им кланяться.

— Пошли скорее в избу, голодны вы, пошли, родненькие, накормлю вас.

— Сейлушка-то, муж твой, всё в лесье ходит доселе, — мать никак не могла поверить, что видит дочку и внучка, — чую, глаголит, что живы они. Намедни вот опять ушёл на розыски, — она указала в противоположную сторону деревни. Сейчас родная, сейчас, — суетилась женщина, обуреваемая неожиданным счастьем и тревогой за здоровье родных людей.

Эридан, наблюдавшая за этой сценой, почувствовала, как у неё защипало глаза. Она как можно тише поднесла фотоаппарат и сделала несколько снимков...

Продолжение следует...