Мар Сус 29 линия

Толпа снова загудела. Информация о гуманитарной направленности для мужской части класса стала сюрпризом, о чем свидетельствовали многочисленные спортивные сумки с эмблемой молодежного футбольного клуба.

– Давайте сейчас поднимемся на этаж, вы спокойно заселитесь в комнаты, а потом все встретимся в холле и обсудим вашу дальнейшую судьбу.

Толпа послушно потянулась за Ириной Александровной.

– Ден, Денчик, у тебя телефон есть? – Толкнул кого-то локтем высокий и лохматый парень в серой толстовке.

– Есть, а твой где?

– Отец еще дома отобрал. Говорил, что здесь все строго, а тут все с телефонами!

– Ну а сейчас тебе телефон зачем?

– Я Никитосу напишу, он мне запасной подтащит.

– Макс, ну я и сам Никитосу написать могу.

– Ты ссышь телефон давать?

– Ну-у… – Данил хитро улыбнулся и выразительно поиграл бровями. – Мало ли, что ты там увидишь.

– Мальчики – в левую часть коридора, девочки – в правую! – звонкий голос учительницы оборвал их разговор.

***

Второе строение, второй этаж. Коридор оказался небольшим – он делился на два жилых крыла, отгороженных дверями. В каждом отсеке всего по пять комнат плюсом шла душевая.

– Общие душевые, – отметила блондинка, закатывая глаза. Она резче, чем требовалось, нажала на ручку двери с номером «9» и шагнула внутрь. Следом ввалилась брюнетка.

– Ну зато мы с тобой соседки! – с натянутым оптимизмом выдохнула она. На плечах у школьницы висели две огромные спортивные сумки, а в руках она чудом умудрялась удерживать ноутбук.

– И то правда, – кивнула она, подходя к окну. Резким движением отдернула штору, надеясь увидеть хоть что-то живописное, и тут же скривилась. – Ну конечно. Элитное заведение, комнаты премиум-класса… и шикарный вид на глухую стену столовки. Блондинка повалила на пол свой красный чемодан.

– Кать, чур, моя кровать у окна! – заявила брюнетка и с размаху бросила сумки на матрас.

Блондинка одарила подругу долгим взглядом, но промолчала. Они были слишком близкими друзьями – какой смысл устраивать сцену.

– Тогда моя – рядом с тобой, Даш, – Катя подчеркнуто пассивно-агрессивно произнесла имя подруги, сняла куртку и небрежно кинула её на соседнюю постель у стены.

Напротив их кроватей сиротливо стояла третья – развёрнутая боком к проходу.

– Вот бы соседка нормальная попалась… – отметила Даша, косясь на пустующую постель.

– Если ненормальная – попросим переселить, – безразлично отозвалась Катя. – Слушай, а эта Ирина Александровна не сказала, когда сбор? Мы вещи разобрать успеем?

– Она номер свой дала, обещала беседу в ВК создать. Там, наверное, и напишет, – Даша сразу начала проверять теорию в телефоне. Повисла тишина.

– А Данил этот… ну ничё такой, да? – Как бы невзначай бросила Катя, расстегивая молнию на чемодане. – … Я тебе не говорила, но мы с ним уже пересекались. Когда документы подавали. Он с друзьями был, увидел меня, сразу подошёл… Ну, типа, какими судьбами и всё такое.

– Ого, а чего сразу не сказала? – Даша подняла глаза на подругу.

– Да я не подумала, что это важно! Он, кстати, футболист. Сюда, походу, всю молодежку «Ростка» запихнули, чтобы они учились без отрыва от тренировок. – Катя откинула крышку, и на кровать начали перекочевывать её главные сокровища: пухлые косметички, плойка, утюжок для волос, профессиональный фен… – Я ему, кстати, сразу сказала, что с подругой сюда перевожусь.

Даша с интересом следила за действиями подруги, пытаясь подобрать дальнейшую реплику.

– Друг у него тоже ничего так, – отметила Даша, улыбнувшись.

– Надеюсь, здесь какие-то дискотеки будут… Мне говорили, это место чем-то на лагерь похоже, только с учёбой.

– Было бы прикольно. А мне ещё интересно, что тут за преподы. Моим родителям говорили, что они какие-то крутые, чуть ли не университетские.

– Мне мама про это не рассказывала, – отозвалась Катя, уже по-хозяйски занимая полки в шкафу. – Так, я беру среднюю и ту, что над ней.

– Я тогда беру вторую среднюю и нижнюю, а третьей девочке, получается, не хватит, что ли?

– Ну, её проблемы. Раньше нужно было приезжать! – Катя скорчила довольную рожицу и захлопнула дверцу, но потом серьезно добавила. – Там вроде в секции, где вешалки, ещё полка есть. Вот пусть туда и кладёт.

***

Таня замерла на лестничной клетке второго корпуса. Справа, за тяжелой дверью коридора, кипела чужая, нормальная жизнь: хлопанье дверей, запах новых кроссовок и предвкушение свободы. Там были те, с кем она не собиралась пересекаться даже взглядом. Слева – лестница вниз, к отцу, который наверняка еще не уехал и ждет у КПП подтверждения, что дочь «пристроена».

Идти к девочкам не хотелось.

Таня подошла к окну и прислонилась лбом к стеклу. Оно было прохладным, но за ним дрожало густое, маревое солнце Ростова – рыжее и безнадежно пыльное.

В этот момент тишина в корпусе изменилась. Она превратилась в давление, какое бывает в самолете при резком наборе высоты. Звуки из-за двери стали ватными, словно их пропустили через слой изоляции.

Вдруг периферийным зрением она заметила движение.

Прямо по подоконнику, разрезая полосу солнечного света, метнулось пятно. Мелкое, размером с монету, оно двигалось рваными, неестественными скачками, так дрожит картинка на старой пленке, которая вот-вот порвется. Таня нахмурилась. Мошка?

В следующую секунду в голову словно вошел раскаленный гвоздь. Резкая, ослепительная вспышка мигрени заставила её зажмуриться. Наверное, это был предел – нервы просто сдали после нескольких дней истерик.

Когда Таня открыла глаза, в голове воцарилась абсолютная, звенящая пустота. Она посмотрела на подоконник: там не было ни мошки, ни пыли. Только солнечный свет.

Таня судорожно глотнула сухой воздух, развернулась и, не оглядываясь, толкнула дверь в сторону комнат. Вскоре она стояла перед дверью с хромированной цифрой «9», крепче сжимая ручку старой спортивной сумки.

Заводить друзей она не собиралась. Общение с соседками виделось ей неизбежным злом, вроде сезонной простуды – главное, чтобы сожительство было терпимым. На большее она не рассчитывала. Всё, что её по-настоящему волновало – это обещанный сильный уровень подготовки к химии и биологии. Ради этого можно было и потерпеть.

Она толкнула дверь. В комнате стоял плотный, почти осязаемый запах лака для волос и дешевых ванильных духов. Две девушки уже по-хозяйски осваивали пространство: брюнетка заполняла тумбочку хаотичным набором из книг, блокнотов и клубков проводов; блондинка пыталась втиснуть пухлый чемодан под кровать.

– Привет, я Таня, – неловко выдавила она, поджимая губы.

– Привет! Я Даша! – отозвалась брюнетка. Она весело помахала рукой, не поднимаясь с колен.

– Привет, меня зовут Катя. Надеюсь, мы подружимся, – дежурно улыбнулась блондинка. Резким, расчетливым ударом ноги она наконец загнала красный чемодан под койку. – Твоя кровать вот эта.

Длинный палец с безупречным алым маникюром указал на одинокую койку у прохода. «Вполне сносно», – решила про себя Таня и молча бросила сумку на матрас. По сравнению с соседками, вещей у неё было пугающе мало. Она убеждала себя, что это практичность: ноутбук, пара толстовок, джинсы да кроссовки. Ничего лишнего, за что могла бы зацепиться память.

– Ты в десятый «А» или в «Б»? – спросила Даша, с неприкрытым любопытством изучая новую соседку. Её интуиция подсказывала: Таня не из тех, кто будет до фанатизма зубрить даты. В гуманитарные классы «Б» обычно шли либо те, кто метил в кресла чиновников, либо идейные. Себя Даша, несмотря ни на что, причисляла ко вторым.

– В естественно-научный, – Таня заметила, что девочки ходят в носках, и тоже принялась стаскивать кроссовки.

– Ага, мы решили: раз уж тут ковёр лежит, почему бы не сделать обстановку более домашней? – прокомментировала Даша. – Ты тапочки брала? – И тут же, не дожидаясь ответа. – Значит, ты в «А». А мы из «Б».

Таню такой расклад даже обрадовал: не придется объяснять домашку, да и втягивать её в свои дела девочки будут реже. Она аккуратно поставила свои беговые кроссовки у двери – серые и строгие на фоне суперстаров соседок.

В этот момент смартфон Даши ожил на тумбочке коротким вибросигналом. Прочитав сообщение, она резко вскочила.

– Я сейчас вернусь! – бросила она и, быстро сунув ноги в кроссовки, выскочила из комнаты.

– Ой, мне тоже нужно! – спохватилась Катя и выпорхнула следом, словно привязанная невидимой нитью.

Таня даже не обернулась. Она была слишком занята – методично и старательно заправляла постель, стараясь выровнять складки на покрывале до идеала. Тишина, внезапно накрывшая комнату, казалась ей подарком, но в глубине подсознания всё еще зудело то странное «дальнее» давление, которое она почувствовала на лестнице.

***

– Слушай, она что, аутистка? – Катя едва дождалась, когда за ними захлопнется дверь на лестничную клетку. Она вцепилась в Дашину руку так крепко, словно Таня могла выскочить из стены и укусить их.

– Не знаю, Кать! – Даша прыснула, и этот смех эхом разлетелся по бетонному колодцу лестницы. Они почти бежали вниз. – Но это всяко лучше, чем какая-нибудь Крастельникова.

– Ой, фу-у! – Катя театрально скривилась. – От той пахло так, что глаза слезились. А эта…

– Зато чистая, – пожала плечами Даша, вылетая из подъезда в сумерки. – Короче, забей. Ты лучше скажи, куда эти твои футболисты написали подойти?

– Написали, что будут ждать у входа в корпус.

На улице было свежо – по-ростовски, с привкусом пыли и речной сырости. Дон был совсем рядом, и его невидимое присутствие ощущалось в тяжелом, влажном воздухе. Уже темнело.

Троица ждала их у входа, вальяжно оккупировав пространство. Широкие серые штаны, белые оверсайз-футболки. Но обувь выдавала их с головой: светоотражающие шнурки и рефлективные вставки на кроссовках вспыхивали в сумерках, как глаза хищников. Ни единого залома на носах.

«Ну, реально футболисты», – отметила Даша, машинально поправляя челку-шторку.

Данил выделялся сразу. Высокий, с наглой улыбкой и темным чубом, который он то и дело зачесывал назад пятернёй. Рядом с ним сутулился Максим – тощий, заросший, с руками, спрятанными глубоко в карманах. Едва девочки подошли, Максим вскинул голову, впиваясь в Дашу быстрым, оценивающим взглядом.

– Ну наконец-то, – Данил отлип от стены. – Мы уже думали, вы решили с концами в своих кельях забаррикадироваться.

– А мы не торопились, – Катя изящно убрала волосы за ухо. – Привет.

– Привет, – Максим выдал свою фирменную хищную ухмылку, от которой у Даши по спине пробежал холодок, но приятный.

– Это моя подруга, Даша. Я вам про неё рассказывала.

Данил быстро просканировал Дашу. Пухленькая, сутулится… зато формы что надо. «Зачёт с пометкой», – мысленно усмехнулся он. На контрасте с Катей Даша казалась «утешительным призом», но вполне аппетитным.

– А это Саня, – Данил толкнул в плечо низкого, жилистого парня. Тот мгновенно пригладил волосы и, подмигнув Кате, выдал напускным баритоном: – Если у вас возникнут вопросы, проблемы или… желания, я Саша.

Пацаны загоготали. Саша довольно осклабился, чувствуя себя центром внимания.

– Ну хорошо, Александр, буду иметь в виду, – ответила Катя, но тут же переключилась на Данила. – Слушайте, а вас уже добавили в чат класса?

– Да нет ещё. Классуха сказала, после ужина всё будет… – начал Данил, лениво почесывая затылок, но закончить ему не дали.

– А у меня вообще телефона нет! – Максим сложил руки на груди.

Данил осекся на полуслове и возмущенно уставился на друга.

– А почему у тебя нет телефона? – Даша вопросительно подняла глаза на Максима.

– Да, отец у него лютует, – быстро вставил Данил, пытаясь вернуть себе контроль над ситуацией. – Решил, что Максу полезно будет пожить в девятнадцатом веке.

Максим промолчал, но его челюсть заметно сжалась. Он продолжал смотреть на Катю.

– Макс, хорош косплеить немого, – Данил попытался разрядить обстановку, ударив локтем друга по плечу, но тот даже не шелохнулся. – Короче, девочки, не обращайте внимания. У него сейчас период «сложного художника», ищет вдохновение в страданиях без Ютуба.

– Я не ищу, – глухо отозвался Максим, наконец переводя взгляд с Кати на Данилу. В его голосе прорезались неприятные, скрежещущие нотки. – Я просто хотел сказать, что чат в ВК – это не моя проблема.

– Ой, да ладно тебе, – Катя игриво повела плечом. – Будешь у нас эксклюзивным персонажем. Как в тех книгах про закрытые школы, где у главного героя всегда есть какая-то мрачная тайна.

– В этих книгах главные герои обычно плохо кончают, – вставила Даша, пытаясь пошутить, но под тяжелым взглядом Максима шутка вышла какой-то вялой.

– Ладно, хватит душнить, – Данил решительно махнул рукой в сторону заросшей тропинки. – Надо чекнуть причал. Мне Рома из медиаотдела сказал, что там на закате вайб как в «Твин Пиксе».

– О, ты смотрел «Твин Пикс»? – оживилась Даша, поправляя дужку очков.

– Только слышал, – захозотал у неё над ухом Саша, едва не задев её плечом в узком проходе между кустами.

– Саня, завались, а, – засмеялся Данил в ответ, и компания медленно побрела к южной границе острова. – Там туман, сосны и всё такое…

– Там вообще-то про убийство школьницы, – тихо добавила Даша.

На секунду в группе повисла липкая тишина. Шум листвы над головой внезапно стал громче, агрессивнее, а воздух у реки сделался по-осеннему колючим, хотя на календаре еще стоял август.

– Даш, – Катя нервно хмыкнула и ускорила шаг, почти переходя на бег.

– О, смотрите чё видно! – закричал Саша громче, указывая пальцем куда-то в сторону зарослей камыша.

Далеко-далеко, прямо возле левого берега Дона, из воды выступал массивный, пугающий силуэт. Это был старый разрушенный дебаркадер. Он не просто стоял – он догнивал, напоминая обглоданный речными гадами скелет. Надстройка дебаркадера завалилась на бок, вперив в небо пустые глазницы выбитых окон. Казалось, если прислушаться, можно услышать, как река перемалывает внутри него остатки советского паркета.

– Да, – выдохнул Максим, который впервые за вечер перестал смотреть на Катю и уставился на чернеющую махину. – А чё это за штука вообще?

– Вот тебе и «Твин Пикс», – Катя нервно передернула плечами, кутаясь в тонкую ветровку. – Только вместо сосен – какая-то помойка на плаву.

Данил, сделав пару кадров и прищурившись, добавил с видом знатока.

– Это дебаркадер, ребят. Мне мать про такие рассказывала. Может, даже про этот самый… Говорила, в девяностых здесь ресторан был, все дела. А потом он типа сгорел или просто на мель сел.

– В девяностых? – Даша усмехнулась, поправляя очки. – Да он минимум с восьмидесятых здесь.

На её комментарий никто не отреагировал.

– Было бы классно на него с другой стороны посмотреть, с Левого берега… – добавила она, почти про себя.

– Ну так в чем проблема? – Саша игриво толкнул её в плечо. – Станем выпускниками, купим яхту, сталкинг в заброшке проведем.

***02.09.19

– Наташ, дети сегодня будут получать учебники. Комплекты готовы? – Кристина Сергеевна подняла усталый взгляд от смартфона, который, казалось, врос в её ладонь.

Наташа активно печатала обеими руками и одновременно шумно втягивала через трубочку банановый латте. В стёклах её очков мелькали вкладки: таблицы, сканы паспортов, шаблоны договоров. Ветровку сменила новая толстовка с лаконичной цифрой «29» на груди – официальный мерч, пахнущий складом и свежей типографской краской.

– Угу, – закивала она, не отвлекаясь.

– Может, ты тогда там доделаешь договоры? – Кристина мило улыбнулась. Её идеальная матовая помада была чуть смазана в уголке губ – единственная деталь, выдававшая утреннюю спешку. – Просто дети начнут идти к тебе уже с минуты на минуту. Посидишь в библиотеке, там спокойнее.

– Договоры? Прямо там? – Наташа оторвалась от монитора. – Но там же будет поток детей, шум… Я могу ошибиться.

– Наташа, – Кристина улыбнулась той самой улыбкой, от которой становилось холодно. – Ты же у нас, как говорят, «слишком умная для простой работы». Вот и прояви чудеса мультизадачности.

Наташа помедлила. Укол про "слишком умную" больно резанул.

– Хорошо. А компьютер мне там уже установили? – девушка наконец оторвалась от монитора.

– Если не установили, то установят прямо сейчас, – улыбка Кристины стала ещё шире.

Наташа помедлила.

– Кристина Сергеевна, – она сделала глубокий вдох, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Я хотела уточнить по поводу нагрузки. В библиотеке сейчас завал, учебники – это только начало. Там еще картотеку нужно с нуля заводить, плюс старые книги, как вы сказали, перебрать надо…

– И? – коротко бросила блондинка.

– Я думаю, было бы логичнее, если бы я сосредоточилась на библиотеке. Как мы и обсуждали изначально. На две ставки физически невозможно работать стабильно качественно, я боюсь где-нибудь накосячить в договорах…

В кабинете воцарилась тишина, нарушаемая только низким гулом системных блоков. Кристина медленно отложила телефон на стол экраном вниз.

– Наташ, – она сделала паузу, и её лицо снова приняло то самое неподвижное выражение. – Я ценю твой труд. Но мне очень жаль, что ты сама не можешь прийти и сказать, что тебе здесь тяжело, а вместо этого ищешь для этого какие-то отговорки про библиотеку.

Ей не тяжело, ей скучно до зубовного скрежета! Губы поджались.

– Мне не тяжело, – выдавила она.

– Ой, не рассказывай, – перебила Кристина. – Я знаю, о чем вы там с коллегами шепчешься. Что ты переросла эту должность, что тебе скучно, что мы твой потенциал не используем…

Наташа замерла. Коллегам? Она жаловалась Роме на усталость, но никогда не говорила, что "переросла". Неужели Рома передал их разговоры? И в каком свете?

– Я такого не говорила… – голос Наташи дрогнул.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.