Максим Солт Рэд. Возвращение

– Я же сказала: она не принимает сегодня! – голос девушки дрогнул. – Пожалуйста, вернитесь в атриум!

Рэд стоял, сжав кулаки, ощущая, как внутри всё натягивается до предела.

Он подошёл к кабинке с номером два, провернул тот же трюк со взломом – и дверь послушно отъехала в сторону.

В полутёмной комнате, на одиноком стуле, сидела молодая женщина. Она закинула ногу на ногу и смотрела на девушку за стеклом. Они, очевидно, разговаривали, но появление Рэда оборвало диалог.

– Синди! – крикнул он, шагнув внутрь.

– Рэд?.. – послышался знакомый голос.

– Синди? Это ты?! – он уставился на фигуру за стеклом. – Какого хрена ты делаешь?!

– Я… я… – Синди взвизгнула, спрыгнула с подиума и исчезла в темноте за стеклом.

Женщина на стуле смотрела на Рэда с приоткрытым ртом, не произнося ни слова.

– Я зову охрану! – крикнула администратор и направилась в атриум.

– Эй! Не надо охрану! Я ухожу! – крикнул Рэд ей вслед.

Только сейчас до него дошло, чем всё может закончиться. Если тот громила у входа решит размять на нём кулаками – ему кранты, а если приедет полиция – будет ещё хуже. Ни денег на штраф, ни желания оказаться за решёткой у него не было.

Рэд рванул следом, но было поздно. В атриуме, прямо у входа, стоял охранник.

– Я сейчас всё объясню! – запричитал Рэд.

– Рэд! – раздался крик.

Синди появилась словно из ниоткуда. На ней уже не было костюма и дурацкой маски, из-за которых он её не узнал. Футболка – её, родная, знакомая, но чёрные туфли на каблуке, а-ля японская школьница, и полосатая юбка с розовым сердечком так и остались.

Выглядело всё это крайне нелепо.

– Синди… – выдохнул Рэд.

Охранник шагнул к Рэду, схватил за горло и поднял над полом, прижав к стене.

– Синди… – прохрипел Рэд, чувствуя, как темнеет в глазах.

– Отпусти его! – закричала Синди и рванулась к охраннику, вцепившись ему в руку. – Отпусти! Пожалуйста! Я сказала – отпусти!

Громила нахмурился и отвёл руку для удара.

Рэд успел подумать, что сейчас активирует имплант «зажигалка» и подплавит ему мозги – надеясь, что тот выдержит перегрузку и не сдохнет. Иначе сядет он надолго.

– Хейн, отпусти его, – рявкнула администратор.

Охранник замер, ещё какое-то время удерживал Рэда навесу, а после разжал пальцы.

Рэд рухнул на пол, задыхаясь.

Хейн отряхнул ладони, посмотрел на Синди, затем на администратора, недовольно буркнул и вышел.

Рэд поднялся, тяжело дыша. Горло жгло. В глазах плыло.

Синди стояла у стойки и смотрела на него с болью и страхом. Потом повернулась к администратору.

– Линда… я сейчас всё объясню.

3

Ехали домой молча.

Рэд не спешил и каждый раз останавливался на красный. Трижды ему сигналили, и он, матерясь, нырял обратно в ряд, выслушивая ругательства других водителей под их испытующими взглядами. Он ни на чём не мог сосредоточиться, шея болела, в горле стояло ощущение, будто там прошлись когтями – он периодически прокашливался, чувствуя во рту привкус крови. Нужно было отдать охраннику «Сливок» должное – он его почти задушил. След наверняка останется.

Объяснения заняли минут сорок, включая тройные извинения перед Хейном, вычет кругленькой суммы из зарплаты Синди, и расписку от управляющей клубом, в которой было написано, что претензий они не имеют. Рэду крупно повезло: администратор не вызвала копов и даже попыталась его оправдать в разговоре с начальством. Повезло и с тем, что народу в клубе было немного. Будь это иначе – так легко бы они не отделались.

Рэд не мог объяснить себе собственную тупость. Тем более не мог объяснить это Синди.

Впереди его ждали её объяснения. Главный вопрос вертелся в голове, как заноза: какого хрена она работает в этом чёртовом клубе?! Но это потом. Дома. Сейчас они оба не знали, что сказать.

Когда за их спинами закрылась дверь, в квартире на мгновение повисла тишина. Потом Синди включила свет. Оба машинально посмотрели в угол кухни, где Ластик снова навалил кучу. После этого Синди быстро сняла куртку, прошлёпала в комнату и хлопнула дверью, оставив Рэда одного.

Рэд тяжело вздохнул, сбросил вещи и направился на балкон. Синди теперь всё равно знала, что он парит, так что бояться было нечего. Пусть только попробует что-нибудь сказать после того, что он сегодня увидел.

Он даже не стал закрывать дверь. Нарочно. Может, тогда она выйдет сама и закатит истерику. Так будет проще выложить всё, что накопилось. От этого разговора всё равно не убежать.

Рэд сделал две глубокие затяжки и убрал электронку в карман. Курить не хотелось. Зато внутри раздувался раскалённый шар – ещё немного, и он взорвётся. Он попробовал сделать то, чему учил психолог – глубокий вдох, медленный выдох. Ничего. Напряжение не уходило.

Тогда Рэд понял: другого выхода нет. Нужно идти к Синди и говорить начистоту. Он не знал, с чего начать и как сделать так, чтобы всё не закончилось очередной ссорой.

Додумать он не успел. Едва он вернулся в гостиную, как дверь в комнату распахнулась: на пороге стояла Синди. В одной руке – сумочка, в другой – огромный розовый чемодан на колёсиках, раздутый от вещей и готовый вот-вот лопнуть.

– Ты уходишь? – спросил Рэд.

– Да, – ответила Синди дрожащим голосом.

– Уходишь? – переспросил он, наблюдая за тем, как она прошла в коридор и поставила чемодан у двери.

– Да! – на этот раз она не сдержалась и почти крикнула.

Синди начала надевать куртку, и тут Рэд понял: если он сейчас ничего не сделает, она просто уйдёт. Оставит его одного – с мыслями, с проблемами, с этой пустотой. Хрен с ним, может, их отношениям и правда конец, но так просто он этого не примет. Он потребует объяснений. Немедленно. Прямо сейчас!

– Ну уж нет, Синди. Ни хрена, – процедил Рэд.

Он подошёл к входной двери и провёл ключ-картой по датчику, блокируя её изнутри.

– Сейчас ты мне всё объяснишь! – крикнул он, ткнув указательным пальцем ей в лицо.

Он отошёл в сторону и прижался спиной к кухонному гарнитуру, глядя себе под ноги и стараясь не наступить на оставленную Ластиком мину. Кот в это время запрыгнул на подоконник и принялся намывать лапу, тщательно причёсывая ею шерсть на голове.

Синди побледнела. По рукам пошли белые пятна, проступили тонкие паутинки вен.

– Рэд… – прожужжала она дрожащим голосом. Казалось, ещё секунда – и она либо расплачется, либо взорвётся, а может, и то и другое сразу. – Пожалуйста, выпусти меня.

– Нет.

– Прошу тебя… Рэд…

– Сначала ты мне всё объяснишь, – жёстко сказал он. – А потом можешь идти хоть на все четыре стороны. Поняла?

– Рэд… – голос её задрожал так сильно, что стало ясно: взрыв неизбежен.

Рэд покачал головой.

– Я для тебя всё делал, слышишь? Вообще всё. Я правда хотел, чтобы мы начали нормально жить. Чтобы ни в чём не нуждались, чтобы просто ходили на работу, радовались, дарили друг другу… не знаю… счастье, подарки. Жили так, как нам хочется.

– Рэд…

– Я вкалывал ради этого. Ради тебя. Чтобы ты была спокойна.

– Рэд!

Он оттолкнулся от гарнитура и шагнул вперёд.

– Я изменился ради тебя! Терпел насмешки этого идиота Ларри, каждый день глотал унижения, сдерживаясь, чтобы не врезать ему или не поджарить «зажигалкой»…а ты, Синди! Ты!

– Рэд, хватит!

– Что сделала ты?! Соврала мне! Устроилась в «Сливки»!

– Замолчи!

– В долбаные СЛИВ-КИ, Синди! – заорал он. – Как ты мне это объяснишь?! Что ты скажешь?!

– Знаешь что, Рэд?

Лицо Синди побагровело, глаза наполнились слезами.

– Иди к чёрту.

– Что?!

– Пошёл к чёрту, я сказала! Как же ты меня задолбал!

Она швырнула куртку на пол, пнула чемодан. Тот покатился по плитке, распахнулся, и из него вывалились розовые стринги.

Синди вихрем пронеслась мимо Рэда. Он попытался перегородить ей дорогу, но не успел. Она прошлёпала через зал, влетела в комнату и захлопнула дверь.

Рэд зарычал и пошёл следом, решив, что сейчас устроит ей настоящий разнос и добьётся ответов во что бы то ни стало, но не успел он дойти до двери, как та распахнулась. На пороге стояла Синди. Слёзы текли по щекам, тушь размазалась, губы дрожали.

– Хочешь знать, почему я работала в «Сливках»?! – закричала она. – Хочешь знать, что я делала в этом порнушном баре, где каждый второй мужик изменяет своей жене, надрачивая на девок за стеклом?! ЭТО ты хочешь знать?!

– Да! – рявкнул Рэд.

– Потому что… потому что… – она замахала руками у головы, задыхаясь от злости. – Потому что меня задолбала эта грёбаная работа «У Фредди»! Где ты обязан улыбаться этим пошлым ублюдкам, иначе вместо чаевых получишь хер! Меня задолбало наряжаться в эту убогую униформу и вышагивать по залу под чужими взглядами! Меня тошнит от этих жирных уродов, которые пялятся на мою грудь и фантазируют, как лезут туда языком! Мне! Это! Всё! Осточертело!

– И ты не придумала ничего лучше, как пойти работать в порно-клуб?! – взорвался Рэд. – Серьёзно?! Тебя бесят пошлые мудаки – и ты идёшь туда, где сидят только они?! Где на тебя дрочат?! Тебе это нравится?! Тебе чего-то не хватает?!

– Иди ты, Рэд! В задницу! – закричала она. – Да, мне не хватает! Не хватает тебя!

– Потому что я пашу на этого грёбаного Ларри!

– Я пошла работать в «Сливки», потому что нам не хватает денег! Я хотела… – Синди уронила лицо в ладони. Плечи задрожали, и она разрыдалась.

– Синди…

Рёв становился всё громче.

– Си… я… – начал Рэд.

– Заткнись, Рэд, – сказала она, убирая ладони от лица.

Косметика окончательно размазалась по щекам, и теперь она выглядела измученной, почти пугающей.

– Я не хотела тебе говорить. Потому что знала, как ты отреагируешь, но я больше не могла там работать! А когда пыталась с тобой поговорить, ты только кивал и молчал. Молчал, Рэд. Ничего не говорил. Вот я и пошла в «Сливки». Чтобы наконец начать зарабатывать и уйти из этой сраной кафешки. Я уже и заявление написала. Это было временно. Потом я хотела найти что-то нормальное.

– Синди, ты…

– Молчи!

Она ткнула его указательным пальцем в грудь.

– Я думала… не знаю…просто там за одну смену платили больше, чем в «У Фредди» за неделю, и не было всех этих пошлых, мерзких, отвратительных уродов. Видел бы ты их глаза, Рэд. Ты бы сразу понял, о чём я!

– Я видел, – тихо сказал он.

– Я попробовала один раз… потом ещё, и это оказалось проще. Гораздо проще.

– Всегда проще торговать своим телом, Синди, но чтобы ты…

– Я не торговала своим телом!

– Ага, а что же ты тогда делала?

– Я была специалистом по заботе! – выкрикнула она. – Я разговаривала с людьми, утешала их. Я никогда не раздевалась. Никогда! Даже грудь не показывала!

– Даже…

– Да! И чтобы ты понимал – я работала только с девушками. Понял? Ни один мужик ко мне ни разу не пришёл. Потому что я знала, что тебе это не понравится. Знала! Мне пришлось пересилить себя, чтобы вообще туда пойти, но эти деньги, Рэд…я хотела их только для нас. Для нас, слышишь?!

– Да ты… ты… – Рэд замолчал. Слова не находились.

Он несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул. Напряжение медленно отпускало. Навалилась усталость – тяжёлая, вязкая, будто он весь день таскал мешки с цементом, а потом ещё разгружал вагоны. Хотелось упасть прямо здесь и уснуть. Проспать несколько суток, а потом сесть на диван, сделать пару тяг электронки с лимонным сиропом и спокойно подумать обо всём, что произошло за последнюю неделю.

Вместо этого он посмотрел на Синди и неожиданно улыбнулся. На мгновение защипало глаза. Он быстро прокашлялся, делая вид, что это из-за пересохшего горла.

– Я сейчас вернусь, – сказал Рэд.

– Ч-что? Ты куда? – Синди растерянно смотрела на то, как он подходит к двери и начинает обуваться. – Рэд, я…

– Я сейчас приду. Подожди минуту, – ответил он, всё ещё улыбаясь.

Он обулся, попытался открыть дверь, вспомнил про чип, выругался, разблокировал датчик и, бросив на Синди взгляд, вышел из квартиры.

– Сейчас… сейчас… – бормотал Рэд, спускаясь по лестнице.

Может, всё вышло по-дурацки. Может, момент был не самый подходящий, а может, ждать «подходящего» – вообще глупо, потому что он может так и не наступить.

Рэд решил: он подарит Синди цветы прямо сейчас. Про букет, оставленный в машине, он напрочь забыл – ссора выбила всё из головы, а теперь вдруг вспомнил. Даже ему было понятно: цветы надо поставить в воду, иначе они завянут.

Он подошёл к машине, открыл дверь, достал букет с заднего сиденья, поправил пару лепестков, закрыл авто и направился обратно. Подходя к подъезду, Рэд заметил, как во двор въезжает полицейская машина. Наверняка кто-то из местных опять устроил дебош. В этом районе пьяные разборки, крики и драки были нормой. Редкостью было другое – когда полиция действительно приезжала на вызов.

Рэд вошёл в квартиру и заблокировал дверь.

– Синди? – позвал он, глядя на цветы. Вроде всё выглядело нормально. Чуть подвяли, но совсем немного – вода быстро всё исправит.

– Иди сюда, – сказал он, разуваясь.

Он прислушался и понял, что Синди в душе.

Рэд прошёл на кухню, нашёл в шкафу единственную вазу – покрытую таким слоем пыли, что пришлось сначала положить букет на стол и протереть её тряпкой. Он торопился – хотелось успеть до того, как Синди выйдет.

Он налил воду, аккуратно поставил цветы, отошёл на пару шагов, наклонил голову, прищурился. Выглядело хорошо.

– Ну а ты чего смотришь? Иди отсюда, – шикнул он на кота и хлопнул в ладоши.

Ластик спрыгнул с подоконника и, недовольно виляя хвостом, направился в спальню.

Шум воды в ванной стих. Через несколько минут в коридоре появилась Синди. Она была завёрнута в махровое полотенце цвета спелой черники. Увидев Рэда на кухне, она посмотрела на него настороженно – так смотрят, когда чувствуют подвох, и она была права: он действительно кое-что для неё приготовил.

– Та-дам! – попытался весело воскликнуть Рэд, но из-за боли в горле он захрипел и закашлялся.

– Сюрприз, – добавил он уже нормально, когда приступ прошёл.

– Рэ-эд? – удивлённо протянула Синди и быстро подошла к столу.

Она посмотрела на цветы, потом на него – и улыбнулась так тепло, что у Рэда внутри что-то вспыхнуло.

Синди наклонилась, пододвинула букет к себе и вдохнула аромат.

– Ну вот… можешь же, когда хочешь.

В следующий миг она оказалась рядом, закинула руки ему на шею. Полотенце соскользнуло с влажного тела и упало на пол. Синди прижалась к нему и поцеловала так, что Рэд почувствовал, как затрепетало всё его естество.

– Синди, я… – прошептал он.

– Заткнись.

Не отрываясь от него, она повела его в сторону спальни.

– Синди…

– Сказала же, заткнись.

Поцелуи становились настойчивее, объятия – крепче, и Рэд уже перестал отдавать себе отчёт в происходящем. Они добрались до кровати. Синди толкнула его, и он упал на мягкий матрас. Приподнялся на локтях, жадно глядя на девушку, в которой разгоралось то же пламя.

Синди смутилась, прикрыла грудь руками, наклонила голову набок и кокетливо улыбнулась. Щёлкнула выключателем – комната утонула во тьме. Она села на Рэда сверху.

В дверь постучали.

– Мы кого-то ждём? – низко, томно спросила Синди, расстёгивая Рэду ширинку.

– Нет… – прохрипел он.

Когда Синди наконец справилась с упрямой молнией – только с третьего раза, – постучали снова. На этот раз настойчивее.

Она стянула с него джинсы, бросила их на пол, потянулась к трусам и прижалась разгорячённым телом, положив ладони ему на бёдра.

Стук повторился.

– Чёрт… Си… надо открыть…

Синди уткнулась лбом ему в грудь.

– Только быстро, ладно?

– Обещаю.

Она села на кровати, прижав руки к телу. Рэд вскочил, натянул джинсы, попытался застегнуть молнию – заело. Он выругался и рванул в коридор.

– Кто там? – спросил он у двери.

В ответ – тишина.

Он открыл и выглянул наружу.

На пороге стояли двое полицейских в полном снаряжении. Рэд поправил джинсы и выпрямился.

– Рэд? – спросил тот, что был повыше.

– Да, – машинально ответил он и тут же понял, что зря.

– Рэд? Кто там? – донёсся голос Синди из комнаты.

– Синди… тебе лучше одеться! – крикнул он, слыша, как она торопливо поднимается.

– Я могу вам чем-то помочь, офицер? – спросил Рэд.

У одного из полицейских на глазах появился визор.

– Не сканируется, но по фото – он, – сказал он напарнику. – Берём.

– Именем полиции Браун-сити вы арестованы. Вы имеете право хранить молчание…

– Хватит, – перебил напарник.

Он рванулся вперёд, повалил Рэда на пол, вывернул руки и защёлкнул наручники.

В гостиную вбежала Синди.

– Рэд?! Что вы делаете?! Отпустите его!

Она бросилась к полицейскому, но тот оттолкнул её.

– Не подходите!

– Синди! – крикнул Рэд. – Успокойся! Всё нормально! Мы разберёмся!

– Отпусти его, козёл! – закричала девушка и снова рванулась вперёд.

– Успокой её! – бросил полицейский напарнику.

Тот вытащил электродубинку. Синди в ужасе отпрянула, зажав рот ладонью.

Рэда поставили на ноги и вывели за порог.

– Офицер, это ошибка! Я ни в чём не виноват! – крикнул он.

– Пошёл! – рявкнули в ответ.

– Всё будет хорошо, Синди! – успел крикнуть Рэд, прежде чем его повели к патрульной машине.

Глава 3

1

Рэд сидел в допросной, разминая затёкшие руки. Из решётчатого, распахнутого настежь окна тянуло холодом. Он поморщился и сдвинулся на край скамьи. За всё время, что его везли в участок, он так и не понял – что, кто, зачем и почему. На вопросы полицейские не отвечали, а когда он пригрозил адвокатом – которого, разумеется, у него не было, – один из них дал ему под дых. После этого Рэд спрашивать перестал.

В участке ситуация не изменилась. Его бросили в одиночку и велели ждать следователя, который обязательно всё объяснит: в чём обвиняют, кто обвиняет и как вообще так вышло.

Рэд прокручивал в голове десятки вариантов. В каждом следователь находил новый повод: штрафы, надуманные формулировки, притянутые за уши нарушения – всю ту шелуху, которую так любят вешать на козлов отпущения. Самым реалистичным сценарием выглядело обвинение от директора компании «Клин энд Фрэш» – Ларри Коллинза за угрозы на рабочем месте. Это максимум. Ничего серьёзнее быть не могло.

Но чем дольше Рэд думал, тем яснее становилось: дело не в Ларри. Тот был туп, но не настолько, чтобы идти в полицию. К тому же Рэду было известно, что Ларри под разными выдуманными предлогами уклонялся от налогов. Лишний шум ему был ни к чему.

Со «Сливками» они договорились. Ничего незаконного Рэд давно не делал. Тогда что?

Проехал на красный?

Припарковался не в том месте?

Чёрт его знает.

Если полиция теперь занимается такой мелочью, то, глядишь, скоро и за убийства возьмутся. Мир станет лучше. Безопаснее. Спокойнее.

Датчик пискнул, и дверь отъехала в сторону.

На пороге появился здоровенный чёрный парень с короткой стрижкой под ёжик. На парне были дорогие лакированные туфли, серое пальто из натуральной шерсти. На шее – карточка-пропуск. В руках – голо-планшет.

Он сел напротив Рэда и разложил планшет на столе. Над поверхностью вспыхнула голограмма – сайт крупнейшего новостного агентства города. Мужчина громко втянул носом воздух, пролистал страницу, пробежался глазами по строкам, после чего откинулся на спинку стула.

– Рэд, – сказал он спокойно. – Меня зовут детектив Лиам Саммерс.

Рэд промолчал.

– Тебя обвиняют в серьёзном нарушении, – продолжил Саммерс. – С таким чистым из воды не выходят.

Рэд снова ничего не сказал.

– Так что либо у тебя охренительный адвокат, – детектив усмехнулся, – либо ты охренительно богат. Другого варианта я тут не вижу.

Когда Рэд и в третий раз промолчал, Саммерс подался вперёд, сложил руки на столе и уставился на него почти в упор.

– А ты, я смотрю, не из разговорчивых.

Он достал из кармана пачку «Вимолла». Настоящие сигареты – на такие простой детектив из задрипанного Браун-сити точно не мог заработать. Как и на эти туфли. И пальто.

Саммерс закурил и выпустил дым к потолку.

– Что вы от меня хотите? – прохрипел Рэд.

От сигаретного дыма сжало горло, будто рука охранника из «Сливок» снова сомкнулась на шее. Во рту появился привкус крови.

– Ничего, Рэд, – ответил детектив. – Сижу и смотрю на тебя, как на пьяного придурка, который сам прыгнул в реку, а теперь ждёт, что кто-то бросится его спасать. Только вот желающих вытаскивать тебя из этого дерьма – ноль. Понимаешь, о чём я?

– Нет, детектив, – честно сказал Рэд.

Он всё ещё не знал, за что его повязали. Это начинало по-настоящему бесить.

– Учитывая, что у тебя уже висит условка, – продолжил Саммерс, – светит тебе лет восемь строгого режима минимум. Как раз для таких извращенцев, как ты. Компания подберётся подходящая: педофилы, маньяки, насильники.

– Что?! – Рэд опешил. Глаза его распахнулись, и он уставился на детектива. – Вы охренели?!

– Я же говорил, легко ты не отделаешься. Прокурор будет валить по полной и запросит двенадцать лет. Если договоримся – восемь.

– Какого хрена?! – взорвался Рэд. – Я никого не насиловал! Ни к кому не приставал! Я даже пальцем никого не трогал! Вам что, больше заняться нечем? Теперь хватаете всех подряд и лепите всё, что под руку попадётся?!

Саммерс невесело усмехнулся и затянулся. Пепел осыпался на стол, но он не обратил на это внимания – просто смахнул его на пол и выпустил дым Рэду в лицо. Горло тут же свело, Рэд закашлялся, согнувшись в три погибели.

– Да что… вам… от меня… нужно?! – просипел он, повернув голову к окну и жадно втягивая свежий холодный воздух.

Саммерс перевёл взгляд на планшет и начал читать медленно, по слогам, словно объяснял что-то умственно отсталому.

– Сегодня, в девятнадцать тридцать два, в клубе «Сливки»…

При слове «Сливки» Рэд прикрыл глаза и беззвучно выругался. Он знал. Знал, что этим всё и закончится.

Но ведь была расписка! Управляющая клялась, что проблем не будет!

– …некто, подозрительно похожий на тебя, Рэд, – Саммерс поднял глаза, – ворвался в заведение и устроил дебош. Использовал запрещённый имплант. Дай угадаю… взломщик?

Рэд молчал.

– После чего вломился в две приватные кабинки, нарушив конфиденциальность клуба и сорвав два дорогостоящих сеанса.

Рэд тихо хмыкнул. Саммерс продолжал, не реагируя.

– Присутствующий в кабинке некий… – детектив прищурился, – Чин Хуэн, вип-клиент и акционер клуба, был, цитирую, «шокирован происходящим». С его слов: «Это нарушение моей свободы и прав добропорядочных граждан! Репутация и конфиденциальность – главное, чем дорожат “Сливки”! За подобное нужно сажать!».

Саммерс пролистнул страницу.

– Управляющая клубом, Мелисса Коул, полностью поддержала мистера Чина. Было подано заявление в полицию и выставлено требование о солидной компенсации: ремонт оборудования, репутационный ущерб, возмещение клиентам. Клуб пообещал в дальнейшем с большей строгостью заботиться о безопасности и неприкосновенности гостей.

Саммерс повернул планшет к Рэду. На экране – видео. Он. Врывается в кабинку. Мужик падает со стула, натягивая брюки. Кадр зумится – и обрывается ровно в тот момент, когда становится слишком очевидно, чем всё закончилось. Лицо клиента замазано. Лицо Рэда – нет.

– Хреново… – выдохнул Рэд, говоря это скорее самому себе, чем детективу.

– Ещё как хреново, – спокойно подтвердил Саммерс, убирая планшет. – Так что? Как будем решать вопрос?