– До недавних пор я думал, что остался последним из них.
Признание Амура впечатлило кабаргу. По ее телу пробежал легкий озноб от осознания той безысходности, которая привела тигра в столь отдаленные для него места.
– Ты мне не подскажешь, как добраться до Чистого озера? – тактично спросил у призадумавшейся самки Амур.
Убедившись, что хищник находится на безопасном от нее расстоянии, кабарга вышла из рощицы. Взобралась на ближайший песчаный пригорок и перевела взгляд на горы, видневшиеся за вершинами заснеженных барханов.
– Напрямую слишком рискованно, – после некоторых размышлений ответила тигру кабарга. – В этих горах легко потеряться. Я тебе покажу другой путь. Он менее короткий, но зато относительно безопасный.
– Какой такой путь? – поинтересовался Амур, отводя взгляд от гор.
– Этот, – кабарга указала хищнику на наледь, оставленную пустынным ручьем. – Пойдешь вдоль этого ручья вниз по течению. Он тебя выведет к Мерзлой реке.
– Мерзлой реке? – переспросил тигр.
– Да. Эта река как раз берет начало в окрестностях Чистого озера. Ее тебе будет нетрудно узнать по высоким каменистым берегам.
– Почему реку называют Мерзлой? – решил уточнить у самки Амур.
– Начиная от истока и до самого устья, эта река полностью протекает по мерзлой земле, – объяснила хищнику кабарга. – Поэтому не советую тебе лезть в нее без крайней необходимости.
– Я хорошо плаваю, – самоуверенно заявил кабарге Амур.
– В таком случае можешь попробовать, если тебя не пугает ледяная вода и шуга.
– Что еще за шуга?
– Огромные куски льда, которые всплывают на поверхность реки со дна, – ответила самка и перевела взгляд на тигра. – Как видишь, здесь все по-другому. Реки начинают промерзать со дна, а песчаные пустыни засыпает снегом.
Амур задумчиво огляделся по сторонам, пытаясь предугадать, что его ждет дальше. Как много удивительных мест он еще увидит прежде, чем встретится с другими тиграми. И какие эмоции испытает при этой встрече.
– Ступай к ручью, – прервала идиллию хищника кабарга. – Как-никак, путь предстоит тебе неблизкий. Желаю удачи в поисках сородичей.
Амур поблагодарил самку за помощь кивком головы, развернулся и медленно побрел к ручью. При этом тигр совсем позабыл о ранее беспокоившем его чувстве голода. Сейчас он находился под впечатлением от услышанного и с еще большим энтузиазмом предвкушал встречу с другими выжившими тиграми.
Кабарга же вернулась к дереву и спокойно продолжила объедать с его ветвей лишайник. В какой-то момент самка отвлеклась от трапезы, обернулась и задумчиво посмотрела вслед удалявшемуся от нее тигру. Ей вдруг стало не по себе от того, с каким хладнокровием она все это время общалась с грозным хищником.
Найти тому объяснение для кабарги не составило большого труда. Тигр изначально показался ей подавленным. Все это время в его глазах самка отчетливо видела признаки отчаяния. Это и придало ей уверенности. Она вдруг поняла, что даже самые грозные хищники в этом мире могут быть подвержены непосильным для них испытаниям.
***
Через пару дней Амур уже был на берегу Мерзлой реки. На первый взгляд, ничем не приметная и спокойная, она все же заставила понервничать тигра. Причиной тому стало внезапное осознание того, что другие тигры уже могут быть где-то рядом, и вот-вот кто-нибудь из них покажется ему на глаза. В то же время Амур понимал, что, добравшись до Чистого озера, он может окончательно потерять надежду на встречу с сородичами. И потому старался не питать никаких иллюзий по этому поводу.
По мере того как Амур продвигался вверх по течению Мерзлой реки, ему открывались все более удивительные и живописные пейзажи ее прибрежных зон, о которых упоминала кабарга. И если на проплывавшие по воде огромные глыбы льда тигр со временем перестал обращать внимание, то от рельефных берегов реки, впечатлявших как размерами, так и формой, он еще долго не мог отвести глаз.
Мерзлая река отличалась сильным волевым характером. На протяжении многих лет ее неуступчивые воды настойчиво пробивали себе путь через горный массив на север, разливаясь по обширным песчаным равнинам и вытачивая грубые скалистые хребты, вымывая толщу мерзлой земли и сопротивляясь натиску суровых морозов. С тех пор река существенно преобразилась сама и преобразила природу северного края, а ее наследие в виде высоченных каменных глыб, протянувшихся вдоль правого берега в верхних водах, и сегодня продолжает формировать мнение о ее характере.
Верхние воды Мерзлой реки в основном пролегали через горную местность, что значительно замедлило продвижение Амура к озеру. Помимо прибрежных скалистых утесов, тигру приходилось преодолевать здесь и труднопроходимые низины с глубокими сугробами и коварными наледями. Усугубляли ситуацию и снежные бури, в борьбе с которыми порой не могли даже справиться ни крепкие ноги хищника, ни его сила воли.
Амур мало времени отводил для сна, чтобы сократить время в пути. В последующем тигр даже перестал охотиться, что привело к еще большему упадку сил. Все это время он думал лишь о том, как поскорее добраться до берега Чистого озера. Однако же, к несчастью для хищника, путь оказался не таким коротким, как он ожидал, и довольно выматывающим.
Со временем Амуру наскучили и живописные окрестности Мерзлой реки. По мере приближения к озеру ее крутые берега постепенно разгладились и сменились обычными оврагами, вдоль которых росли однотипные хвойные деревья. В какой-то момент тигр позабыл и о голоде, и о холоде. Инертно шагал, уставший, ослабший, с трудом пробираясь через прибрежные сугробы.
Этим вечером поднялась очередная сильная пурга. Она окончательно выбила из сил тигра. Теперь он не мог игнорировать ни голод, ни усталость, буквально скашивавшую его с ног. Чтобы хоть как-то восстановиться, хищник решил переждать вьюгу и устроился на ночлег в растущем у самого берега реки перелеске. Наскоро выбрал место для лежки в лощине и, свернувшись удобнее под валявшейся там корягой, быстро уснул.
Метель продержалась до поздней ночи. Потоки сильного ветра ничуть не потревожили тигра, предусмотрительно разместившегося с подветренной стороны коряги. А вот его протяжным завываниям со временем все же удалось проникнуть в сознание дремавшего хищника.
Амуру снился сон. В какой-то момент на его морде даже показалась улыбка, подобно той, с которой самец обычно думает о возлюбленной. Тогда еще тигр не мог знать, та ли это возлюбленная, которая отсылала его к прошлому, к окрестностям Темной реки, где он был молод и счастлив. Или же эта возлюбленная иллюзорная, отображавшая его нынешние эмоции и переживания.
И тут сон стал все больше походить на явь. Амур вдруг оказался в месте, в котором никогда не был, приветливо улыбнулся самке, которую никогда не знал. Он едва мог разглядеть ее с высоты повисшего над озером утеса. Яркий дневной свет ослеплял его. Самка прогуливалась внизу, у самого берега, удаляясь все дальше и дальше от утеса. Времени на поиски ближайшего спуска у Амура не было. Он боялся упустить ее из виду. Оставался только один вариант: спрыгнуть.
Рискнуть жизнью ради того, к чему он так стремился все эти дни, или же отправиться на поиски ближайшего спуска в надежде увидеть ее завтра в том же месте? Придет ли она сюда завтра? Какова вероятность разбиться о камни внизу, если прыгнуть сейчас? Какова вероятность, что это не обман, не иллюзия…
Нет времени на раздумья. Прыгать или отступить? Сейчас…
Амур проснулся от внезапного хруста ветки. Он резко вскочил на ноги, выбежал из перелеска и настороженно огляделся по сторонам. Яркие лучи утреннего солнца моментально ослепили тигра. Он рефлекторно опустил голову и отвел взгляд к земле. Но прежде случайно успел заметить видневшиеся где-то вдалеке вершины заснеженных скалистых гор, которые сразу же напомнили ему о его предшествующем сне.
Вдохнув морозный чистый воздух, Амур поднял голову и вновь глянул в сторону гор. В этот момент из перелеска донесся повторный хруст. Тигр немедленно обернулся на звук и увидел косулю. Не замечая хищника, та увлеченно подбирала подходящий для завтрака куст.
Организм тигра как никогда нуждался в еде. Но сейчас он даже не вспомнил о голоде. Все его мысли теперь находились там, за горами. Он наконец-таки осознал, что готов спрыгнуть с обрыва. Готов рискнуть, даже если это будет борьба за мнимое счастье.
***
– С каких это пор ты стал меня игнорировать? – окликнула рыскавшего в кустах волка Регина.
Услышав голос медведицы, Натан тотчас же остановился и настороженно огляделся по сторонам. Наскоро оценив ситуацию, развернулся и, учтиво прижав хвост, направился к позвавшей его самке.
В спешке, шаг за шагом утопая ногами в снегу, волк выбежал на поляну. Такая прыть хищника сразу же показалась подозрительной Регине.
– Что с тобой, Натан? – полюбопытствовала у взбудораженного волка медведица. – Я тебя напугала?
Натан молча приблизился к самке, так и не решившись что-либо ответить ей.
– Что ты замышляешь? – прямо спросила у хищника Регина. – И где все остальные волки?
– С чего ты взяла, что я что-то замышляю? – принялся оправдываться Натан. – Просто ты застала меня врасплох.
– Я не причиню тебе вреда, и ты это знаешь, – успокоила волка медведица. – Ваши с Демидом разногласия меня не касаются.
– Больше всего мне не хотелось бы встретить его здесь.
– Сейчас у него не самое хорошее настроение. Но это пройдет.
– Думаю, он никогда не забудет о том…
– Считай, что уже забыл, – перебила волка Регина. – Весной он более отходчив.
– Надеюсь.
– Ты мне лучше скажи, откуда в твоей стае столько волков? – Регина с подозрением взглянула на хищника. – Они все из наших?
– Не все, – признался Натан. – С некоторыми из них я познакомился еще будучи там, по ту сторону Дайны.
Регина тут же нахмурилась и возмущенно фыркнула, дав понять волку, что ожидает от того более подробных разъяснений.
– Марат может вернуться сюда в любой момент, – урезонил ее Натан. – И еще неизвестно, кого он приведет с собой. Я должен быть готов к его возвращению. Мы должны быть готовы…
– Говори за себя, – строго прорычала Регина. – У медведей с волками не может быть ничего общего.
– Мы нажили себе немало общих врагов, расправившись с Нагилом, – возразил медведице Натан. – И не только на западной равнине.
– За полгода никто из этих врагов не дал о себе знать.
– Не представилось случая, я полагаю.
– Думаешь, кто-то из них осмелится пойти против Демида?
– От всякого хищника с пустым желудком или задетым самолюбием можно ожидать чего угодно, – лукаво ответил самке Натан.
– Возможности медведя и того же волка не совсем сопоставимы, ты так не думаешь? – попыталась усмирить продолжавшего юлить перед ней хищника Регина.
– Волки в стае способны на многое.
– Ты нам угрожаешь? – внезапно рассердилась медведица, ударив по снегу лапой.
– Надо быть идиотом, чтобы угрожать тебе или Демиду, – поспешил успокоить разгневавшуюся самку Натан. – Я не из таких. К тому же не припомню, когда у меня был пустой желудок.
– Зато ты наверняка помнишь, как было задето твое самолюбие, когда на глазах у твоих преданных чужеземных дружков Демид отшвырнул тебя в сторону. Уж не вздумал ли ты…
И тут Регина окончательно рассвирепела. Приблизилась к волку и, раскрыв у самой его морды пасть, угрожающе зарычала на него.
Натан растерялся. Медленно и без резких движений волк попятился от взбесившейся медведицы, не зная, чего ему сейчас ждать от нее.
Ни учтиво прижатые к голове уши волка, ни его робкий взгляд теперь не могли умалить Регину. Каждое его движение, каждая его попытка извиниться еще сильнее бесили медведицу. В конце концов, Регина не выдержала, встала на задние лапы и уже хотела наброситься на наглого хищника, как вдруг за ее спиной раздалось знакомое карканье.
– Нагил жив, – послышалось Регине неутешительное для нее известие.
Стоявший напротив медведицы волк тотчас же стал неинтересен ей. Она оставила напуганного хищника в покое и спешно отошла в сторону. При этом ее взгляд по-прежнему переполняла злоба, а дыхание заметно участилось.
– Этого не может быть! – громко рыкнула Регина, не сумев сдержать в себе эмоции.
Ее рык эхом пронесся по окрестностям центральной поляны, встревожив находившихся поблизости птиц. Те мгновенно вспорхнули и разлетелись в разные стороны.
– Как? – Регина резко обернулась и бросила шальной взгляд на ворону, сидевшую на ветке березы. – Как такое возможно?
– Он выжил после падения с обрыва, – спокойно ответила Сара.
– Почему ты только сейчас говоришь мне об этом? – продолжила распаляться Регина.
– Я не думала…
– Где он? – нетерпеливо спросила медведица, подбежав поближе к березе.
– Где кто? – неожиданно донесся из чащи голос Демида, явившегося на крик скандальной самки.
Регина тут же притихла. Молча переглянулась с Натаном и, немного успокоившись, ответила:
– Не обращай внимания. На севере леса вчера видели одного из волков Марата. Натан с ним разберется.
Медведица вновь взглянула на волка. Тот все понял и без ее слов.
Наблюдавшая за ними ворона вдруг громко каркнула и, вспорхнув с ветки, быстро улетела в сторону реки. Недолго думая, Натан развернулся и побежал в том же направлении.
– К чему такая паника? – Демид в недоумении уставился на самку. – Это же всего лишь один волк.
– Где один, там может быть и целая стая, – ответила медведю Регина и, отвернувшись от него, тихо сказала: – Я не могу найти дочь. Ты не знаешь, где она сейчас?
– Нет, – буркнул ей в ответ Демид.
– Как же мы умудрились дойти до такой жизни, что нас теперь избегает даже собственная дочь, – пожаловалась самцу Регина.
– Одиночество ей только на пользу. Пусть привыкает к самостоятельному выживанию.
– Ей может угрожать опасность.
– Пока я глава этого леса, никто ее здесь не тронет, – заверил самку Демид.
Регина не ответила. Разочарованно помотала головой и, украдкой взглянув на валявшееся на снегу воронье крыло, не спеша побрела в чащу.
Медведицу все еще трясло от того, что она узнала сегодня. Эта весна могла стать для нее приятным утешением после тех мучений, через которые она прошла за последнее время. Она пережила скорбь по сыну, стерпела нападки Демида и разногласия с дочерью. Она отказалась от спячки, чтобы оставаться в курсе всех событий минувшей зимой.
До сегодняшнего дня Регина не сомневалась, что все делала правильно. Сегодня же вся эта уверенность пропала в ней. Медведица невольно начала убеждать себя в том, что все случившееся с ней это наказание за те проступки, вероятность которых она не учла в достижении ранее поставленных целей. И теперь рискует потерять покой до тех пор, пока не раскается в содеянном.
***
Затерявшись в глуби таежного леса, меж неприступных грубых скал и податливых лесистых возвышенностей, покоилось Чистое озеро. Несмотря на уже наступившую весну, вода в озере по-прежнему находилась подо льдом, а его берега под снегом.
Морозы не отступали. Иной раз за ночь им удавалось набрать такую силу, что лед на озере не выдерживал и с чуть ли не громовым треском начинал расходиться по швам. А уже к утру вытесненные наружу ледяные глыбы под разными углами и с разной интенсивностью преломляли лучи солнечного света и придавали озеру совершенной иной, бунтарский вид.
Не менее выразительно в это время выглядели и гроты, чередовавшиеся с наплесками вдоль скалистых берегов озера. Морозы как обычно стремились превзойти собственные же достижения в красоте ледяных узоров, которые они создавали по краям прибрежных пещер и каменистых утесов.
Чистое озеро отличалось относительно спокойным нравом. И это при том, что земля в этих местах имела привычку время от времени проявлять сейсмическую активность, а неудержимые потоки горного воздуха в разное время года, в разных направлениях и с разной силой продолжали тревожить его мирные воды. Морозы же озеро переносило достаточно легко благодаря накопленному за лето теплу, и даже охотно делилось этим теплом с окружающей средой, делая климат более мягким и комфортным для обитавших здесь птиц и зверей.
Но не причудливыми морозными узорами и не мягким климатом озеро добилось такой популярности среди местных обитателей. Это озеро являлось для них особенным именно потому, что вода в нем на протяжении всего года оставалась необыкновенно чистой. Некоторые птицы с высоты своего полета могли отчетливо разглядеть дно озера даже зимой, когда оно скрывалось под толщей льда.
Своей чистотой и прозрачностью озеро во многом было обязано эпишуре, – маленьким рачкам, которые жили в его водах. Эти рачки в процессе своей жизнедеятельности тщательно фильтровали воду озера, избавляя ее от всяких органических примесей.
Между тем Чистое озеро находилось в горах, и потому имело довольно суровые условия для выживания. Вода в нем даже в жаркие летние дни оставалась прохладной, тогда как зимой и вовсе оказывалась подо льдом. Более того, перепады высот в приозерных краях способствовали формированию сезонных ураганов, а деформация недр земли под озером время от времени вызывала подземные толчки.
Тем не менее, ни суровые зимы, ни сейсмическая активность не пугали местных обитателей. За многие годы они приспособились к существованию в таких условиях и весьма достойно продолжали вести здесь борьбу за выживание.
Одними из таких обитателей являлись нерпы. Эти пресноводные тюлени обитали в озере еще с давних времен и чувствовали себя здесь комфортно как на суше, так и в ледяной воде.
Нерпы были уникальны для Чистого озера. Уникальным было и само озеро для нерп. Чистая прохладная вода, обилие вкусной рыбы для этих пресноводных хищников являлось весьма ценным подспорьем. Не отказывали они себе и в удовольствии погреться на солнце, которое в этих краях светило довольно часто из-за высокой теплоемкости вод озера, препятствовавшей образованию на небе облаков.
Сегодняшний день на озере выдался ясным и довольно морозным. Тем не менее, нерпы уже с рассветом спешили выбраться из своих ледяных убежищ на поверхность, чтобы понежиться в лучах весеннего солнца. Холод им был нипочем. Подкожный слой жира надежно защищал нерп на морозном воздухе, а ласты позволяли им легко передвигаться по льду.
В Чистом озере нерпы чувствовали себя достаточно спокойно. В воде им не было равных, а на берег они выбирались крайне редко. Эти звери имели врагов только на суше. Поэтому во время летнего отдыха на прибрежных камнях или же зимнего на глыбах льда они всегда были готовы к тому, чтобы при первой же опасности уйти под воду.
У детенышей нерп инстинкт самосохранения был развит так же хорошо, как и у взрослых. Они отлично плавали и старались держаться поближе к матери и скрытым в толщи льда проходам, к которым она приучала их с самого рождения. Но по мере взросления нерпята начинали все чаще и все охотнее самостоятельно выбираться на поверхность озера, рискуя при этом потеряться среди припорошенных снегом непролазных торосов.
Одного из таких детенышей и приметил Амур. Все еще находившийся под впечатлением от сна тигр забрался на край прибрежного скалистого утеса и внимательно рассматривал оттуда окрестности Чистого озера в надежде увидеть знакомую полосатую спину. При виде нерпенка к хищнику в ту же секунду вернулось чувство голода, настолько сильное, что он был готов уже сейчас спрыгнуть со скалы и попытать счастья в охоте на него.
Здравый смысл все-таки взял верх над голодным хищником. Амур терпеливо подыскал ближайший спуск и по нему благополучно добрался до берега озера.
Охота на детеныша нерпы у Амура изначально не задалась. Нерпенок заметил хищника сразу же, как только тот ступил на лед. Но тигр упрямо надеялся добраться до детеныша прежде, чем он успеет исчезнуть из его поля зрения.
Тогда еще Амур не знал, что неподалеку от детеныша нерпы все это время находилась полынья. Стоило только хищнику подойти поближе к нерпенку, как тот тут же бросился к спасительной проруби и, недолго думая, нырнул в ледяную воду.
Детеныш нерпы ловко удрал от покушавшегося на него тигра. Оказавшись в воде, он уже стал недосягаем для хищника. Подо льдом у нерпенка имелись проходы, к которым он ранее уже успел привыкнуть. А умение задерживать дыхание под водой на несколько минут позволяло детенышу прятаться в этих проходах до тех пор, пока его не минует опасность.
Амур еще какое-то время бродил по замерзшему озеру, инстинктивно оглядываясь на каждый раздававшийся поблизости всплеск воды. Он все еще надеялся наткнуться на нерасторопного тюленя или тушу, завалявшуюся где-нибудь между ледяными глыбами.
Скитания Амура не принесли успеха. Ни живых, ни мертвых тюленей он так и не обнаружил. Окончательно смирившись с неудачной охотой на озере, тигр развернулся и отправился охотиться на сушу.
Ближе к вечеру Амуру все же удалось поймать добычу. Это был кабан, навыки охоты на которого у тигра сохранились еще с тех пор, когда он обитал в окрестностях Темной реки. Амур выследил кабана в кедровом лесу, растущем неподалеку от Чистого озера.
Тигр терпеливо преследовал кабана до самого его логова. А после умело воспользовался беспечностью ничего не подозревающего зверя, незаметно подкравшись к нему с подветренной стороны.
Кабан поздно заметил крадущегося к нему хищника. В момент атаки тигр действовал быстро и решительно. Он в несколько прыжков настиг зверя и, обхватив его шею мощными передними лапами, сбил с ног.
Оказавшись на земле, кабан не сдался и активно пытался сопротивляться тигру. Но это ему не помогло. Амур продолжал усмирять брыкания прыткого зверя до тех пор, пока тот не выдохся. А затем сломал ему шею лапами.
Амур пробыл возле туши убитого им кабана до поздней ночи, пока не насытился. В эту пору года кабаны особо не отличались упитанностью, но для восстановления сил хищнику его мяса хватило сполна.
Наутро тигр продолжил поиски сородичей. Он долго и упорно блуждал по приозерным горным лесам в надежде набрести на знакомый ему след или запах.
Обзор значительно улучшился у хищника, когда он выбрался к истоку вытекавшей из озера Беглой реки. Здесь и берег повыше был, и листвы поменьше у деревьев. Преобладавшая на этом берегу озера лиственница, в отличие от других хвойных деревьев, сбрасывала на зиму хвою. А висевшие на ее ветвях мелкие шишки едва ли могли помешать Амуру увидеть издали темно-рыжую спину.
Вытекавшая из озера Беглая река стала первым для Амура препятствием. В отличие от воды в озере, вода в этой реке не замерзала зимой. И хотя тигр хорошо плавал, лезть в ледяную воду сейчас ему не очень хотелось.
Чтобы продолжить поиски, Амуру требовалось перебраться на другой берег реки. Добраться до берега тигр мог только по замерзшему озеру. Для этого ему необходимо было спуститься вниз и обогнуть огромную полынью, прорубленную в озере Беглой рекой.
Подобрав наименее крутой склон, Амур опустил голову и потихоньку начал спускаться по нему к озеру. Хищник ступал медленно и осторожно, внимательно прислушиваясь к окружавшим его звукам. После удачной охоты на кабана он стал все реже обращать внимание на разные шорохи, издаваемые то прятавшимися в снегу грызунами, то веткой, которая внезапно срывалась от порыва ветра. Однако даже после того, как чувство сытости немного расслабило тигра, его инстинкты по-прежнему оставались обостренными. Амур понимал, что, помимо долгожданной встречи с тиграми в окрестностях Чистого озера, его могла ждать здесь и случайная встреча с местными медведями.
Миновав небольшую лиственничную рощицу, Амур вскоре выбрел на освещенную солнечным светом прогалину. Внимательно оглядевшись там по сторонам, хищник наметил кратчайший путь к озеру и не спеша продолжил спускаться по нему дальше.
Но не успел Амур покинуть прогалину, как вдруг остановился, заподозрив какие-то движения поблизости. Мгновение спустя притих ветер. Где-то неподалеку упала в снег веточка, за ней другая. Тигр затаил дыхание и резко обернулся на доносившиеся из рощицы звуки.
На стволе одной из лиственниц хищник успел заметить пробегавшего мелкого зверька. Тот забежал повыше и, оттолкнувшись от дерева, прыгнул вниз.
Поначалу тигру даже показалось, что он стал свидетелем маневра одной из местных птиц. Спрыгнувший с дерева зверек вмиг распластался в воздухе и полетел.
Однако полет у зверька выдался недолгим. По инерции он смог долететь лишь до соседнего дерева.
Только потом Амур понял, что все это время наблюдал за летягой. Парить с дерева на дерево было обычным делом для этой прыткой белки. Но сейчас она вела себя чересчур беспокойно.
Своим беспокойством летяга была обязана соболю, который в этот момент охотился на нее. И хотя соболь не имел возможности парить в воздухе, он, к несчастью для белки, прекрасно лазал по деревьям и легко перепрыгивал с ветки на ветку.
В погоне за летягой настойчивому соболю быстро удалось сбить ее с толку. При выполнении очередного маневра белка слабо оттолкнулась и не смогла долететь до соседнего дерева. Она приземлилась в снег прямо у ног Амура, который даже вздрогнул от столь внезапного появления перед ним зверька.
Соболь же не рискнул слезть с дерева в присутствии тигра. Ему наконец-таки удалось выманить летягу на открытое пространство и теперь оставалось только догнать ее. Вот только совсем некстати для него та оказалась возле грозного хищника.
Соболь с нетерпением ждал дальнейших действий летяги. Однако белка не спешила. Она подняла голову и украдкой взглянула на тигра невинными глазками, словно пытаясь разжалобить его.
Амур нахмурил брови и какое-то время стоял неподвижно, с интересом разглядывая находившегося перед ним чудного зверька. Затем перевел взгляд на дерево, на котором сидел соболь. Отыскав взглядом хищника, тигр потянулся и, демонстративно выставив напоказ клыки, протяжно зевнул.
Для соболя этот жест тигра оказался вполне убедительным. Понимая, что до летяги ему уже не добраться, он спрыгнул с дерева и скрылся в снегу.
– Спасибо, – тонким голоском проронила летяга, отводя взгляд от дерева, на котором до этого сидел соболь. – Я уже думала, он никогда от меня не отвяжется.
– За что ты меня благодаришь? – полюбопытствовал у белки тигр.
– Вы напугали его.
– Он сам испугался. Я ничего такого не сделал.
– И все же убежал после Ваших… – летяга вдруг запнулась, увидев обращенный на нее пристальный взгляд хищника.
– Но ты же меня не испугалась, – с игривой интонацией в голосе сказал растерявшейся белке Амур.
При этом на морде тигра проявилось некоторое подобие приветливой улыбки.
– Вам за мной не угнаться, – заигрывающе ответила хищнику летяга, уверившись в его дружелюбном настрое.
Тигр лукаво улыбнулся, так ничего и не ответив летяге. Между тем у хищника сразу же возникли некоторые сомнения относительно поведения белки, которая ничуть не удивилась его присутствию в окрестностях Чистого озера.
– Как Вы здесь оказались? – поинтересовалась летяга у притихшего хищника.
– Долгая история, – задумчиво прорычал Амур и, переведя взгляд на реку, спросил: – Ты не знаешь, как мне добраться до противоположного берега?
– Только по озеру, – летяга устремила любопытный взгляд на тигра. – А зачем Вам туда?
– Кое-кого ищу, – ответил белке тигр.
– Здесь Вы их не найдете.
Амур тотчас же переменился во взгляде. Обернулся к летяге и уставился на нее огромными от удивления горящими глазами. Он так долго ждал каких-либо сведений о тиграх, что, получив эти сведения, сразу и не поверил в них.
Белку такая реакция тигра ничуть не удивила. Другого она и не ждала от него при тех обстоятельствах, которые свели их на Чистом озере.
– Вы же тигров здесь ищете? – уточнила у замешкавшегося хищника летяга.
– Как ты узнала?
– Добычи для тигров на этом берегу реки ничуть не меньше, чем на противоположном. Поэтому вряд ли из-за охоты Вы туда так стремитесь. Остается только…
– Ты их видела? – нетерпеливо спросил у белки Амур.
– Да.
У Амура перехватило дыхание от одной только мысли о том, что где-то поблизости бродит тигр. Теперь он мог с уверенностью полагать, что не одинок в этом мире. Оставалось только убедиться в этом лично.
– Однако здесь их больше нет, – продолжила летяга. – Ни на той стороне реки, ни на этой. Еще в прошлом месяце они покинули Чистое озеро.
– Они? – тигр вопросительно уставился на белку.
– Да. Их было двое. Самец и самка.
– И куда же они отправились?
Летяга призадумалась. После некоторых размышлений она вдруг резко подхватилась и, проскочив мимо тигра, бросилась к ближайшей лиственнице. Ловко запрыгнула на ствол дерева и забралась по нему наверх. Затем перебежала на одну из веток и, распрямившись, уставила взгляд на реку.
– Они пошли туда, – наконец прокричала сверху белка, указав тигру лапкой в сторону Беглой реки.
Амур развернулся и немедленно подался в ту же сторону. Взобрался на первую попавшуюся возвышенность и, осторожно приблизившись к ее краю, остановился.
Глядя сверху на озаренную солнечным светом речную даль, Амур невольно вспомнил о том долгом пути, что уже провел в поисках сородичей. «Как так вышло, что тигры, каждый из которых когда-то имел собственную территорию для борьбы за выживание, теперь вынуждены бродить по незнакомым для них землям?» – думал хищник, вспоминая бесконечные скитания по мерзлой земле.
Теперь же Амуру не давала покоя и другая мысль: если им все это время двигала надежда на встречу хотя бы с одним из выживших тигров, то что же тогда движет той парой, которая неуклонно продолжает отдаляться от родных мест. Так ли сильна привязанность у хищника к родной земле, как он думал раньше, или же это всего лишь способ избежать ненужных тягот, которые могут появиться с освоением новых территорий для охоты, новых мест для новой жизни.