Максим Александрович Авраменко Эфириада

Иван задумчиво покачал головой. Вот она, обратная сторона культа красоты и чистоты крови. Система, построенная на исключительности, зашла в тупик. Чтобы сохранить династию, пришлось жениться на сестре. Чтобы продолжить род – надеяться на одного ребёнка.

– А король Георг? – спросил он. – Он не пытается… ну, разнообразить?

Придворные многозначительно переглянулись. Женщина фыркнула:

– О, пан, вы слышали про деревню за городом? Где живут… э… плоды его развлечений?

– Слышал, – признался Иван. – Грязнокровные львы, кажется.

– Вот именно, – кивнул лис. – Они даже шляхтой быть не могут. Так, балласт. А королеве плевать, ей главное – чтобы династия продолжалась. А Георг… что с него взять? Он только на балах хорош.

Иван усмехнулся. Картина складывалась полная. Королева-мать, правящая железной рукой, её брат-муж, развлекающийся с прислугой, и маленькая принцесса, единственная надежда на будущее, сидящая в библиотеке над книгами, которых не может прочесть.

Иван Андреевич уже собрался уходить, но на полпути обернулся, сделав вид, что его вдруг осенил праздный вопрос.

– А что, господа, – спросил он небрежно, – если вдруг не найдут второго наследника? Ну, для престола? Что тогда будет?

Придворные переглянулись. На их лицах мелькнуло что-то – не страх, скорее мрачная решимость. Лис с усами, тот, что был поразговорчивее, понизил голос до шёпота:

– Вы, пан, в самую точку спросили. Это сейчас главная тема во дворце.

– И что же?

– А то, – вступил волк с проседью, оглядываясь по сторонам, – что грязнокровные только и ждут этого часа. Они уже сейчас нос задирают. Мол, чистота крови – это предрассудки. Мол, мы тоже зверолюди.

Женщина фыркнула, но как-то нервно:

– Сначала они собой заменят Короля. Потом Королеву. А потом и всю шляхту. И что останется от нашего рода? От нашей крови?

– Не бывать этому, – твёрдо сказал лис. – Чистокровные этого любой ценой не допустят.

– Любой ценой? – переспросил Иван, приподнимая бровь.

– Любой, пан, – лис посмотрел ему прямо в глаза. – Если понадобится, мы лучше сожжём всё дотла, чем отдадим власть этим… выродкам. Поймите правильно: они же не просто другие. Они – угроза всему, что мы строили веками. Если они придут к власти, от нашей культуры, наших законов, нашей чести ничего не останется.

Иван кивнул, делая вид, что понимает и разделяет их тревоги. Внутри же у него всё переворачивалось. Он слышал такие речи раньше – в своём мире, в других обстоятельствах, с другими словами. Всегда одна и та же песня: «мы» и «они», «чистые» и «грязные», «настоящие» и «выродки». И всегда это кончалось плохо.

– Спасибо за откровенность, господа, – сказал он, снова поворачиваясь к выходу. – Дай бог, чтобы до этого не дошло.

– Дай бог, – эхом отозвались придворные.

Иван вышел из приёмного зала и остановился у окна, глядя на город. Мысли его были мрачны. «Любой ценой». Интересно, что они считают «любой ценой»? Убийства? Гражданскую войну? Или что-то похуже?

Он вспомнил маленькую принцессу в библиотеке. Её белые ушки, упрямо склонённую голову, тонкие пальцы, водящие по страницам древних книг. Она даже не подозревала, что является пешкой в этой игре. Что на неё одной держится вся эта хрупкая конструкция под названием «чистота крови».

Иван Андреевич вышел из приёмного зала и прислонился к холодной каменной стене в тихом коридоре. Отсюда был виден кусочек внутреннего дворика, где придворные всё ещё лениво переговаривались, но его никто не замечал. Он был один. И это было хорошо.

Мысли текли медленно, но цепко.

Значит, чистокровные готовы на всё, лишь бы не допустить к власти «нечистых». Сжечь дотла, если понадобится. А сами при этом вынуждены жениться на сёстрах и молиться на одного ребёнка, чтобы династия не прервалась.

Он усмехнулся. Усмешка вышла злой, циничной. Хорошо, что никто её не видел.

А у меня в руках – карт-бланш. Настоящий, не чета их печаткам. Я могу в любой момент «найти» чистокровного льва. Хоть из Яна сделать, хоть из Казика, хоть из первого встречного. Эфириалы перепишут ДНК – и вот вам наследник, чище не бывает. И дворяне, эти ревнители чистоты, будут носить его на руках.

Он представил себе эту картину: Ян в короне, с белоснежным хвостом, важно восседающий на троне, а вокруг – ликующие аристократы, которые и не подозревают, что их «чистокровный» король ещё недавно был нечистокровным изгоем с кривыми ушами.

Иван фыркнул, но тут же взял себя в руки.

Но вслух об этом – ни слова. Я не дурак привлекать к себе внимание аристократии. Они и так уже косятся на Яна, на его хвост, на его внезапное появление. Если поймут, что я могу создавать «чистокровных» по желанию… меня либо вознесут до небес, либо прирежут в тёмном переулке. Второе вероятнее.

Он посмотрел на свои руки. Обычные руки. Руки человека, который держит козырь покруче, чем все эти придворные интриги вместе взятые.

Ян уже привлёк внимание. Белый хвост, небывалая красота, да ещё и дуэль с рыцарем. О нём будут говорить. И когда придёт время, я смогу объяснить его происхождение как угодно. Потерянный наследник, дальний родственник, чудом выживший… вариантов масса.

В коридоре послышались шаги. Иван поднял голову – мимо прошёл слуга с подносом, даже не взглянув в его сторону. Иван расслабился и снова уставился в стену.

Но это потом. Сначала – разговор с королём. Посмотрим, что он скажет. Посмотрим, чего хочет. А там…

Он не договорил мысль. В глубине души уже зрело предвкушение. Впервые за долгое время он чувствовал, что игра стоит свеч. И ставки в этой игре – целое королевство.

– Ваше величество, – тихо прошептал он, обращаясь к пустоте. – Вы даже не представляете, кто к вам идёт.

Он выпрямился, одёрнул камзол и направился обратно к приёмному залу.

Наконец двери в тронный зал распахнулись. Георг восседал на возвышении, на том самом резном троне под балдахином, который Иван видел вчера вечером. Сейчас, при дневном свете, зал выглядел ещё величественнее – золото, мрамор, тяжёлый бархат.

Король был один. Ни придворных, ни советников, ни стражи. Только старый лев на троне и лысый человек посреди пустого зала.

Георг выглядел внушительно. Белые, как снег, волосы ниспадали на плечи. Округлые львиные уши с кисточками на концах были гордо подняты. Длинный белый хвост с кисточкой на конце обвивал ножку трона, лениво покачиваясь. Вчера, в полумраке бала, он казался просто обаятельным собеседником. Сегодня перед Иваном сидел правитель – по крайней мере, внешне.

Иван медленно приблизился, остановился на положенном расстоянии и поклонился – ровно настолько, насколько требовал этикет.

– Ваше величество.

Георг смотрел на него с лёгкой, чуть рассеянной улыбкой. Взгляд его блуждал где-то поверх головы Ивана, словно он думал о чём-то своём.

– А, пан Иван, – протянул он, лениво почесывая кисточку на хвосте. – Явились. А я уж думал, вы заблудились в коридорах. Тут, знаете ли, легко заплутать. Сам иногда путаю, где правая галерея, где левая.

Иван внутренне усмехнулся. Король, который не может отличить правую галерею от левой? Что ж, слухи явно не врали.

– Я ждал вашего пробуждения, ваше величество, – спокойно ответил Иван.

– Проснулся, проснулся, – махнул рукой Георг. – Хотя, честно говоря, не выспался. Балы – это, конечно, весело, но сил отнимают – не приведи боги. Вы, пан Иван, как провели утро? Надеюсь, не скучали?

– Нет, ваше величество. Осматривал дворец. Очень познавательно.

– О, дворец! – оживился Георг. – Там, знаете, такие уголки есть, что я сам не все помню. Говорят, в библиотеке книги есть, которым сотни лет. Я как-то заходил, посмотрел на корешки, но читать… скучно. Лучше на бал.

Иван с трудом подавил желание закатить глаза. Вот он, король-консорт во всей красе. Книги ему скучно читать, галереи путает, а сам, по слухам, только и делает, что развлекается с прислугой.

– Ваше величество, вы хотели меня видеть? – напомнил он.

– Ах да! – Георг хлопнул себя по колену. – Совсем забыл. Вчера, знаете ли, столько впечатлений… Ваш спутник, этот белый волк с хвостом… это ж надо! Я таких не видел. Где вы такого откопали?

– Нашёл в Быдгоще, – коротко ответил Иван. – Он искатель приключений.

– Искатель, говорите? – Георг задумчиво погладил подбородок. – А сам-то вы, пан Иван, кто будете? Маг, как я понимаю? Такого исцеления я отродясь не видывал.

– Путешественник, – ответил Иван. – Немного знаю лекарское дело.

– Скромничаете, – усмехнулся король, но как-то рассеянно. – Ладно, не буду пытать. Я вот что хотел спросить: вы случайно не знаете, что в гильдии магов творится? А то говорят, маги пропадать стали, а куда – никто не ведает.

Иван насторожился:

– Не знаю, ваше величество. Я в гильдиях не состою.

– Не состоите? – Георг удивился так искренне, что даже привстал на троне. – Как же так? А где учились?

– Самоучка, – пожал плечами Иван. – По старым книгам.

– По книгам? – Король округлил глаза. – Вон оно что… А я вот в гильдии числюсь, почётным членом. Двадцать лет назад экзамены сдавал. Полтора десятка заклинаний выучил. А теперь, – он вздохнул, – и половины не помню. Старость, знаете ли.

Иван вежливо кивнул, думая о своём. Король, который забыл половину заклинаний и не знает, где у него правая галерея, – идеальный правитель для тех, кто хочет править из тени. Неудивительно, что королева Беатриса держит все нити в своих руках.

На самом деле он усомнился в правдивости высказывания Короля. Тот не выглядел как старик – он скорее был зрелым мужчиной лет 35 на вид с внушительной осанкой и спортивной фигурой, которую невозможно получить если только есть и спать. Его белые волосы он при первом впечатлении принял за седину, но сейчас он уже знал, что это просто особенность семьи.

– Так что насчёт магов? – вернулся к теме Георг. – Может, слышали что? А то я беспокоюсь. Всё-таки гильдия – это сила. Если с ними что…

– Ничего не слышал, ваше величество, – ответил Иван. – Но если узнаю – сообщу.

– О, буду благодарен, – расплылся в улыбке король. – А теперь, пан Иван, прошу простить, но мне пора. Обед, знаете ли, сам себя не съест. А после обеда – сон. Тяжело быть королём.

Он лениво махнул рукой, давая понять, что аудиенция окончена. Иван поклонился и направился к выходу. В голове его уже зрел план: нужно будет обязательно наведаться в гильдию магов. А король… что ж, король оказался именно таким, каким его описывали. Пустое место. И тем лучше. С пустыми местами проще иметь дело.

Иван Андреевич вышел из дворца и неторопливо побрёл по улицам Варшавы. Солнце уже перевалило за полдень, город жил своей обычной жизнью. Где-то играли дети, торговцы зазывали покупателей, из открытых окон таверн доносился запах жареного мяса.

Иван остановился у фонтана на небольшой площади, присел на край. Мысли всё ещё крутились вокруг разговора с королём. Георг оказался именно таким, каким его описывали – рассеянным, недалёким, полностью погружённым в свои развлечения. Идеальная марионетка. Что ж, тем проще.

Рядом, на соседней скамье, расположились двое пожилых горожан – лис с длинными седыми ушами и волк с аккуратным хвостом. Они пили пиво и о чём-то негромко переговаривались, и Иван, привыкший ловить любую информацию, прислушался.

– …а я тебе говорю, это всё из-за той истории тринадцать лет назад, – говорил лис, задумчиво поглаживая усы. – Если бы тогда генералы не надавили, глядишь, и не было бы сейчас этой канители.

– Ну да, – кивнул волк. – Помню, как сейчас. Столицу оцепили, войска на улицах. Все боялись, что начнётся резня. А они, эти генералы, знай себе ультиматумы ставят.

– А чего им было бояться? – лис усмехнулся. – У них сила. Два корпуса, говорят, под стенами стояло. И требование одно: чтобы наследник был. Чистокровный.

– Иначе, – подхватил волк, – выбрали бы другую расу. Кошачьи тогда нос драли, лисы тоже свои варианты предлагали. Чуть до гражданской войны не дошло.

– Да, а король с королевой… – лис понизил голос, но Иван всё равно расслышал, – они же и не собирались жениться. Они ж брат и сестра. Говорят, с детства друг друга терпеть не могли, из-за трона. А пришлось. Генералы ультиматум поставили: или вы, или другая династия.

Волк покачал головой:

– И вот результат. Одна дочь, и та… того. А если с ней что случится?

– Тогда снова начнётся то же самое, – вздохнул лис. – Солдаты опять выйдут на улицы, дворяне начнут грызться. И кто победит – неизвестно. Лисы или кошки?

– У волков тоже шанс тогда будет. Это ж как уморительно будет, если серый станет королевским цветом.

– Ах-ха-ха-ха!

Услышав смешную шутку, лис рассмеялся на всю площадь. А волк легонько обиделся.

Забавно, получается, даже среди равных, из трёх самых популярных рас, волки вроде как ниже находятся? Ну, да. Большинство волков же именно серого цвета, невзирая на свои богатства или бедность.

Иван Андреевич сидел неподвижно, впитывая каждое слово. Тринадцать лет назад. Генералы, оккупировавшие столицу. Ультиматум о чистокровном наследнике. Вынужденный брак брата и сестры, которые друг друга не переваривали.

А теперь они вынуждены жить вместе и делать вид, что всё хорошо, подумал он. Бедная Мария даже не подозревает, каким чудом вообще появилась на свет.

Горожане допили пиво, поднялись и, кивнув друг другу, разошлись в разные стороны. Иван остался сидеть у фонтана, глядя на играющих детей.

– Интересно, – пробормотал он себе под нос. – Значит, не просто культ красоты, а ещё и генералы, готовые в любой момент захватить власть. И две расы, которые только и ждут, чтобы вцепиться друг другу в глотку. Или не две? Сколько их там было?

Он вспомнил, как в гильдии искателей видел представителей разных рас, работающих бок о бок. Там, внизу, в грязи и крови, они были равны. А здесь, наверху, в шёлке и золоте, только и делали, что грызлись за чистоту крови.

– И где-то посередине – маленькая девочка в библиотеке, которая пытается читать книги, чтобы стать достойной правительницей. И даже не подозревает, что вся эта хрупкая конструкция держится только на ней.

Иван тряхнул головой и поднялся. Пора было возвращаться в гостиницу. Ян, наверное, уже очнулся, а Казик наверняка проиграл все свои выигрыши.

На его пути непреодолимой стеной стал трактир, откуда доносился аромат свежей выпечки, который невозможно игнорировать. Маршрут перестроен.

Там он заказал густой суп на закваске с колбасой и яйцом, налитый в съедобную тарелку, вырезанную из буханки ржаного хлеба. Интересное блюдо

Иван Андреевич вернулся в гостиницу уже к вечеру. Солнце клонилось к закату, город постепенно затихал, готовясь к ночи. В комнате его ждала привычная картина: Ян сидел на кровати, держась за голову и морщась, а Казик лениво перебирал свои монеты, явно подсчитывая дневной выигрыш (или проигрыш?).

– Очухался? – спросил Иван, кивая на Яна.

– Голова гудит, – простонал Ян. – Что вчера было? Я помню только огненный шар, а потом… пустота.

– Ты геройски отрубил руку королевскому рыцарю, – усмехнулся Казик, не отрываясь от монет. – Весь двор теперь только о тебе и говорит.

Ян побелел (насколько это было возможно при его шерсти).

– Я… что?!

– Расслабься, – махнул рукой Иван. – Руку я прирастил обратно. Все живы.

Ян выдохнул и откинулся на подушку, прикрыв глаза своим огромным хвостом.

Иван сел на стул, вытянул ноги и задумчиво уставился в потолок. Спутники, заметив его состояние, переглянулись.

– Что-то случилось? – спросил Казик, откладывая монеты.

– Король дал задание, – ответил Иван. – Вернее, попросил присмотреться к одной странности.

– К какой? – Ян приподнял ухо из-под хвоста.

– Маги в гильдии пропадают. В последние месяцы численность упала, а причин никто не знает.

Казик пожал плечами и зевнул:

– И что тут такого? Магов всегда было мало. Уходят, уезжают, умирают… Обычное дело.

Ян согласно кивнул:

– В Быдгоще тоже вечно обсуждали, что магов не хватает. Гильдия магов есть, а магов в ней – кот наплакал. Новые редко появляются, старые исчезают. Никто этому значения не придаёт.

Иван нахмурился:

– То есть вы хотите сказать, что это норма?

– Ну, – Казик почесал затылок, – норма не норма, но к такому все привыкли. Магия – штука сложная, научиться ей трудно. Да и опасно. Вон, в Быдгоще парень один заклинание учил, так себе лицо спалил. До сих пор ходит в маске.

Ян фыркнул:

– А в гильдии искателей у нас свои маги были. Трое. Один уехал в Краков, второй женился и завязал, третий… не помню, куда делся. Может, тоже уехал.

– И никто не искал? – удивился Иван.

– А зачем? – искренне удивился Ян. – Вольный человек, куда хочет, туда идёт. Маги сами по себе, они гильдии не особенно подчиняются.

Иван задумался. То, что для него казалось подозрительным, для местных было обыденностью. Маги всегда были редки, всегда исчезали, всегда появлялись новые. Возможно, король просто паникует на пустом месте? Или в Варшаве ситуация иная?

– Ладно, – сказал он, поднимаясь. – Поживём – увидим. А вы пока отдыхайте. Завтра, возможно, снова во дворец пойдём.

– Опять? – простонал Ян.

– Опять, – усмехнулся Иван. – Но теперь уже не драться, а разбираться. И, Казик, спрячь свои деньги куда-нибудь, а то проиграешь.

– Не проиграю, – обиделся Казик, но кошелёк послушно убрал под подушку.

На следующее утро Иван Андреевич, оставив спутников досыпать, вышел в город. В голове крутилось задание короля – разобраться с пропажей магов. Солнце только поднялось над крышами Варшавы, когда Иван Андреевич вышел из гостиницы. Вчерашний разговор с королём не выходил из головы. Пропажа магов – это не просто странность, это сигнал. И если Георг, при всей его никчёмности, обратил на это внимание, значит, дело действительно серьёзное.

Ян и Казик остались в гостинице. Ян после позавчерашнего боя едва шевелился, а Казик, как обычно, дрых без задних ног, раскинув свой серебристый хвост по всей кровати. Иван не стал их будить – в конце концов, это его задание, а не их.

Он шёл по утренним улицам и размышлял. С чего начать?

Солнце только поднялось над крышами Варшавы, когда Иван Андреевич вышел из гостиницы. Вчерашний разговор с королём нет-нет да всплывал в памяти. Пропажа магов, странности в гильдии – Георг явно ждал от него каких-то действий. Но Иван поймал себя на том, что мысли текут совсем в другом направлении.

Он остановился посреди пустынной утренней улицы и огляделся. Дома с черепичными крышами, мощёная булыжником мостовая, вдалеке виднеется шпиль костёла. Обычный средневековый пейзаж. Но чем дольше он смотрел, тем больше замечал деталей, которые в это средневековье не вписывались.

Интересно, – подумал он. — А ведь этот мир совсем не похож на то средневековье, которое я изучал в школе. Здесь нет той дикости, той грязи, того беспросветного невежества.

Он вспомнил вчерашнюю библиотеку, принцессу. Зверолюди здесь не просто выживали – они сохранили знания. Пусть обрывочные, пусть не всегда правильно понятые, но сохранили.

– А маги подождут, – решил он вслух. – Сначала посмотрим, чем дышит этот город на самом деле.

Иван зашагал в сторону, где, по его прикидкам, должна была находиться церковь. Вернее, костёл. В любом средневековом городе церковь – это не только храм, но и место, где лечат, где хранят знания, где помогают страждущим. Если где-то и можно увидеть остатки настоящей медицины, то именно там.

Костёл оказался небольшой, сложенный из тёсаного камня, с аккуратным садиком перед входом. Рядом притулилось приземистое здание с крестом над дверью – лечебница. Иван толкнул дверь и вошёл.

Внутри пахло травами, воском и… чистотой. Не тем запахом гниющей плоти и немытых тел, который он ожидал, а именно чистотой. Побеленные стены, деревянные скамьи, на полу – свежая солома. В углу монахиня с кошачьими ушками и длинным серым хвостом мыла пол, и вода в ведре была прозрачной.

– Вы к кому, пан? – спросила она, поднимаясь.

– К лекарю, если можно.

Монахиня кивнула и провела его во внутренний дворик. Там под навесом стояли несколько коек с больными, но воздух был свежим, а не спёртым. Рядом с каждой койкой – миска с водой и чистая тряпка.

– Брат Яцек заведует лечебницей, – сказала монахиня и указала на пожилого монаха с волчьими ушами и длинным хвостом, который склонился над одним из пациентов.

Иван подождал, пока монах закончит, и подошёл.

– Пан интересуется? – спросил брат Яцек, вытирая руки чистой тряпкой.

– Любопытство, – честно признался Иван. – Я путешественник, много где бывал. Интересно, как у вас тут лечат.

– По-разному, – усмехнулся монах. – Кого травами, кого молитвой, а кого и ножом. Хотите посмотреть?

Иван кивнул. Брат Яцек провёл его в небольшую комнату, где на деревянном столе лежали разложенные хирургические инструменты. Скальпели, зажимы, пилы, иглы – всё чистого металла, без ржавчины. Рядом стоял таз с кипятком, в котором булькали щипцы.

– После каждого больного кипятим, – пояснил монах. – В старых книгах написано: есть невидимая тварь, от которой заразы плодятся. В кипятке она дохнет.

– И давно вы так делаете?

– Да уж лет сто, наверное. Книги-то старые, ещё от тех времён, когда мир другим был. Мы их читаем и делаем, как там сказано.

Иван подошёл к полке с банками и склянками. На каждой – аккуратная надпись. «Кора ивы – от жара». «Уголь берёзовый – от живота». «Ромашка – для промывания».

– Это что? – спросил он, беря банку с чёрным порошком.

– Уголь, – ответил брат Яцек. – Активированный, если по-книжному. Жжём берёзу, потом толчём, водой промываем. При отравлениях хорошо помогает, при болях в животе тоже. Люди приходят, мы даём – помогает.