
Полная версия:
M. Eva Сладкий сон
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
— Извини.
— Не мог бы ты нагнуться? — голос прозвучал обманчиво мягко.
Я поманила его пальчиком.
И он покорился.
Мои руки так быстро обвили его шею, что я сама не ожидала такой уверенности от себя. Он дёрнулся от неожиданности, но не отстранился. Мы стояли вот так — нос к носу. Воздух между нами стал густым, почти осязаемым. В его глазах застыл молчаливый вопрос: «И что дальше?» Я не спешила отвечать. Мой взгляд скользнул по его губам, скривившимся в соблазнительной улыбке. Голова закружилась.
Осознание накатило волной: я стою в обнимку с парнем, к которому испытываю неприязнь с самого детства, и собираюсь поцеловать его на глазах у огромной толпы. Не потому, что хочу этого, а потому, что не могу проиграть глупое пари. Какой абсурд! Эта мысль должна была меня отрезвить, но вместо этого лишь подлила масла в огонь.
Роберт будто прочёл мои мысли. Его руки легли на мою талию и плавно, даже нарочно медленно, соблазняя моё тело лёгкими прикосновениями, спустились на бёдра. На миг он застыл, как бы спрашивая: «Всё хорошо?»
Я почувствовала, как внутри вспыхнула смесь возбуждения и уверенности: он не оттолкнёт. Он подыграет мне и поможет выстоять в этой нелепой игре. Я сглотнула, всё ещё не в силах оторвать взгляд от его губ, и едва заметно кивнула.
Одним резким движением Роберт оторвал меня от земли. И вот мои бёдра уже обхватывают его талию, а наши губы соприкасаются. В первую секунду поцелуй был невинным, почти детским. Но очень быстро всё изменилось: температура между нами стремительно росла. Его язык устремился навстречу моему, заявляя свои права на этот момент, на эту игру и на меня.
Сказать, что мне было неприятно, — значит солгать. Я провалилась в этот миг целиком и полностью, отдавая поцелую всю вся, без остатка. Реальность застыла на месте, а мир перестал существовать. Всё вокруг стало таким неважным, таким бессмысленным. Мои разум занял Роберт, его мягкие губы и техничные движения языка. Мы не подстраивались друг под друга — мы слились воедино, предугадывая желания друг друга. С моих губ сорвался стон возбуждения. И тут же его рука оказалась на моей шее. Поцелуй стал глубже и грубее. Его пальцы ласкали кожу и она полыхала в ответ. Дыхание сбилось. На теле появилась легкая испарина от желания чего-то большего…
Не знаю, сколько длилось это шоу и сколько бы оно ещё продлилось, если бы не громкие аплодисменты и восторженные крики Кира:
— Еёее, Эва! Красотка! Юхуууу!
Весь сказочный мир, который только что существовал в моей голове, разлетелся вдребезги, как хрупкое стекло. За спиной я услышала гул людей, предлагающих нам снять номер и щелчки затвора камер. От дикой уверенности, ещё секунду назад переполнявшей меня, не осталось и следа. На смену пришла неловкость — тяжёлая, давящая настолько, что хотелось сжаться в крошечный комочек и исчезнуть.
Я быстро отстранилась от Роберта, стараясь даже не смотреть в его сторону и поспешила покинуть клуб. Оставив его стоять одного, без каких либо объяснений.
У выхода скрестив руки на груди и подпирая сбой стенку стоял Макс. Он явно ждал меня. Наверняка он уже сто раз пожалел о своей глупой выходке.
— Эва — окликнул Макс, когда я подходила к дороге.
Но я успела прошмыгнуть на мигающий зеленый и нас разделил поток блуждающего транспорта.
— Эва постой, давай поговорим — его голос скрывался за гулом машин — Эва, прости, мне так стыдно!
Я смотрела на своего экспарня и не понимала, как вообще мы могли докатиться до такого. Рядом остановилось такси и я уехала домой в желании забыть этот вечер, эту ночь и этот поцелуй.
Глава 4.
Конец мая означает, что ежегодная вылазка на природу уже не за горами. С самого утра мы с Дэном торчим в гараже и перебираем его старенький пикап. Не то чтобы нам очень хочется побыстрее отправится в это семейное приключение, скорее не хочется расстраивать родителей. Для них, наша традиционная поездка, много значит. Пятнадцать лет, в первый день лета, наши семьи собираются и едут отдыхать за город: свежий воздух, шашлыки, песни у костра, ночевка в палатках — романтика. Когда мы были детьми, то ждали этого весь год, но сейчас нам по двадцать пять и энтузиазм как-то поостыл.
— Роб? — интригующе произнес Дэн выкатываясь из под кузова машины — я тут надолго, кажется надо менять колодки.
— Нужна помощь?
— Нет, но я бы не отказался от горячего и очень крепкого кофе — его глазки невинно захлопали
— Хорошо, дорогой — отыгрывая роль заботливой женушки, я покинул гараж.
На кухне стояла Эва и что-то готовила подпевая себе под нос. Эта девчонка была так увлечена, что даже не заметила моего появления. А я не спешил давать о себе знать. Молча наблюдал. В этой пижаме с пандами и растрепанными волосами она выглядела до безумия привлекательно. Её нежный голос не попадал в ноты песни, но с ножом она управлялась ловко.
Такая милая — подумал я и достал телефон, чтобы заснять её. Не из вредности, а просто так, на память.
На 36 секунде видео, я был пойман с поличным.
— Роберт, что ты тут делаешь, чёрт побери? — голос звучал раздраженно.
— Я? Стою.
— Ты что, снимал меня? — её огромные глаза сузились в подозрительном прищуре.
— Может быть.
Мне нравилось подшучивать над Эвой — её реакция всегда была такой забавной. Каждый раз она превращалась из юной дамы в маленькую девчушку топающую ножкой. Я старался не упустить возможность видеть её сморенный носик и слышать надменный и строгий тон. Я нажал воспроизведение видео.
— Сотри! Немедленно!
— Почему? Ты такая забавная. Оставлю на память. — продолжал дразнить её с широкой улыбкой.
— Сотри! По-хорошему прошу.
Я не успел ответить, как Эва подлетела ко мне в попытке отобрать телефон, но мне стоило просто поднять руку вверх, чтобы избежать этого. И тогда эта маленькая, милая и хрупкая девушка — укусила мне за предплечье. Да так сильно, что на секунду я даже рассердился. Быстрым движением я вырвался из её хватки и чтобы избежать повторной атаки прижал к себе так сильно, как только мог. Грудью почувствовал тепло её тела. Мы впервые находились так близко друг к другу и кажется моё сердце выдавало моё волнение. В нос ударил аромат её кожи, сладкий, кокосовый с ноткой свежести. Я нагнулся ближе к её шее, вдохнул этот запах глубже, полной грудью, чтобы отчетливее запомнить.
— С ума сошла? — прошипел ей на ухо.
И тут в кухню вошёл Дэн.
— Эй, братан, ты что тут делаешь с моей сестрёнкой? — в его голосе не было подозрения или чего-то ещё. Он просто задал вопрос, скорее даже не ожидая ответа.
Я за секунду увидел картину со стороны и отпустил Эву.
— Дэн, он меня обижает, побей его, — пожаловалась ему сестра.
— Я? Ты меня укусила, Эва! Кто кого ещё обижает, — я указал на место укуса. Пусть ей станет немного стыдно.
Дэн расхохотался: он кажется уже привык к таким стычкам.
— Эва, так нельзя, ты же не собака, чтобы кусаться, — произнёс он максимально строгим голосом, показывая ей одобрительный жест.
— Роб, чем ты на этот раз её так разозлил?
— Понятия не имею.
— Он снял, как я готовлю. — сдала меня маленькая ябеда.
— Что снял? Покажи, — Дэн явно сменил сторону.
Я протянул телефон и тот заулыбался. Уверен, что он ощутил те же эмоции от увиденного, что и я. Хотя и немного по другому.
— Скинь мне тоже.
— НЕТ! — закричала Эва.
Выхватила телефон и удалила видео. — Надоели.
Мы быстро приготовили кофе и пошли обратно в гараж. На минутку я отстал от Дэна, чтобы проверить папку на телефоне — фух, видео на месте. На душе стало теплее. Я вернулся на кухню.
— Дурочка, из «удалённых» тоже надо было удалять, — задорно подметил я и высунул язык.
Эва в ответ показала мне фак, и я хихикая вернулся к другу.
После гаража я сходил в душ и улёгся на кровать, разглядывая след от укуса. Чёткая такая отметина — ещё немного ныла. Сильно же я её разозлил на этот раз. И странно, но эта мысль почему-то не бесила, а даже грела.
На секунду вспомнилось то короткое объятие на кухне — если его вообще можно так назвать. Тепло её кожи, запах тела, неловкость между нами. Сердце снова застучало быстрее, и я на миг зажмурился, будто так можно было удержать тот момент.
А потом запищали приходящие СМС. Экран загорелся, посыпались уведомления — и всё, обычная реальность вернулась. Я вздохнул, потянулся к телефону и открыл сообщения.
Чат друзей:
Ф.: Народ! Сегодня приезжает Каринка. Все идём в клуб!
А.: Договорились. Во сколько?
Ф.: В 22:00 около «Crazy Night».
Д.: Я не пойду.
Р.: Я тоже.
Ф.: Дэна я понимаю — тоже бы не пошёл после того, как она его отшила у всех на глазах. Но ты, Роберт, соскочить не имеешь права! Уяснил?
Д.: Иди в жопу, придурок.
Дэн покинул чат.
Р.: Федос, ты и правда придурок.
Ф.: Да плевать. Ты идёшь. Пожалуйста. Она обещала приехать с подружками. Но если ты не пойдёшь — испортишь всем тусовку.
А.: Полностью согласен. Роб, ты нам нужен.
Р.: Просто скажите, что я буду.
Ф.: Ха. А потом ты где искать трупы наши будешь?
А.: Хаха, точно.
Ф.: Просто приди ненадолго, а потом слейся. И волки сыты, и овцы целы.
Р.: Лады.
Я не стал звонить Дэну — просто написал:
— Они идиоты, не обращай внимания.
Он ответил коротко:
— Я знаю.
В клубе было довольно людно. Я стоял в одиночестве, попивая виски, когда увидел Эву, выходящую из туалета. Её лицо покраснело, а ноги явно не слушались. Она пьяна. Я машинально направился к ней, как вдруг какой-то придурок задел её плечом, и моя Эва повалилась на пол. Сердце остановилось. Я кое как успел подхватить её. Поставил на ноги и стал осматривать. Боже, как я испугался. Подняв глаза, заметил, что она плачет. Она тоже была напугана. Мне хотелось обнять её и успокоить, но я не мог. Не имел на это прав. Вместо этого я выпалил глупую шутку:
— Первый раз вижу, как плачет щенок.
Услышав мой голос, Эва изменилась в лице. Испуг превратился в удивление, перемешанное с раздражением. Сердце защемило. Она не рада мне, даже когда я спас её.
— Щеночка? — она смахнула слёзы. — Ты меня сейчас собакой назвал?
— До взрослой псинки ты ещё не доросла, — я показал на ещё видневшийся след от укуса.
Она окинула меня безразличным взглядом и просто ушла.
— Не за что! — крикнул вслед, но реакции попрежнему не было.
Всё оставшееся время я не мог отвести от неё взгляд. Стоял и наблюдал, как она общается с друзьями за столиком на балконе. К счастью, Эва пила воду — это меня успокаивало. Моя сестрёнка тоже была там, она бурно махала руками и, кажется, звала всех танцевать.
— Роб, почему ты стоишь тут один? — отвлёк меня голос Карины.
Карина — самая красивая девчонка в универе. За ней бегают толпы ребят, но она почему-то всё время лезет именно ко мне. Меня это не особо напрягает, но обидно за друга. В прошлом году Дэн признался ей в чувствах и позвал на свидание, а она отказала — да ещё и растрепала всем. А ведь он ничуть не хуже меня, даже лучше. Играет в футбол, разбирается в тачках, да и вообще очень умный — лучший на курсе.
Вся разница в том, что Карина меня не интересует, и, думаю, именно это ей и нравится. Говорят, популярные ребята тянутся к тем, кому они безразличны. Да что уж там — я и сам смотрю на ту, которая совсем не смотрит на меня.
Стоило мне об этом подумать, как я поймал на себе взгляд Эвы. Она сидела на балконе одна, смотрела на танцпол и время от времени бросала взгляд в мою сторону.
Карина всё крутилась рядом, что-то рассказывала и смеялась. Я почти не слушал, только иногда кивал. Мысли были только об Эве. Даже когда Карина касалась меня, я не реагировал. Зато краем глаза ловил каждую реакцию девчонки из дома напротив, которая уже какое-то время смотрела только на нас. В очередной раз подняв голову, наши взгляды встретились и я подмигнул ей. Она же быстро уползла из зоны видимости и спряталась. Наверное засмущалась — подумал я и улыбку уже нельзя было стереть с моего лица. Карина видимо подумала, что это её рассказ меня так веселит и продолжила что-то щебетать, встав ко мне еще ближе.
Время подходило к утру, народ в клубе понемногу рассасывался, а я всё стоял рядом с Кариной. И, конечно, краем глаза следил за балконом: компания там изрядно набралась и о чём-то шумно спорила, но Эвы по прежнему видно не было.
И тут на меня повернулась Саша. Она смотрела на так, что мне стало не по себе. В её взгляде читались извинения. Хотел было спросить: «Что не так?», но Карина загородила обзор. Обняв меня за шею, она наклонилась и прошептала:
— Может, пойдём куда нибудь, где потише?
И ровно в этот момент я заметил Эву — она уверенно направлялась в нашу сторону. Смотрела на меня и даже не моргала. Подойдя, отпихнула Карину и бросила безразличное:
— Извини.
А потом, сказала то, чего я никак не ждал:
— Не мог бы ты нагнуться?
Её тонкий пальчик едва заметно поманил меня, и я, будто заворожённый, наклонился.
Едва наши лица оказались на одном уровне, Эва обняла меня за шею. Я дёрнулся от неожиданности, но отстраниться не посмел. Мы стояли нос к носу, и я тонул в её глазах — точно так же, как тонул в них в нашу первую встречу.
Воспоминания нахлынули волной.
В соседний дом заехала новая семья, и мне было любопытно: есть ли у них дети моего возраста, смогу ли я с кем-то подружиться. Целый день я торчал во дворе, высматривая кого нибудь из новых соседей. И наконец увидел: из дома выбежала девочка — наверное, ровесница моей сестры. В руках у неё был мячик, она бегала по зелёной траве, смеялась, кружилась.
Я наблюдал за ней, как за бабочками, прилетающими в мамин сад. И даже немного завидовал: ей не нужен был никто рядом, чтобы радоваться. Только мяч и трава. Вдруг мяч выпал из её рук и покатился к проезжей части, она побежала за ним.
Я испугался и рванул ей навстречу. Успел остановить, но она всё равно упала. Не заплакала, просто сидела на тротуаре и разглядывала разодранную коленку.
— С тобой всё хорошо? — спросил я, по настоящему волнуясь.
Она подняла на меня огромные синие глаза, похлопала ресницами и тихо сказала:
— Помоги мне.
Тогда я ещё не понимал, что такое любить, ценить, уважать. Но в тот миг твёрдо решил: я буду защищать эту девочку всю жизнь.
Сейчас она смотрела на меня точно так же. Ей снова нужна была моя помощь. И я понимал: она проиграла в их глупой игре.
Я не мог дать ей упасть. Не мог и не хотел. Без слов спросил взглядом: «Что дальше?» А она в ответ посмотрела на мои губы.
Тут до меня дошло: цель их пари — поцелуй. Мне предстояло поцеловать её — сделать то, о чём я тайно мечтал и что никогда бы не позволил себе сделать. То ли виски кружил голову, то ли эти синие глаза, но я решился: сделаю это, и плевать как сильно потом пожалею.
Обняв Эву за талию, я на секунду замер, чтобы убедиться, что она не против. Её взгляд попрежнему был прикован к моим губам, и она едва заметно кивнула, дав зеленый свет.
Я приподнял её, а она обхватила меня ногами. Такая лёгкая — просто удивительно.
Наши губы соприкоснулись в невинном чмоке, и мне стало всё равно на приличия, на толпу, стоявшую вокруг, на Карину и даже на мою сестру. Если это будет единственный поцелуй с Эвой, то пусть мы оба никогда не сможем его забыть.
Её губы чуть приоткрылись, и мой язык скользнул вперёд. Я был настойчив, даже властен, но Эва не пугалась — она сама отдавала мне эту власть. Сердце забилось чаще, когда с её губ сорвался едва слышный стон. И я потерял контроль. В голове проснулся тот самый, давно дремавший дьявол, который шептал: «Забери её, унеси подальше, спрячь и никому не отдавай». И я уже был готов ему подчиниться, как вдруг
— Еёее, Эва! Красотка! Юхуууу! — заорал ктото из её друзей.
Реальность обрушилась ледяной волной. Я почувствовал, как Эва мягко отталкивается. Отпускать её не хотелось, но пришлось. Опуская её на пол, я понимал: после этого всё уже будет подругому. Она не смотрела на меня — и, может быть, больше никогда не посмотрит.
Эва выскользнула из клуба. А я остался стоять, провожая её взглядом. Хотелось сорваться следом, догнать, обнять, сказать, что всё будет хорошо. Но я знал — сейчас этого делать нельзя.
Сестра всё ещё стояла на балконе и качала головой. Я понимал, что она чувствует.
— Это что за ерунда? — Карина резко толкнула меня в плечо. — Что она себе позволяет?
Схватив сумку, она рванула было вслед за Эвой, но я успел перехватить:
— Отвали от неё!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.