Спасая Маму

Люттоли
Спасая Маму

Глава 7
Мама и дочь

– Мама! Мама!

Мимо Ани пронеслась молодая лань. Лань стала стремительно взбираться на высокую гору, сплошь покрытую камнями. Между камней струилась вода. Тысячи и тысячи камней. Тысячи и тысячи маленьких золотистых ручейков, которые сверкали, отражая множество скользящих солнечных зайчиков.

Аня махала обеими руками вслед лани и громко кричала: – Маша! Маша!

Лань остановилась, повернула голову и улыбнулась Ане, а потом полетела дальше, перескакивая через камни. Уже через мгновение она стояла на верхушке горы и оттуда кричала:

– Мама! Мама!

– Спускайся! Маша! Иди ко мне!

– Иду…у…у, – раздался счастливый крик.

Лань внезапно взмыла высоко в воздух и, превратившись в золотоволосую девочку с крыльями, опустилась на один из ручейков и заскользила вместе с ним вниз, рассыпая вокруг себя облака золотистых капель.

Аня залюбовалась дочерью, но уже через мгновение издала крик ужаса, и побежала ей навстречу. Маша неслась прямиком на огромный камень. Лёгкий взмах крыльев, и Маша взлетела над валуном, а потом и опустилась на него. Валун начал раздвигаться и превратился в маленький кораблик с золотистым парусом. Кораблик заскользил с горы вниз навстречу Ане. Аня остановилась и счастливо улыбнулась. Не успела она опомниться, как уже стояла рядом с дочерью. Хотя они стремительно спускались вниз с горы, долина внизу казалась всё более далёкой. Аня без конца улыбалась и крепко держала за руку свою дочь. Никогда прежде она не чувствовала себя такой счастливой. В это мгновение ей хотелось, чтобы этот кораблик никогда не останавливался.

Неожиданно рядом с ними прозвенел детский смех. Потом ещё и ещё. Мимо них стали проноситься золотоволосые мальчики и девочки на других таких же корабликах. Все они были в белых рубашках и босиком.

– А почему с ними нет родителей? – спросила Аня у Маши. Маша засмеялась.

– Ещё не время, мама! Скоро они встретятся! Обязательно встретятся! А это наш мир. Мы все здесь ждём своего часа. Как только он наступит, мы придём к вам.

– А почему я здесь?

– Потому что мы с тобой не встретимся. Когда так происходит, нам позволяют увидеться с родителями, перед тем как мы расстанемся с ними навсегда.

Маша внезапно стала печальной. Из глаз закапали слёзы.

– Я так хотела прийти к тебе, но не смогу…не смогу…меня уже нет, но тебя ещё можно спасти…

Словно ниоткуда возник чёрный вихрь. Всё вокруг начало погружаться в черноту. Вихрь подхватил Машу и, кружась, начал уносить прочь от Ани. Откуда-то издали раздался глухой голос Маши:

– Услышь меня, мама! Услышь мой голос…мой голос…мой голос…услышь…

Аня страшно закричала. Потом снова закричала. Она кричала снова и снова, пока…не проснулась. Едва открыв глаза, она с протяжным стоном стала лихорадочно искать сумочку с прибором. Ещё мгновение, и раздался дрожащий голос:

– Доченька, доченька… – зелёный огонёк на приборе горел, как ни в чём не бывало. Ничто не указывало на опасность. Аня нежно положила руку на живот, там, где была головка ребенка. – Всё будет хорошо, Маша. Мы скоро увидимся. Обязательно увидимся. И тогда я расскажу тебе свой сон.

Аня встала с дивана, на котором заснула после своего возвращения домой, и отправилась на кухню готовить ужин для мужа: он вот-вот должен был вернуться с работы. Мысль о том, что она вскоре сможет показать дочь Саше, привела её в восторг. Она стала раздумывать над тем, как именно ему преподнести это свидание. Тяжёлое впечатление от сна стало понемногу проходить, но внутри, в сердце, у неё словно остался маленький осколок. И этот осколок временами вызывал острую боль.

Тем временем муж и не думал возвращаться. Он должен был закончить самую важную работу в своей жизни. В тот момент, когда Аня рисовала себе встречи отца с дочерью, он вырезал тайники в пенопластах, хорошо понимая, что ограбление, которое они с братом затеяли, неминуемо приведёт к гибели и жены и дочери, только собиравшейся появиться на свет.

Стойкий вернулся домой далеко за полночь. А рано утром, не дожидаясь пока Аня проснется, уехал на работу. Сегодня должен был приехать старший брат для уточнения деталей будущего ограбления.

Глава 8
Подлог

Утром следующего дня в здание УФСБ по городу Павловску вошёл капитан полиции Обнищагин. На пункте охране он назвал свою фамилию и добавил:

– К подполковнику Кортневу!

– Второй этаж налево. Вас уже ждут, – ответил дежурный, показывая одновременно на металлоискатель. – Оружие?

– Нет.

Капитан Обнищагин быстро нашёл нужный кабинет. Благо их оказалось здесь совсем немного. На стук в дверь откликнулся хрипловатый голос.

– Заходи, капитан!

Кортнев сидел в кресле за столом. Хашуров стоял спиной к окну и незаметно ухмылялся. Заметив эту ухмылку капитан Обнищагин напрягся. Он сразу понял, что его взяли в разработку, но для чего именно, не понимал. Поэтому начал в уме лихорадочно перебирать все эпизоды работы, которые так или иначе могли стать предметом внимания ФСБ. Это не помешало ему отрапортовать как положено.

– Присаживайся, капитан, – предложил Кортнев, указывая рукой на стул. Капитан Обнищагин молча принял предложение.

– Давно работаешь следователем? – поинтересовался Кортнев.

– Пять лет.

– Ну, значит объяснять ничего не надо… – Кортнев достал из ящика белый пакет, стянутый скотчем, положил на стол, а потом тыльной стороной ладони отодвинул в сторону Обнищагина. Следом за пакетом он достал отпечатанный листок и положил его поверх пакета. Удерживая листок двумя пальцами, он коротко сказал:

– Двести грамм «грязного» героина. Надо, чтобы его нашли по этому адресу, – он поднял листок, а потом положил на пакет и убрал руку.

Капитан Обнищагин отрицательно покачал головой.

– Это противозаконно. Я не буду этого делать.

– Думаю, ты уже нарушал закон. И не раз! – Хашуров подошёл к столу. – Иначе не смог бы купить квартиру и новую тачку. Разговаривать мы с тобой долго не собираемся. Или этот пакет окажется в нужном месте, или ты уже завтра останешься без работы. Да ещё с волчьим билетом.

– У тебя, капитан, вроде недавно вторая дочь родилась? – мягко спросил Кортнев.

Капитан Обнищагин с подавленным видом кивнул.

– Вот и заботься о своей семье. А мы, если что, даже прикроем тебя. Сможешь прилично зарабатывать. В обмен будешь иногда выполнять наши поручения.

– Повторять не будем, – жёстко бросил Хашуров. – Другого мента найдём, а тебя в расход как не нужный материал. Ответ нужно дать быстро. Прямо сейчас. Да или нет?

– Я всё сделаю…

– Сегодня же!

Капитан Обнищагин покорно кивнул головой.

– Сегодня же!

Хашуров одобрительно похлопал его по плечу.

– Работаешь с нами, капитан!

– Ордер тебе привезут после обеда, – Кортнев встал с кресла и прошёл к двери, показывая, что разговор закончен. – Приготовь всё. И ещё одна деталь. Никакого спецназа. Проведёшь обыск своими силами.

Капитан Обнищагин спрятал пакет под китель, взял бумажку и поднялся со стула. Хашуров пошёл его провожать.

Оставшись один, Кортнев с беспокойством пробормотал.

– Лишь бы этот спецназовец не дёрнулся…

Ровно в это самое время Аня торопливо завтракала. Она собиралась поехать в мастерскую, чтобы показать Машу. Она досадовала на себя за то, что заснула и не смогла ни встретить мужа, ни проводить. Ждать его весь день она не собиралась. Они должны были собраться всей семьёй. Она уже предвкушала удовольствие от предстоящего сюрприза. «Вот он удивится…» – радостно думала она.

Дом Ани находился позади школы, в которой она училась когда-то. Так уж получилось, что в это утро туда подъехал и Фёдор. Он только закончил ночное дежурство, и уже хотел отправиться домой, но передумал и поехал к школе. Припарковав машину на противоположной стороне, он смотрел через стекло, покрытое мелкими каплями, на школьную площадку и на здание позади площадки, где прошли его лучшие и самые счастливые годы жизни.

Именно здесь он впервые увидел… Аннушку. Он тогда учился в девятом классе. Они с ребятами играли в футбол. Он упал и расшиб коленку до крови. А когда поднялся, увидел худенькую девочку с косичками. В руках она держала платок. Девочка отдала ему платок и ушла. Только потом он узнал, что она учится в пятом классе. С того самого времени, эта невзрачная на вид девочка запала ему в душу и занимала все его мысли. Он несколько раз порывался признаться ей в любви, но так и не сделал этого. Хотел сначала отучиться, а уж потом обо всём рассказать. Но не успел. Она начала с другим парнем встречаться. А потом и замуж за него вышла. Она так и осталась для него мечтой. Сердце наотрез отказывалось принимать других девушек.

Фёдор давно научился жить со своими разбитыми мечтами. Он был несчастлив, но никогда этого не показывал.

Внезапно он встрепенулся, а потом резко повернул ключ зажигания. Аня неторопливо шла по тротуару, вдоль школьного двора, придерживая правой рукой живот, а левой рукой держа над головой зонт. Через плечо была перекинута белая сумка. Иногда она убирала руку с живота, чтобы подтянуть полы плаща. Это происходило, когда она обходила лужи. Лицо её светилось счастливой улыбкой от каких-то своих сокровенных мыслей. И погода, словно подавшись её настроению, стала меняться прямо на глазах. Дождь закончился. Сквозь плотную массу серых туч стали пробиваться солнечные лучи.

Аня остановилась, отряхнула капли дождя со своего зонта, потом свернула его и положила в сумку. Туда же она хотела положить наушники, которые вставила в уши перед выходом из дома, чтобы всё время слышать стук сердца дочери, но не стала этого делать. Появилось чувство, будто она прячет и связь со своей будущей дочерью. Посему она убрала руки и, придерживая одной рукой живот, пошла дальше…

Аня шла и не замечала, что продолжает широко улыбается. Но попадающиеся навстречу прохожие всё замечали. Многие улыбались ей в ответ или приветливо кивали головой, а иногда даже останавливались, как одна пожилая женщина, и желали счастья будущей маме.

 

Аня уже собиралась перейти на другую сторону улицы, чтобы сесть в автобус, когда позади неё остановился седан со значком «Лада Веста».

– Аннушка! – окликнул её Фёдор.

– Рыбачков! Фёдор! Рыбачок! – Аня сначала ответила, а потом только остановилась и обернулась к нему лицом.

Фёдор, открыто улыбаясь, подошёл к Анне и поздоровался.

– Ты меня по голосу узнала?

– Никто кроме тебя меня Аннушкой не называет, – улыбаясь, ответила на это Аня.

– Не может быть! – не поверил Фёдор. – Тебя в школе все так называли.

– Нет. Меня в школе только ты так называл. И продолжаешь называть.

– Тебе не нравится? Ну…я могу и не называть…

– Не можешь. Я тебе сто раз говорила, что мне не нравится это имя. А ты двести раз обещал не называть меня Аннушкой. Но всё ещё называешь. Я смирилась, Фёдор.

Оба засмеялись.

– А ты стала ещё краше. Беременность тебе очень идёт, – Фёдор оглядывал Анну с откровенным восхищением, которое в полной мере отразилось в голосе.

– А раньше ты говорил, что я стану уродиной, когда превращусь в маму, – напомнила ему Анна.

Фёдор смутился и слегка замешкался.

– Так это…шутка была. Просто шутка. А ты никак забыть не можешь. Кстати, ты куда идёшь? Может подвезти тебя? – меняя тему, спросил Фёдор.

– Мне так не хочется ехать на автобусе, – призналась Анна. – Я к Саше на работу. Подкинешь меня?

– Спрашиваешь?! – даже такая малость наполнила Фёдора счастьем.

Он помог Анне сесть в машину, закрыл за ней дверь, и только потом сел за руль. В дороге они продолжали весело болтать и вспоминать школьные годы. Время от времени Аня ловила на себе странный взгляд, но приписывала это своему положению. Она не понимала, что Фёдор был просто счастлив, потому что его Аннушка была в эти мгновения рядом с ним.

Спустя пять минут они уже заезжали на площадку с мини рынком. Слева от площадки и находилась мастерская.

Фёдор помог Аннушке выбраться из машины, и собирался попрощаться, но заметив, куда она смотрела, не стал этого делать. Он закрыл машину, взял Анну под руку и повёл по направлению к киоску с названием: «Шаурма».

– Тебе одну? – спросил он уже когда они подошли к киоску.

Анна замялась с ответом. Фёдор легко засмеялся.

– Значит, две?!

Анна бросила на него виноватый взгляд, чем немало удивила Фёдора.

– Неужели три? Ты сможешь съесть три шаурмы? Шутишь?

– На двоих! По полторы штуки, – уточнила Анна.

Фёдор молча протянул деньги продавцу за три шаурмы, а потом снова и с откровенным удивлением посмотрел на Анну.

– Я всё съем. Даже не сомневайся, – заверила его Анна.

В следующие четверть часа, она со всей наглядностью подтвердила свои слова. Наблюдая за тем, с какой скоростью и аппетитом Анна поедает шаурму, Фёдор не удержался от замечания:

– Ты почему голодаешь? У тебя же ребёнок!

– Я не голодаю, – с набитым ртом ответила Анна. – Я просто есть хочу всё время. Час назад плотно позавтракала, но до возвращения домой не хватило. Ты всё поймешь, когда твоя жена забеременеет.

– У меня нет жены!

– Вот поэтому ты и стоишь с раскрытым ртом. Я вчера банку огурцов за один раз слопала. А потом ещё и тортиком закусила… Ой, тортик надо купить! – неожиданно спохватилась Анна и начала оглядываться по сторонам в поисках кондитерской лавки. Но Фёдор её уже опередил. Аня почувствовала себя неловко, когда поняла, что он собирается купить ей торт.

Как раз в эту самую минуту Александр вышел из мастерской. Он собирался поесть, поскольку практически целые сутки ничего не ел. Едва ли не сразу взгляд остановился на жене. Она стояла у киоска и доедала шаурму.

– Чёрт её принёс! – со злостью пробормотал Стойкий, незаметно наблюдая за женой. – Теперь я от неё отделаться не смогу. А ведь с минуты на минуту приедет Андрюха. Нельзя, чтобы она его увидела. Начнутся разговоры, вопросы, потеряем время. А времени у Андрюхи в обрез. Надо её отшить. Но как? – острый взгляд выхватил знакомую фигуру. Узрев её, он мгновенно изменился в лице. Не успел он испугаться, как тут же усмехнулся под нос. Фёдор подошёл к Ане и передал ей торт. – За женой моей решил приударить?! Вот и причина…чёрт! Лучше я и сам придумать бы не смог!

Изобразив злое лицо Стойкий двинулся в сторону киоска.

Заметив мужа, Аня помахала ему коробкой с тортом.

– Ой, Саша. Давай к нам, – закричала Анна.

Стойкий весьма неприветливо поздоровался с Фёдором, всем своим видом показывая, кто здесь лишний. Фёдор понял, что ему задерживаться более не стоит, поэтому попрощался и быстро пошел к стоянке.

– Спасибо тебе, Рыбачок! – крикнула ему вслед Анна.

Фёдор остановился, повернулся, улыбнулся ей, а потом сел в машину.

Александр проводил тяжелым взглядом отъезжающего Рыбачкова, и с отчётливой злостью спросил у жены:

– Рыбачок?!

– Мы его в школе так называли, – откликнулась Анна. – Самый классный парень был в школе. Все девчонки были в него влюблены.

– И ты тоже?

– Да. Я тоже. Но он не обращал на меня внимания. Поэтому…

– Поэтому ты вышла за меня замуж?

Анна бросила на мужа обиженный взгляд.

– Перестань. Ревность тебе совсем не к лицу. У нас с Фёдором никогда не было близких отношений. Он мой друг. Друг, и ничего больше.

– Друг? – зло переспросил Саша. – Он тебя привёз сюда, накормил, Аннушкой всё время называл…да так нежно, что хотелось дать ему в морду.

– Ты подслушивал наш разговор?

– Подслушивал? Да вы смеялись так громко, что я в мастерской услышал. Сначала не поверил. Специально вышел посмотреть, – Александр схватил жену за локоть и, приблизив лицо в упор, процедил: – Чтоб никогда больше с ним не встречалась. Никогда…иначе не прощу…так и знай…

– Хорошо. Не буду, – как могла миролюбиво ответила Аня. – И давай прекратим этот разговор. У меня для тебя есть сюрприз…

– Я уже получил свой сюрприз. Жена изменяет чуть ли не под самым носом…

– Саша, как ты можешь? Тебе не стыдно? У тебя нет ни одной причины обвинять меня в неверности. Саша… – Аня взяла его руку и проникновенно продолжала: – я ничего такого не делала и никогда не сделаю. Пожалуйста, не злись!

– Ладно, дома поговорим, – Стойкий смягчил тон, но только потому, что уловил в свою сторону сразу несколько недоброжелательных взглядов. Даже продавец киоска смотрел на него с неприязнью. – Сейчас поедешь домой и будешь меня ждать. Я закончу пораньше и приеду. Дома и поговорим. Хорошо?

Аня ничего не оставалось кроме как согласиться.

В ту минуту, когда Александр сажал её в такси, на стоянку въехал подержанный внедорожник, за рулём которого сидел его старший брат Андрей.

Глава 9
Братья

Александр Стойкий закрыл дверь мастерской на ключ, повесил табличку «закрыто», задёрнул шторы и только после этого они с братом обнялись.

– Андрюха! Думал уже не дождусь! – негромко, но с отчётливой радостью сказал Александр Стойкий.

– Сашка!

Братья Стойкие, Андрей и Саша, ещё раз крепко обнялись.

– Пойдём на склад, – Александр повёл старшего брата за собой в маленькую комнатку, сплошь заваленную системными блоками и принтерами. Даже маленький стол был ими уставлен. Его очистили от хлама. Нашлось и два старых кресла, которые тут же подтащили к столу.

– Планшет! – скомандовал Андрей.

Александр ушёл, а вскоре вернулся с планшетом в руках.

– Чистый. Нигде не засвечен. Своими руками перебирал. Симка левая. Тоже нигде не засвечена. Никто не вычислит. Гарантирую.

Он включил планшет и положил его перед братом. Андрей одобрительно кивнул.

– Машина? Готова?

– Готова!

– Не засветится?

– Нет! Я эту Газель у одного дедка купил. Договорился, что потом документы оформлю. Выбирал по кузову. Снаружи будка обшита металлом. Внутри и пол, и стены, и потолок обшиты фанерой. Между наружной обшивкой и внутренней пустота. Туда без проблем можно напихать все, что надо. Места много.

– Уверен?

– Уверен. Места хватит. Никто не свяжет меня с этой Газелью. И никто не сможет найти деньги. Если только случайно или специально обыскивать.

– Отлично, – брат с довольным видом потёр руки. Потом достал из внутреннего кармана два авиационных билета и положил на стол. – Оба билета вложишь в паспорт своей жены и положишь в такое место, чтобы легко можно было найти, но которыми она не пользуется часто. Вылет в следующий вторник из Москвы на Тенерифе. Я поступил со своей так же. А это твой билет из Ростова на Бали. Вылет в воскресенье из Ростова, – он вытащил ещё один билет и отдал брату. Александр сразу переложил первые два билета в пакет, потом достал свой паспорт и положил в него билет на Бали. Старший брат проследил все эти действия и только потом продолжил:

– Так мы сможем выиграть время. Рано или поздно, они придут за своими деньгами. И тогда им придётся заняться нашими жёнами. Пока они будут выяснять, что да как, мы все концы в воду. Если сумеем уехать с Бали, нас уже никто и никогда не найдёт. Теперь дальше, – сосредоточенно продолжал Стойкий старший. – В твоём билете лежит номер и телефон нашего банкира в Ростове. Используешь только в том случае, если мы не сможем встретиться. А теперь очень хорошо запомни: продумай всё. Абсолютно всё! С момента начала операции, при любом раскладе, тебя не должно быть ни в Павловске, ни на даче. Потому что они тебя найдут. А когда найдут, вытащат всю информацию с самого дня твоего рождения, а потом убьют. Мы сможем выжить только в одном случае – если удачно проведём операцию. Любой провал – это неминуемая смерть. Не надейся, что тебя посадят в тюрьму, и ты проведёшь там всю свою оставшуюся жизнь. Этого не будет. Ещё один момент. Они могут убить и твою жену, и мою. Скорее всего, они так и сделают. Их можно предупредить, но если мы это сделаем, то можем потерять все шансы на успешный исход операции. И тогда нас всех убьют. Я это говорю, чтобы тебя совесть не мучила. У тебя жена ребёнка ждёт.

– Убьют, так убьют. Значит судьба такая, – спокойно ответил на это Александр. – Мы с тобой обсуждали это много раз, Андрюха, и вместе приняли решение. Мы оба знаем, на что идём, и против кого идём, – спокойно ответил Александр. – Жён больше нет. Никого нет. Только мы. Поэтому, давай по существу. Времени мало, а дел ещё полно.

Андрей Стойкий одобрительно кивнул в ответ на эти слова.

– По существу. Слушай сюда. Очень внимательно слушай. Мне уже звонили. Полетим через четыре дня в воскресенье утром. Вылет совпадает с днём Пасхи. Насчёт денег не узнавал, но думаю, снова будет как в прошлый раз – пять миллиардов рублей. Сорок больших чёрных сумок. Грузят сумки всегда в заднюю часть салона, где есть небольшое пространство. Непосредственно с сумками находятся два охранника. Ещё двое сидят в салоне. Вся охрана сотрудники ФСБ. Отправка и выгрузка денег всегда происходит по строгому регламенту и всегда одинаково, – сосредоточенно и с некоторым волнением продолжал Андрей, – то есть, наш план остаётся без изменений. Это понятно? – дождавшись от брата утвердительного кивка, Андрей продолжил: – Сейчас нам надо ещё раз обговорить все детали, чтобы не допускать ошибок. Нал чёрный, но деньги большие. В полицию никто заявлять не станет, а вот искать нас будут.

– А деньги чьи? Узнал?

– Да какая разница, чьи деньги?! Никто не смирится с потерей такой крупной суммы. Не знаю, что у них за тема, но деньги однозначно левые. Это либо чей-то общак, либо это деньги, вырученные за наркотики. В общем, все предположения насчёт источника этих денег пахнут смертью. Нас будут искать повсюду. Но мы с тобой уйдём раньше, чем они сообразят, как именно их обставили. Времени будет только убраться из России. А теперь, давай повторим детали нашего плана. Готов?

– Готов.

Оба брата понизили голос. Андрей открыл планшет и нажал на значок с картой. Как только карта открылась, он ввёл название: Москва. А следом ввёл маршрут: Москва – Сочи. Палец Андрея лёг на первую точку.

– Мы вылетаем из Москвы в 08-30 утра на частном самолёте. Это снова будет восьмиместный Hawker 800, на котором летали в прошлый раз. От Москвы до Сочи тысяча шестьсот километров. Полёт будет продолжаться около четырёх часов, но топлива хватит ещё на четыреста километров. Перед прыжком я солью часть топлива. До Сочи никаких проблем с диспетчерской службой не будет. А дальше Чёрное море. Самолёт пролетит ещё километров пятьдесят и упадёт в море. А там пусть ищут свои деньги. Пока будут искать, мы успеем свалить. Это по поводу маршрута. Теперь смотри сюда, – палец Андрея лёг на точку с названием: Павловск. – Павловск находится практически на нашем маршруте. Всего километров пятнадцать на Западе. Отклонения никто и не заметит. От Москвы до Павловска шестьсот семьдесят километров. Лететь один час сорок пять минут. Между Павловском и посёлком Заосередные Сады есть берёзовый лесок. Туда я и сброшу деньги. Ты должен прибыть туда не позже десяти утра. Сброс будет ровно в 10-15 по Москве. Дальше твоя часть. Ты что делаешь?

 

– Нахожу сумки с деньгами, проверяю на наличие сторонних маячков. Если они есть, сначала еду на трассу и креплю их к любой проходящей фуре. Потом еду на нашу дачу, прячу деньги в обшивке кузова нашей старой Газели и жду от тебя сообщения. Если придёт слово «Сочи», сразу выдвигаюсь в Ростов. Если придёт слово «Москва», прячу деньги в условленном месте и жду от тебя сообщений.

– Всё правильно, – Андрей одобрительно кивнул, – после сброса денег я вернусь на маршрут. Где-то через час, недалеко от Ростова, я спрыгну с парашютом. Если всё пройдёт гладко, ты с деньгами подтянешься в Ростов. Там уже ждёт банкир. За вычетом одного миллиарда, он будет переводить деньги частями на наши зарубежные счета. Первую часть он обещал перевести, как только мы передадим ему деньги. Я его знаю. Человек надёжный. Не подведёт. Да и смысла ему нет нас сдавать. Тогда придётся и без миллиарда остаться. Главное – доставить ему деньги. В половине одиннадцатого вечера у нас рейс из Ростова. Мы должны успеть. Ни одного лишнего дня оставаться в России нельзя. Если они будут искать свои деньги на дне Чёрного моря – хорошо. Но если сообразят, что к чему, так сразу пойдут по нашему следу. Поэтому, лучше успеть.

– А ты…справишься? – обеспокоенно спросил Александр.

Андрей уверенно кивнул.

– У меня пистолет надёжно спрятан в туалете. Не найдут. Потом, я уже сто раз всё просчитал. И по времени, и по каждому шагу. За пятнадцать минут до Павловска выйду из кабины, возьму пистолет и уберу охрану.

– Успеешь?

– Успею. Туалет как раз находится между салоном и задним отсеком, где деньги лежат. Выйду из туалета. Двумя выстрелами убираю охранников в салоне, а потом разворачиваюсь и два выстрела в охранников с деньгами. У них времени не будет ответить. Уверен, что смогу всё сделать быстро.

– А…стюардесса?

– Её тоже придётся убить, иначе она посадит самолёт в Сочи, и нас сразу же накроют. Ты думай о своей части дела, остальное предоставь мне, – посоветовал Андрей.

– Я беспокоюсь за тебя. Вдруг что не так пойдёт!

– Всё пройдёт как надо. Тут главное просчитать все шаги, чтобы потом не попасться. У меня время перебирать деньги не будет, да и не во что их перекладывать. Свяжу все сумки между собой и сброшу с самолёта. Парашют использовать не получится. Поэтому, придётся снизиться. Буду сбрасывать с высоты трёхсот метров. Сумки добротные. Должны выдержать падение. Но наверняка снабжены маяками. Не пропусти маячки, Саша. Если они есть, надо их найти все до одного и отправить в путь с фурами. Работать придётся очень быстро. Времени лишнего вообще не будет. Отсчёт от 10-30 утра. Ты должен прибыть в Ростов не позже 20-00, чтобы мы успели разгрузить деньги и получить первый транш. Самолёт улетает в 22-30. Следовательно, мы должны прибыть в аэропорт не позже 21-30. На всё про всё у тебя будет девять с половиной часов. От Павловска до Ростова четыреста километров. Это пять часов. У тебя остаётся четыре с половиной часа, чтобы забрать деньги и упаковать их в обшивке Газели. Уложишься?

– За мою часть не беспокойся. Я спец в таких делах. Сделаю всё в лучшем виде, – заверил его Александр. – У меня уже всё готово на даче.

– Если поймёшь, что не укладываешься по времени, просто затащи сумки в кузов и перебрось деньги в обшивку. Без пенопласта. Опаздывать нельзя. Ни в коем случае. Мы должны улететь в тот же день. В противном случае риск быть пойманным увеличивается многократно, – со всей серьёзность предупредил брата Андрей. – И машину обязательно проверь. Она не должна нас подвести, – добавил он.

– Не беспокойся. Всё сделаю! Всё перепроверю! – заверил его Александр.

– Ну, значит решили. Встречаемся в воскресенье. В Ростове. И вместе улетаем. До встречи, брат!

– До встречи!

Братья крепко обнялись, после чего Андрей сразу же покинул мастерскую. Александр так и остался стоять у двери с табличкой: Закрыто. Открывать мастерскую не хотелось.

– Да пошли бы вы все со своими копейками! – неожиданно зло крикнул он, адресуя свои слова всем без исключения.

Он закрыл мастерскую на ключ, сел в машину и отправился на дачу. Им овладело то, что многие привыкли именовать «чемоданное настроение». Ни работа, ни беременная жена его больше не интересовали.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14 
Рейтинг@Mail.ru