Лунный Волк Потомки небес

София же колебалась перед выбором, но Антей отсоветовал ей заниматься единоборствами, потому как птицам, особенно девочкам это не очень нужно, а силе и выносливости она все равно научится у оборотней. После того, как закончились занятия в школе, наставник повел класс на экскурсию по территории комплекса. Он показал, где, что находится и в конце увлекательного путешествия все отправились на конюшню. С высоты маленького роста детей кони показались огромными, прекрасными созданиями с большими умными глазами. Однако не всех они подпустили к себе, а точнее только двоих: Озерова и Солнцеву. В остальных они почувствовали диких зверей, что лишний раз подтверждало о наличии оборотня в Зёме и какого-то животного у меня. Однако настоящим шоком для всех было знакомство с обладателем этих конюшен, а по совместительству учителем верховой езды и стрельбы из лука. Им оказался самый настоящий кентавр, для тех, кто не в курсе, это получеловек-полуконь. Звали его Минос и это про него я рассказывала в самом начале, что жил он вместе со своими полу-собратьями в отдельном уютном стойле. На вид ему было не больше двадцати пяти, а принадлежал он, как определили бы заядлые лошадники, к гнедой масти. Коричневый, гладкий, лошадиный круп и длинная грива волнистых волос, а также мускулистое человеческое тело со смуглой кожей и огромные черные глаза с длиннющими ресницами делали его внешность реально мифической. К своему дичайшему удивлению, я позже узнала, что многие старшеклассницы тайком вздыхали по нему, поэтому в конюшнях никогда не было отбоя в желающих помочь с уборкой.

Пока же в моих детских глазах плескался восторг от этого фантастического существа и когда он протянул мне свою огромную ладонь, то почувствовала, как от него исходили волнение, но в тоже время радость от нашего знакомства. Это потом я поняла, что все наставники реагировали на меня одинаково, потому что надеялись с моей помощью в будущем обрести свободу. Пока же я не подозревала о такой важной миссии и как нормальный ребенок радовалась вместе с остальными всему необычному. После посещения конюшен Антей разрешил всем немного погулять в парке, напомнив, чтобы мы не забывали про обед в столовой. Паша создал из веток небольшой мяч, после чего стал чеканить его ногами. К нему тут же присоединился Кай и еще несколько ребят из других классов, а затем они разбились на команды и начали играть в футбол. Стелла с Жанной и Софией пошли кататься на качелях, причем Солнцева заняла те, что были подальше от всех и казалось, погрузилась в свою волну. Зёму не заинтересовала игра, поэтому он сел на скамейку и, достав из кармана пиджака кубик Рубика, стал его собирать. Я тоже не захотела идти вместе с девочками и, порядком заскучав, села рядом с одноклассником. Он ловко орудовал пальцами, но смог собрать лишь одну сторону. Его это не устраивало, поэтому каждый раз начинал заново, правда с тем же результатом. Увидев, как с очередной провальной попыткой в нем закипала злость, я решила подбодрить его.

— У тебя здорово получается.

— Ничего не здорово, — недовольно ответил он. – Вот, когда полностью соберу, тогда и будет здорово.

— Тогда ты станешь мастером по сбору кубиков.

Самохин искоса посмотрел на меня, но ничего не ответил, продолжив свое занятие.

— А я верю, что ты — оборотень, — решила поддержать разговор.

— Правда и почему же? – буркнул тот.

— Потому что я чувствую твою силу, а лошади это подтвердили.

— Как?

— Они боятся зверей, поэтому мы и не смогли к ним подойти.

— Но София-то смогла их даже погладить.

— Она не зверь, а безобидная птичка, поэтому лошади ее и не боятся.

Мальчик отложил кубик в сторону и уже пристально посмотрел мне в глаза, а затем спросил:

— Ну, раз ты такая умная, тогда скажи, хищники же должны чувствовать друг друга?

— Конечно.

— Так почему другие оборотни не чувствуют во мне зверя?

— Не знаю, может быть, потому что ты особенный?

— Особенный? Как это?

— Ну, что-то типа Миноса.

— Ой, а я как-то не подумал об этом. Интересно, кем я могу стать?

— Не знаю, может, ты какой-нибудь динозавр.

— Было бы здорово. Я – тираннозавр Рэкс, ррр.

Мы оба рассмеялись от души, потом я весело сказала:

— Ты не Рэкс, а Зёма.

— Не, к тираннозавру мое имя не подходит.

— А почему тебя так зовут?

— Я не знаю.

— Странное имя, но мне нравится.

— Правда?

— Да.

— А ты не зануда и не задира как остальные.

— Это, потому что мне не нравится такое поведение. Антей сказал, что я не должна показывать свою силу, но не понимаю, почему? Хотя, знаешь, нисколько не жалею о том, что сделала сегодня в классе.

— Да, уж, это было круто.

— Правда?

— Ага, а знаешь, что?

— Что?

— А давай дружить?

— Давай.

— Только давай поклянемся, что мы никогда не будем предавать друг друга и всегда помогать, чтобы не случилось.

— Хорошо, я клянусь.

— И я.

В знак закрепления этой клятвы мы пожали друг другу руки и между ними тут же пробежала белая искра. Мы с испугом отпрянули друг от друга, прижимая к груди ладони.

— Что это было? – удивилась я.

— Не знаю, — также ошарашенно ответил Зёма.

Однако Антей, наблюдавший за нами издалека, знал ответ на этот вопрос, о чем свидетельствовала его довольная улыбка. После обеда нас распустили по комнатам и ближе к вечеру я, переодевшись в обычный спортивный костюм с кедами, отправилась на свое первое занятие по танцам. Однако стоило мне войти в зал, как надо мной тут же стали смеяться все присутствовавшие там ученики. И чего они ржут как кони? Я клоун им, что ли? Смешки не смолкали, поэтому, почувствовав прилив злости, сжала руки в кулаки, а затем стала взглядом искать, что бы такого разнести. Однако в зале как на зло ничего, кроме зеркал и станков не было, поэтому мои глаза наполнились слезами обиды, и я опустила голову. Тут из раздевалки вышел Самохин, после чего уверенно направился в мою сторону. Он был выше на целую голову, поэтому ему пришлось слегка наклониться, чтобы заглянуть мне в лицо.

— Мира, почему ты без формы? — спросил он, положив руку на мое плечо.

Тут я мельком оглядела всех и заметила, что мальчики были одеты в обтягивающие черные трико и майки без рукавов, а на девочках помимо этого были еще и короткие юбочки. На ногах у всех без исключения красовались черные чешки.

— Мне никто не сказал об этом, — ответила, чуть не плача.

— Успокойся, в этом нет ничего страшного и не обращай внимания на остальных.

Мальчик мило улыбнулся, показывая свои ямочки, и от этого мне сразу полегчало на душе. В зал вошла молодая девушка со светлыми волосами и синими глазами. На ней была такая же форма, как и у девочек, а волосы на голове собраны в аккуратный пучок. Ее привлекательную внешность слегка портил заостренный нос, отчего я мысленно сравнила ее с крыской. Она внимательно осмотрела всех и увидев меня, удивленно спросила:

— А ты почему не надела форму?

— Она не знала об этом, — ответил за меня Зёма.

— Странно, ваш наставник должен был предупредить о такой детали, но ничего страшного. Сегодня можешь заниматься так, а в следующий раз приноси форму с собой и переодевайся в раздевалке, договорились?

— Да, — ответила я.

— Ну, вот и отлично. Так, дети, постройтесь все в одну линию, я хочу с вами познакомиться. Меня зовут Лариса Евгеньевна Прыжкова и я буду учить вас танцам.

Даже имя подходило под ее внешность, от чего я и усмехнулась, опустив глаза. После знакомства, мы провели разминку и Крыска каждого из нас проверила на гибкость. Дальше она показала коротенький танец и попросила повторить его сначала мальчиков, а затем девочек, после чего что-то отметила у себя в тетради и разбила всех на пары. К моему великому счастью, моим партнером оказался Зёма и я почувствовала от него те же эмоции в свой адрес. Однако, так как мальчиков у нас оказалось меньше, чем девочек, то в процессе обучения приходилось уступать их другим. Если честно, мне было весело наблюдать за одноклассником со стороны, потому как он строил прикольные рожицы, когда кто-нибудь наступал ему на ногу или не попадал в такт. Моя душа радовалась, ведь Самохин всегда говорил, что я все равно танцую лучше всех. Только он, наставник и Крыска по достоинству оценивали мои старания, а от остальных ощущала лишь зависть и злость. После окончания первого учебного дня, уставшая, я приплелась в свою комнату и скинув обувь, не раздеваясь рухнула на кровать. Антей не заставил себя ждать, тут же появляясь возле меня.

— Как прошел день? — спросил он.

— Ой, — вздрогнула я от неожиданности, а потом вздохнула с облегчением. — А, это ты.

— Прости, я напугал тебя.

— Ты просто так неожиданно появился.

— Хорошо, в следующий раз буду заходить через дверь. Так, как прошел твой день?

— Здорово, правда я очень устала.

— Это нормальное состояние после тренировки.

— А мне обязательно заниматься этими танцами?

— Конечно, у тебя ведь хорошо получается.

— А ты разве видел?

— Мира, я буду наблюдать за тобой пока ты здесь не освоишься и не привыкнешь к режиму.

— Да, а почему тогда не сказал мне, что на танцы нужно надеть форму? – укоризненно взглянула на него.

— Прости, я упустил это из вида, — виновато улыбнулся полубог. — Обещаю, что больше такого не повторится.

— Ага, а надо мной опять все смеялись из-за этого, — надула губы я.

— Но ты ведь справилась со своими эмоциями?

— Это только, потому что в зале не было вещей, которые я могла бы сломать.

— Мира, а ты помнишь, о чем я тебя просил перед тем, как ты вошла в класс сегодня?

— Помню, но мне не нравиться, когда надо мной смеются. Они не поверили, что я – воин, поэтому и показала свою силу.

— Мирослава, послушай меня внимательно, — сказал серьезно наставник. — В твоей жизни будет много моментов, когда тебе не станут верить на слово и при этом не только высмеивать твои способности, но и проверять на прочность. Ты не должна реагировать на такие выпады и не обязана никому ничего доказывать. Главное, что ты сама знаешь, на что способна, а для остальных пусть это станет сюрпризом. Пойми, нельзя просто так растрачивать свои силы, ты должна беречь и накапливать их для выполнения своей миссии.

— Миссия, а что это?

— Это твоя главная цель в будущем.

— А зачем она мне?

— Цель есть у каждого из нас, и мы должны стремиться выполнить ее, чтобы на Земле царил мир.

— А разве сейчас нет мира?

— Есть, но он очень хрупок, поэтому все наши миссии созданы для того, чтобы укрепить его и защитить от злых сил.

— Правда? Значит, мы все станем супергероями?

— Ну, конечно, только для этого нужно усердно учиться и тренироваться, а еще выполнять то, что я тебе говорю, понятно?

— Да, прости, что не сдержалась сегодня. Обещаю, что больше так не буду, — состроила я милую моську.

— Вот и хорошо, а теперь расскажи о своих ощущениях в классе. Понравились ученики?

— Не все.

— Только, потому что они смеялись над тобой?

— Нет, просто от них шла какая-то злоба.

— По отношению к тебе?

— Не совсем. Я не знаю, как это объяснить. Просто чувствовала это от Жанны со Стеллой.

— Возможно, потому что они оборотни?

— Но Кай с Зёмой и Софией тоже оборотни, а от них я не ощущала такого.

— А подробней, что ты почувствовала от каждого из них?

— София странная, потому что ни с кем не общается. Паша тоже хоть и добрый, но очень стеснительный. Кай с виду нормальный, но я чувствую, что с ним что-то не так.

— В каком смысле?

— Он не такой как все.

— Почему?

— Я не знаю, как это объяснить.

— Но он тоже вызывает у тебя неприятные ощущения?

— Нет, скорее, настораживает.

— Интересно. Ну, а что скажешь о Зёме?

— Он тоже немного странный, но мы с ним чем-то похожи, потому что чувствую в нем большую силу. Антей, а ты знаешь, кто он?

— Его особенность еще не раскрылась, и мы понятия не имеем, кем он может стать, но твои ощущения верны, ведь в нем правда спит необычная сила. Однако я вижу, вы с ним подружились.

— Да, Зёма оказался хорошим.

— Правда и как это выразилось?

— На самом деле он очень добрый и смелый, — довольно ответила я. — Мне было с ним весело, а после того, что Зёма сделал на танцах я поняла, ему можно доверять.

— И что же там случилось?

— Я уже говорила тебе, что надо мной все смеялись из-за формы. Так вот, если бы не он, то я снова не сдержалась и раз сломать там было нечего, разревелась бы при всех.

— Но Самохин ведь ничего не сделал, просто стоял рядом с тобой.

— Он меня поддержал, а этого хватило, чтобы я успокоилась.

— Вот даже как? Интересно.

— А знаешь, что еще сегодня с нами произошло?

— Нет, расскажи.

— Когда мы с ним пожали друг другу руки, между ними пробежала белая искра. Мы очень сильно испугались и боялись друг к другу прикасаться на танцах, но искры между нами больше не возникало. Ты не знаешь, что это такое было?

— Конечно, знаю. Вы неосознанно провели простой обряд побратания.

— Мы, что провели? – не поняла я.

— Обряд, ну, это как заклинание, подтвержденное действиями, — объяснил полубог.

— Это плохо?

— Нет, для вас это хорошо. Так вы показали, что ваша дружба настоящая.

— Здорово! Надо будет сказать Зёме, — я начала болтать свисающей с кровати ногой. — Слушай, Антей, а почему у меня только одна способность?

— Тебе мало быть воином? – удивился он.

— Воин, — задумалась я. — Даже не знаю, что это такое. Единственное, что могу, так это разрушать. У всех в классе по две способности, а у меня одна. Это нечестно.

— Ну, во-первых, не у всех. Самохин ведь тоже не может обращаться, поэтому и дополнительного дара пока тоже нет. Во-вторых, ты – истинный воин света, а это намного больше, чем просто иметь две способности.

— Правда, а что я тогда еще могу?

— Много чего, но твои способности будут раскрываться постепенно по мере того, как будешь готова их принять.

— И все равно это нечестно.

— Поверь, Мира, ты еще будешь гордиться своим даром.

— Правда? Ну, тогда ладно. Антей, я хотела спросить, а для кого эта вторая кровать? – указала на противоположную стену.

— Для твоей подружки.

— Но я ни с кем кроме Зёмы не дружу.

— У тебя все еще впереди и как только появится настоящая подруга, она тут же переселится к тебе.

— Обещаешь? – оживилась я.

— Ну, конечно, только и ты должна пообещать, что не будешь слепо доверять только хорошему отношению к себе, — попросил наставник.

— А разве не это главное в дружбе?

— В дружбе главное доверие, понимание и готовность прийти на помощь во что бы то не стало. Если человек вызывает в тебе хоть малейшее сомнение по всем этим трем пунктам, то лучше не записывать его в друзья.

— Это как с Зёмой сегодня?

— Почти, поэтому первым делом ты должна научиться чувствовать обман.

— И как я должна это сделать?

— Ну, к примеру, закрой глаза и не открывай пока не ощутишь, прав я или нет.

— Хорошо, — я села поудобнее и сомкнула веки.

— Итак, за окном сейчас идет дождь, верно? – уверенно сказал полубог.

Я прислушалась, но мой чуткий слух не уловил стук капель по стеклу, поэтому ответила:

— Нет там никакого дождя.

— А как ты это определила?

— Когда идет дождь, его слышно.

— Мира, отключи логику и слушай себя.

— Я и так это делаю, поэтому не слышу, чтобы дождь шумел, а значит, его нет.

— Ладно, попробуем по-другому. Сейчас отключи все мысли, внимательно прислушайся к своим ощущениям и не отвечай сразу. Готова?

— Да.

— Зёма очень плохой мальчик и тебе не стоит с ним дружить.

Я знала, что Антей врет, поэтому в тишине слышала только ровный стук своего сердца.

— Ну, что? — спросил наставник.

— Ничего, — пожала плечами я.

— Слушай лучше. Знаешь, почему я так сказал про Самохина? Потому что разговаривал с ним перед тем, как прийти к тебе, и он сказал, что ты ему не понравилась, поэтому не хочет с тобой больше дружить.

— Неправда! – возразила я, открыв глаза. — Он не мог так сказать, мы ведь пожали друг другу руки, и ты сам подтвердил, что между нами настоящая дружба!

— Я солгал, а Самохин хочет избавиться от этой связи, но не знает, как, — серьезно ответил полубог.

Зашибись, он ведь говорил так искренне, неужели врал, но почему? Что я ему такого сделала? Неужели Зёма только претворялся хорошим, а сам такой же, как и остальные? От такой несправедливости у меня колоколом зазвенела голова и я почувствовала, как во мне просыпается гнев. Вскочив с кровати, я схватила стул, а затем со всего маха швырнула его об стену. Он разлетелся на щепки, а я села на пол и заплакала. Антей приблизился ко мне и присев на корточки, спокойным тоном поинтересовался:

— Мира, а что ты сейчас чувствуешь?

— Мне обидно, — ответила сквозь слезы. — Он казался таким хорошим, но почему так поступил со мной?

— А кроме обиды есть еще какие-нибудь ощущения?

— У меня сильно болит голова.

— Успокойся и вытри слезы, — сказал наставник, довольно улыбнувшись. — Ты права, Зёма не говорил такого. Он сказал, что ты хорошая девочка и очень ему понравилась.

Колокол в моей голове внезапно замолчал и мне стало намного легче. Я подняла на Антея свои заплаканные глаза, а затем с надеждой спросила:

— Правда?

— А сама что чувствуешь?

— Голова уже не болит.

— Хорошо, потому что так ощущается правда.

— Погоди, так колокол в моей голове и есть ложь?

— Да, поэтому я прошу внимательно слушать, что тебе говорят и не отвечать сразу. Не верь на слово и старайся прислушиваться к себе в процессе разговора, чтобы за потоком мыслей и эмоций не пропустить звон этого колокола, поняла?

— Да.

— Вот и хорошо, а теперь переодевайся и укладывайся спать, потому что с завтрашнего дня начинается твое настоящее обучение.

— Хорошо, — я встала с пола и вытерла слезы рукавом ветровки. — Антей, а я правда понравилась Зёме?

— Правда.

— Здорово, — и мое лицо засияло от счастья.

Часть 3

Наставник был прав, ибо последующие семь лет стали для меня настоящим испытанием, если не сказать адом, что оправдывало название комплекса. Училась я не то, чтобы отлично, но прилежно, больше всего увлекаясь литературой. Я перечитала все интересные книги в библиотеке и с нетерпением ждала поступления новинок, особенно изданий в романтическом стиле. Антей тоже увлекательно рассказывал истории, правда про древние времена, но мне это нравилось. Я задавала кучу вопросов, на которые ему приходилось объяснять мне суть вещей на примере других повествований. Иногда даже спорила с ним, пытаясь доказать свою правоту, а он с улыбкой либо принимал мое мнение, либо опровергал, приводя более веские доводы. Так незаметно наставник учил меня отстаивать свое мнение, но в тоже время не навязывать его всем подряд, а также прислушиваться к другим, чтобы не оскорбить их чувства и сделать свои выводы. С каждым из своих подопечных он проводил индивидуальные занятия внушая, что все мы – воины света, а бороться нам предстоит с силами тьмы. Однако разглашать это до поры до времени строжайше запрещено, поэтому на всех новичков Мерлином было наложено мощное заклятие, которое не позволяло говорить на эту тему без присутствия наставника. К слову, поначалу мы не особо загружали этим свой мозг, потому как в силу своего возраста еще не понимали важности этой информации. Однако время шло и чем больше я читала книг, тем больше вопросов возникало по этому поводу, да и не только у меня, но и как оказалось, у Зёмы тоже. Его дар все еще не хотел проявляться, но он не унывал, продолжая работать над собой.

Правда, нам приходилось очень нелегко, особенно на занятиях с оборотнями и богатырями, где они откровенно издевались над нами обоими. Эти задиры говорили, что чувствовали в нас силу, только не знали, как назвать таких зверей, поэтому начинали придумывать оскорбительные прозвища. Если с богатырями мы могли справиться силой, то на оборотней это не действовало, а наоборот, распаляло их еще больше, из-за чего друзей среди них у нас не было. Единственным, кто выбрал нашу сторону, оказался Кай, хотя и над ним тоже подшучивали, но я не понимала, почему его не принимали как своего. Так уж случилось, что Шин с первых дней стал соседом Самохина по комнате и я заметила, что они сильно сдружились. Со мной же он общался не только, потому что мы с Зёмой были друзьями, но из-за того, что чувствовал во мне родственный волчий дух. Ему также было интересно слушать мое мнение о прочитанных книгах, поэтому всеми своими силами пытался защитить нас. Ребята были зачислены в команду по регболу, это такая игра, типа смеси регби и футбола, где мяч можно пинать не только ногами, но и брать в руки. В нее играли все, в ком присутствовал дух соперничества, но в команду принимали не всех. В целом это офигенное зрелище, на которое приходили посмотреть из-за крутости игроков. Все команды делились на старших и младших, а каждая в отдельности состояла из семи человек: вратаря, трех защитников и трех нападающих.

Игровой сезон начинался в мае, а заканчивался в сентябре и в итоге проводилась зачетная игра, в которой подтверждалось звание лидера. Правил в этой игре не было никаких кроме двух: запрещалось полное или частичное обращение оборотней и в команде не должно быть тех, в ком присутствовала хоть одна из пяти стихий. Из-за этого Кая изначально не хотели принимать, даже несмотря на то, что он показал отличные результаты владения мечом. Однако Зёму вообще не увлекала эта игра и как оказалось, только его друг мог повлиять на него. Наставникам пришлось сделать исключение и ввести третье правило специально для Шина, в котором категорически запрещалось использовать магию. Раз в год между младшими и старшими командами победителей проводилась дружеская игра, где первые набирались опыта у вторых. Младшие допускались к этой игре только с пятого класса, все остальное время они тренировались и соревновались между собой. Кай с Самохиным были зачислены в команду под названием «Легион», в которой капитаном был мальчик по имени Виктор Быстров, являющийся оборотнем-гепардом.

Их форма имела синий цвет с белыми полосками и состояла из кроссовок с шипами, а также спортивного костюма с футболкой. Защитниками у них были Артём Крылатый (оборотень-ястреб), Денис Щелчков (оборотень-волк) и Егор Лукин (оборотень-пума), а вратарем – Руслан Мараев, который являлся оборотнем-орлом. Артём с Русланом тоже слыли закадычными друзьями, как и Зёма с Каем, но они почему-то с большим недоверием относились к ним. Тренером этой команды был наставник детей воды и ветра, потому как его легкость и быстрота вдохновляли игроков, а владение водяной стихией не раз помогало остудить накал страстей на поле. Так уж вышло, что их соперниками стала команда под названием «Монстры», в которой капитаном являлся Алекс и их черно-белая форма была им под стать. Дело в том, что Алекс слыл задирой, а в нашей группе оборотней считался лидером и вторым истинным альфой после наставника. Большинство ребят его боялись, а кто был посмелее, заслужили уважение и вошли в команду. Надо отметить, что этот высокомерный говнюк слыл мечтой половины девчонок нашей школы. Его полное имя Александр Зверев, но он предпочитал, чтобы его звали Алексом и терпеть не мог, когда называли Сашей. Парень обращался в черного льва и по силе ему ровнялся только Степан Берлогин. Этот медведь в прямом смысле слова, слывший ему лучшим другом, по совместительству являлся нападающим в команде.

Следующим нападающим у них был Тимур Лисин, перевертыш в лиса, а защитниками являлись Антон Бросков (оборотень-рысь), Даниил Рыков (оборотень-тигр) и Матвей Силаев (оборотень-пума). Вратарь у «Монстров» — Богомир Рощин, единственный богатырь среди всех хищников. Он полностью оправдывал свое прозвище Непробиваемой стены, потому как забить гол в его ворота было крайне сложно. Их тренером стал наставник детей огня и зимы, который вечно состязался с Ветровым на предмет, кто круче. Однако если их соревнование носило чисто дружеский характер, то противостояние между Матвеем и Егором было намного серьезнее, поэтому из-за их потасовок часто приходилось останавливать игру. Они каждый раз нарушали правила, обратившись в пум и на полном серьезе выясняли, кто сильнее. Растаскивать их приходилось всеми командами, поэтому в игре парней старались задвинуть на задний план так, чтобы они не пересекались друг с другом на поле. Капитан «Монстров» со своим дружбаном как раз и были источником всех наших бед, но если Кая они трогать не решались, боясь его огненной стихии, то на мне с Зёмой отрывались по полной. Лев Викторович с первых занятий объяснил всем, что сила, которой мы обладали, должна применяться только в борьбе со злом. Мы не могли использовать ее против слабых и тем более хвастаться ей, выясняя, кто круче.