Лино Юстэль Племорфы не преклоняются

— Фу, — раздался голос сбоку.

Рядом стоял парень лет двадцати — среднего роста, полноватый, в дорогой рубашке и с выражением лица, будто он только что учуял что-то протухшее.

— Что? — машинально спросила Яся, глядя на него в упор.

— Мама не учила, что невежливо о таких вещах говорить в обществе? — он поморщился, словно само слово «прокладки» осквернило его слух.

Ясения открыла рот, чтобы ответить, но Оля опередила её.

— А твою маму не учили, что благодаря этой функции ты вообще существуешь? — в её голосе звучала откровенная издёвка. — Или думаешь, что тебя аист принёс? Или, может, в капусте нашёл?

Лера тихо усмехнулась.

Парень покраснел.

— Я просто... — он попытался что-то сказать.

— Просто свалил бы отсюда, — отрезала Оля, махнув рукой. — И в следующий раз, когда захочешь кому-то выговор устроить за биологию, вспомни, откуда ты сам взялся.

Парень недовольно пробормотал что-то неразборчивое себе под нос и поспешно удалился в другой проход.

Яся посмотрела на Олю и Леру.

— А у вас тут все такие... адекватные?

Лера оторвалась от косметики и посмотрела на неё с лёгкой усмешкой.

— Не все. Идём, покажу.

Они прошли к нужному отделу. Яся нашла то, что искала, и отправилась к кассе.

Пока они стояли в очереди, Оля не удержалась:

— Кстати, я всегда удивлялась, как такие типы вообще ещё существуют. Ну серьёзно, современное общество, а от слова «прокладки» в обморок падаешь?

— Наверное, у них в семье эту тему не обсуждают, — предположила Яся. — Типа неприлично.

— Ну и дураки, — фыркнула Оля. — У меня мама акушерка. Я с детства всё знала. И никогда не понимала, что тут стыдного.

Лера кивнула.

— У нас в семье тоже все спокойно относятся. Дед как-то сказал: «Если ты стесняешься собственного тела, то как ты собираешься управлять резонансом?». И он прав.

— Ладно, хватит философии, — Оля потянула их к выходу. — Поехали домой, я уже вымоталась.

Вымотанность не помешала Сольвеи всю оставшуюся дорогу болтать о просмотренном фильме. Ясению, если честно, он не сильно впечатлил. Да и фильмы она никогда особо не любила. Только с друзьями смотрела или ради обзоров.

В комнату Яся пришла одна, ибо Лера по дороге завернула в сторону учебных корпусов. Видимо, пошла к дяде. Ясения об этом не задумывалась. Все её мысли сконцентрировались на другом — на необходимости поговорить с сестрой. Лучше узнать всё до этого светского приёма. Так меньше шансов выставить себя дурой.

Яся написала короткое «Ты у себя?» сестре и принялась наглаживать Весю в ожидании ответа. Глянула в сторону мисок и поняла, что пора обновить воду в них.

Через минут пятнадцать Иллира ответила, что у себя, и разрешила заглянуть в гости.

— Ты знаешь, что Росинины были связаны с Гродскими? — с этого вопроса начала Ясения, заняв место рядом с сестрой на кровати.

Иля оторвалась от телефона, подняв бровь.

— Как связаны?

— Ну... Как доверенные лица.

— Впервые слышу, — Иля внимательно вгляделась в лицо сестры. — Откуда ты взяла эту теорию?

— Это не теория. Лера рассказала. Фамилия казалась ей знакомой, но вспомнила она недавно.

— Опять Эльтари? — Иля фыркнула, убирая телефон. — Нет, родители ничего об этом не говорили. Да и дедушка с бабушкой... Вроде тоже. Какими-то намёками на величие рода обходились. Но у всех так. Для всех нормально считать свой род крутым.

— Это точно.

— Гродские... — Иля задумалась, прикусив губу. — В это трудно поверить. Но сейчас мы вряд ли что-то узнаем. Не к Максимилиану же с этим вопросом подходить.

— Ты с ним знакома?

— Слава богу, нет. Не приходилось, — Иля покачала головой. — А тебя уже предупреждали насчёт него?

— Да, Лера сказала, что он ненавидит всё, что не на своём месте.

— Это сто процентов, — закивала Иля, и через секунду её лицо стало серьёзным, даже настороженным. — А ещё не смей сокращать его имя, — она ткнула пальцем в сторону сестры. — Это он ненавидит не меньше.

— Почему? — удивилась Ясения.

Такое длинное имя и нельзя сокращать? Пытка же.

— Да кто его знает? Об этом у него тоже лучше не спрашивать. Да вообще ни о чём у него не надо спрашивать, — Иля, чуть расслабившись, усмехнулась. — А вот родителям устроим допрос с пристрастием, как только момент подвернётся.

Яся кивнула, но внутри что-то сжалось. Момент настал. Она сглотнула, сжав руки в кулаки. Три. Два... Один.

— Есть ещё кое-что, — нерешительно начала она, не сводя глаз с сестры. — Но об этом никому нельзя говорить.

Иля замерла, её взгляд стал острым.

— Что ещё?

Набрав побольше воздуха в лёгкие, Яся заметила, как сердце спешно заколотилось. И так оглушающе, что, казалось, Иля должна его слышать.

— Родители сказали, что я приёмная.

Тишина.

Иля моргнула. Один раз. Два.

— Что? — её голос прозвучал так, будто она не расслышала. Но затем она повторила, медленнее. — Приёмная?

— Так и сказали. После того, как пришло письмо. На следующий день.

Иля резко отвернулась, встала. Ясения успела подумать, что сестра немедленно полетит на разборки с родителями, но Иля всего лишь прошлась по комнате.

— Это бред, — бросила она через плечо, остановившись у окна. — Просто бред. Решили со мной посоревноваться? Ты что ли нажаловалась на мои шутки?

— Иль, я серьёзно, — Яся поднялась, подошла ближе. — Они сказали, что это секрет. Что никому нельзя раскрывать. Даже тебе. А мне сказали потому, что испугались.

Иля обернулась.

— Испугались чего?

— Они думали, что я обычный человек, — Яся сглотнула. — Поэтому не могли поверить, что меня зачислили в Крою. Испугались, что мне опасно тут находиться из-за... Ну, ты поняла.

— Нет, не поняла, — Иля нахмурилась. — Погоди. Это как?

— Ну ты же сама указывала на фотки из роддома, — Яся почувствовала, как голос дрожит. — Цвет волос. Глаз. Черты лица...

— Да это всё генетическое разнообразие! — Иля махнула рукой. — Лотерея! А фотка одна есть, просто я её от тебя прятала, чтоб поиздеваться.

Она замолчала. Отвела взгляд.

— Но её и подделать могли, — добавила она тише.

— Где?

Иля молчала. Её челюсть напряглась, она прикусила губу — старая привычка, которая проявлялась только в особо нервные моменты.

Ясения ждала. Не торопила. Знала, что сестре нужно время уложить информацию в голове.

Наконец Иля выдохнула, отошла от окна и опустилась на кровать.

— Обычный человек? — и окинула взглядом Ясю, словно видела её впервые. — И почему это нужно скрывать ото всех?

— Не знаю.

— Ты уверена, что они так и сказали? Что ты приёмная?

— Да.

Иля провела рукой по лицу.

— Я не про твои вопросы. Я про «обычного человека» и сокрытие. Было бы логично скрывать это именно от тебя, но я же видела документы...

Она замолчала, снова нахмурив брови.

— Кстати, — её тон стал задумчивым, — может, я тогда не ошиблась...

— А? — Яся села рядом.

— Ну, перед твоим появлением меня же на время отдали бабушке и дедушке. На год или около того. А когда забрали — ты уже была.

Иля посмотрела на Ясю.

— Я запомнила тот год. А потом в документах у тебя год рождения заметила — другой. Подумала, что была слишком мелкой и ошиблась на год.

Она помолчала.

— А вот теперь думаю... Может, не ошибка. И ты на самом деле четырнадцатого года, а не пятнадцатого.

— Понятия не имею.

— Всё это нелогично, — пробормотала она. — Зачем скрывать? Зачем сейчас говорить? Почему вообще...

Она резко подняла взгляд на Ясению.

— Ты спрашивала, кто твои настоящие родители?

— Нет.

— Почему?!

— Потому что я сказала, что они мои настоящие, — Яся почувствовала, как глаза защипало. — Потому что так надо было. Потому что...

Она замолчала.

Иля обняла её за плечи.

— Сень, ну что ж ты опять... Надо было сразу спросить.

— Я не знала, как. И похоже, что они не знают? Раз думали, что я просто человек.

Иля крепче прижала её к себе.

— Ладно, не забивай голову. Разберёмся вместе.

Яся кивнула, уткнувшись сестре в плечо. Ради этого стоило раскрыться. Теперь есть союзница, которая тоже всё знает. Перед кем не нужно выдумывать другие причины своего состояния. Не нужно держать лицо и играть роль Ясении, у которой всё в порядке.

— Сень, что бы там ни было, ты моя сестра, — Иля крепче прижала её к себе. — Родная или не родная — плевать, это ничего не меняет между нами. Понятно?

Яся улыбнулась сквозь слёзы.

— Понятно.

Иля хлопнула её по плечу.

— Вот и отлично. А родителям мы устроим допрос. Обязательно. Как только так сразу.

Под «мы» Иллира явно подразумевала только себя. Яся не способна допрашивать родителей, не она тут босс.

— Спасибо, Иль. Правда. Я... Не могла никому сказать и...

— Правильно сделала, что сказала мне, — тоном не терпящим возражений подтвердила Иля.

Чуть полегчало. И стало менее одиноко.