Линн Роше Семь грехов павлина

– И насекомые. Энтомологический анализ позволит определить постмортальный интервал, но я могу сказать, что жертва оказалась здесь меньше, чем четыре часа назад. Падальные мухи оказываются на трупе в ближайшие три часа. А вид, водящийся в вашей местности, Calliphora vicina, из-за влажности может появиться в первый час. Но личинок в носу, в глазах и ранах обнаружено не было, соответственно прошло не более трех часов. Возможно, – Кэмерон ненадолго прервался, мои волосы несильно колыхнулись от его глубоко вздоха, – это связано с вашим климатом. Но в этом году апрель выдался на десять целых и пять десятых градусов теплее, чем обычно, поэтому я могу с уверенностью сослаться на замеченных мух.

После произнесенной тирады мы некоторое время молчали. Мысли резво множились в моей голове. Какого черта он знал цикл жизни какой-то падальной мухи, водящейся в Южной Дакоте, если он, во-первых, не криминалист-энтомолог, а во-вторых, даже не биолог? Но отрицать, что меня это поразило, я не стала. Даже Нэш притих, переведя все свое внимание на носки собственных ботинок.

– Иэн. Проезжая, мы видели фермерский дом. Возьми офицеров и узнай видели ли хозяева что-нибудь подозрительное. С ними вернешься в участок, – агент Бейк промычал что-то нечленораздельное, но ушел к своим временным напарникам. – Детектив Лаффит с агентов Саадартом возвращаются в участок и займутся составлением предварительного профиля убийцы. Не забудьте забрать письмо у журналистки. А мы с детективом Флинном отправимся домой к убитому.

Раздав всем указания и не дожидаясь хоть какой-либо ответной реакции, агент Кармайлз направился к полицейской машине, на которой приехал Нэш. Детектив остался стоять напротив. Он посмотрел мне прямо в глаза, потом фыркнул, закатив глаза, выдавая все свое отношения к «новому» начальнику, его командирскому тону и приказам. Улыбка против воли появилась на моем лице.

– Удачи, Красавица.

Кивнув ему на прощанье, я тоже пошла к автомобилю, но не к тому, на котором приехали, а – к журналистскому фургончику. Кэмерон пошел следом за мной, он даже не остановился, когда мы миновали тонированный внедорожник.

– Мне надо поговорить с Ленни… – мне пришлось обернуться и посмотреть ему прямо в глаза, чтобы донести смысл, – наедине. Я в состоянии забрать письмо и сама.

Его темная бровь выгнулась в удивлении от моего раздраженного голоса. Он повиновался без лишних слов. Но вопреки моей полупросьбе-полуприказу агент оперся на багажник автомобиля и достал из кармана пальто кубик рубика, но какой-то более усложненной формы.

Ленни уже ждала меня, скучающе наблюдая за моим приближением. Я быстро поздоровалась с ее оператором и кивнула в сторону, чтобы даже Майк не стал нас подслушивать.

– Ты что-нибудь нашла о…? – к концу вопроса мой голос совсем стих.

Я не хотела произносить хоть что-нибудь, что могло бы заинтересовать Кэмерона, тем более я просила подругу найти информацию о них же. Во время нашей стажировки, примерно пять лет назад, она познакомилась с каким-то хакером из ФБР, и с тех пор он частенько нам помогал. Неофициально, конечно же. Но Ленни нахмурилась, и ее взгляд блуждающе перетек с моего лица за спину. Я даже знала, кем она любовалась. Мне пришлось повернуться, чтобы потвердеть собственные догадки: Оливер Кармайлз садился в салон полицейской машины.

– Я ничего не узнала.

– Что?

– Оказывается мой друг входит в их команду, – Ленни поджала губы и откинула светлые волосы назад. – Так совпало, что они все работают не только в ФБР, но и в одном отделе… как его?

– Отдел поведенческого анализа, – поспешно подсказала я, наблюдая за быстро сменяющимися эмоциями на ее лице.

– Да! В одном отделе и в одной команде! Оливер – босс Люка. И он не может выдать компромат на своего же босса. Очень жаль, я бы с радостью послушала, как он отрывается на корпоративах… – она фыркнула, посильнее запахнув белый тренч, и издала долгий страдальческий выдох.

Почувствовав покалывание в кончиках пальцев, я несколько раз сжала и тут же разжала ладони, пытаясь избавиться от противного ощущения безысходности. Изумление до сих пор не хотело покидать мое тело. Ситуация складывалась не в нашу пользу.

– А просто интернет? Ноль результатов?

Хоть что-то же должно было быть о них в интернете. Семья? Награды? Я с надеждой уставилась на Ленни. Журналистская цепкая натура должна была что-то найти. Она всегда могла найти информацию, проведя в интернете несколько часов. От сложности задачи время, конечно, увеличивалось, но ее труды всегда заканчивались победным кличем и необходимой нам информацией. Но тут она отрицательно помотала головой. табун ледяных мурашек пронесся вниз по моему позвоночнику, заставив меня поежиться и передернуть плечами.

– Черт.

– В новостях мелькает только Ванесса. Она участвует в пресс-конференции и общается со СМИ. Есть какой-то заголовок трехлетней давности с Оливером, но это все. Ничего о Иэне Бейке или…

Мой вздох сквозил разочарованием. Ленни опять взглянула мне за спину и наклонила голову, слегка прищурив глаза. По ее выражению лица стало кое-что понятно. Особой важности в себе эта информация наверняка не несла, но удивить меня точно могла. У нее определенно был спрятан козырь в рукаве, которым она вот-вот собиралась воспользоваться.

– Но?.. – я заговорила не спеша: ей явно не терпелось выложить новость, но, по обыкновению, сначала мне предстояло ее уговорить на это. – Ты знаешь что-то еще, Ленс. Выкладывай.

– Тебе разве не показался кудрявый знакомым? – девушка облизнула пересохшие губы и, подавляя улыбку, посмотрела на меня с высоты своего роста.

Она подалась вперед, еще ближе наклоняясь ко мне, будто бы собираясь рассказать секрет вселенского масштаба. Карие глаза лихорадочно блеснули. Ленни аккуратно коснулась моей щеки, мне пришлось повиноваться и повернуться. Кэмерон крутил в руках уже собранную головоломку, хотя прошло от силы пару минут.

– И?

Высокая стройная фигура. Черные брюки, синяя рубашка с вязаной жилеткой, пиджак в тон к штанам. Твидовое серое пальто. Темные кудри и зеленые глаза, что смотрели прямо в душу. Я вздрогнула, не сразу поняв, что агент почувствовал наши взгляды и некоторое время уже смотрел на нас в ответ. Кэмерон вопросительно наклонил голову в бок, убрав головоломку в карман. Я резко развернулась обратно, нахмурившись. Брови сошлись на переносице, а губы напоминали четкую линию. Ленни наоборот мой недовольный вид доставлял удовольствие. Она подняла ладонь и помахала агенту, по привычке шевеля только длинными пальцами. Лучезарная улыбка украсила ее приветливое лицо.

– Добрый день, доктор Саадарт! А вы изменились, я даже не сразу вас узнала.

Подруга говорила, растягивая некоторые гласные, ее голос звучал тягуче, подобно нуге в сладком батончике. А потом она перевела свой хитрый взгляд на меня, пока я медленно обрабатывала сказанное. Только что услышанное несколько раз эхом отдалось в голове, пока смысл доходил до загруженного теориями об убийствах мозга. Резко вся информация, касающаяся расследования, покинула мои мысли, оставляя только сладкий голос Ленни и произнесенные ею слова.

– Практика в ФБР летом во время учебы в Университете. Один доктор, что вел у нас…

– Криминальную психологию… – я прижала кулак ко рту, чтобы не издать ни звука от нахлынувших эмоций. – Ты издеваешься.

Не скрывая удовольствия от вызванных эмоций, Ленни хихикнула и утвердительно кивнула головой. Я стремительно обернулась и на моих глазах агент Кэмерон Саадарт превращался в того молоденького преподавателя на летней практике в ФБР. Брюки на тощей фигуре держались только благодаря ремню, рукава клетчатой рубашки всегда закатаны, показывая тонкие запястья с часами. А волосы лишены всякого объема, что всегда вызвало у Ленни широкую улыбку. Но уже тогда, в свои девятнадцать, если я ничего не перепутала, он был умнее всех тех студентов в аудитории. Гений с феноменальной памятью и айкью больше, чем у Эйнштейна. И сейчас этот гений, узнавший меня сразу же утром в участке, мягко улыбался, все еще держа голову наклоненной.

– Отдай мне то чертово письмо от ублюдка, и я поеду в участок, пока этот день не доконал меня.

Протянув руку назад, я даже не стала оборачиваться, чтобы вновь не наткнуться на ее хихиканье и хитрые лисьи глаза. Она могла сразу прислать мне сообщение, но специально дождалась, чтобы поразить прямо у него на виду. Забрав лист бумаги, предусмотрительно убранный в прозрачную папку, я бросила на нее недовольный взгляд:

– Я запомнила, Ленс. Запомнила…

Шагала к автомобилю я под громкий хохот подруги.