Вечер определенно удался! Люк и Элла преподнесли нам с Марком сюрприз: адепты захотели ужесточить тренировки, мотивируя тем, что они боевые маги. Настанет время, когда им придется прикрывать и защищать других, а от слаженности действий и быстроты реакции будет зависеть чья-то жизнь. Нет, Элла сказала все верно, но у меня на сердце заскребли кошки. Как-то слишком быстро пролетело время, ведь еще недавно моя подопечная ныла из-за испорченного на боевке маникюра.
– Мы и сами нашли бы место и время для спарринга, но Люк убедил, что сначала нужно сказать вам. Вы же наши фамильяры, – подытожила Элла.
Я посмотрела на Марка. Тот пожал плечами, сунул в рот лакричную палочку и важно изрек:
– Если наши маги хотят позаниматься дополнительно, то кто мы такие, чтобы им мешать? Давай за нами!
Выяснить, что же задумал Марк, я не успела, Элла и Люк с таким азартом понеслись следом, что мне только и оставалось присоединиться. Мы спустились на первый этаж Башни боевых магов, и тут Марк меня удивил: вместо того чтобы выйти наружу и направиться к учебным полигонам, принялся спускаться в подвал. Там находились помещения для магических тренировок старшекурсников.
– Совсем сдурел? – прошипела я, когда он гостеприимно распахнул перед Эллой и Люком дверь.
За той находилась пустая комната, от пола до потолка выложенная мозаикой. Крошечные кусочки разноцветных камней соединялись в рисунки. Панно на стене изображало дуэль магов: парни и девушки, разбившиеся на две команды, атаковали друг друга не сгустками чистой силы вроде пульсаров, а их визуальным воплощением. С пальцев магов срывались огненные стрелы, сбиваемые еще в полете ударами ледяного бича. Пылающий зеленым костяной дракон некроманта рвал на части красно-бурого голема, призванного магом-строителем. Крошечные джинны – воплощение силы воздуха – бились с водяными чудовищами, те тянули к ним извивающиеся щупальца из толщи водяной стены.
– Эм… Эпичненько, – пробормотала Элла. – А мы здесь зачем? Нам же до следующего года подобные чудеса и не светят.
Марк многозначительно хмыкнул и хлопнул лапой по круглой плите с изображением темно-красного дракона. По мозаичному полу пробежал искрящийся голубой огонек. Очертив полный круг, он исчез, оставив после себя едва различимый бело-голубой магический контур.
– Знакомьтесь, дуэльный круг! – важно изрек боевой фамильяр. – Дэни, подсоби.
Я понятливо кивнула и подлетела к противоположной стене, где на точно такой же круглой плите, выпадая из мозаичного рисунка, тускло поблескивали три темно-синих камня.
– Начальный уровень – до падения одного из дуэлянтов. – Я прикоснулась к камню, усиливая защиту. Бело-голубой контур сделался льдисто-голубым. – Следующий – до первой крови.
Третий уровень использовался крайне редко и строго под наблюдением наставников и целителей. Выбравшим его пришлось бы сражаться до полного опустошения магического резерва.
Элла с опаской покосилась на ярко-синий столб пламени, подпирающий потолок – защита третьего уровня была нерушимой.
– Дэни, а почему у последнего уровня сложности такие странные условия? Не физические повреждения, а именно истощение резерва.
– Потому что настоящий маг должен сражаться независимо от физического состояния, до последней капли силы. Но ты не переживай, этот уровень практически не используется учащимися.
– Ага. Мне заметно полегчало. – Элла обхватила себя руками. – Вот же паскудная у меня специализация.
– Не дрейфь! Боевых магов учат таким защитным заклинаниям, что адепты с остальных факультетов от зависти удавятся.
– А какие обезболивающие чары боевики накладывают, какая у них регенерация, – подхватил Марк. – Можно сращивать кости ноги даже на бегу!
– Знаешь, это не самый вдохновляющий пример, – осторожно заметила я. – Элла, если передумала…
– Еще чего! – Девушка решительно вошла в круг. – До первой крови!
– Не пойдет. – Люк сунул жезл в петлицу и скрестил руки на груди. – До первого падения, или все отменяется.
– Трусишь?
– До. Первого. Падения, – отчеканил рейнджер.
– Договорились. – Элла взмахнула жезлом и отвесила шутливый поклон. – Прошу.
Когда Люк пересек защитный контур, тот на мгновение погас, а потом снова вспыхнул. Теперь Элла могла рассчитывать только на себя, я даже мысленно не могла с нею общаться. Глупо было переживать, но я все равно металась вдоль сияющей границы. Подопечная меня сейчас не видела и не слышала.
– Конфетку?
Я внезапно обнаружила перед своей мордой леденец на палочке. Из моего горла вырвалось гневное шипение, а шерсть на загривке встала дыбом. Нашел когда конфетами угощать!
– Ну как хочешь. – Марк невозмутимо сунул леденец за щеку. – Расслабься, Люк хоть парень и бедовый, но Элла ему дорога. Да и твоя подопечная явно осторожничает.
Поединок ребят больше напоминал отработку базовых приемов: создать снаряд, направить, отбить летящий навстречу. Движения Люка и Эллы были четкими и уверенными, все-таки Эльтерус – отличный наставник по боевой магии.
Я проследила взглядом за очередным шаром Эллы, поглощенным защитным контуром, и прозевала момент, когда Люк атаковал. Точнее, вместо того чтобы чинно отбить пульсар Эллы, парень от него увернулся и быстро создал свой. В результате второй снаряд влетел в рукоять жезла девушки, когда она еще занималась обработкой первого. Рука вывернулась, жезл дрогнул, ударив Эллу по лицу. Из разбитого носа потекла кровь.
– Зашибись потренировались, – буркнула она, ощупывая переносицу.
– Элла, ты как? – Люк бросился к девушке, но его откинуло назад, едва он попытался пересечь черту, разделяющую круг на две половины.
– Дуэль не завершена, – несколько зловеще произнес Марк.
Вот и что это с ним? Сахар в голову ударил?
– Нам не выбраться отсюда, пока кто-то из нас не упадет, – напомнила Элла.
– Делов-то!
Люк попытался опуститься на колени, но его скрутило. Парень согнулся пополам от боли, но упасть так и не смог – магия дуэльного круга не прощала мухлежа.
– К-к-кажется, нам придется продолжить, – пролепетала Элла.
– Какая догадливая девочка.
Ехидный тон Марка уже не лез ни в какие ворота.
– Что на тебя нашло? Висэль покусала?! – рявкнула я и удивленно замерла.
Марк выглядел странно: обычно гладкая, глянцевая шерсть стояла дыбом, верхняя губа отчетливо подрагивала, обнажая белоснежные зубы, а в карих глазах вспыхивали алые всполохи.
– Марк, ты в порядке?
Я шагнула в его сторону, но Марк что-то фыркнул и быстро перебежал на противоположную сторону защитного контура. Ладно, с тобой потом поговорю!
Ребята смирились, что сжульничать не выйдет, и теперь сражались в полную силу. Если Элла сделала ставку на защиту, то Люк бомбардировал девушку слабенькими, но от этого не менее неприятными пульсарами. Хм! А ведь из них вышла бы неплохая команда. Далеко не все боевые маги стоят в первых рядах атакующих, кому-то нужно и защиту держать.
Почувствовав, что силы тают, Элла бросила весь резерв на атаку, сплетенный ею пульсар на полном ходу врезался в снаряд Люка. Я прекрасно понимала, чем это чревато, но предупредить Эллу не могла. Столкнувшись, пульсары отскочили друг от друга с громким хлопком, и дуэльный круг накрыла волна отдачи. Не ожидавший такого поворота Люк потерял равновесие и шлепнулся на одно колено. Эллу спас щит, он отразил часть ударной волны, и девушку всего лишь немного повело в сторону.
Дуэльный круг погас, признав поединок завершенным, лишь крошечный пятачок пола под победительницей Эллой красиво мерцал голубым.
– Есть! Люк, это было круто!
Элла бросилась к парню с растопыренной пятерней и громко взвизгнула, едва увернувшись от огненного шара.
Марк! Зараза ушастая!
Тут уже я не вытерпела и, обернувшись мантикорой, прыгнула к зарвавшемуся зайцу.
– Сдурел? – рыкнула я. Вышло не хуже, чем у папы, когда он дракон.
– У-у-урою, тварь! – неожиданно завыл Марк, но напасть не успел.
Подкравшаяся Элла стукнула его по башке жезлом.
С Марком творилось что-то жуткое. Мы втроем едва смогли его сдержать до прибытия целителей. Пусть это и было не по-приятельски, но я приказала Люку спеленать фамильяра мантией. Очнувшийся Марк рычал, клацал зубами и не произнес ни единого слова. Не полегчало ему и в лазарете, из которого нас мягко, но настойчиво пытались выставить. Я уходить не желала и ждала появления лорда Рендела.
Ректор явился в сопровождении Альфреда Снежного и Эльтеруса. Мужчины подошли к двери в палату и по очереди заглянули в магическое окошко.
– Лорд Рендел, что с ним?! – не выдержала я.
– Он словно озверел. Набросился на Даниэллу, потом хотел укусить Люка, – раскрасневшаяся от тревоги Элла с надеждой смотрела на архимага.
Люк молчал, но венка, бьющаяся на виске парня, и руки, отчаянно сжимающие жезл, выдавали, до чего же сильно он переживал.
Мы все надеялись, что лорд Рендел сейчас озвучит причину, а еще лучше – прошепчет заклинание, и Марк вернется в норму.
– Даниэлла, проводите, пожалуйста, адептов в Башню боевых магов.
Вот как же так?
Я уставилась на ректора широко распахнутыми глазами.
– У меня к вам просьба, – продолжил архимаг, – пока Марк находится в лазарете, присмотрите за адептом Уокером.
– Да нечего за мной присматривать. Я мальчик взрослый, дорогу знаю. – Рейнджер, чеканя шаг, направился к выходу.
– Люк! – Элла испуганно прижала пальцы к губам. – Простите его, он слегка не в себе.
– Вам всем нужно успокоиться. Ничего смертельно опасного с Марком не происходит. И не произойдет. Обещаю.
Архимаг точно знал, что за бешеная вожжа попала под хвост нашему товарищу, но отказался назвать причину его страннейшего поведения.
В Башню боевых магов мы не пошли, вместо этого устроили экстренный сбор в оранжерее, где поведали друзьям о том, что случилось с Марком.
– И что же нам делать дальше? – взволнованно ухнула Соня.
– Я могу проникнуть в лазарет и попытаться хоть что-то выведать, – предложила Мирабель. – И Хиллера подключу, если надо будет! Мы же целители!
Я покачала головой:
– Ребят, не о том думаем.
– Мы все переживаем из-за Марка, так о ком же еще нам думать?! – пылко воскликнула Элла, но, проследив за моим взглядом, сникла.
Люк держался в сторонке, такой потерянный, что обнять и плакать, но сунешься – стопудово обругает. Элле первой досталось, и теперь она благоразумно держалась от него подальше. Или же банально обиделась.
– Неизвестно, сколько Марк проторчит в лазарете. Так что проблему с незавершенной сделкой Люка решать нам.
– Да я и сам…
Р-р-р! Вконец достал!
Я обернулась мантикорой. Пусть я и свирепая боброкошка, но мантикора выше.
– Сидеть! – рявкнула я. – То есть стоять!
– Ты уж определись, – едко произнес рейнджер.
– Замри и слушай! Лорд Рендел назначил меня твоим временным фамильяром.
– Да ладно заливать. Речь шла о сопровождении в башню.
– Так сходи и уточни. Заодно и свиточек с текстом сделки покажешь, – ласково промурлыкала я. – Пойдешь?
– Нет. – Люк хмуро уставился себе под ноги.
– Тогда слушай. От плана отклоняться не станем. Завтра же после занятий едем на ярмарку за кровью виверны и оставляем ее в ячейке, ключ от которой тебе передал щедрый спонсор.
– А дальше проследим за тем, кто явится за кровью? – Глаза Эллы загорелись.
– Ни за кем мы следить не станем! Я и Люк сразу же вернемся в академию.
– А я? – Элла неверяще захлопала ресницами.
– Ты не поедешь. Люк с Марком еле у Эльтеруса разрешение на посещение ярмарки выбили. Если и ты к куратору с этим же вопросом подкатишь… Тебе проблемы в конце семестра нужны?
– Не-е-ет. – Элла тяжело вздохнула.
– Вот и я о том же! Предлагаю разойтись. Если появятся новости – сброшу маячок в УУМ.
На том и порешили.
На следующий день я полдня клевала носом и не могла ни на чем сосредоточиться. В голове туманилось то ли из-за недосыпа, то ли из-за предстоящей поездки на ярмарку.
На пробежке я умудрилась на повороте врезаться в ласку, совершенно случайно, но кто ж мне поверит. Висэль была уверена, что я спала и видела, как бы ей досадить, а когда бодрствовала, то только и делала, что строила коварные планы на ее счет. Ласка так достала всех своими причитаниями, что в результате дополнительные круги мы наматывали обе: я – в наказание за неуклюжесть, а Висэль – потому что не умела держать язык за зубами.
Лекцию по взаимодействию с подопечными я слушала невнимательно и то и дело ловила на себе удивленный взгляд куратора. После занятия он даже поинтересовался, не случилось ли чего. Я взяла и ляпнула, что сама не своя из-за Марка. Йерихон поверил, даже попытался приободрить, отчего настроение вконец испортилось. Вот уж точно: не умеешь врать – не берись!
Вести из лазарета передали не самые радужные: Марка удалось успокоить, он больше не метался по палате бешеным зайцем, но трансформироваться так и не смог. Его сознание словно уснуло. Прогнозы были оптимистичнее, но толку от них, если целители даже не смогли определить недуг. Наша компания между собой называла его «озверением». Перед обедом мы дружно штурмовали библиотеку, пытаясь найти то, что могло бы пролить свет на состояние Марка. Обнаружили случаи, когда фамильяр утрачивал связь с антропоморфной формой, но происходило это либо из-за сильнейшего магического истощения, либо вследствие эмоциональных потрясений. Ни то ни другое не имело отношения к нашему Марку. Я помнила, как он скакал и сыпал шутками перед дуэлью, а потом вдруг сделался злым и непохожим на самого себя.
Забытая магия стояла в расписании только завтра, сегодня у фамильяров была лекция по межмировому праву. И вел ее Тамагочи. Тут-то и выяснилось, что весь первый семестр хитрый преподаватель внимательно наблюдал за нами и теперь знал все наши слабые места и уловки. Сухой монотонный тон мага навевал сон, я, по обыкновению, набросила на лицо иллюзию, чтобы немного вздремнуть (все равно лекция вводная). Не прошло и минуты, как мне пожелали доброго утра и вызвали к доске.
Перемещение в Ярмарка-Град прошло без накладок. Хмурый вид обиженной Эллы не в счет. Подопечная до последнего не верила, что ее оставят в академии.
Шатер торговца, втюхивающего покупателям поддельные редкости и диковинки, виднелся на прежнем месте. Вот только Люка я с собой взять не могла. Он должен был поверить, что получил настоящую кровь виверны.
– Сможешь немного погулять и при этом ничего не испортить? – ласково мурлыкнула я.
– Да я и постоять могу, не создавая никому проблем!
– Отлично! Вот тут подождешь.
Речь шла о крошечном пятачке, свободном от шатров и палаток. Видимо, один из торговцев покинул ярмарку, а новый занять место пока не успел. Люк присел на землю и вытащил из поясной петлицы указку Кеннета.
– Поизучаю пока.
– Только ни с кем не разговаривай.
На меня зыркнули с такой злостью, словно я заподозрила космического рейнджера в скудоумии. Нет, а чего он хотел? Это же не я догадалась принять щедрый дар непонятно от кого!
Торговец подделками хорошо меня запомнил. Вот как заметил бобровый хвост, так сразу вывесил табличку: «Закрыто на перерыв». Я поднырнула под нее и вошла в шатер.
– Не видела объявления?
– Читать не умею. Зато считаю хорошо, и даже деньги есть. – Я помахала лапой с кристаллом, дающим доступ к личному счету в банке.
– Зачем пришла?
Мужчина ничуть не смягчился и недовольно поджимал губы, но я заметила жадный взгляд, устремленный на мой кристалл.
– За кровью. Особой – Я невинно захлопала глазками.
Озвученная цена была такая, словно продавали настоящую кровь виверны, но торговаться я не стала.
– Вы только упакуйте как полагается. Все-таки товар редкий.
– Обижаешь. Могу даже сертификат соответствия приложить.
– Беру!
– Плюс пять монет.
Вот же вивер линялый! Кажется, торговец собирался содрать с меня компенсацию за доставленные неприятности.
Люка я нашла там же, где оставила. Парень меланхолично крутил в руке указку, даже не активировал ее. Заметив меня, Люк недоверчиво нахмурился.
– Неужели купила?
– Я же обещала, что все будет хорошо. – Пузырек пролетел по воздуху прямо в руки адепта. – Теперь бегом в банк.
В банк и в самом деле пришлось бежать. Люк шел таким размашистым шагом, что я попросту не успевала! Пришлось задействовать левитацию, теперь я неслась по воздуху над его головой. На площади опустилась на бортик фонтанчика и позволила Люку одному войти в банк. Вляпался он в эту историю в одиночку и завершить ее тоже должен был сам.
– Хорошо бежал, когда видишь цель – открывается второе дыхание – Замечание исходило от коренастого мужчины в фиолетовой мантии стража Ярмарка-Града.
Ой, нет! Неужели о нашей покупке стало известно? Только бы у Люка не отняли пузырек!
– Мы законопослушные посетители ярмарки и не хотим проблем, – тихо произнесла я.
– Законопослушанием друга из беды не вызволить. – Мужчина повернулся ко мне, на круглом, заросшем щетиной лице поблескивали знакомые фиолетовые глаза. – Поддельная кровь не закроет магическую сделку, на то она и магическая, чтобы исключить вероятность обмана.
– Тогда я просто не знаю, что делать.
Нет, знаю, но это точно не поможет. Получается, все было без толку. Придется обо всем рассказать лорду Ренделу, а потом Люка накроет откат от невыполненной сделки. Он обязательно ударит по магическому резерву и учебе в академии. Люк и так остался без фамильяра, а тут еще и это. Да и Марку придется нелегко, они же связаны.
Внезапная догадка заставила мою шерсть встать дыбом. Слишком подозрительным было совпадение. У Люка выходил срок закрытия сделки, и в этот момент с Марком приключилась беда.
– Кровь виверны в пузырьке Люка настоящая. Как саур Ярмарка-Града я обязан известить стражей, но могу сделать это попозже. Как только сделка Люка будет закрыта.
Ой! Так, получается, торговец не обманул? Или саур решил вернуть долг?
– Я буду все отрицать. – Фиолетовые глаза хитро блеснули.
– Люк понятия не имеет, где я раздобыла кровь. И не узнает.
– Возьмешь вину на себя? Ты очень отважный и верный друг, Даниэлла. Уверен, что сможешь помочь еще одному страдающему существу. – Заметив, что я начала озираться, саур покачал головой. – Не здесь, я перенесу тебя во время перехода через портал Ярмарка-Града.
– И что я должна сделать?
– Ты справишься. И найдешь ответы.
– Не припомню, чтобы я задавала вопросы.
– Как же, как же. Главный написан на твоем светлом и высоком лбу. Ты жаждешь узнать, чем можно помочь лорду Ренделу Аратейру – будущему императору Кар-Шана.
Саур пообещал, что проблема Люка разрешится, но я все равно дергалась, пока не увидела счастливого парня, сбегающего по ступеням банка.
– Дэни! Дэничка! Дэнюся! – Меня сцапали под мышки, закружили, а потом звучно чмокнули в нос.
– Мя-я-яф! Ты нормальный?! – Извернувшись, потерла нос лапой.
– Не уверен! – радостно сообщили мне.
На лице Люка сияла такая улыбка, что я всерьез обеспокоилась за его рассудок, в особенности когда адепт задрал рукав мантии и принялся разматывать повязку.
– Ты поранился? Когда успел? На тренировке у Мериэль Эд’лаор? Почему мне не доложил?!
– Нет. Не поранился, смотри – татуировка светлеет!
Я в ужасе уставилась на темно-синюю татуировку, похожую на выступающие из-под кожи вены. Вот только по ним циркулировала не кровь, а магия.
– Рукав быстро опустил, – прошипела я, тревожно озираясь. Не заметил ли кто?
– Отпустило… – эхом откликнулся Люк. – До чего же хорошо.
Адепт находился в малость невменяемом состоянии, тащить его таким в академию я не могла, поэтому повела в ближайшую таверну, где заказала горячее вино со специями и себе, и ему.
– Дэни, а разве кошкам можно?
– Если нужно, – фыркнула я. Потягивать вино через соломинку было не очень удобно, но это лучше, чем лакать из блюдца. Убедившись, что парень слегка расслабился, приказала: – Рассказывай с самого начала.
Татуировка на руке Люка проявилась, как только он развернул послание с требованием добыть кровь виверны. Никакого физического дискомфорта она не причиняла, а вот использовать магию Люку стало сложнее.
– И ты согласился на дуэль с Эллой? Бестолочь! Ты же сам Марка едва не загубил! Довыпендривался!
– Думаешь, я тянул из него силу во время поединка? – шепотом спросил заметно побледневший адепт.
– Не уверена. Целители не заметили, чтобы Марк был истощен. Но здоровья ты ему точно не прибавил! Почему сразу нам не сказал?!
– Стыдно очень было.
– Марк хотя бы знает?
Молчаливый кивок.
Нет, я с этим ушастым еще поговорю! Пусть только оклемается!
Предупредила Люка, что не собираюсь сразу возвращаться в академию, поэтому в портал мы войдем поодиночке. Реакция космического рейнджера была вполне предсказуема.
– Ты прикалываешься, что я Элле скажу? Она же меня сожрет, когда узнает, что я портанулся один! – Парень недобро смотрел на маленькую меня и явно прикидывал, как бы сцапать меня за шкирку и сунуть в портал.
– Ты Элле татушку покажи, тогда она тебя сожрет по другой причине, – оскалилась я.
Больше Люк меня не доставал со своей опекой. Я доверяла сауру и знала, что он не причинит вреда, поэтому проводила Люка и бесстрашно прыгнула в портал, когда он снова активировался, и… очутилась в знакомо фонящем магией подземелье. Я была в Руинах!
«Элла!» – позвала на всякий случай, чтобы убедиться в правильности догадки. Поддерживать мысленную связь мы пока могли только в пределах одного мира.
Ответ пришел незамедлительно, однако голос был едва различим.
«Дэни? Что-то случилось? Почему так плохо слышно?»
«Ты сейчас у себя? Занимаешься?»
«Ага».
«Хорошо. Тогда загляну попозже».
Я разорвала мысленный контакт и снова прощупала фон подземелья. Никакой ошибки! Точно Руины, чьи стены впитали остатки тайной магии темных жрецов. Конечно, маги нашей академии приспособили несколько коридоров под учебный полигон, но о полных размерах катакомб я могла только догадываться, как и о своем местонахождении.
Топтаться на месте и дальше не было смысла, поэтому я подвесила над головой светлячок и уже выбрала направление, как от созданного светлячка отделилась ярко-фиолетовая искра. Покрутившись перед моим носом, она полетела по коридору.
Туда так туда. Я мысленно пожала плечами. Подсказка саура вселяла надежду, что я все-таки найду то, что он мне хотел показать. Саур упоминал о каком-то страдающем существе.
Ой!
Ошарашенная, я плюхнулась на пятую точку. Нет, конечно, теоретически в Руинах могли находиться и иные несчастные, но я-то знала только об одном! О том, о ком писали во всех хрониках, посвященных Темным временам! О страшном Звере – главном эксперименте темных жрецов, существе настолько ужасном и мощном, что даже сильнейшие маги Содружества не смогли его уничтожить.
Фиолетовая искорка заметила, что я остановилась, и вернулась, покружила над головой, а потом резко опустилась, и кошачий нос прошиб электрический разряд.
Хорошо! Иду! Надеюсь, за это мою шкурку не пустят на чучело. И потом, саур ничего не говорил об освобождении и вызволении, он только хотел показать пленника. Вот я и посмотрю, а потом обязательно смотаюсь на ярмарку и выясню, что мне делать с этим знанием.
Шла долго, петляя во мраке подземных коридоров, раза три спускалась и один раз поднималась по крутой узкой лестнице. Руины казались бесконечными. Наконец проход сделался шире, а потом вывел в тупиковую овальную комнату. Я пустила огонек вдоль стены, и тот высветил только одну дверь, возле которой зависла фиолетовая искорка.
К двери я добралась в несколько прыжков. К чему тянуть, если и так решила, что войду? Или хотя бы попытаюсь. Не может же узилище Зверя оказаться открытым?
Заперто! Ура!
Обнаружив, что дверь не поддается, я подпрыгнула на месте, хвост отстучал зажигательное трам-пам-пам по полу. Ну вот, и просьбу саура выполнила, и в историю не вляпалась. Молодец же!
Искорка была другого мнения и снова попыталась щелкнуть меня по носу, но в этот раз я уже была начеку и выставила щит.
– Чего дерешься? Закрыто же!
Искорка вспыхнула ярче и лопнула, издав звонкое металлическое «дзынь». Я ошалело захлопала глазами, потом приманила к себе светлячок и тихо зашипела при виде крошечного ключа, лежащего у моих лап.
Нет, мы так точно не договаривались!
Я могла ворчать и досадовать сколько угодно, но выбора особого не было. Саур помог Люку – я должна была вернуть долг. Стоило тронуть ключ лапой, как он безо всякого участия с моей стороны взмыл в воздух и вставился в замочную скважину.
«Дэни, что там у тебя происходит? Где ты?»
«А что такое?»
«Меня и Люка срочно вызвали в кабинет лорда Рендела».
«Насколько срочно?»
«Утянуло порталом без предупреждения. Сейчас тут. И менталист твой тоже тут, а лорд Рендел явно не в духе. Спрашивают, где ты…»
«Скажи, что я в Кар-Шане».
«Сказала. Требуют уточнить местоположение!»
Пока соображала, что ответить, ключ в замке повернулся и дверь распахнулась.
Наверное, следовало броситься прочь, сказать Элле, что я в Руинах, а самой захлопнуть злосчастную комнату и не совать в нее любопытный кошачий нос, но я знала, что саур не стал бы мне вредить, а еще он утверждал, что, найдя ответы, я смогу помочь лорду Ренделу.
В комнату я вошла, выставив перед собой щит, ведь мне предстояло увидеть того, кого называли одним из страшнейших порождений темных жрецов. Я готовилась встретиться с неизведанным и теперь смущенно отводила взгляд. Нет, в какой-то степени таинственное и неизведанное все-таки предстало перед моим взором. Посреди комнаты плавал магический пузырь, внутри которого в облаке длинных темных волос парил обнаженный мужчина.
Зверь пребывал в неестественной позе: руки вытянуты вдоль туловища, голова чуть запрокинута, как если бы его погрузили в сон лежащим на твердой поверхности, а уже потом поместили в сферу. Сколько же лет он провел в таком состоянии? Или правильнее было бы сказать – столетий?
Наше Содружество вело свой отсчет от финальной битвы за Арриотэ, когда были повержены основные силы темных жрецов, но здесь, в Кар-Шане, вдалеке от сети порталов, темные жрецы затаились и продолжили изучение тайной магии. Зверь считался созданием тех, для кого не было запретов или ограничений, а живая плоть являлась всего лишь материалом, подходящим для преобразования.
Зверь спал. Несмотря на то что его сон длился так давно, тело мужчины по-прежнему источало силу, мышцы казались крепкими и литыми, а поза напряженной, словно он в любой момент был готов очнуться и голыми руками уничтожить свое узилище. Я рассматривала тело, потому что у меня не хватало духу задержать взгляд на лице, чьи черты были искажены гримасой ненависти, словно он боролся до последнего, сражался яростно, отчаянно и собирался дорого продать свою жизнь. Плен не для таких, как он, и пусть его раны исцелились за время сна, в сердце, как и прежде, пылала ненависть. Стазис не лечит душу, лишь замораживает ее.
И все-таки это было так странно. Я готовилась узреть чудовище, а столкнулась с почти человеком. Внезапно приоткрытые губы мужчины дрогнули, как если бы Зверь продолжал кричать даже во сне. Что, если в стазис было погружено лишь тело, а разум пребывал в сознании?
Меня окатила волна ужаса, но уже не от страха перед тем, кого полагали самым жутким творением тайной магии, а от осознания бесчеловечности ловушки, в которую он попал. Считалось, что Антея и Совет Магов не смогли уничтожить Зверя, но вдруг они просто не захотели? Вдруг это была изощренная месть защитнику оплота темных жрецов?
Вечная агония…
Нет! Я резко встряхнула головой. Антея милосердна! Но она всего лишь маг, способный пойти на поводу у себе подобных. Негласное противостояние магов и волшебных существ длилось веками. Слишком жадными до силы и власти были те, чье тело способно преобразовывать магическую энергию и придавать ей иную форму с помощью заклинаний.
Внезапно я оглохла, стены комнаты стали ближе и продолжали надвигаться. Камни подземелья впитали ненависть к захватчикам.
Маги – зло, способное лишь уничтожить, сломать, раздавить то, что не в силах подчинить. Они придут за мной, наденут ошейник и заставят забыть собственную сущность. Будут жечь огнем, заставляя раз за разом трансформироваться, а потом запрут в клетке как дикое животное.
Мне было так страшно, и этот ужас уже был мне знаком. Его я испытала во время превращения в мантикору, тогда мое тело словно нашло единственный правильный выход, поняло, как защититься, но сейчас надежды не было, как не было и нескончаемого потока силы, вливающегося в меня от Эллы. Я была совершенно одна, но вдруг почувствовала, что не одинока.
Я заставила себя поднять голову и обнаружила, что нахожусь у самой границы магического пузыря, а по другую сторону на корточках сидит он и смотрит на меня жуткими, абсолютно черными, лишенными белков, провалами глазниц. Медленно, точно преодолевая невидимую преграду, мужчина протянул руку и положил ладонь на незримую границу своей тюрьмы. Неосознанно, словно ведомая чужой волей, я повторила его движение и рухнула с высоты в сияющий тоннель.
Я падала, и свет гас, погружая все вокруг во мрак, а я летела дальше, не в силах остановиться или хотя бы замедлиться. Абсолютная тьма вокруг меня уступала место свету, странное багряное светило прочерчивало голубое небо, а потом оно стремительно темнело, а в темноте загорались незнакомые мне звезды. И новый виток! День сменялся ночью, мрак светом, так быстро, что я была вынуждена зажмуриться, но даже сквозь крепко смеженные веки различала стремительную смену времени суток. Удар о твердую поверхность вышиб из меня весь воздух разом, я лежала на спине и бессмысленно таращилась в безмятежное небо, по которому проплывали темные, похожие на чернильные кляксы облака.
Не знаю, сколько времени я так пролежала, но в сознание меня привело чье-то игривое рычание. Перевернувшись на живот, увидела поразительно красивую женщину в алом. Изящная, словно фарфоровая статуэтка, в вихре пышных юбок, она казалась нереальным видением. Сливочную белизну кожи незнакомки подчеркивали длинные темные волосы, черты лица были безупречны, точно вылеплены талантливым скульптором, и от них веяло таким же холодом, как и от бесчувственной статуи. На мгновение это лицо показалось мне знакомым, а потом я снова услышала тихое рычание, и женщина перестала меня интересовать.
У ее ног стоял черный зверь, слишком крупный, чтобы быть обычным барсом или пантерой, с мощной, покрытой панцереобразными наростами спиной. Его шкура была темной, матовой, словно поглощающей свет, а в мягких подушечках лап наверняка прятались острейшие когти. Это существо умело убивать без сомнений, страха или жалости, но стоящая рядом с ним женщина не выглядела напуганной. Она рассматривала его так, как смотрят на дорогую игрушку. Зверь принадлежал лишь ей одной, и именно обладание наполняло ее душу торжеством.